Жизнь сурка

— Я только что рассталась с парнем и теперь вернулась к родителям. — А-а-а, извини. — Нет, ничего. Без него лучше. Он сказал, что я растолстела. — Прошу прощения? — Он сказал, что у меня ноги стали толщиной с дерево. Это мило, да? Очень. — А-а-а... Я премьер-министр, и я могу приказать убить его. — Спасибо, сэр, я подумаю. — Подумай. В спецназе надежные парни.

Ежедневник Лайта Ягами, записано на ганимедском диалекте автономной области Новый Гринвич. #1 Я, бета-версия, «проклятый прокурор» Дата смерти: 25.08.2055, ~23:05 (сделка на глаза: 3.12.2003, 20:42, ориентировочная дата смерти — апрель 2028) Мико: 22.07.2034 (??) Киёми: 31.12.2034 (если не женюсь, Мико не будет, смерть от ест. причин?) L: 22.04.2033, разобраться с S ближе к дате Миса: 14.03.2035 (попытка убийства в апреле 2004, придется следить??) Саю и Айри: август 2033 ?? Свести с кем-то более подходящим?? Разобраться с Ичиносе ближе к дате. Слежка? Перечеркивая убийство Саю, избавляю маму от приступа? Важно: отправить отца по врачам Тетради: Миса, 2 шт, шинигами: Джелос и Рем. #2 Сети I, Египет, 1200е до н.э. (откуда бы узнать точный таймлайн?) Папирус: Рамсес (Армония Джастин) Моисей (Гук) были глаза!, убил меня, а потом, судя по легендам, всех первенцев Египта Важно: дать по морде Моисею, если встречу Шинигами: Анубис (Чезаре ничего не слышал о персонаже, умер как Джелос и Рем?) #3 майор Викс Вестон, северный Марс, 2658-2700 Голопередатчик: Фердж Лидрээз, шинигами: Мидра Важно! Бредово, но Фердж напоминает Далил Гиллорту, шинигами у Борджиа Оказывается, орудия смерти отлично измельчаются в марсианских китчен-эйдах #4 Лючия Ферраро, «ведьма», Италия, 1480-1499 Пергамент: Хозяин: Чезаре Борджиа, он же Рюук были глаза! Юзер: Родриго Борджиа Шинигами: Далил Гиллорта =TBC?=

***

Девушка, закутанная в просторный плащ и шарф настолько, что только специалисты смогли бы отличить ее от первого Ватари, наблюдала за приготовлениями в студии. Механический голос в наушнике едва ли показывал эмоции, тем более что и персонаж у микрофона не имел свойства ими фонтанировать, но она нутром чуяла, что нервы кое у кого пошаливают. — Я буду выглядеть идиотом, если ничего не выйдет. Это же полный бред. Девушка позволила себе тихий грудной смешок. — Успокойся, детектив. Почему-то у меня такое чувство, что все пройдет отлично. Голос в наушнике затих ненадолго. — Я понимаю, что ты ему благодарна за убийство Гоблина, но ты ведь можешь быть следующей! Вторая Ватари спрятала улыбающиеся глаза под полой шляпы. Дело было не только и не столько в благодарности, а в том, что она искренне считала: Гражданин не может быть умнее ее, и уж тем более L. — Но вы с ребятами ведь уничтожили всю информацию обо мне в сети, когда это началось. — Рикка... ты совсем не боишься? Девушка — Рикка — посмотрела на декорации спектакля, приманки для Гражданина, и тихо хмыкнула в передатчик: — Нет.

***

— Я — тот, кому подчиняются спецслужбы и полиция всего мира... Лайт обернулся на телевизор — он даже новости нечасто смотрел, но Чезаре было нечего делать, так что «шарманка» частенько играла фоном. — Линд Л. Тейлор, или просто L. — Согласно глазам Бога Смерти, «Л» в имени была лишней, но для Тетради вторые имена и отчества были некритичны. — Ха. Чезаре обернулся, вздернув брови. — Ты его знаешь? Лайт ухмыльнулся и залез в сеть. — Я знаю, кто за этим стоит. — Его улыбка приняла почти ностальгический оттенок. — Эллиот, старый ты пес, я даже соскучился... О! Я так и думал. Товарищу явно обещали помилование за этот бенефис, то-то мне его наглая морда не понравилась. Товарищ Тейлор на голубом экране тем временем все явственнее нарывался. Лайт открыл Тетрадь Смерти и задумчиво покрутил ручку в пальцах. — Нам не стоит палиться с разными способами убийств, как думаешь? — Разумеется, нет, если ты хочешь и дальше убирать политиков без лишнего шума. — И я о том же. «Линд Тейлор, сердечный приступ…» — Отвернитесь, синьор, сюрприз испортите. Чезаре хмыкнул и повернулся к телевизору, где все еще отрабатывал свое помилование Тейлор. Отрабатывал недолго. Остановился на половине фразы, словно кто-то щедро плеснул ему в рот лидокаина, встал, вскрыл перьевой ручкой вену на запястье, подошел к стене и начал рисовать.

