Полюбить себя

      Ну вот и новый день. Первое утро в школе. Дождь, который шёл вчера весь вечер за окном сменился ярким солнцем. Ливни и грозы, что бушевали на сердце тоже успокоились. Жёсткая кровать не давала уснуть до конца, поэтому Драко ночью просыпался очень часто. Это отгоняло сны, которые преследовали его постоянно.       Всё же в Хогвартсе не так уж и плохо. Ну, уж всяко лучше, чем в Азкабане. В этом Малфой не сомневался. От этой мысли и кровать становилась мягче, и солнце не таким противным, и Поттер уходил на второй план. В этом месте он для того, чтобы научится жить. Сдать все экзамены и пойти на работу. Это есть его цель на ближайшие десять лет. Всё остальное, формальности. Продержаться бы в этой жизни чуть дольше. Не свалиться вниз. Не лететь в пропасть. Осознавать свои поступки и не делать глупости, о которых потом можно пожалеть...       Всем тяжело. Всем плохо. Нельзя уходить в себя. Нужно общаться с людьми, поддерживать положительные отношения с учителями. Без этого никак. Но как не закрываться? Как, если всё против тебя? Спасало только одно. У некоторых судьба похуже. А куда хуже? Он не знал.       Лежать больше не было сил. Сегодня среда. Уроков не должно быть много, первый учебный день, как-никак.       Драко коснулся кончиками пальцев на ногах ледяного паркета. Сел на кровать. Мысли плывут... Голова кружится. Нужно принять душ. Несколько медленных шагов по направлению к окну.       Штора задёрнута не до конца. Заметив это, Малфою захотелось как можно больше света. Света в жизни. Минимум, что он мог сделать для этого — распахнуть окно. Занавеска в момент оказалась отвешена в угол. Нетерпеливыми движениями слизеринец дёрнул за ручки на стекле.       Свежий воздух наполнил спальню. Сделав несколько глубоких вдохов осенней прохлады, Драко прикрыл глаза. Солнце ласкало его лицо, покрывая нежным светом. Бледная кожа слегка порозовела. Как будто ожила. Ему уже очень давно не хватало таких дней. Которые начинаются именно так. С прохладного ветерка и тёплого воздуха. Постоянный холод в Малфой-Мэноре навевал тоску, душил. Хогвартс действительно не так уж и плох.       Шорох одеял. Наверное, кто-то сейчас проснётся. О, нет. Это ему точно не нужно.       Быстрыми шагами Малфой спустился по скрипящим ступенькам в гостиную. Никого. Потухший камин. На столике чей-то недопитый чай. Блондин забыл надеть носки. Прошёлся по мягкому ковру. Приятно... Пальцы зарылись в ворсистую поверхность. Надо поторопиться, а то ванную займут.       Струи холодной воды... Приятная прохлада обдавала тело слизеринца. Он подставил лицо под напор душа. Волосы быстро намокли. Кристальные капли спадали с густых бровей. Утреннее принятие ванны быстро бодрит и стимулирует мысли. Это лучшее утро среди последних его лет жизни.       Укутавшись в полотенце, Драко вышел из ванной. Студенты в гостиной уже выстроились в очередь. Он окинул их довольным взглядом. Прекрасно, он снова первый. Только победы иногда не дают ничего. Ничего... А иногда из-за них ты теряешь всё... Не надо снова думать об этом! Всё же так хорошо начиналось!       Никто не разговаривает между собой. Все хмурые. Кажется, вчера они и словом не перекинулись. У всех свои проблемы, никто не хочет ими делиться. Хорошо, когда есть хотя бы один человек, способный понять тебя. Кто угодно. В случае Малфоя — Забини.

