Принц среди волков (Prince Among Wolves)

      Худший сон — это когда у тебя появляются фантомные физические ощущения, словно это реальность. Вот почему Стайлз очень долго не мог вырваться из мук кошмара, где маленький оборотень (Стайлз знал, что это был Олли) злобно кусал его горло. Когда ему наконец удалось проснуться, он понял, что боль была очень даже реальной, потому что раны всё ещё болели и пульсировали. Ему срочно нужно было обезболивающее.       Единственная проблема заключалась в том, что кто-то жарко дышал ему в шею, и это был явно не ребёнок. Он ощущал лёгкое покалывание от щетины на горле и плече; совсем лёгкое и почти невесомое, но эти ощущения заставляли его дрожать. Стайлз сонно зевнул и открыл глаза, пытаясь понять, что происходит.       Он лежал на спине в коконе из одеял, а одна его рука свисала с края кровати. Кроме того, он не чувствовал детей рядом, а это значило, что они либо переползли на сторону, где спал Дерек, либо вообще покинули кровать.       Кстати, о Дереке...       Его рука лежала на животе Стайлза, а голова — на его плече, и он полностью прижимался к нему с одной стороны. Чем больше Стайлз просыпался, тем сильнее понимал, насколько эта поза была интимной и насколько ему это нравилось.       Не было никаких сомнений, что громкий и частый стук сердца Стилински заставил Дерека проснуться. Хейл сонно выдохнул, но вместо того, чтобы отодвинуться, прижался ближе, потираясь щекой о плечо Стайлза (это очень сильно напомнило Стайлзу повадки Олли, когда он просыпался).       — Где дети? — сонно спросил Дерек.       К счастью, месяцы заботы о двух маленьких оборотнях, которые прекрасно чувствовали любые запахи, не прошли даром. Стайлзу хоть и с трудом, но удалось подумать о чем-то совершенно отстранённом, пока Дерек передвинул ладонь и легко погладил пальцами кожу под его рёбрами.       — Наверное, смотрят телевизор, — пробормотал Стайлз, готовый выпрыгнуть из кровати в любую секунду, когда ладонь Дерека замерла, а затем исчезла с его рёбер.       Столь сильно, сколько Стайлз хотел, чтобы чужая ладонь вернулась на место, столь же сильно ему хотелось, чтобы Дерек перестал к нему прижиматься, потому что глубокие царапины саднило сильнее от жара его тела.       Дерек шумно засопел, последний раз потёрся щекой о плечо Стайлза и откатился в сторону, сползая с кровати. По пути к ванной он даже споткнулся, и это явно говорило о том, что Дерек ещё даже не проснулся. Зато Стайлзу открылся фантастический вид на его задницу, и он мысленно поблагодарил высшие силы за существование обтягивающих боксеров. Дверь ванной комнаты закрылась, и Стайлз позволил себе расслабиться и потёр лицо ладонями. Кажется, он действительно стал частью стаи.       Стайлз однажды провёл ночь у Скотта и прекрасно помнил, что оборотни любят обниматься во сне. И он точно никогда не забудет той ночи, когда вместе с ними был ещё и Айзек, и Стайлз проснулся в три часа ночи, пытаясь добрых десять минут скинуть его руку со своего бедра. В конечном итоге Айзек и Скотт просто зажали его между собой, так что ему едва удавалось дышать.       Дерек вышел из ванной довольно быстро, подошёл к кровати и подтянул одеяло повыше, прикрывая плечи Стайлза. Тот хотел было запротестовать, но вместо этого, потрясённый до глубины души, не смог вымолвить ни слова, когда Дерек протянул руку и провёл пальцами по одной из повязок Стайлза, сильно хмурясь при этом.       — Поспи ещё немного, — тихо сказал он, прежде чем повернулся и вышел из спальни. Стайлз не сразу смог пошевелиться, но в конечном итоге издал длинный вздох, осторожно опустившись на бок и уткнувшись лицом в подушку. Несмотря на то, что дети спали вместе с ними, запах Дерека был сильнее всех остальных, и Стайлз подумал, каково было бы каждое утро просыпаться вот так. Мысли об этом причиняли боль, потому что Дерек относился к нему только как к члену стаи; он хорошо знал это. Для стаи объятия, ласка, попытки оставить свой запах — естественные, неотъемлемые вещи.       Стайлзу нравились прикосновения и внимание, но это всё равно было больно. Больнее всего было оттого, что Стайлз совершенно не знал, как с этим бороться, потому что ни в одних отношениях, которые у него были (и все они, кстати, длились недолго), он не чувствовал такую же эмоциональную связь и привязанность, как с Дереком и его детьми.       