***

Когда Тейлор повел себя не по сценарию, в студии началась паника, но Рикка остановила работников одним властным жестом, хмуро наблюдая за авангардным кровавым художником. Закончив, Тейлор обмяк и кулем свалился на пол. В наушнике послышался судорожный вдох. Да, Рикка погорячилась, когда сказала, что не боится. На стене мыслью Гражданина и рукой Тейлора отпечатался темный от венозной крови символ, неофициальный герб ее семьи, а под ним — послание, которое едва не заставило колени Рикки подогнуться, как если бы она была юной впечатлительной барышней. «Боишься, L?» — Он знает... он все знает... — пробормотала она, не в силах оторвать взгляд от схематичного, но узнаваемого журавля на фоне горы. К чести L, он быстрее взял себя в руки. — Знает, но ничего не сделал. Если бы он хотел, ты была бы уже мертва. — Почему-то теперь я в этом не уверена. — Я найду его. Ты не будешь его заложницей, поняла? Передатчик кликнул: L переключил канал связи на вещание в студию. Рикка осталась стоять на месте по стойке смирно — было слишком много свидетелей, так что она, к сожалению, не могла себе позволить приступ панической атаки. И даже чисто по-женски похныкать от страха — тоже.

***

— Невероятно... — раздался из динамиков знакомый Лайту искаженный механический голос. — Ты действительно можешь убивать людей на расстоянии... Чезаре оглянулся на довольного жизнью Лайта. — Что за журавль? — Это намек на причину, по которой L — настоящий, а не это подставное лицо — ввязался в это дело. «Ватари Второй», помощница и дама сердца Эллиота в одном лице. — Она преступница? — проницательно поинтересовался Чезаре. — Согласно официальной версии, да. Неофициально... — Лайт усмехнулся. — Она занималась примерно тем же, чем и я. Только из личной мести, а не ради мира во всем мире. В девятнадцатом году я представлял ее интересы на международном трибунале — мы так с Эллиотом познакомились. Мы добились замены казни на пожизненное, а потом он при моем попустительстве организовал ее побег... Лайт вновь обратил внимание на исключительно самодовольный монолог по телевизору. Как типично для L — пытаться переключить огонь на себя. К тому же, теперь великий сыщик точно пойдет по следу Гражданина, как акула на кровь, что Лайту было только на руку. — Что ж, пока что все идет прекрасно, дорогой друг сам приедет познакомиться.

***

Амане Миса была в отчаянии, когда убийцу ее родителей отпустили на свободу. Но, в отличие от своей старшей сестры, искавшей утешения в сакэ, Миса не была готова сдаться. Если ей что-то было нужно, Миса была готова манипулировать, украсть, предать, насосать. В данном случае она прекрасно понимала, что у нее нет ни средств, ни умений, чтобы убить или посадить ублюдка, так что... она придумала прекрасный вариант с «насосать». Она как раз подыскивала себе достаточно влиятельного одинокого якудза, когда преступники по всему миру начали умирать. Пока что умирали только самые жестокие, отъявленные мерзавцы, но у Мисы появилась надежда. Надежда, что когда Гражданин разберется с террористами и серийными убийцами, она тоже получит немного справедливости. А если нет... ну что ж, у нее уже был телефон господина Куроды, но этот способ достичь желаемого может и подождать.

