Глава 4.
6 января 2018 г., 19:15
Примечания:
Всех с наступившим Новым годом!) Принимайте рождественский подарок:3
Тест оказался для Гарри неприятным сюрпризом. У юноши и в мыслях не было, что программа в сороковые могла отличаться от той, которой руководствовались его преподаватели. К счастью, подростку удалось, поразмыслив, ответить на большинство вопросов, однако, даже в них он не рассчитывал на высокий балл. Парню пришлось выражаться пространно, не вдаваясь в конкретику, а кое-где и вовсе выводить следствия без аргументации (решил по воле божьей, так сказать), опасаясь того, что он, ненароком, мог выдать знания из будущего, которых в этом времени ещё не существовало.
Многое вызвало у Поттера искреннее недоумение, а некоторые задания показались откровенно бредовыми: «Что вы сделаете, если встретите на улице маггла?» Подростку пришлось перечитать вопрос несколько раз, прежде чем убедиться в том, что глаза его не обманывали. Скептически отнесясь к серьезности подобных заданий, юноша благоразумно решил их проигнорировать.
Ближе к окончанию тестирования Поттер краем глаза заметил темно-красное пятно, появившееся из-за негромко хлопнувшей двери. В зал проскользнула молодая женщина в форменной мантии с эмблемой, недвусмысленно намекающей на принадлежность вошедшей к аврорату. Стараясь не привлекать внимания, она остановилась неподалёку от входа, приветственно кивнув экзаменатору.
На работу отводилось 4 часа, по прошествии которых миссис Бэймонт, наложив на себя ‘сонорус’, громогласно объявила об окончании вступительных испытаний. По мановению палочки все пергаменты разом взлетели в воздух и, будто подхваченные сильным порывом ветра, устремились к столу кафедры, где, закручиваясь спиралью, не спеша опускались друг на друга. Послышались разочарованные вздохи и сдавленные ругательства. Какая-то девочка, закрыв покрасневшее лицо ладонями, негромко всхлипнула, часто шмыгая носом. К ней с соседнего ряда тут же подскочил подросток, с которым очевидно прослеживалось фамильное сходство и, согнувшись, приобнял за плечи, запальчиво зашептав что-то на французском, неумело стараясь утешить.
Памела, сочувственно глянув на парочку, покачала головой каким-то своим мыслям и, откашлявшись, обратилась к детям:
— Прошу внимания, — подождав немного, пока взгляды присутствующих обратятся на неё, а начавшиеся было разговоры затихнут, женщина продолжила :
— Все работы будут проверены к завтрашнему дню, и вы сможете ознакомиться со своими результатами по прибытии в Хогвартс, где получите именное письмо от Министерства магии со всей необходимой информацией. Специальная комиссия решит, основываясь на том, насколько успешно вы справились с предложенными заданиями, уровню какого курса соответствуют ваши знания. Напоминаю, что апелляции по данному решению рассматриваться не будут вплоть до декабря месяца. Если к тому времени останутся какие-то возражения, то 21 декабря возможно сдать экзамен повторно, однако, допускать ли вас до него решит декан факультета, на который вас распределят.
Женщина прервалась ненадолго, давая детям возможность осмыслить услышанное. Паузой поспешила воспользоваться девушка в алой мантии аврора: ловко огибая столы, она торопливо подошла к кафедре, привлекая внимание миссис Бэймонт.
— Памела, дорогая — ой, простите, госпожа экзаменатор, — тут же исправилась она, задорно улыбнувшись, словно вспомнив лишь им одним известную шутку, уловив на себе осуждающий взгляд последней.