Может быть, пришло время спросить совета у своего отца?       Отец очень гордился тем, что Стайлз работает, хоть это и означало видеть друг друга гораздо меньше. Они обычно виделись в те дни, когда Дерек отправлял его домой раньше обычного или просил прийти попозже, и они спокойно могли поговорить о последних новостях, пока отец не уходил на смену. Стайлз чувствовал себя виноватым из-за этого, потому что он — всё, что было у шерифа. Возможно, было бы неплохой идеей привести Энди и Олли к ним домой на некоторое время, чтобы его отец мог лично познакомиться с причинами, из-за которых у Стайлза совсем не было свободного времени. И Стайлз почему-то был уверен, что Стилински-старший тоже полюбит этих детей.       Размышляя об этом, он совсем не заметил, как уснул.       Когда он проснулся снова, прошёл только час, но зато он чувствовал себя куда более отдохнувшим, чем когда они проснулись вместе с Дереком раньше. Сползая с постели, Стайлз невольно скривился, потому что раны и царапины всё ещё болели, и вышел из спальни. Он спустился вниз, прошёл мимо гостиной, где Дерек работал за ноутбуком, а дети смотрели телевизор, зашёл на кухню и подошёл к кладовой. Стайлз вытащил упаковку ибупрофена, и в этот момент Дерек зашёл на кухню.       — Болит? — серьёзно спросил он.       — Не так сильно, как ты думаешь, — сказал он, задумался на секунду и добавил: — Я ведь не стану обращаться после них, так ведь?       Дерек фыркнул, покачал головой и прислонился бедром к столешнице, глядя на Стайлза.       — Нет, они беты, они не могут обратить тебя.       Стайлз, несмотря на наличие двух друзей-оборотней, одного оборотня-босса, иногда друга-оборотня (он всё ещё не был уверен насчёт Эрики) и двух маленьких оборотней, всё ещё с трудом разбирался во всей их иерархии. Со Скоттом и Айзеком не прокатывало поговорить об этом, так что он просто перестал спрашивать.       — Разве не беты превращали людей во время эпидемии?       — Если бы это было так, то все в городе были бы оборотнями, — ответил Дерек. Стайлз замолчал, но Хейл отвлёк его, поманив за собой в ванную.       — Просто интересно, что подразумевает под собой статус альфы? Я думал, мой друг Скотт — альфа, но, похоже, что нет? И он вроде как не омега, — Стайлз зашёл в ванную вслед за Дереком, который вновь доставал аптечку.       — Омега ни к чему не привязана, — сказал Дерек, раскрывая аптечку. Он внезапно поднял взгляд и пристально посмотрел на Стайлза, который уже успел снять футболку. — Есть бета-стаи и стаи альф.       — Оу, — задумчиво произнёс Стайлз. Дерек закатил глаза, прикусив губу, будто пытался скрыть улыбку, и стал разматывать повязку на плече Стилински.       — Быть альфой — это как будто… у тебя определённый, редкий вид крови, — начал он, нахмурившись, словно объяснения давались ему с трудом. Стайлз вытянул шею, чтобы посмотреть на рану на плече, и вздохнул с облегчением, потому что она действительно была не такой ужасной, как ему вчера показалось. Слава богу, что у четырехлётних оборотней маленькие зубы.       — Ты можешь стать альфой, убив кого-нибудь или унаследовав это. Это похоже на ВИЧ, если тебе так будет понятнее.       — И что, быть альфой действительно похоже на то, как будто у тебя СПИД? — попытался пошутить Стайлз, взглянув на Дерека. Вместо того чтобы ответить, Дерек резко сорвал последний слой бинта с укуса, и Стайлз вскрикнул, сердито взглянув на Дерека.       — Итак, будем ли мы обсуждать незапланированную вечеринку оборотней в твоей комнате прошлой ночью? Потому что есть кое-что, что мен…       — Ты, — прервал Дерек, даже не взглянув на него и продолжив дезинфицировать раны.       — Ч-что? — Стайлз на мгновение смутился.       Бросив использованный бинт в мусорку, Дерек схватил новый и стал аккуратно перевязывать плечо Стайлза.       — Ты их якорь, — сказал он мягко и сдвинул брови, словно не желая это признавать. — Ты... я почувствовал это, когда вчера вечером вошёл в комнату, — он сделал паузу и поднял голову, в упор глядя на Стайлза. — Ты — часть стаи.       