***

Декабрь, 2003 Лайт хлопнул дверью, чуть не прищемив Чезаре нос, и врезал кулаком по стене. — Ну твою ж мать! Чезаре был ехиден, как стая довольных гиен. — Что, тоже заметил слежку? А я говорил, что приглашать сюда L было плохой идеей… — Да плевал я на слежку, ничего он не заметит! Это Пенбер, Пенбер, блин. Я спал с его женой! — Неожиданно. А она симпатичная? — По-твоему, я стал бы спать со страшной? — Кто тебя знает? Чезаре, кажется, ревновал — Лайт замечал это уже не в первый раз. Пока на первый план не вылезала кокетка-монашка, это было даже забавно. Лайту вообще не нравилось, что среди его воплощений затесалась женщина. За несколько недель у Лайта открылось несколько весьма полезных блоков на памяти, что было крайне удобно по части языкового барьера: было бы странно, если бы Гражданин убивал только тех, у кого имена пишутся иероглифами или латиницей, и при этом щадил десятки террористов на среднем востоке. Рюук-Чезаре каждую реинкарнацию подкалывал и пытался «попробовать на зуб». Единственным женским воплощением была погибшая молодой монашка, и тем страннее Лайту было флиртовать с бывшим поклонником сестры Лючии, когда на него... накатывало. И вот теперь что-то, похожее на ревность к жене Пенбера! Цирк, право слово. К тому же, и в этом таймлайне Лайт с ней был еще даже не знаком. Если говорить честно, он действительно начал себя чувствовать самым старым человеком на земле, и романтика казалась ему какой-то смешной и далекой... В общем, максимум, на что он был готов, — это снять в Роппонги «ночную бабочку»... желательно ближе к тридцати, но еще не затраханную, во всех смыслах. К слову… разве Наоми уже стала миссис Пенбер? Помнится, у них была супер-долгая помолвка, а на момент адьюльтера с участием Лайта они собирались отметить десятилетнюю годовщину. Значит, Наоми еще, скорее всего, Мисора. Чезаре поднял брови (вздергивать одну, как именитый папенька, он так и не научился), увидев, как Лайт разулыбался во всю мерзость. — Что ты задумал? — О, я хочу уберечь свою хорошую приятельницу от... в общем, это как раз тот случай, когда поговорка «хорошую вещь браком не назовут» — святая истина. — Ты хочешь опять переспать с его женой? Лайт наставительно покачал пальцем у Бога Смерти перед носом. — Невестой. — О, коварный ты разлучник.

***

#5 Артур Сантурян, врач, СССР, 1922-1984 Тетрадь: Ванятка (среди шинигами не видел), шинигами: Киндарра Гивлоштайн (где были мозги у этой дуры, Тетрадь ребенку отдавать?) #6 Фрей Хетхар, доктор IT, Ганимед, 3250-3307 Видимо, перенос сознания на электронные носители считается за бессмертие? Датапад: Муэ (мда, «везет» мне что-то с женами), шинигами: Ну (кажется, это старушка Миса) Вымерли шинигами, потому что люди перестали умирать в полном смысле этого слова #7 Джафар, великий визирь, Арабский Халифат, 763-803 Если б я был султан, я бы имел трех жен... кошмар, больше никогда (зачеркнуто) Пергамент: Фатима (Мидра), наложница аль-Рашида были глаза!, шинигами: Рамсес (зачеркнуто) Армония Джастин #8 Лукас Гонсалес, моряк-авантюрист, Испания-Мексика, 1500-1531 Свиток: жрец Заккэри были глаза! Скорее всего, после моей смерти лапу на свиток наложил Франсиско Писарро, и тоже купил глаза, среди индейцев эпидемия ветрянки случилась, если история не врет Шинигами: Калликарча Если прижмет: (координаты золотой заначки) #9 Люсьен Тэтчер, прохвост, Первое Лунное поселение, 2357-2423 Айфон (!!!): Министр Иностранных Дел Гарсиа (Важно: очень напоминает Калликарчу) Шинигами: Сидо (жрущее шоколад чудовище, напоминает Писарро) ...и только шпионом я еще не был, фу =TBC?=