Дальнейший разговор не долетел до ушей Поттера, который и не вслушивался особо, предпочтя компанию Лэйма, что не удивительно: Говард был харизматичен и просто лучился жизнерадостностью, он умел поддержать разговор и с интересом выслушивал чужую точку зрения. В общении с ним фамильярность переставала быть таковой и выглядела естественно. Имевшее место, на первых порах, смущение Гарри, не привыкшего к знакомству с новыми людьми, быстро истаяло. Как весеннее солнце топит ледяное одеяло, укрывающее деревья от лютых морозов, так и обаяние нового приятеля, его тёплая улыбка, не оставили и следа от выстраиваемых годами психологических барьеров и моделей поведения, заботливо сформированных подсознанием во избежании новых разочарований.
Немаловажную роль сыграло и то, что Поттер, успевший истосковаться по живому общению, был в постоянном напряжении от свалившихся на его голову ‘приключений’. Подростку не хватало поддержки друзей, которые могли бы помочь отвлечься от тревожных мыслей. Лэйм, как чёрная дыра притягивал внимание юноши и прекрасно справлялся с этой задачей. Смотря со стороны на молодых людей, казалось, что наблюдаешь беседу двух хороших приятелей.
Ожидаемо, их снова прервали: к подросткам приближалась миссис Бэймонт с следующей за ней по пятам аврором. Заметивший их Говард притих, уставившись Поттеру куда-то за спину. Гарри, сбитый с толку, недоуменно наблюдал за странной реакцией своего собеседника, лицо которого на глазах теряло краски. Повинуясь внезапному порыву, юноша обернулся.
— Мистер Джеймсон… Гарольд Джеймсон, — чуть запыхавшаяся экзаменатор, не сбавляя шага, обращалась к Поттеру, нахмурив лоб, — это же вы, молодой человек, верно?
— Просто Гарри, мэм, — на автомате поправил парень, недоумевая, чем вызвано подобное внимание к его персоне.
— Да-да, — отмахнулась Памела, наконец, поравнявшись с его партой, — вам сейчас нужно будет пройти с мисс Гольсен.
На этих словах женщина кивнула в сторону своей молчаливой спутницы, но, видя, как удивление на лице юноши сменяется тревогой, а в глазах встаёт немой вопрос «что я сделал?», поспешила добавить:
— Не волнуйтесь, юноша, это всего лишь формальность, вам только зададут пару вопросов, ничего страшного.
— Ну, не знаю, миссис Бэймонт, дальше все будет зависеть от его ответов…- вставила свои две копейки девушка, угрожающе понизив голос и многозначительно посмотрев на Гарри.
— Сейчас же перестань запугивать ребёнка, Клаудия! — воскликнула женщина, гневно сузив глаза на свою спутницу. — Не то время и место для твоих шуточек. Мальчик и так натерпелся…
Аврор, явно не ожидавшая отповеди, смутилась.
— Прости, Памми, ты права. Не переживай, мы только заполним пару форм. — обратилась она к подростку извиняющимся тоном.
— Эмм-ладно… — ответ Поттера звучал неуверенно даже для него самого.
Вставая под любопытными взглядами и перешёптываниями случайных свидетелей диалога, подросток тяжело вздохнул: « Браво, Гарри, прекрасно получается не привлекать к себе внимания».
Выйдя из аудитории и преодолев несколько извилистых коридоров, они оказались перед входом в отдел Магического правопорядка. В глаза сразу бросилось изобилие красного цвета. Здесь базировался аврорат. Подросток в своей серо-чёрной маггловской одежде сильно выделялся на общем фоне. Парень напрягся: слишком многое ему приходилось скрывать, чтобы чувствовать себя спокойно в логове дознавателей. Он, как вирус, проникший в кровеносную систему и со всех сторон окружённый красными тельцами, эритроцитами, в любой момент мог быть уничтожен при возникновении подозрений в его безвредности.
Гарри со злостью отбросил промелькнувшую паническую мысль о том, что ещё не поздно сбежать. Юноше нечего было опасаться: ответить на пару вопросов — простая формальность, миссис Бэймонт заверила его в этом, разве нет? С остервенением отгоняя от себя тревожные мысли и решительно вздернув подбородок, Поттер, подавляя желание обернуться, проследовал за девушкой внутрь небольшого кабинета.