***

      Дни летят, одни за одним. Недели летят, одна за другой. Всё однотипное. Один и тот же распорядок дня. Чудесное утро, завтрак, занудные уроки, обед, занудные уроки, ужин, Блейз, библиотека, спать. Безусловно, эти дни нравились Драко гораздо больше, чем лето, проведённое дома. Но всё когда-нибудь надоедает. С Гарри Поттером он так больше и не разговаривал. Каждый вечер Малфой посвящал библиотеке и чтению.       Он уже привык к постоянному молчаливому обществу Грейнджер. Успокоился, между ними не было ни единого разговора. Она тоже привыкла к нему. Просто тихонько садилась за стол, не избегала его. Просто спокойно приходила и садилась читать. Драко частенько наблюдал за ней. За её действиями. Почему-то это было ему интересно. Смотреть, как Грейнджер поправляет выбившуюся из-за уха прядь волос, поправляет свитер, перелистывает странички. Наблюдать за её беглыми глазами, которые с увлечением читают учебники и рассказы.       Как оказалось, их вкусы в литературе схожи. Иногда, он замечает любопытный взгляд Грейнджер, рассматривающей его самого. Карие глазки, выглядывающие из-под книги чем-то даже нравились Малфою. И это ежевечерние общество стало, по безмолвному согласию, традицией. Приходить в библиотеку, садиться недалеко от гриффиндорки, чтобы можно было видеть её и перелистывать потрёпанные страницы книг. Вдыхать запах этой девушки. Следить за ней. Обычно они находились в этом помещении одни. Изредка он замечал и других студентов Хогвартса, но это было нечасто.       Потом приходил Поттер с Уизли, говорили ей что-нибудь, потом они смеялись над каким-то бредом и удалялись. Страшные сны Драко стали заменятся её улыбками и светящимися от счастья глазами. Как она радовалась своим друзьям. Когда он смотрел на неё довольную, ему и самому становилось чуть легче. Так наверное, всегда, когда кто-то радуется. Передаёт свои эмоции и другим. А когда кто-то грустит, все вокруг тоже постепенно мрачнеют. Почему его внимание привлекла именно она? Она часто попадается ему на глаза. А почему? Неизвестно.       Раздражает ли Грейнджер? Может быть. А может и нет. Кто её знает? Во всяком случае она уже не так противна, как на предыдущих курсах. Наверное, потому-что Малфой повзрослел. Или может он совсем ушёл в себя и не обращает внимания ни на кого и ни на что? Возможно.

***

      На уроке Истории Магии всё по-старому. Такие же скучные лекции, успокаивающий шорох перьев по пергаменту. Приглушенный свет. Аромат свежеиспеченных пирожков с вареньем... И назойливые гриффиндорцы. Такие все из себя правильные. Записывают каждое слово профессора, хотя время от времени касаются носом парты, засыпая, но тут же вскидывают свои головы. И это снова успокаивает. Блейз Забини облокотил голову на руку и смотрит куда-то по направлению к окну. В камине дотлевают дрова и... Глаза медленно закрываются. Класс опускается в облака... На душе стало так легко! Всплыл образ улыбающейся матери, читающей Драко книжку. Паркинсон, Забини, Кассиус и он скачут на лошадях и весело переговариваются... — Мистер Малфой! — где-то вдалеке голос. — Мистер Малфой! Что Вы себе позволяете? — учитель Истории прервал сон. Так раз! И всё. Всё закончилось. Закончился миг, в котором было так легко. Просто... Таких снов Драко давно не видел. Не чувствовал такой свободы.       Противный хохот однокурсников. Взволнованный взгляд Забини. Профессор вернулся за учительский стол. Малфой прикусил нижнюю губу. Как всегда. Его точно так же ненавидят. Призирают. Смеются над ним. Даже слизеринцы. Да, они и сами не отличались родителями-не-Пожирателями, но так уж у них завелось. Если кому-то плохо, нужно сделать ещё хуже. Неприятно, но привычно. Во всяком случае лучше, чем торчать в Малфой-Мэноре весь год. В одиночестве. С назойливыми домовыми эльфами. — Ты как? — осторожно спросил Блейз. Он не смеялся. Даже не хмыкнул. Его взгляд был насквозь пропитан тревогой. Тревогой и жалостью. Нет. Драко Малфой не позволит. Не позволит кому-то жалеть его. Кому-то, но не лучшему другу. Единственному другу. Если бы он был девушкой, они бы уже давно были вместе. Его сложно представить без Драко. А Драко сложно представить без Забини. Наверное, единственные друзья на факультете, которые никогда не предадут. Не встанут против друга, не смотря ни на что.       Драко что-то невнятно пробурчал и помотал головой. Это должно было показать "всё в порядке", но бессмысленно скрывать правду. Оба они понимают, что всё совсем не в порядке! Уже с их рождения всё совсем не в порядке! Совсем!       Взгляд неожиданно пробежался по гриффиндорцам. Остановился. На Поттере, Уизли и... Грейнджер. Как оказалось, их глаза буквально прожигали Малфоя. И в них не было насмешки. Да и ненависти тоже. Беспокойство? Да нет. Не может такого быть. Гермиона нервно покусывала губу, оторвавшись от записи конспекта. Их взгляды на мгновение встретились. Заметив это, девушка спешно отвела глаза. Её дружки тоже перестали разглядывать блондина. Принялись остервенело строчить конспекты.       Спать резко перехотелось. Неудивительно. После такого вряд ли захочется спать.