***

— Как странно, что он еще не закатил тебе скандал, — хмыкнул Лайт, передавая Наоми бумажный стаканчик. Когда-то, десять лет тому вперед, она стабильно пила двойной эспрессо со льдом — и, судя по удивленной улыбке, это пристрастие у нее уже появилось. Какая удача. Наоми взяла своего юного поклонника за локоть, и они пошли по парку неторопливым прогулочным шагом. Рей Пенбер прятался по кустам, следуя за парочкой. Он наивно считал, что его не замечают — с его-то комплекцией. — Это просто смешно. — О, ему, все-таки, есть к чему ревновать. — Разве? Лайт деланно задумался над вопросом. — Ну, сейчас будет. Наоми больно впилась ногтями ему в предплечье. — Если вздумаешь меня лапать, я сломаю тебе шею, Ягами. Лайт же сохранял дзен-буддистское спокойствие. — Фи, как вульгарно, Наоми-сан. — Он посмотрел на нее и легко улыбнулся — знал, что в этом возрасте и в этом теле это выглядит очаровательно. — Терпение. Наоми, когда Лайт легко перехватил ее руку и поцеловал тыльную сторону ладони, удивленно моргнула. Из парня через пару лет выйдет еще тот Казанова. Да что там, он уже... Из кустов послышалось рычание. — Ну, пора. — Что... Не отпуская руки своей визави, Лайт встал на одно колено. — Наоми! Ты самая прекрасная женщина в моей жизни! — Тебе семнадцать, кого ты там мог видеть, Господи... — Это неважно! Окажи мне честь, выходи за меня! Через мгновение Пенбер, все-таки покинувший кусты, повалил Лайта на мерзлый асфальт, пытаясь задушить. Наоми в стороне весело, заливисто смеялась.

***

— Я настаиваю на немедленной изоляции Ягами Лайта и проведении тщательного расследования относительно его деятельности за последние три недели, — веско рявкнул динамик голосом агента Пенбера. Эл с интересом придвинулся к экрану, закусывая ноготь на большом пальце. Рикка, второй Ватари, сменившая мистера Вамми, когда он пожелал уйти на пенсию, к своим шестеренкам, подменила вазочку с рафинадом рядом с чашкой Эла на заменитель сахара, пока он не заметил. Она не одобряла его увлечение сладеньким, что великого сыщика весьма огорчало. Рикка вообще его частенько радовала и огорчала. Миниатюрная, симпатичная, с хитрыми глазами — она скрывала свою чудную фигурку в шароварах и бесформенных шелковых рубашках, непременно черного цвета — хорошо хоть косу под платками прятать перестала. Флиртовать — флиртовала, но дальше не заходила, хотя срок траура уже давно истек. В общем, как чужой торт: слюнями капай, сколько хочешь, но откусить не моги. По крайней мере, больше угроз от Гражданина в ее адрес Эл не получал, что радовало. — На каком основании? Вы заметили в его поведении что-то необычное? Кажется, в вашем рапорте недельной давности вы писали, что не заметили ничего подозрительного. — Тогда я был не в курсе, что этот маленький говнюк пытается отбить у меня невесту! Кажется, впервые в жизни закаленный идиотизмами своих наследничков Эл в полной мере ощутил на себе, что такое разрыв шаблона. Пенбер, кажется, слегка стушевался. — Я понимаю, что это непрофессионально, но Эл, вы можете меня понять? Как мужчина мужчину? Эл мрачно посмотрел в экран с явным «меня окружают идиоты» на лице. — Да, Пенбер, я вас прекрасно понимаю, но уж простите, со школьником извольте разобраться самостоятельно. Уже позже, попивая свой недостаточно сладкий кофе и нежа глаз очаровательной помощницей, Эл не удержался и похихикал над ситуацией. — Какое, однако, интересное совпадение. Или... Гражданин жаждет привлечь мое внимание без лишних жертв? Хм-м...