Перед вошедшими предстал человек, восседавший в чёрном кожаном кресле за массивным лакированным столом. Он лениво поднял взгляд на посетителей, оторвавшись от чтения газеты.
— Мисс Гольсен, ну наконец-то, я уж заждался, — голос был сладок, словно патока.
Гарри мысленно застонал: перед ним был никто иной, как Сильвестр Гердо, не понравившийся парню ещё при их первой встрече в стенах Мунго. Подросток искренне надеялся, что их пути больше не пересекутся, но, видимо, у судьбы на то были другие планы.
— Мистер Гердо, — слегка вздрогнув и сжав руки перед собой в замок, сдержанно поздоровалась та, незаметно кидая на мужчину неприязненный взгляд.
— Прошу, присаживайтесь, — великодушно предложил чиновник, указывая на два свободных стула. Подросток нехотя занял ближайший к выходу, чувствуя себя крайне неуютно. Что-то в мужчине настораживало юношу: то ли непроницаемое выражение лица, резко контрастирующее с мягким тоном, то ли царившая в кабинете давящая аура — вызывали у парня на подсознательном уровне смутное чувство угрозы. Впрочем, последующая реплика чиновника, предназначавшаяся уже непосредственно юноше, подтвердила, что опасения и тревожность были небезосновательны. Неприязнь, исходившую от мужчины, казалось, можно было пощупать, а от вежливой улыбки не осталось и следа.
— Гарольд Джеймсон, — словно нехотя обратился к подростку Гердо. — Не думал, что придётся вновь побеспокоить вас, — саркастическая усмешка, — так скоро, однако, в свете всплывшей информации, а точнее, её отсутствия, я был вынужден настаивать на нашей встрече.
Поттер был удивлён подобному отношению к себе со стороны малознакомого человека. Конечно, их первую встречу нельзя было назвать приятной, но неприкрытая издевка, сквозившая в голосе чиновника, и презрительно-насмешливый взгляд стали для парня полной неожиданностью.
Гольсен тоже удивленно покосилась на подростка, уловив не свойственное мужчине резкое поведение, заинтригованная странными переменами в его настроении.
Дальнейший монолог чиновника был менее эмоционален (подросток заметил, что Гердо словно специально избегал смотреть на него, предпочтя выбрать объектом своего внимания нелепые настенные часы с кукушкой) и посвящён разъяснению причины, по которой понадобилось присутствие юноши, однако, Гарри, к своему стыду, осознал, что не до конца понимал значение сказанного. Мужчина выражался высокопарно и каждую свою мысль искусно заворачивал в обертку из эпитетов и архаичных слов, также не улучшало ситуацию изобилие служебных терминов. Подобным образом, наверное, и во времена Поттера вели беседу аристократы на закрытых приемах и званых ужинах, но никак не круг общения подростка, в большинстве состоящий из Гриффиндорцев, по меньшей мере половина из которых являлась полукровками или магглорожденными, а немногочисленным чистокровкам оттачивать своё ораторское мастерство было попросту не на ком.
Теперь же Гарри приходилось просеивать, очищая от шелухи красноречия, главную мысль, что давалось парню с большим трудом. Случайно взглянув в сторону аврора, Поттер недоуменно приподнял брови. У девушки было такое лицо, словно у неё к волосам прилипла маггловская жевательная конфета, а она проходила так, не замечая, весь день; одновременно очень неловко и противно от одной мысли, что придется трогать эту липкую, слюнявую гадость. «Видимо, эта речь предназначалась не только мне» — проницательно отметил про себя юноша. Слишком уж узнаваемые взгляды то и дело бросал на неё чиновник, всем своим видом стараясь выглядеть более значительно и важно.
