Таня Гроттер и посох некромага

Abyssus abyssum invocat. (Лат. Бездна взывает к бездне. Подобное влечет за собой подобное.) Таня собиралась уже пойти в свою комнату, но вспомнила, что хотела найти Ваньку, и отправилась к Ягуну. У его двери она остановилась и прислушалась: за стенкой работал какой-то механизм, напоминающий нечто среднее между трактором и пылесосом. Девушка покачала головой и тихонько толкнула дверь. В комнате играющего комментатора стояла жуткая вонь и в воздухе витали клубы зеленого дыма. На столе Таня сумела различить странный аппарат, над которым склонились два молодых взлохмаченных дарования. Оба они так усердно следили за своим агрегатом, что не обратили никакого внимания на вошедшую девушку. -По-моему, ногти упыря не годятся, — услышала она голос Ваньки. -По-моему, тоже, — неуверенно отозвался Баб-Ягун. — И трубу надо заменить. А то эта дымит по-страшному. И дым видишь, какой? Верный признак болотной воды, что я в бак залил. Теперь вон все ржавчиной покрылось. Говорил мне Тарарах, что зимой лучше в болото не лезть — оно окисляется и совершенно ни на что не годно. -Думаю, Ягун, тут проще пылесос выбросить. Ты глянь, какие на нем вмятины. Будто, на него Гоярын полетать залезал, — добавил Ванька. — Купи себе новый, дружище. -Да купить-то всегда можно, — отмахнулся внук Ягге. — Главное понять — в чем была проблема и не допустить её в будущем. -Я тебе скажу, в чем проблема — на пылесосе не опыты надо ставить, а летать. А еще лучше пешком ходить, — усмехнулся Ванька. -Умник. Вот, что же ты пешком не ходишь, а на драконах летаешь? — хмыкнул Ягун. -Драконы — это другое… -Извините, что прерываю содержательную беседу…, — наконец подала голос Таня. Парни разом посмотрели на нее. -О, Танюх, а ты чего тут стоишь? Проходи, садись, чувствуй себя как дома, — милостиво пригласил играющий комментатор. -Ну нет. Вы бы тут проветрили для начала. Дышать нечем, — ответила девушка. -Все нормуль, — заверил ее Ягун. — У нас рабочая атмосфера. А ты чего хотела-то? -А что, уже и зайти просто нельзя? — обиделась Таня. — Ни ответа, ни привета. Весь день носитесь. Один со своими пылесосами, другой с пегасами. Ну и сидите тут. Она резко развернулась и вышла из комнаты, сама не зная толком, почему вдруг вспылила. Уже у себя в комнате, приняв душ и забравшись под одеяло, Таня пожалела об этом. День, начавшийся так хорошо, завершился как-то совсем безрадостно. Стало грустно. В дверь постучали. -Идите прочь. Я сплю, — буркнула она сердито. Слова ее проигнорировали. Стук повторился, но уже настойчивее. — Да что ж такое то! — Таня вскочила и с силой распахнула дверь. — Кому тут неймется? — рявкнула она, и замолчала. На пороге стоял Ванька. В потертых джинсах и старой рубашке, взлохмаченный и забавный он держал в руках розу. Вид у него был смущенный и виноватый. Сердце у девушки мгновенно оттаяло, и она улыбнулась. Ну как на него злиться? Это же незаконно. -Я тут…в общем, извини, Танюш. Замотался как-то и не заглянул к тебе даже за весь день. Вот, — произнес он, протягивая ей розу. — Это тебе. -А я думала Зализиной, — съязвила Таня. Ванька вздохнул и повернулся, чтобы уйти. М-да, господин Валялкин, с чувством юмора у вас неважно. -Ну стой, куда ты? — окликнула она его. -К Зализиной, — ответил Ванька, видимо обидевшись. -Хм, ну и ладно. Тогда и я пойду спать, — зевнула Таня, решив поменять тактику. — Сначала вот в душ схожу. Так расслабиться хочется. День был тяжелым. Все тело ноет. Кого бы массаж попросить сделать? У тебя нет никого на примете, м? Ванька вспыхнул и, схватив ее за руку, резко втащил в комнату, с шумом захлопнув дверь. -Таня, ты знаешь, что…, — возмущенно проговорил он, держа ее за плечи. -Что? — спросила она игриво, слегка подталкивая его к кровати. -Это уже слишком, — сказал он. — Думаешь, я не ревную? А вот ошибаешься. -А ты думаешь, я не ревную? — ухмыльнулась она, укладывая его на кровать и забираясь на него сверху. -Тань…, — тихо произнес Ванька, видимо еще не до конца понимая её. -Тссс, — девушка накрыла его губы своими. Поцелуй вышел странный. Ванька вроде и отвечал ей, а вроде и нет. -Что такое? — удивилась Таня, отрываясь от него. -Все не так, — Валялкин снял с себя девушку и отстранился. — Послушай, я должен тебе кое-что сначала сказать. -Я тоже люблю тебя, малыш, — улыбнулась она, притягивая его к себе. -Что? — удивился Ванька. – А, ну в смысле – да, я люблю тебя. Но я не об этом. -Поцелуй меня, — попросила вдруг Таня. -Что? -Поцелуй меня, Валялкин. Сейчас же. Девушка закрыла глаза и чуть приоткрыла губы. -Ну, Вааань, — прошептала она. Валялкин не смог сопротивляться. Он решил отложить разговор на потом, а теперь насладиться моментом. Ванька наклонился к ней и поцеловал. Таня обняла его и сладко поцеловала в ответ. Ей так нравились эти минуты, когда все разговоры и проблемы откладываются в долгий ящик, уступая место страсти и чувствам. И в