Из лёгких Стайлза будто выбили весь воздух. К лицу прилила кровь, и он с трудом смог заставить себя успокоиться и выдохнуть. Дерек смотрел на него с опаской.       — Если... — начал нерешительно Дерек, медленно обвязывая бинт вокруг плеча Стайлза. — Если это слишком много для тебя, я пойму.       Стайлз сухо сглотнул, и ему отчаянно захотелось рассказать Дереку, как он этого хочет, вот если бы только это было сказано немного в другом контексте. Вместо этого он отвёл взгляд и посмотрел на своё плечо.       — Не знаю, — тихо признался он и тут же почувствовал укол вины.       Дерек кивнул, отрезал бинт и стал аккуратно завязывать его.       — Если захочешь уйти, просто дай мне знать. Хотя для детей это будет сложно, — Стайлз почувствовал невыносимую тяжесть в сердце, когда Дерек отвёл взгляд и поджал губы. — Я знаю, что у тебя скоро начинается учёба, но если ты…       — Я над этим работаю, — выпалил Стайлз, ещё не совсем уверенный в том, стоит ли рассказать Дереку об онлайн-лекциях. Дерек очень сильно хотел, чтобы Стайлз остался в стае. И это было так быстро и так… слишком много всего.       Стайлз слабо пожал плечами, когда Дерек смущённо посмотрел на него.       — Я имел в виду учёбу. Я не хочу уходить в конце лета; это отличная работа, и я влюбился в те… твоих детей! — чёрт возьми, Стайлз чуть было всё не испортил.       Однако Дерек этого не понял. Он был слишком занят новостью о том, что Стайлз действительно готов пожертвовать частью учёбы ради детей. Дерек тихо пробормотал «спасибо» и начал собирать аптечку.       — Может быть, стоит попробовать со стаей. В своей заявке на стипендию я так и написал, что всегда готов пробовать что-то новое, — Стайлз соскочил с бортика ванной и посмотрел на Дерека.       Дерек рассмеялся и шутливо толкнул его в бок, хотя за счёт силы оборотня вышло не слабо, так что Стайлз едва не врезался в стенку.       И когда всё перешло в такую обыденную, ежедневную рутину, если вспомнить первые недели Стайлза на рабочем месте? Дерек больше не выглядел смущённым, когда касался Стайлза или хлопал его по плечу. Кроме того, поведение Олли и Энди тоже изменилось.       Стайлз до последнего не понимал, насколько важно быть признанным членом стаи, пока не стал успокаивать Энди, когда её очередная истерика была в самом разгаре. Вместо того, чтобы как обычно наброситься на него, она мгновенно замолчала, глядя на него с поблескивающими от слёз глазами, а затем принялась извиняться и плакать. Ему определённо было немного легче справляться с детьми во время их истерик и припадков, а Дерек всё больше доверял Стайлзу и признавал его значение в жизни стаи. Стайлз практически забыл о проблемах, которые раньше случались на каждом шагу, пока в один день их игру с раскрасками не прервал звонок в дверь.       Стайлз, конечно, злоупотреблял кредиткой Дерека, чтобы иногда заказывать странноватые футболки или игрушки для Олли и Энди, которые было трудно достать в обычных магазинах, но он не делал никаких покупок в последнее время, так что это определённо был не курьер. У Эрики и Бойда были дубликаты ключей от дома Дерека, а больше приходить в гости было некому. Может быть, Дерек что-то заказал или кто-то просто потерялся в горах?       Стайлз отложил карандаш и направился к двери. Он не мог ничего рассмотреть в глазок, потому что на двери висела табличка «Юристов просим не беспокоить», так что он сразу открыл дверь. На пороге стояла Кейт.       Он попытался закрыть дверь, но, как и в прошлый раз, она помешала ему, остановив её ладонью. Кейт заглянула внутрь через образовавшийся проём, посмотрела на Стайлза и заговорила.       — Послушай, детка. Я не знаю, что сказал тебе их отец, он просто пытается всяческими способами лишить меня возможности видеть их. Если моя семья — это куча охотников, то это ещё не значит, что я одна из них, — она выдохнула и просунула в проём ногу, чтобы Стайлз уж точно выслушал её.       Стайлз начал шарить по карманам в поисках телефона, пока его сердце бешено стучало, а Кейт продолжала говорить.       — Мне надоело, что он ведёт себя как ребёнок только потому, что я рассталась с ним после рождения мальчиков. Знаешь, это не очень-то по-мужски. Он наказывает меня, потому что в нём взыграла его ребяческая гордость.       