Несмотря на то, что юноша бесстыдно пропустил большую часть из сказанного Гердо, неожиданно вспомнив любовные похождения Рона в этом году, это не помешало ему вынести основную суть, которая вполне вместилась бы в одно предложение: шла война, Министерство, во избежание всяких неприятных инцидентов от относительно безобидного шпионажа до террористических актов, приняло вынужденные меры и установило заклинание ‘надзора’ на многочисленных беженцев и всяких подозрительных личностей.
В категорию последних и попадал сам подросток. Все-таки его, мальчишку, появившегося из ниоткуда, с сомнительным прошлым, отправляли в школу, полную детей и не проверить намерения парня было бы просто-напросто преступной халатностью. Поттер понимал и поддерживал эти меры предосторожности, однако, это не помешало сердцу предательски забиться в безумном ритме и вспотеть ладоням, выдавая его волнение, когда парню сказали, что придется пройти проверку артефактом Лагранжа.
Что это был за артефакт, юноша не имел ни малейшего понятия, а, как говорится в маггловской поговорке, «неизвестность пугает». «А ты думал, что они так легко поверят твоей детской сказочке, Поттер?» — злобно вопрошал себя парень, с обреченностью наблюдая, как аврор доставала из глубины комода какую-то полупрозрачную сферу, в центре которой клубился белесый туман.
Девушка вручила сей предмет Гарри. Тот с явной неохотой и опаской взял в руки магическую вещь, о чьих свойствах мог лишь догадываться.
— И что мне с этим делать? — вырвалось у уже основательно накрутившего себя подростка, начинавшего всерьёз обдумывать пути бегства (тактического отступления, гриффиндорцы не трусят перед лицом опасности), если сейчас его раскроют.
Гердо картинно откинул голову, потирая переносицу и как бы задаваясь немым вопросом: «И за что мне все это?»
— Как я уже говорил, — сделал мужчина акцент на последнем слове, этим давая понять, что не оставил без внимания пренебрежение собственной речью со стороны мальчишки, — вам необходимо положить сферу на ладонь и отвечать на вопросы.
— И это все? — недоверчиво переспросил Поттер, шестым чувством почуявший, что ему что-то не договаривали.
— Все, что вам нужно знать, юноша, — безапелляционно заявил чиновник, и не пытаясь скрыть злорадной усмешки, видя растерянную физиономию наглого ребёнка.
***
«Это было близко» — выдохнул Поттер, ещё до конца не веря собственному счастью. Вообще подросток уже не раз замечал, что ему просто-таки сказочно везёт с момента появления в прошлом. Он, как эквилибрист с завязанными глазами, балансирующий над пропастью на тонком канате и выпивший Феликс-фелициас, каждый раз делая шаг, ускользал из цепких лап смерти, будто ведомый под руку самой удачей: воистину волшебство. Вот и в этот раз, задай девушка любой из вопросов чуть-чуть иначе — и Мерлин знает, что бы ждало юного путешественника во времени. К примеру те же: «Ваше имя и возраст, молодой человек?» при изменении формулировки на «Ваше имя и дата рождения» могли бы привести к весьма печальным последствиям для Гарри. Очевидно, что, учитывая все риски, Министерство не выпустило бы ‘воплощение опасности’ из своих стен, тогда как одно присутствие подростка в этом времени могло погубить бесчисленное количество жизней, но это в случае, если бы Поттеру поверили. Гораздо более реалистичным развитием событий было бы принудительное пребывание парня в Мунго уже на постоянной основе. В любом случае, ни одна из этих участей не вызывала у юноши ничего, кроме неприязни и липкого обволакивающего сознание страха. « А Волдеморт был прав: есть вещи хуже смерти» — рассеянно усмехнулся подросток, не заметив того, что только что согласился со своим главным врагом и персонификацией истинного зла.***