***

      После уроков Драко зарылся в одеяло на кресле около камина. Гостиная Слизерина большую часть времени пустовала. Раньше здесь собирались толпы студентов, спеша рассказать о прошедшем дне. Теперь студенты этого факультета стали закрытые. Никто не общался ни с кем. Лишь немногие ученики изредка делились основной информацией. Да и то не часто.       Блейз присел рядом. Задумчиво всматриваясь в камин, он провёл рукой по тёмным волосам. Так они сидели часто. В полной тишине. Но это всегда успокаивало. Не нужно слов. Просто хорошо. Хорошо, когда рядом друг. — Как ты думаешь... — начал Малфой, — гриффиндорцы так же переживают последствия Войны? Или они нормально общаются между собой? — Таких разговоров не было давно. Обычно Драко и Забини не поднимали этих тем. Слишком тяжело. Слишком больно. Больно вспоминать тела погибших. Тела погибших знакомых. Друзей. Родных. Родителей... Итальянец не ожидал такого вопроса. — Странно, что тебя интересуют именно гриффиндорцы. — Дело не в этом. У них больше всего потерь и... Выглядят они лучше, чем мы. — Наш факультет старается казаться таким же, каким и был. В любом случае на глазах других факультетов. И у нас получается. Всё те же насмешки, подколы и несмешные шутки. Я думаю, у гриффиндорцев тоже самое. На уроках и переменах одни, а в своей гостиной совсем другие. Совсем... — вероятно, он и сам над этим задумывался. Тон такой же спокойный и уверенный. — Возможно тоже не общаются. Хотя, вряд ли. У них с этим всё нормально. Только им плохо. И это сложно вылечить. Слишком много потерь. Слишком. Тяжело всем. Не только нам. Не только им.       Драко задумался над этими словами. А ведь действительно. Не факт, что всё так лучезарно и солнечно. Поттеру очень тяжело, потому-что потерял всех близких и родных. Сириус — единственный его родственник. И он умер. Дамблдор всегда поддерживал Избранного, давал какие-то советы, был как отец. И он умер. Орден Феникса. Умерли почти все. Они были как семья. Не как Пожиратели. Нет. В Орден входило небольшое количество людей по сравнению с Пожирателями Смерти, но все они были вместе. Как семья... Любили друг друга. У Уизли умер брат. Это небольшая потеря, по сравнению с Поттером, но всё же... Это тяжело. Терять дорогих тебе людей. А Грейнджер... Она оставалась загадкой. Загадкой, которую хочется разгадать. Прочитать все тайны... Узнать о ней. Зачем ему это? Он и сам не понимал. Но эта неизвестность притягивала, как магнит. Хочется узнать о ней всё. Зачем? Этого тоже Драко не знал. — Ты куда? — послышался голос Забини. — В библиотеку. — Зачем ты туда ходишь? Можно почитать и здесь. Тут кроме меня тоже никого нет, — напомнил слизеринец. Но обстановка в книжном зале Хогвартса успокаивала. И что конкретно в ней так тянуло, Малфой не мог чётко сказать. Запах книг? Пергамента? Уютно поскрипывавший пол? Тёплый свет? Грейнджер? Ну, нет! Последнее уж точно нет. — Успокаивает, — с этим коротеньким словом, Драко вышел из гостиной.