эти моменты она понимала, что кроме него ей никто не нужен. *** -Молодец, девочка, держишь форму. Не ожидал даже, что ты не забыла, — похвалил Соловей О. Разбойник. — Сразу видно профессионала. Мышечная память в порядке. Если бы осталась в школе, летом бы в матче с невидимками поучаствовала. -Соловей Одихмантьевич, ну вы ведь сами понимаете, — улыбнулась Таня, снижаясь на контрабасе к тренеру. -Понимаю, — пробурчал Соловей. — Что ж тут не понятного. Эгоистка ты, Гроттер. Ну вот скажи мне по-честному, ты ведь хочешь в команду? Таня опустила голову. -Хочу, тренер. Очень хочу. Но есть еще Ванька. А быть с ним я хочу еще больше. -Вот так всегда. Любовь ломает великих людей, — произнес Соловей О. Разбойник. -До великих мне еще далеко, — улыбнулась Таня. — А как нынешняя команда? Я слышала, Ягун тоже к ним примазался. -Ну, а как без него, — кивнул тренер. — Баб-Ягун не просто талантливый игрок, но еще и душа компании. Его тут все любят. К тому же от него есть польза — он помогает мне организовать работу внутри команды. Хоть он меня не забыл. Таня виновато улыбнулась. Конечно, Соловей имел ввиду именно её. Он вообще любил поворчать. Однако, девушка слишком хорошо знала его и понимала, что на самом деле он не обижается на нее и прекрасно все понимает. -Я слышал, на Новый год весь ваш курс прилетает, — решил сменить тему тренер, когда Таня слезла с контрабаса и убрала инструмент в футляр. -Ага, вроде как, — кивнула девушка. -Хорошо. Соскучился я по вам. Вы у меня в любимчиках до сих пор ходите, — сказал Соловей Одихмантьевич. -Да? — Таня удивилась. — А чего же вы нам раньше не говорили об этом? -Чего вас баловать, — усмехнулся тренер. — И так на шею сели. Просто смотрю на нынешнюю молодежь — все какие-то себе на уме. Во всем выгоду ищут. Не правильно это. Станут все как Семь-Пень-Дыр. Вот даже прикрикнуть на них без вреда для себя уже не получается. Эх, в мое время… Соловей пустился в долгие воспоминания. На Таню он уже не обращал внимания и смотрел куда-то перед собой, негромко бормоча что-то. Девушка решила не мешать ему. Она взяла контрабас и ушла с поля. В школу идти не хотелось — день был уж больно ясным. Укрытый снежной периной Тибидохс сверкал в лучах солнца словно игрушечный; Таня набрела на скамейку в пришкольном саду. Расчистив ее заклинанием, села на неё и приставила контрабас рядом. Было тихо и сказочно красиво вокруг. Тибидохс радовал глаз в любое время года. Любуясь пейзажем, девушка подобно старому тренеру, невольно поддалась нахлынувшим на нее воспоминаниям, не заметив, как рядом с ней, на лавочку опустился Ванька. Валялкин не произнес ни слова. Видимо, он тоже купался в водах ностальгии или же попросту что-то обдумывал. Таня положила голову ему на плечо и прикрыла глаза. Ванька был теплым и таким родным. -Таня, — произнес он вдруг тихо. -М? — она не хотела выныривать из воспоминаний и слушала Ваньку в пол уха. -Таня, послушай. Я хочу знать кое-что, — произнес Валялкин уже тверже. — Связь между мной и этим… действительно была разорвана? -Что? — до девушки не сразу дошел смысл его слов. – А, ну в смысле, да. Сарданапал так сказал. А что? Ты снова чувствуешь его? -Нет, не чувствую, — ответил Ванька. -А почему тогда спросил? — нахмурилась Таня, взглянув на него. Что-то было не так с ним. Девушка с удивлением отметила, что лицо его было бледным, под глазами залегли темные круги, а сами глаза казались потухшими. — Ваня? — забеспокоилась она. — Что с тобой? Ты не заболел? -Нет, — он покачал головой. -А что тогда? Валялкин молча вытянул руку вперед. От его указательного пальца оторвалась маленькая, но очень яркая зеленая искра. *** -Ну, я даже не знаю. Всякое видала на своем веку, но чтобы такое… — Ягге внимательно осматривала Ваньку в магпункте. Тут же собрались и преподаватели, и Таня с Ягуном. -Неужели так не бывает? — спросила Таня, не отпуская Ванькину руку ни на секунду. -Видишь ли, Татьяна, — ответил ей Сарданапал, — если море пересохло, даже дождь не поможет ему вновь стать морем. Магия не должна была возвращаться. Ванька сам отказался от нее навсегда. -Ну, а…, — начала, было, девушка, но не нашлась, что ответить. -Есть и другой вариант. Взять, к примеру, лопухоидное электричество. Два провода соединяются между собой проводником тока. Пока ток есть в одном, он есть и в другом. Но вот электричество закончилось, и перед нами всего лишь два кусочка проволоки в защитной оболочке, никак не связанные друг с другом. Но происходит замыкание, и вот в один из проводов попадает искра. Все бы ничего, но проводник передает ее другому. Медленно, но передает. -Профессор, — решила прервать его Медузия. — А можно по-человечески? Что с Валялкиным? -Хм, это я и пытаюсь объяснить, — обиделся Сарданапал. — Если верить законам магии и древним заклятьям, Иван получил свою магию благодаря зеркалу Тантала. Говоря же проще — некто Глеб Бейбарсов, видимо, вернул себе силу.