Артефакт Лагранжа оказался много упрощенным аналогом веритасерума. К такому заключению пришёл подросток, который, краснея и бледнея от напряжения и судорожно подбирая слова, периодически косился на мерно пульсирующую сферу у себя в руках. На протяжении всего ‘допроса’ ее внешний вид нисколько не изменился — за чем пристально наблюдала аврор — и после десятка вопросов по удовлетворённому выражению лица девушки, одарившей его сочувственно-доброжелательной улыбкой, Гарри понял, что проверка пройдена. Гердо, явно не особо довольный подобным исходом, будто ожидавший чего-то иного, вышел в смежную комнату за упрощенной формой анкеты, которую приходилось заполнять всем беженцам, претендующим на убежище на территории Туманного Альбиона. Почувствовав вселенское облегчение от того, что самая сложная часть встречи позади, парень, все же не сдержав своего любопытства, спросил: — А как это э-э-э-э… Как она работает? — возвращая назад ничем не примечательный шарик. — Ну-у, — протянула девушка, немного замявшись. — Не уверена, что могу разглашать подобную информацию. Однако, - ещё раз окинув Поттера оценивающим взглядом, и, видимо, найдя то, что искала, понизив голос до заговорщического шепота, произнесла: — Знаешь, занятная это вещица. Они оба перевели взгляды на сферу, все так же невинно мерцавшую переплетающимися серебристыми нитями тумана. Гарри пришлось склониться ближе, чтобы расслышать тихие слова собеседницы. — Ты, наверное, уже догадался, — мягкий шёпот доносился как будто издалека, а чужое дыхание на лице отдавало приятным теплом, — артефакт чувствует ложь, но скорее не в словах, а в намерениях и, уловив ее, он… — Гарри, как заворожённый, следил за клубящейся материей, постоянно изменявшей свою форму и вызывавшей у юноши неясные образы из глубин памяти, осмысляя окончание фразы, которое аврор прошептала ему на ухо. — Мисс Гольсен, — Гердо, вернувшийся из соседней комнаты со стопкой пергамента, подозрительно переводил глаза то на юношу, то на его собеседницу, стоящих, по его мнению, непростительно близко. Странное наваждение спало так же резко, как и возникло, и Поттер, не привыкший к подобной ‘близости’, рефлекторно отдернулся от девушки, как от прокаженной. Чиновник, неверно истолковавший реакцию парня, ещё больше нахмурился. Удивление в его глазах сменялось раздражением и осуждением. — Что это вы?..- тут он запнулся, явно смутившись от собственной догадки, и, сузив глаза, гневно посмотрел на подростка, будто пытаясь прожечь в нем дыру. — Мальчику нужно это заполнить, — сухо закончил он, передавая бумаги замешкавшейся девушке и полностью игнорируя юношу. Вновь занимая кресло за столом и возвращаясь к чтению отложенной газеты, чиновник отгородился от присутствующих за иллюзорным щитом из бумажных страниц. Но, несмотря на это, парень, принявшийся методично отвечать на общие вопросы анкеты, то и дело чувствовал на себе хмурые взгляды мужчины, которые словно бы потяжелели еще больше.***
Гарри нервно постукивал пальцами по спинке стула, чувствуя себя некомфортно в повисшей с уходом Гольсен давящей тишине. Она сказала, что проводит подростка обратно в аудиторию, как только отнесёт бумаги в отдел магического образования; видимо, процедура обязывала ее сделать это лично, а также отчитаться об итоге проверки. Юноше оставалось лишь с наигранным интересом разглядывать на полках многочисленные предметы, о предназначении которых он не имел ни малейшего понятия. Да что угодно, только бы не встречаться взглядом с вот уже добрую минуту разглядывающим его Гердо с нечитаемым выражением лица! С момента, как захлопнулась дверь за девушкой, необходимость во всякого рода притворстве для чиновника отпала, и он искренне наслаждался нервозностью мальчишки, но эта игра не могла продолжаться вечно. Молчание