***

      Заняв привычно место напротив Грейнджер, Малфой пошёл сдавать прочитанные книги. Мадам Пинс с этого года относилась к Драко всегда приветливо. Так же как и к Гермионе.       Отдав прочитанное, слизеринец поудобнее устроился на стуле и достал с ближайшей полки что-то на древних рунах. Он открыл понравившуюся главу. Вроде как про смену сущности или подобное.       Древние Руны. Ему нравилось их переводить, читать. Словно погружаешься в другой мир с головой. Новые истории. Книги могут предоставить нам то, что не способна дать жизнь. Читая их мы учимся на чужих ошибках. Благодаря им, мы способны пережить многие проблемы. Можем пересмотреть многие решения. Осознать правильность наших поступков. Книги - другой мир, в который можно погружаться из раза в раз по-новому.       Краешком глаза заметил движение рядом с собой. Драко обернулся. Сзади стояла Грейнджер переминаясь с ноги на ногу. — Привет, — несмело выдавила из себя девушка. Кажется, чтобы сказать хоть слово ему, она прилагала большие усилия. — Я искала эту книжку, не могла найти... — она кашлянула. Правый уголок рта блондина пополз вверх. Почему? Ему приятно? Приятно разговаривать с Грейнджер? Слушать её тихонький голосок. Который так трепетно переливается. Как будто она поёт. И эта мелодия её голоса согревает душу. Согревает ледяное сердце. — Когда дочитаешь... Можешь мне её дать?       Малфой пробежался глазами по странице. Снова посмотрел на рядом стоящую гриффиндорку. Осознал, что ему задали какой-то вопрос. — Ладно, — тихо ответил он. Столько сил он вложил в это "ладно". Заметно напрягся. — Это ведь Древние Руны? — продолжила Грейнджер. Вроде и так понятно, что да. Может она хочет с ним поговорить? Да нет. Это уже совсем бред. — Про обмен телами? — Да. Можешь сейчас взять. Мне она особо не нужна... — в открытом виде Драко протянул ей книгу.       Девушка помялась с ноги на ногу и бросила неуверенный взгляд на слизеринца. — Да чего ты? Думаешь я уже успел наложить на неё чёрную магию, чтобы убить тебя? — усмехнулся Малфой. Как-то по-доброму. Странно. Не похоже на него. — Если бы я хотел твоей смерти, сделал бы это по-другому.       Гермиона несмело вытянула руку, чтобы взять книгу. Взгляд упал на какое-то незнакомое слово. Малфой внимательно наблюдал за её глазами и решил последовать её примеру, посмотреть на эту строчку. Какое-то непонятное слово. — Не знаешь, как переводится? — тихо спросила гриффиндорка, ткнув пальцем в тот самый символ. — Нет, — Драко хотел убрать её палец с этой строчки, чтобы ещё раз взглянуть на незнакомое слово. Прикосновение. Самое первое. Когда, они спокойно разговаривают. Просто прикосновение. Но в нём столько. Целый мир. Вселенная. У неё приятна кожа.       Она посмотрела ему в глаза. Он встретил её взгляд, не выпуская палец девушки из сжатого кулака. Сжимая его. Прижимая крепче к себе. Хотелось быть ближе... Хочется. И будет хотеться... Девушка снова посмотрела на символ. Малфой тоже. Кажется, ничего особенного, просто действия, но...       Внезапно его отбросило в другой конец помещения. Несколько книг упало со стеллажа. Он отключился. Перед глазами просто пустота. Чёрная... Бесконечная... Пустота...