***

Февраль, 2004 На экзамене в Тодай Лайт почувствовал на себе взгляд категории «дрель». В нем буквально кто-то пытался просверлить дыру. Оборачиваясь, он уже ожидал увидеть в конце аудитории Пенбера (челюсть все еще заживала, но это того стоило), но... «Эллиот? А где щеки и пузцо?!» Эл Лоулайт. Любимый (совершенно беспалевный, как любил шутить сам Эл) псевдоним: Эллиот Лоу. Скрытен, изобретателен, любитель вкусить сладенького до ужаса, а если точнее — диабета, нагнавшего его, кажется, в сорок два, Лайт точно не помнил. Характер мерзкий. Не женат. Если быть точным, еще не женат: Рикка уже должна была сменить ушедшего на пенсию Ватари. С учетом ее прошлого, ей повезло, что у Лайта было послезнание: если бы он нашел Тетрадь еще в первый раз, то, не будучи в курсе подробностей ее дела (а в этом таймлайне еще никто, кроме Эллиота, Ватари и самой Рикки не знал всего), покарал бы ее одной из первых... И тогда бы Эллиот к этому моменту искал Гражданина не из спортивного интереса, а из жажды мести. Свою историю знакомства со знаменитым сыщиком Лайт мог разделить на два периода: Винсент Вега и печальный, дистрофичный бассет-хаунд. Эллиот ел сладкое как не в себя, сколько себя помнил, но в определенный момент кому-то умному (явно не Эллиоту) пришла в голову мысль проверить уникума на паразитов. Паразиты таки были. После лечения Эллиот продолжил есть сладкое в ужасающих количествах... и начал толстеть. Так что на момент встречи с Лайтом у него был лоснящийся конский хвост на макушке, который ему было откровенно лень стричь, пухлые щечки и внушительное пузо. Миса, помнится, над ним в первую встречу посмеялась и заставила с ней твист танцевать. Она в те времена как раз косила под Уму Турман образца «Криминального чтива». Второй период начался, когда у Эллиота диагностировали диабет, и ему пришлось сесть на диету из легких салатов и вареной курочки. Он за год похудел до вполне адекватных шестидесяти пяти килограмм и завел специфическое хобби: смотреть по выходным канал Джейми Оливера... и плакать. Итак, судя по всему, паразитов Эллиот еще не потравил, волосы только начал отращивать, и даже классические гангстерские костюмы-двойки пока не полюбил. Пожалуй, это будет... интересно. Лайт ухмыльнулся — градус подозрения в глазах Эллиота сразу повысился — и вернулся к тесту.

***

— Сынок, почему ты не ходишь на лекции? Лайт тяжело вздохнул и повернулся к отцу. — Хорошо, и кто меня сдал? — Вопрос на самом деле был излишним: Лайт и так знал, кто. — Твой однокурсник, — стушевался Соитиро. Он всегда был плохим лжецом. — Дай угадаю, — иронично хмыкнул Лайт, жутко изгибая спину в пародии на сколиоз Эллиота и поднося телефон к уху двумя пальцами. — Вот этот однокурсник? — Эм... — Так расстроен, что не может за мной уследить, да? — Не меняй тему. — Я договорился с профессорами, сдал все задания за первые три месяца, и устроился на работу по специальности, — спокойно сообщил Лайт раздраженному папеньке. Соитиро, по всей видимости, заготовивший гневную тираду, сразу же сдулся. — А, ну хорошо. Мог бы и сказать. Лайт легкомысленно махнул рукой. — Зачем? Я уже удовлетворил свое тщеславие. А вот Саю не помешало бы ваше с мамой внимание и поддержка, как ты думаешь?

***

Эл мрачно смотрел на подозреваемого, который наконец-то соизволил появиться в университете, поверх своего переслащенного эспрессо. Подозреваемый мило улыбался — ему, официантке, случайным однокурсникам — и, казалось, совершенно не беспокоился. — Итак, почему я? Эл задумчиво проводил взглядом чизкейк, который, к несчастью, пронесли мимо их столика. — Гражданин, судя по посланиям, явно хочет обратить на себя мое внимание, а ты, как мне показалось по заварушке с агентом Пенбером, именно этого и добивался. Лайт в ответ очень натурально оскорбился. — То есть, ты полагаешь, что я использовал такую чудную даму, как Наоми-сан, чтобы просто добраться до тебя? Как плохо ты обо мне думаешь, Рюуга. Я ведь даже сделал ей предложение! — Печаль в глазах казалась настоящей. — А она меня отвергла. Эл, завидев издалека официантку с долгожданным заказом, облизнулся. — Для справки, Наоми уверена, что ты пошутил. — Жестокая женщина. Будь я милой девочкой, впору было бы причитать «а кто мне девственность вернет?» — хмыкнул Лайт, взглядом провожая тарелки с пирожными, которые выставляли перед знаменитым детективом. — По крайней мере, они с Пенбером после этого расстались. Он ей совершенно не подходил. — С чего ты взял? — Она умнее, чем он. Примерно на тридцать пунктов IQ. К тому же, Пенбер хотел, чтобы Наоми-сан стала домохозяйкой. Эл даже оторвался от торта и послал Лайту возмущенный взгляд. Возмущение, разумеется, относилось к агенту Пенберу. — Домохозяйкой? Серьезно? Да он больной. Лайт согласно кивнул. — Вот и я о том же. — Его лицо приобрело чуть более серьезное выражение. — Скажи. Ты всегда так ешь? Судя по интонации, подозреваемый уже знал ответ на свой вопрос, но Эл все равно утвердительно кивнул, похрустывая вафелькой. — Если много думать, то не потолстеешь. Лайт, совершенно не убежденный, поднял бровь. — Милый аутотренинг. Ты когда на паразитов проверялся в последний раз? И, кстати, как у тебя с уровнем сахара в крови? Лайт в этот момент до ужаса напомнил Элу Рикку, которая каждый Рамадан, глядя на его полуденный «перекус», спрашивала, сколько он весит, а затем начинала вопить, что «дело не в дедукции», «это невозможно» и «зая, проверься, у тебя там червь». Обычно в ответ на это Эл презрительно фыркал и шел поливать свои фикусы в «зимнем саду» для котиков. Но, к сожалению, фикусы и котики были в данный момент очень далеко, а закатывание глаз в споре с Ягами использовать было нецелесообразно. Лайт улыбнулся — ласково, прямо как бабуся из далекого (очень далекого) детства Эла, — и погладил его по руке. — Давай я свожу тебя к знакомому гастроэнтерологу, проверим твою теорию про сахар и активность мозга... только постарайся до завтра ничего не есть, хорошо? Эл прикрылся фейспалмом. — Ну хорошо, но когда ты окажешься неправ, с тебя вон тот торт. — Конечно-конечно, без проблем. — Голос Лайта буквально источал мед. — Я даже покажу тебе милое заведеньице со специфическими кальянами и особыми голландскими кексами. — Прошу прощения? Образ слащавой бабуленьки сменился привычным мило-ироничным. — Нычка в правом переднем кармане. И, Рюуга, посмотри на свои зрачки, кого ты пытаешься обмануть?