прервал голос мужчины, от ледяных интонаций которого парень невольно вздрогнул: — Удивительно, нет, верно, мне не дано этого понять. Гарри опасливо скосился на чиновника, в груди заныло от нехорошего предчувствия, впрочем, не заметив в руках Сильвестра палочки, он позволил себе немного расслабить напрягшиеся было мышцы. Мужчина молчал, все так же пристально разглядывая мальчика с каким-то нездоровым любопытством. Гарри, привыкший напрямую выяснять отношения, не выдержал напряженного молчания и не нашёл ничего умнее, чем спросить: — Что же вас так удивляет, сэр? — резкий вопрос сорвался непроизвольно, а Поттер в который раз мысленно проклял свою гриффиндорскую натуру. Гердо на это лишь хмыкнул, явно ожидая подобной реакции, и растянул бледные губы в подобие улыбки, не коснувшейся глаз, на дне которых плясали мрачные огоньки, не предвещавшие ничего хорошего. — Что же, хм-м… — лицо чиновника приняло наигранно-задумчивое выражение. — А ведь действительно? — он словно сам не мог решить, однако, встретившись взглядом с говорившим, Гарри незаметно сжал руку на кармане брюк, где лежала палочка. Юноше стало не по себе. — Хм-м, — ещё раз протянул Сильвестр, прищурившись. От этого действия довольно молодое лицо разрезали пока ещё неглубокие линии морщин, придавая гротескности. — Меня искренне поражает, на что некоторые готовы пойти ради собственной выгоды. — Я не понимаю. Что вы имеете в виду?! — в голосе послышались гневные нотки. Поттер растерялся, а потому злился, не зная, как реагировать на подобное обвинение, а в том, что сказанное являлось шпилькой в его адрес, юноша не сомневался. Укоряющие-презрительный взгляд чиновника был красноречивее всяких слов. Куда катится мир? Он, мальчик-который-выжил, обвинялся в… проявлении эгоизма?! Откровенный бред! Гарри был гриффиндорцем до мозга костей, ценившим справедливость и готовым помочь любому, даже в ущерб себе. А людей, готовых на все ради достижения цели и не заботящихся о благе окружающих, внутренне презирал, сам в детстве не раз становясь жертвой чужих подковерных игр. — Ох, все ты понимаешь, мальчишка! — взорвался чиновник, угрожающе нависнув над столом, который, казалось, являлся единственным фактором, останавливающим Гердо от применения грубой силы. — Как же Я поеду в приют со всеми остальными детьми, Я же особенный! Думал, никто не заметит твоего отсутствия?! Да я в тот же день знал, что ты и на пороге приюта не появлялся, — голос заметно подрагивал от сдерживаемой ярости, мужчина, явно, еле держался, чтобы не перейти на крик, а каждое слово так и сочилось ядом, — Думал, что никто не узнает?! Не задумается, откуда у сироты такие деньги? Да сейчас за ночь в самом паршивом номере нужно столько золота отдать, сколько раньше бы на неделю хватило, а мне знакомая говорит, что видела мальчика с обложки газеты в одном из гостевых домов, притом не один день подряд, — от мужчины во все стороны расходились ощутимые волны энергии, и юноша инстинктивно сделал пару шагов назад, желая оказаться как можно дальше от источника угрозы. — Пятьдесят галлеонов — не та сумма, пропажа которой останется незамеченной в условиях войны! Неожиданно, не правда ли, что пациент, якобы на лечение которого было снято со счета фонда столько золота, выписывается в тот же день и исчезает в неизвестном направлении. И медсестра эта новая хороша, нечего сказать, точно ведь она помогла, больше некому! А ведь знает же, лицемерная девчонка, как не хватает сейчас финансирования больнице, сколько людей могут не получить должного лечения из-за вашей жадности! — Неправда! — Громкий возглас заставил мужчину прервать свою обличительную речь и вперить бешеный взгляд налившихся кровью карих омутов в подростка. Гарри, как рыба, выброшенная на