***

POV Драко       Сквозь непроглядную тьму прикосновение. Прохладное. Рука. Чья-то ладонь. Слишком знакомая, чтобы не узнать. Глаза медленно открываются. Кто я? Где я? В библиотеке Хогвартса. Я — Драко Малфой. Хотя, последнее утверждение немного не подходит. Я сел. Прислонился спиной к шкафу. Из-за стеллажей вышла знакомая женщина. Мадам Пинс.       Она посмотрела на меня в упор. — Мисс Грейнджер, Вы спрашивали меня про книгу, написанную на Древних Рунах про обмен телами и смену сущности. Она в запретной секции, увы, Вам её брать нельзя, поскольку книга предназначена для учителей. И, мне кажется, её кто-то взял, может вернул уже, но это не имеет значения. Вам её брать не разрешено. И... Почему Вы на полу? — она покачала головой. Она остановилась на маленькой книге. Подняв её она добавила: — А! Вот она. Видимо кто-то забыл положить на место. — с этими словами она ушла обратно.       Я огляделся. Всё вроде на своих местах. Только чувствую себя как-то непривычно. Странно. В глаза лезут волосы. Странно. Обычно они идеально прилизаны и... Обычно они другого цвета. Стоп! Почему они коричневые?! И почему они такие... Вьющиеся?! Что происходит?! Я потёр глаза. Посмотрел влево. Рядом стоял... Я? Почему я не в себе? Во всех смыслах. — Я? Ты... Кто? Где Грейнджер? — удивление. Почему у меня такой... Другой голос? Слишком нежный. Слишком другой. — Почему я — это ты? — Тот же вопрос к тебе.       После этих слов я вскочил. Мерлин, я стал ниже! Сантиметров на пятнадцать! — Гд-д-де... Где зеркало?! — Подожди... Стой! Замри! — прикрикнул кто-то в моём теле. Я послушно остановился и посмотрел на себя. Тот же нос. Тонкие губы. Лоб, серые глаза. Слизеринский галстук... Но почему я смотрю на себя со стороны? — Я — Гермиона Грейнджер. Так понимаю, что ты — Драко Малфой. — Н-нет... Я — это я, а ты — это ты. Почему всё наоборот?! — я схватил себя за руку. То есть, Грейнджер-которая-сейчас-не-Грейнджер схватила меня за руку. — Та книжка про обмен телами и смену сущности, — напомнила Грейнджер-я. — Вполне возможно, что это незнакомое слово было то, что мы должны прочитать одновременно и при этом держаться за руки. Другого объяснения не вижу, — она пожала моими плечами. — Получается, я — это ты? А ты — это я? — уточнил. — Получается так. — И что теперь? Это на долго? — Я не знаю, книжку забрала мадам Пинс. Сейчас мы это узнать не сможем. Можно пойти к МакГоногалл и попросить... — Нет! Ни о чём просить мы её не будем! Нас из школы выгонят, если она узнает, что мы прочитали это книгу. — Ты сейчас очень похож на меня, — улыбнулась Грейнджер-я. — Неудивительно. — Ты волнуешься, что нас выгонят? — фыркнула она. — Зато ты, нет. И фыркать, как я научилась! — я засмеялся.       Гермиона улыбнулась. Сделала шаг ко мне. — Что мы делать-то будем? — Она провела по волосам. Заметно, что ей не привычен новый вид. — Как жить? И где жить? — Хороший вопрос. Не думаю, что Поттеру понравится, что я могу почувствовать каждую частичку твоего тела, — и снова ляпнул лишнее. Грейнджер приподняла бровь. — В смысле... — Ладно, не будем акцентировать на этом внимания, — Гермиона хитро хихикнула. — Я же тоже могу, — она прищурила глаза. — Я могу перекрасится в брюнета, надеть очки, нарисовать шрам и ходить по Хогвартсу со словами "Я обожаю Гарри Поттера!" — Только попробуй! — я засмеялся. — Тогда я... Я скажу Уизли, что спал с... М-м... С собой! С Малфоем! Я ведь не совру! Я каждую ночь сплю с собой, но вот Уизелу это вряд ли понравится. Ты... Что ты делаешь? — я вылупил глаза. Грейнджер взяла в руки сумку. Свою сумку. Достала оттуда... Пирожок с вареньем и... Измазала лицо. Моё лицо, которое сейчас принадлежит ей. — Ха! Ещё слово и я подстригусь на лысо!       Поспешные шаги библиотекарши. Её взгляд прикован к картине перед ней. Грейнджер-я стоит с измазанным в джеме лицом и взъерошенными волосами, а вокруг разбросаны книжки. — Что вы тут устроили!? Выметайтесь оба! — пропищала женщина.       Мы схватили вещи и выбежали из библиотеки.

