Есть ли жизнь после...

      Тридцать футов оказались для первого раза расстоянием неблизким, но преодолимым. Добравшись до борта, Армандо, краем сознания сожалея о том, что возвращается на собственный корабль несколько недостойным капитана способом, уцепился за ближайшую доску и практически на одних руках пополз вверх, окрылённый собственной невесомостью. В какой-то момент ему даже показалось, что его пальцы уходили в дерево почти по самые костяшки, но, обуреваемый желанием поскорее попасть на верхнюю палубу, он не придал этому особого значения. Наконец, перевалившись через покосившиеся резные столбики на борту, Салазар ступил на обожжённые доски.       Капитану хватило нескольких долей секунды, чтобы помутившимся взглядом обозреть весь тот хаос из снастей и фрагментов его бывшей команды, который творился на борту, и ещё столько же — чтобы почувствовать, что ноги его не вполне успешно держат. Машинально оперевшись спиной на борт, Армандо почувствовал, как проваливается сквозь него, и с воплем, полным отчаяния и нецензурной лексики, полетел вниз.       На сей раз вода оказалась плотной, и Салазар шмякнулся на неё с плоским немелодичным шлепком. Твёрдо решив больше ничему не удивляться и отложить борьбу с законами гравитации до лучших времён, Армандо перевёл глаза на борт и выругался ещё раз. Часть — или будет вернее сказать, отдельные части — команды с интересом смотрели на него с высоты. Некоторым из них смотреть было откровенно нечем, но в этих случаях заинтересованность выражалась в самой фигуре. Не выдержав давления на и без того порушенную в одночасье психику, Армандо на секунду прикрыл глаза. Поскольку с течением времени в этом проклятом месте тоже, вероятно, было не всё чисто, он не мог с уверенностью сказать, что прошла именно секунда, но когда он снова посмотрел на борт, между прочими призрачными головами и полуголовами торчала знакомая треуголка лейтенанта Лесаро. Лейтенант молча перешагнул через край и достаточно уверенно спланировал на воду.       Будучи испанцем до кончиков ногтей, капитан Салазар, тем не менее, не был по-испански религиозен, но в тот момент Лесаро показался ему почти что ангелом. Ну или по крайней мере «богом из машины», которого спустили на сцену на верёвочках в самый ответственный момент спектакля. Верный помощник, немного неловко ступая по воде, приблизился с учтивым «сэр» и поспешно протянул своему капитану руку. «Это просто замечательно, у меня есть целый помощник… ну, почти целый», — мысленно заключил Армандо и буквально воспарил над водой, едва коснувшись протянутой руки. Мысль радостно булькнула и растворилась во внутренних чернилах. С прежними понятиями части и целого тоже, видимо, придётся расстаться, но Лесаро был относительно цел во всех смыслах и с новыми способностями явно справлялся лучше самого Салазара. В молчании дойдя до борта, Армандо поднял голову. Заинтересованные лица и их части больше не свешивались с края.       — Перевешал бы всех… — хрипло проговорил Салазар, устрашившись на мгновение собственного голоса, и плюнул в сторону, подальше от Лесаро, — …да уже поздно.       — Все пока привыкают. Всем нужно привыкнуть, — отозвался лейтенант и резво полез по доскам вверх.       Армандо резонно решил, что комментарии о нарушении субординации в данной ситуации будут лишними, и молча последовал за ним.       Снова оказавшись на самом верху, Салазар не стал пренебрегать протянутой рукой лейтенанта Лесаро и уже через секунду порадовался своему решению, поскольку, сменив воду на твёрдую поверхность, он снова почувствовал, что толком не может устоять на ногах. Внутри всё закипело.       — Сэр?.. — голос Лесаро выразил лёгкое беспокойство.       Армандо развернулся к своему помощнику, на которого опирался, и, не сдерживаясь, зарычал, брызгаясь чернилами во все стороны:       — Я теперь ЧЁРРРРТОВ ПРИЗРАК. Мы все… ЧЁРРРТОВЫ ПРИЗРАКИ! Почему только МЕНЯ ноги не держат на палубе МОЕГО ЧЁРТОВА КОРАБЛЯ??? Вот у него, — капитан мотнул головой в сторону висящей в воздухе фигуры, начинавшейся где-то от нижней пары рёбер и растерянно ощупывавшей свою несуществующую нижнюю часть, — ИХ ВООБЩЕ НЕТ, НО ОН, МАТЬ ЕГО, РОВНО СТОИТ… ВИСИТ НА МЕСТЕ!       Потрескавшееся лицо Лесаро, покрывшееся чёрными крапинками и пятнами, вытянулось и, казалось, потрескалось от этого ещё больше.       — Н-н-не… не могу знать, сэр! — проговорил он, быстро моргая единственным глазом.       Салазара осенила неприятная догадка. Не говоря ни слова, он стянул чёрную повязку с давным-давно выбитого глаза лейтенанта Лесаро и с неудовольствием увидел под ней старый шрам, перешедший «по наследству» в новую призрачную сущность. С глубоким свистящим вздохом Армандо мысленно попрощался со своим бывшим высоким ростом и идеальной осанкой и встал так, как требовало новое тело, широко расставив ноги и сгорбив спину. Теперь ростом он был ненамного выше приземистого Лесаро, который одной рукой всё ещё придерживал своего капитана, а второй пытался водворить на место чёрную повязку — но так стоять стало гораздо устойчивее.       Лейтенант Лесаро и ещё несколько трудноопознаваемых фигур с интересом следили за добровольными, как казалось со стороны, изменениями в знакомом силуэте капитана Салазара. Лейтенант, наконец, приладил на место ненужный, в целом, аксессуар и переключил всё внимание на капитана.       — Найдите мой клинок и трость, — раздался глухой скрипучий голос. — Сейчас же!       — Вы слышали приказ капитана? — оживился Лесаро. — Собрались все, живо!       Армандо хмыкнул, уловив двусмысленность фразы, кивнул своему помощнику; сделав пару тяжёлых шагов, отцепился от его руки и опустился на лежавший на палубе ящик.       Лесаро с беспокойством посмотрел на капитана.       — Сэр, позвольте спросить?..       Армандо удостоил лейтенанта своего лучшего ироничного взгляда, хотя и смотрел на того снизу вверх.       — Спросить, при чём тут твой глаз?       Лесаро мелко закивал.       Салазар с тоской посмотрел на мачту, а потом снова перевёл взгляд на лейтенанта.       — Ты, когда глаз потерял, жив был? Жив. Вот и я был жив, когда меня мачтой по спине, да в воду. Видимо, это как-то так работает. Что было при жизни, то в каком-то виде с нами остаётся. Не то, от чего умер, а то, что было до смерти. Мне вот сломанная спина досталась. До сих пор хруст в ушах…       Армандо потряс головой. Длинные волосы на голове колыхнулись, словно под водой.       — Да что ж они всё время ШЕВЕЛЯТСЯ! — зашипел капитан и в ту же секунду провалился сквозь ящик, на котором сидел. Лесаро бросился было на помощь, но Салазар властным жестом остановил его.       — НЕ НА-ДО! — проговорил он, вытаскивая то ли себя из ящика, то ли ящик — из себя. — Как ЭТО работает, я, кажется, тоже понял.