сушу, только беззвучно открывал и закрывал рот, силясь вспомнить хоть что-то, что оправдало бы его не только в глазах Гердо, но и в собственных, однако, сказать особо было нечего. Юноша, к своему ужасу, понимал, что отчасти слова чиновника были правдивы: пусть не пятьдесят, а пять галеонов, но парень все же украл, успокаивая свою совесть тем, что эти деньги Министерство все равно выделило на его лечение, а значит, Гарри был вправе потратить оставшееся золото на своё усмотрение, ведь что такое каких-то пара золотых для спонсоров, у которых в сейфах пылятся горы таких же? Эта теория, как воздушный замок, не выдерживала никакой критики, готовая развеяться под малейшим напором логики. Он украл деньги не у богачей-чиновников, которые бы, наверно, даже не заметили пропажи, но у, возможно, единственной больницы, где простые граждане могли надеяться на бесплатное лечение, неспособные оплатить дорогие лекарства и услуги целителей. Промелькнувший было в уме вопрос о том, почему Гердо упомянул о пятидесяти галеонах вместо пяти, был задавлен тяжестью обвинений, предъявленных юноше. Поттер чувствовал себя премерзко. Он отчаянно закусил губу так, что выступила кровь, последующую боль подросток любезно встретил с радостью отъявленного мазохиста, считая, что это — меньшее, что он заслуживает за свой малодушный поступок. Юноша невольно подумал, как жалко, наверное, он выглядел со стороны: не в силах поднять предательски блестящие глаза на собеседника, весь пунцовый от стыда, как глупый ребёнок, пойманный за руку при попытке стащить пару долларов на мороженое из коробки для пожертвований. Если бы только там, в больнице, он задумался, если бы не струсил отправиться в маггловский приют, в то время как бомбардировки могли возобновиться в любой момент, если бы не принял такую желанную помощь, а послушал сердце, просто вопившее о неправильности совершаемого поступка… — Вот только не надо устраивать мне здесь спектакль. Фраза, произнесённая насмешливым тоном, вырвала подростка из пучины самобичевания, тот, вздрогнув от неожиданности, перевёл затравленный взгляд бутылочно-зелёных глаз на чиновника, пересилив привычное желание отвернуться и не показывать собственную слабость. Гарри не плакал давно: ни когда сердце изнывало от тоски, ни когда он чуть ли не терял сознание от боли, ни когда все внутри выгорало от обиды и праведного гнева, нет, даже тогда парень не позволял себе подобного. Однако, сейчас… сейчас же тонкие соленые ручейки, следуя законам гравитации, аккуратно очерчивали острые скулы, раздражая раскрасневшуюся от прилившей крови кожу. — Какое коварство! — наигранно восхитился чиновник, брезгливо морщась. — Превосходная игра, молодой человек. Далеко пойдёте! Я бы может и поверил, будь лет так на двадцать моложе. Благо с возрастом приходит и жизненный опыт. Будь у меня доказательства… — на этих словах губы мужчины тронула мечтательная улыбка, никак не вяжущаяся со стальным блеском в темно-карих глазах, — ты и твоя подружка уже сидели бы в Азкабане, но тут ничего не скажешь: все мастерски провернули, денег словно никогда и не существовало, видно не в первый раз. Но запомни мои слова, мальчишка, — Гердо вновь опустился в кресло, сцепив руки в замок и оперевшись о них подбородком, чуть прищурившись, продолжил, — я хоть и не в аврорате работаю, но многих оттуда знаю и именем Мерлина и Морганы клянусь, вы и вам подобные, вы все поплатитесь! Тишина звенела в богато обставленном кабинете, где в воздухе ещё пульсировала магия, вызванная сильными эмоциями. Последние слова, произнесённые вслед, так и не были услышаны адресатом. Один из собеседников вылетел из комнаты, громко хлопнула тяжелая дверь, и лишь звук удаляющихся шагов недолго раздавался в опустевшем помещении.***