***

— Откуда у тебя это... — Эллиот задумался, подбирая подходящее сравнение, — сокровище? Супра у Лайта была битая, подержанная и рыжая, как марокканский апельсин, но она стоила гроши, довольно резво бегала и не доставляла никаких проблем. «Апельсинка» покупалась для поездок в суд в качестве «прокурора Сакаи». Прокурор Сакаи был списан с прокурора Ягами образца сороковых годов: очки в массивной оправе, бутафорские усы, рисованные мешки под глазами, зачесанные назад волосы. Правда, без седины Лайт пока что напоминал самому себе своего папеньку, когда тот был немного моложе. — Но-но! На это сокровище ушли мои накопления за старшую школу! Эллиот сел на переднее пассажирское и бестактно полез в бардачок. Ему в ноги сразу же упала бутылка водки, а за ней — Ред Булл. — Какой милый студенческий набор, — прокомментировал находку детектив, просматривая документы на машину. — О, водка — это для тебя, на случай, если я окажусь прав. Лайт, не дожидаясь, пока Эллиот удовлетворит свое любопытство, вывернул с парковки и поехал в сторону клиники. — Так значит, кое-кто занимается подделкой документов. Лайт фыркнул. — Ну, на папашу я транспорт записывать не хотел, мопед — это еще более несолидно, чем старая рыжая Супра, а двадцати мне еще нет. Пришлось вертеться. — Я могу сдать тебя твоему отцу. — А зачем? — искренне удивился Лайт. — И вообще, разве мы не друзья? Эллиот посмотрел на него, как на сумасшедшего, и хмыкнул. — На этот раз твоей манипуляции недостает изящества. Лайт на это легкомысленно пожал плечами. — Ну прости. Беспардонные попытки Эллиота обыскивать Супру на ходу Лайт терпел с буддистским спокойствием — в конце концов, каждый развлекается, как может. К тому же, радоваться бедняге оставалось недолго: в конце улицы уже виднелось здание клиники. Эллиот, как показалось Лайту, разочарованно сел на место, поджав под себя ноги, и начал переключать радиостанции. Лайт уже искал свободное место на парковке, когда Эллиот нашел роковую станцию: из колонок взревел Тилль Линдеманн. — О, Раммштайн! Запомни станцию, о’кей?.. — начал было Лайт, втискиваясь на свободное место, как вдруг на него накатило уже знакомое чувство дежа вю. — Черт, как не вовремя... Эллиот и интересом склонил голову, наблюдая, как Лайт уже привычно прижимает к носу платок.