***

— Ну что? — поинтересовалась Грейнджер. — Во-первых, не вздумай одевать красную рубашку. Во-вторых... ни с кем не разговаривай. Если Блейз будет что-то спрашивать, отвечай спокойно и не геройствуй. Кроме Забини у меня нет друзей. Поэтому, все вопросы моих однокурсников скорее всего являются подколами, — Драко выдохнул. Он даже не думал, что будет с кем-то делиться такими рассказами, но... Если Грейнджер что-то ляпнет, а она это сделает, ему не избежать проблем. — Малфой, — в её знакомом голосе сожаление. Грусть? Испуг? — Кхм... Прислушайся к тому, что я сказал. А... Мне что не делать? — Не... Не говори глупостей Рону и Гарри, — предостерегающе сообщила Гермиона. — Мне страшно, — немного подождав добавила она. — Всё... Будет хорошо. Мы найдём способ поменяться обратно, — сам не до конца верил в то, что говорит. Он коснулся руки Грейнджер. Она вздрогнула. — Держись. Будет несладко. — И ещё. Не разглядывай там ничего. — Ну-х, это уж как пойдёт, - хмыкнул Драко. — Пусть пойдёт так, чтобы ты не рассматривал... Кхм... Меня. А лучше не раздевайся вообще! — А как я по-твоему в туалет ходить буду? — Малфой! — она огрела Драко сумкой по голове. — Ты чего себя бьёшь? Потом будет неприятно с синяками ходить. — Уже поздно, нужно идти спать, — сурово произнесла Грейнджер. — И только попробуй не накормить кота. — Считай, это будет месть за продырявленный пиджак! — Только попробуй! — крикнула она. — Попробую, — он поймал грозный взгляд. — Ла-адно... — В верхнем ящичке справа — корм. Спокойной ночи, — она развернулась и пошла к лестнице. — Ну да, ты у нас такая умная. И гостиную найдёшь без проблем и пароль... - она остановилась. — Ладно, веди меня в свой подвал. Где гостиная Гриффиндора — ты знаешь. Пароль — нос Живоглота. Без вопросов, — добавила она, увидев ухмылку Драко.       До гостиной Слизерина они добрались в полном молчании. Остановившись у прохода в комнату, Гермиона кивнула. — Спасибо. — Разберёшься там? - спросил Малфой. — Даже, если нет, ты же со мной не пойдёшь. Это будет несколько странно. — Н-да... Ты права. Тогда до завтра. Спокойной ночи, — он кивнул. — Стой, — Грейнджер провела рукой по кудрявым тёмным волосам, взъерошив их. — Так лучше. И не вздумай прилизывать их! Я одеваю только школьную форму, так что... Уж постарайся не облажаться. — Уж постараюсь, — Драко скрестил руки на груди. — Спокойной ночи. — Спокойной ночи.