Стайлз тем временем пролистывал свои контакты в поисках номера Дерека. Он оторвал взгляд от телефона, посмотрел на Кейт, весь вид которой умолял понять её и войти в её положение, и замер на мгновение, почувствовав, что начинает колебаться. Возможно, потому, что он ничего не слышал об этой женщине и ожидал от неё истеричного поведения, а не огромного отчаяния.       Кейт поскребла ногтями по дверям, и Стайлз рассеянно заметил, как хорошо она ухаживает за ногтями. Внезапно она попыталась открыть дверь больше, но Стайлз подпёр дверь с другой стороны ногой и мысленно порадовался, что надел сегодня свои скейтерские кроссовки, которые не скользили по полу.       — Всего несколько часов с ними. Это всё, о чём я прошу, — умоляюще произнесла она и замерла, немного ослабив натиск. Стайлз нахмурился, а она подняла руку, чтобы заправить волосы за ухо. — У меня нет больших денег, но я могу дать тебе всё, что у меня есть. Я не видела их с тех пор, как они были младенцами. Я даже не видела их первые шаги и не слышала первые слова, — и в этот момент Стайлз задумался. Она не могла потратить 5 миллионов за эти несколько лет. — Он не позволит мне видеть моих детей, разве ты не понимаешь? — закричала Кейт и часто задышала, как будто вот-вот разрыдается. И Стайлз вновь почувствовал, что находится в замешательстве. Может быть, Дерек лгал обо всём этом? Даже насчёт денег?       Из гостиной раздался смех близнецов, а затем голос Энди, который громко звал его.       — Стайлз! Стайлз, мы не можем играть в замок без принца! — позвала она. Стайлз повернулся, чтобы ответить ей, но внезапно кое-что понял.       Кейт никак не отреагировала на голоса своих детей.       Её дети были совсем рядом, они смеялись и играли, но ни один мускул на её лице не дрогнул. Она была так занята тем, чтобы заставить Стайлза прислушаться к ней, чтобы пошатнуть его решимость не впускать её, что даже не отреагировала на собственных детей. Любой нормальный родитель, который действительно сошёл с ума от необходимости видеть своих детей, был бы вне себя в такой ситуации.       Что ж, не так много, но этого хватило, чтобы Стайлз всё осознал. Он глубоко вздохнул и протянул руку, чтобы убрать её ладонь с двери: не грубо, но настойчиво.       — Простите, но мне не платят столько, чтобы я был в курсе личной жизни мистера Хейла, — сказал он, засовывая свой телефон в карман, чтобы обе его руки оказались свободны, и попытался вытеснить её ногу из проёма. — Если вы придёте сюда снова, я позвоню в полицию.       В одно мгновение она сбросила маску матери, которая тоскует по своим детям, и он увидел перед собой самую настоящую змею.       — Копы? — с издёвкой спросила она, закатывая глаза. — Позвонишь им зачем? Незаконное проникновение? Я не в доме, милашка, — усмехнулась она, схватила запястье Стайлза и крепко сжала его, впиваясь в кожу ногтями.       — Преследование, — холодно сказал Стайлз, вырвав из её хватки руку. — Всё, что мне нужно сделать — это попросить моего отца шерифа забить твоё имя в базу, — и с этими словами он ударил по её ноге так сильно, как только смог, и Кейт отступила.       — Не возвращайся сюда больше! — крикнул он и хлопнул дверью, пока она не успела ничего сообразить. Дрожащими руками он щёлкнул замком на двери, а затем прислонился к ней спиной и взглянул на свою руку, где алели следы от её ногтей. Ещё один «трофей» к его огромному списку.       Эта женщина была словно проклятье. И проклятье было в том, что она больше не болтала с Дереком — она возилась со Стайлзом, потому что Стайлз теперь часть стаи, и дети под его ответственностью. Ему срочно нужно вывести детей из дома на день, потому что он не чувствует себя здесь в безопасности с двумя маленькими оборотнями. Нужно ехать к отцу. Да.       На самом деле это была отличная идея. Он уже думал о том, чтобы свозить Олли и Энди к себе домой, а в свете визита Кейт, которая, судя по всему, «вышла на охоту», там будет куда безопаснее, чем в доме Дерека.       — Эй, ребята, хотите встретиться с моим папой? — спросил Стайлз, заходя в гостиную и улыбаясь.       