Гарри быстрым шагом удалялся от злополучного кабинета, не разбирая дороги. Куда угодно, лишь бы не слышать слов, словно раскалённые ножи пронзающих его сердце. Перед глазами все плыло. Поттер резко сорвал очки, рассекая щеку, но не обращая внимания на саднящую ранку. Рукавом кофты юноша с остервенением стирал выступившие слезы, поток которых, казалось, вовсе не собирался прекращаться. Внутри все бурлило и кипело, подросток клял себя последними словами, снова и снова безуспешно пытаясь придумать, как все исправить. Тихий голосок из глубин его души, проникновенно убеждал, что нельзя винить себя за проявления инстинкта самосохранения, но этого было явно недостаточно, чтобы хоть на мгновение расслабить стальную хватку совести, сжимающую грудь парня, не позволяя вдохнуть. Поэтому неудивительно, что, будучи в столь разбитом состоянии, подросток заметил впереди себя два красных пятна лишь когда между ними было не больше трёх метров. Один из авроров с жаром пытался что-то доказать другому, полубезумно сверкая глазами, в которых ясно читалась фанатичная преданность своей работе. К удивлению, юноша не услышал ни звука из сказанного. «Полог тишины» — заторможенно подумал он, разглядывая говоривших, которые ещё не заметили, что уже не одни. Стройный женский силуэт показался подростку странно знакомым. Неожиданно девушка, стоявшая до этого спиной, обернулась, почувствовав на себе чей-то взгляд. Ее глаза расширились, а губы беззвучно произнесли одно слово. «Гарри» — без труда прочитал парень своё имя, смотря на девушку взглядом, от которого любой бы постарался отгородиться: столько в нем было пылающих эмоций, словно языки адского пламени вот-вот готовых вырваться наружу, сжигая все на своём пути. Тем временем, растерянность на лице Гольсен сменила решимость. Одним взмахом неизвестно откуда появившейся палочки, она рассеяла полог, давая понять собеседнику, что разговор окончен. — Клаудия, я же… — попытался было образумить ту мужчина, очевидно, не желавший мириться с отказом, но был на полуслове перебит девушкой, выражение лица которой означало лишь одно: «ничего не хочу слушать». — Нет, Фредди, не в этот раз, — отрезала она, и не давая мужчине вставить и слова, продолжила, — Министерскую проверку он прошёл, нет никаких оснований для проведения допроса. — Но ведь это же глупо, Клоди, как ты не понимаешь?! — аврор неверяще смотрел на свою собеседницу, видимо, рассчитывавший на полную поддержку с ее стороны. — Я же говорю, в архиве нет записи о том, что мальчик входил в Отдел тайн в тот день, он не мог пройти мимо поста, такого просто не может быть! Если, конечно, он не является преступником, устроившим взрыв! — запальчиво говорил мужчина, перейдя на шёпот, также заметив постороннего. Особой разницы Поттер не почувствовал, эхо от слов аврора все так же отражалось от холодного камня коридора и без труда достигало ушей подростка, который будто прирос к месту. — Ну же, Клоди? — попытался в последний раз достучаться мужчина, хватая Гольсен за локоть в жесте отчаяния, не желая отпускать. Это стало последней каплей: девушка с силой рванулась, высвобождая руку, и отступила ближе к Гарри, разрывая дистанцию. — Хватит! Я НЕ даю своего согласия, выскажи свои предположения Главе, получи приказ, а уже потом допрашивай несовершеннолетних! — звонкий голосок усиливался десятикратно из-за хорошей акустики, и присутствующие непроизвольно поморщились от громкого звука, резанувшего слух. Девушка выглядела рассерженно: грудь часто вздымалась, на щеках пятнами выступил румянец, а брови угрожающе хмурились. Сделав глубокий вдох и дождавшись, когда последние отголоски ее слов затихнут, она уже спокойней добавила, цитируя недавние слова сестры: — Довольно, мальчик и так натерпелся…