***

      Уж никогда бы Драко не подумал, что будет ночевать в спальне гриффиндора. Тем более в спальне для девочек. Тем более в теле Грейнджер. На лице Малфоя-Грейнджер промелькнула пошлая ухмылочка. Рука невольно поползла вверх. Остановилась у груди. Драко сжал левую грудь и слегка надавил на правую. Приятно. О Мерлин, это совсем бред. Он быстро убрал руки за спину, от греха подальше.       Вошёл в гостиную. Сделав несколько шагов внутрь, Драко осмотрелся. Уизли и Поттер играют в шахматы. Несколкьо гриффиндорок рассматривают последние выпуски "Ведьмополитен". Гриффиндорцы едят тыквесемечки и запивают соком. Выглядет очень мирно. Не как в гостиной Слизерина. Он понял, что стоит посреди гостиной уже пару минут.       Рыжий и Шрамоголовый подбежали к вошедшему. — Уизе.. Кхм... Рон! Гарри! — Малфой скукожился от своих же слов. Наморщив нос, он принял объятия студентов. — Гермиона! Тебя так долго не было, — оторвавшись от "девушки" пролепетал Уизел. — Я в курсе, — сухо ответил Драко. — Всё нормально? - встревоженно спросил Поттер. От его слов стало ещё омерзительнее. Ведь, это могло предназначаться Грейнджер! И вполне возможно, что так было каждый вечер. Ревность? Да не-е-ет... Это уж совсем нет. Будет ли чистокровный аристократ из старинного рода Блэков и Малфоев ревновать кого-то к грязнокровке? А, кто его знает? — Лучше не бывает. — Герм? — видимо Грейнджер обычно разговаривает более мягко. — Я... Малфоя встретил-а, — быстро вспомнил, что он вроде как сейчас девушка. Да, с этим ещё долго придется свыкаться. Очень долго. Наверное, к тому времени Драко и Гермиона найдут способ вернуть все на свои места. Но сейчас их как будто что-то связывает. Как будто тоненькая нить переплелась между ними. — Он тебе что-то сказал?! — быстро спросил Рон. — Этот мерзкий хорёк тебя обидел?! — Значит они до сих пор так называют его. Значит, они так и не повзрослели? Неужели, их обеспокоенные взгляды в его сторону ничего не значили?       Наверное. Внезапно захотелось сказать, чтобы они не смели его так называть, ведь это вызвало бы бурю возмущений и ревности. Малфою захотелось, чтобы они начали ревновать её к нему. — Он... Он наступил мне на ногу, — всё, на что его хватило. Как-то тупо получилось. Гарри усмехнулся. — Малфой, наверное, не специально, — пытаясь удержаться от смеха сказал Поттер. — Ничего смешного я здесь не вижу! — как можно суровее сказал Драко. От этих слов ему и самому стало смешно. Гостиная наполнилась звонким смехом. У Грейнджер такой смех. Красивый. Нежный... — Да, вы правы. Что-то я разошё.. разошлась... — Гермиона, раз всё так хорошо... Может быть... Ты ведь сделала Зельеварение? — от этого Малфою захотелось врезать. Какого хрена он должен давать списывать этому поганцу Уизелу?! — Фиг те... Нет. Не сегодня, — более сдержанно ответил Малфой. — И вообще, когда вы уже научитесь делать домашнее задание сами?! - кажется он попал в точку. Похоже на Грейнджер. — Ладно, ладно. Кстати, я Живоглота покормил, — сообщил Рон. — Точно? — Грейнджер наверняка бы уточнила. Кажется, он начинает вливаться в роль. — Да, — кивнул Уизел. — Ладно, я спать. И вам тоже советую, недостаток сна в организме очень вреден, — Драко гордо вскинул нос и зашагал в спальню для девочек.

***

      Да, такого поворота событий Малфой никак не ожидал. Он в теле Грейнджер... Получится у него продержаться так хотя бы недельку? Ну, постараемся.       Стянув с себя школьную форму Гриффиндора, Драко взглянул на нижнее бельё девушки. Черный лифчик и чёрные трусики. Совершенно обычные. Но на её теле они такие совершенные. Малфою захотелось увидеть её в этом. Не себя в её теле, а именно её в её теле. Расстегнул лифчик. Округлая красивая грудь. Он провёл кончиком пальца по соску. Какая же она красивая. Открыл шкаф и достал пижаму. Верх пижамы со смешным пингвином. Надел на себя пингвинью кофту. Снял трусы. "Не смотри туда, не смотри..." — крутилось у него в голове. Почему? Он же можно сказать в праве, но её слова... "Не разглядывай меня" — твёрдо заели у него в голове. Как можно быстрее он одел другое нижнее бельё и штаны с такими же пингвинами, как и на верхе спальной одежды.       Завтра. Страшное слово. Ну, что будет, то будет. Лёг в кровать. Закутался в одеяло. Закрыл глаза.       Завтра будет завтра. Завтра будет и от него не убежишь.       "Спокойной ночи, Грейнджер!"