С учётом всего того времени, что им понадобилось для сбора вещей (одеяла для сна, еда для перекуса, игрушки, мультики и раскраски), они всё равно приехали домой раньше, чем шериф, который ещё был на смене. И это определённо было хорошо, потому что Энди и Олли выглядели потрясёнными, открывая для себя совершенно чужой дом, насквозь пропахший Стайлзом, его отцом, Скоттом и немного Айзеком. Во всяком случае, Стайлз предполагал, что в его доме пахнет именно так, хотя он не был оборотнем, чтобы знать наверняка. Близнецы трогали в его комнате всё, до чего могли дотянуться, и когда они попытались снять фотографию матери с комода Стайлза, он решил, что с них, пожалуй, хватит, и увёл их вниз играть в видеоигры.       Потребовалось несколько тщетных попыток, прежде чем его старая приставка наконец заработала. У него было полно игр, подходящих для четырёхлетних детей, потому что Стайлз избегал игр и шоу, где было что-то жестокое. Дети на время погрузились в игру, однако вскоре она им наскучила, и тогда Стайлз убрал с ковра кофейный столик, и они принялись строить замок из подушек. В самый разгар строительства входная дверь открылась, и в гостиную вошёл отец Стайлза.       Однако вместо того, чтобы быть весёлыми и счастливыми, дети застенчиво и нерешительно посмотрели на него. Олли заполз на колени к Стайлзу, когда его папа подошёл, а Энди нырнула под журнальный столик.       — Привет, — сказал шериф, улыбаясь и протягивая Олли руку. Стайлз заранее написал ему смс, предупредив о детях, поэтому отец оставил своё оружие в машине. Олли посмотрел на протянутую руку, а затем спрятал лицо, ткнувшись в плечо Стайлза. Стайлз рассмеялся, поглаживая Олли по спине и пожимая плечами.       — Не бойся, Олли, это просто мой папа, — улыбаясь произнёс он, заметив Энди, выглядывающую из-под стола.       — А ты, должно быть, принцесса, — шериф повернулся к Энди и улыбнулся ей. Энди немного вылезла из-под стола, а затем стеснительно кивнула.       — Что ж, — начал отец Стайлза, серьёзно кивая в ответ, — ты ведёшь себя гораздо лучше, чем Стайлз, когда он был маленьким, — и эта уловка, похоже, сработала. Энди внимательно уставилась на него, а Олли оторвал голову от плеча Стайлза и с любопытством посмотрел на шерифа.       — Папа, нет, — умоляюще произнёс Стайлз, потому что он точно знал, к чему всё идёт.       — Что он делал? — заговорщическим голосом спросила Энди. Олли совсем без страха посмотрел на шерифа, который рассмеялся, и близнецы расслабились.       — Он откровенно ненавидел то время, когда его пытались приучить к горшку, — начал он, и Энди захихикала. — И отношения с туалетной бумагой у него были весьма напряжённые, — на этот раз оба ребёнка рассмеялись, и их громкий смех заполнил комнату. Но это было ещё не всё: отец Стайлза подошёл ближе и негромко произнёс:       — Если его мама не приходила, чтобы помочь ему вытереться, он размазывал всё по стенам в ванной, и потом там стояла ужасная вонь.       Стайлз застонал от унижения, а Олли и Энди громко истерично засмеялись. Он недовольно посмотрел на отца, но тот лишь невинно пожал плечами в ответ. Стайлз мягко ткнул Олли в живот, а затем пощекотал, так что тот громко завизжал и захихикал.       — Если вы расскажете своему папе эту историю, я защекочу вас до смерти! — пригрозил Стайлз.       — Нет! — выкрикнул Олли, задыхаясь от смеха и пытаясь соскользнуть с колен Стайлза. — Нет! — наконец ему это удалось, и он побежал прямо к шерифу, практически запрыгнув ему на руки, чтобы убежать от пытки щекоткой. Отец Стайлза выглядел удивлённым, но он легко держал Олли, пока ребёнок пытался отдышаться.       Стайлз вновь посмотрел на отца и совершенно его не узнал: он выглядел грустно, держа Олли на руках, но продолжал улыбаться, как будто встретил старого друга. Может быть, его отец соскучился по тому времени, когда нянчил маленького Стайлза?       Энди выбралась из-под стола, подошла к шерифу и потянула его за штанину.       — Ты спасёшь нас от монстра щекотки? — произнесла она и внимательно на него посмотрела. Он серьёзно кивнул и опустился на диван, всё ещё держа Олли на руках, который неуверенно обнюхивал его плечо, а Энди залезла следом и села рядом.       — Хорошо, я буду стараться изо всех сил. В последнее время сын отравляет меня большим количеством овощей, поэтому у меня уже нет тех сил, что были раньше.       Просто забудьте всё, что говорил Стайлз про своего отца; он был просто невыносим.