***

#12 Еврейка, 1943 Его привели в кабинет без окон и привязали ремнями к стулу. Лайту опять «не повезло» поздно проснуться: он был уже по уши в дерьме. Что ж, пытки в Инквизиции он уже пережил... Да уж, дурацкий каламбур. Хотя, он знатно перетрусил, пока ждал неизвестного: становиться жертвой доктора Менгеле ему сильно не хотелось. И ведь знал же, что лагерь ни разу не для бойскаутов, давно надо было попытаться сбежать, уж лучше расстрел, чем опыты. В этом воплощении его звали Мейрой, у него были пышные вьющиеся волосы и не менее пышная грудь. И еще более пышный букет неприятностей, мягко говоря. За дверью послышались голоса. Один был Мейре знаком и не сулил ничего хорошего: она была не настолько важной птицей, чтобы ей интересовался комендант Биркенау. С комендантом беседовала женщина. Голос был гундосым и не слишком эмоциональным, но интонации были очень вескими. Мейра успела относительно неплохо выучить немецкий еще во времена проживания в гетто, так что разобрала последние слова: — ...это дело касается исключительно Аненэрбе. Я вас проинформирую, если все пройдет удачно. Орден германского наследия, исследователи мистики? Не с Орудием ли Смерти пришли по ее душу? Дверь открылась и в комнату вошла светловолосая фрау с короткой стрижкой и повязкой на (видимо, отсутствующем) глазу. Судя по погонам, фрау была унтерштурмфюрером СС. Мейра еле сдержала облегченный вздох, когда фрау достала из портфеля тетрадь в знакомой черной обложке. — Фамилия? — Дрейзис. — Имя? — Мейра. Пишется латиницей, без дополнительных знаков. Фрау подняла на нее подозрительный, схожий с рентгеном взгляд, но все же записала имя в Тетрадь аккуратным почерком, без наклонов и завитушек, и засекла время. Даже если бы Лайт не знал, что над головой у него реют иероглифы, а не имя еврейской девушки, пугаться было нечему. Сердечный приступ — это такая милая, практически безболезненная смерть... Которая, кстати, так и не наступила. Фрау нахмурилась, Мейра же неуместно мило улыбнулась. — Что-то не так? — И, когда женщина оглянулась, словно беседуя с пустотой, жестокая ухмылка прокурора Ягами взрезала ее лицо. — Может быть, вам сначала следовало купить глаза у Бога Смерти, который стоит у вас за спиной?

***

— Эй, Ягами, ты в порядке? — потряс Лайта за плечо Эллиот. Ладно, еврейка Мейра — почти настолько же ужасное воплощение, как Лючия Ферраро. Лайт, прижимая к носу пропитавшийся кровью платок, с отвращением посмотрел на магнитолу, которая все еще громогласно транслировала “Links 2 3 4” и заглушил мотор. — В полном. Пошли, лучше бы нам не опаздывать, Хигаси-сенсей этого не любит.

***

Эллиот с обследования вышел бледно-салатовым. — Т-т-ты был прав. Лайт, грустно ухмыльнувшись, протянул ему бутылку водки. — Ничего, Рюуга. Пролечишься и скоро станешь здоровым, жирным диабетиком. Детектив мрачно вскрыл бутылку, просматривая медплан Хигаси-сенсея. — На самом деле я подозреваю, что ты можешь быть Гражданином, и это просто особо извращенный способ убийства. Лайт сделал вид, что обиделся.

***

#10 Люций Тиро, легионер, Рим-Галлия-Британия, ориентировочно до 74 года Папирус: Центурион наш Адриан (подпись сверху) Деллидабли (подпись снизу) скотина, вот уж на кого бы не подумал были глаза! Шинигами: Гук Оказывается, дал по морде Моисею… ну, попытался, безрезультатно #11 Ди Жэньцзэ, судья (оказывается, я детективы про себя когда-то читал, бгг), Китай, 630-700 Повезло с женой на этот раз (зачеркнуто) Красотка умереть не встать (зачеркнуто) Мэйсян, цветок моего сердца (зачеркнуто) Свиток: госпожа Вэй (Киндарра Гивлоштайн) Шинигами: Деллидабли #12 Мейра Дрейзис, еврейка, Польша, 1928-1944 Тетрадь: Райк Мозер, унтерштурмфюрер, работала с Аненэрбе Та еще дамочка, но уж лучше так, чем к Менгеле на стол (зачеркнуто) Шинигами: Зелоги Воплощений, кажется, больше нет Что случилось с Ваняткой и Мозер? Откуда взялся Анубис?