Sexy boy

Как выяснилось, судьба и не собиралась смягчать удар. Если что-то должно произойти, значит, это произойдет несмотря ни на что. Нельзя остановить судьбу от выбранного ею курса, сколько бы ты не старался. А я чертовски сильно старался, поверьте! - Эй, Нова, сталкерская тревога! – предупредил меня Дэ Сон, указывая на двери. Мне не нужно было даже оборачиваться, чтобы понять, кого именно тот имел в виду. Чертова Лекси – одна из моих пассий, которая все никак не хотела оставить меня в покое. Она - самая настоящая пиявка; она была везде, куда бы я ни посмотрел. И я знал, что, по факту, это только моя вина. Если бы я не переспал с ней тогда, то всего этого не случилось бы. Но я не мог сопротивляться – она была очень сексуальной в ту ночь: облегающие узкие джинсы, короткий топ с глубоким вырезом на спине, длинные вьющиеся темные волосы. Она извивалась вокруг шеста, а потом заметила меня, устроив персональное шоу после. Все хотели её тогда, все парни следили за каждым её движением, но её взгляд был сфокусирован только на мне. И, к сожалению, он оставался сфокусированным на мне до сих пор. Я перепробовал абсолютно все, чтобы отшить её, но она была словно раздражающим грязным пятном, от которого я не мог избавиться. Лекси выставляла себя полной дурой, от одного её вида бесились уже все мои друзья, но она все ещё не понимала. Что мне нужно сделать, чтобы до неё, наконец, дошло, что она была лишь одной из многих чертовых подстилок? Друзья накручивали меня ещё больше. Я повернулся к ней спиной сразу же, как только она взглянула в мою сторону, а парни предложили на спор подойти к бару, чтобы посмотреть, насколько быстро та схватит меня. И, конечно, я не мог отказаться от вызова. Я переместился к барной стойке и не прошло и двух секунд, как Лекси оказалась рядом. - Хей, GD...Обычно, ты не приходишь по средам, - сказала она и, конечно, была права. Она знала буквально всё обо мне: расписание лекций, моих друзей, бары и клубы, куда мы ходили. Это было реально жутко. - Футбол отменили – поле затопило после ливня, - ровно ответил я. Но она уже знала и это, ибо всегда приходила посмотреть, как я играл. Как я и сказал – сталкер. - Я так и подумала. Так, что? Какие планы на сегодня? – она задала вопрос спокойно и равнодушно, будто и не умирала от желания выведать все, что только можно было. - Ещё не знаю. Пока выпьем здесь, а дальше посмотрим, - я улыбнулся, стараясь выглядеть более вежливым, чем хотел. На самом деле, я знал, куда мы с парнями пойдем – в Bliss. Сегодня там будет выступать диджей, и мой сосед по комнате хотел посмотреть на него. Он сам считал себя в коем-то роде диджеем и потому любил все, что было с этим связано. - Ох, ясно, - разочарованно протянула она. Наверняка уже мысленно прикидывала то, как будет следить за нами – так просто эта девушка не сдавалась. - Что ж, тогда увидимся позже, - улыбнулась Лекси, когда я взял свою выпивку с бара и направился к друзьям. - Если бы я мог что-то сделать с этим, - на выдохе, сам себе прошептал я, когда отошел на безопасное расстояние. К счастью, мне удалось весьма успешно избегать Лекси всю ночь, что было огромным облегчением. Меня трясло, когда я пытался веселиться с парнями, а она ошивалась где-то рядом, надоедая, раздражая одним своим видом. В клубе было великолепно – диджей действительно оказался особенным. К тому же, здесь столько красивых людей сегодня, но в таких местах всегда была одна, которая выделялась среди всех остальных. Блондинка, свежак – я заметил её ещё у кампуса, но в этот момент она целовалась с каким-то парнем на танцопле. Я просто расслабился, выжидая благоприятного момента, с наслаждением рассматривая её до тех пор, пока не настала моя очередь. Друзья поддразнивали меня, говорили, что мне ни за что не удастся заполучить её хотя бы потому, что, очевидно, та была здесь со своим молодым человеком. Но подобное никогда не останавливало меня прежде. К тому же, я ведь не собирался встречаться с ней, просто хотел отыметь. Я рассмеялся, когда заметил пританцовывающего Топа рядом с ней. Вот же наглый ублюдок, такие идиоты никогда не получали шанса. Но затем я заметил кое-что другое: Сын Хен и парень той девушки прожигали друг друга взглядами, и я не мог не улыбнуться - каждые выходные Топ пытался идти по моему пути. Пока я все ещё выбирал девушек время от времени, тот все чаще пытался склеить парней. Я наблюдал за их зрительным контактом ещё немного, прежде чем те одновременно направились к туалетной комнате. Сын Хен подмигнул мне через плечо, парень послушно пошел за ним, а я подумал, что эта девчонка, видимо, и понятия не имела о том, что только что произошло на моих глазах. И тогда я включился в игру. Она все ещё танцевала, двигалась просто идеально в такт музыке. Я подошел к ней, сразу же занимая место её молодого человека. Мы танцевали очень близко друг к другу, мои руки скользили по её телу. Она не оттолкнула меня сразу – это был хороший знак. Я заметил, как девушка то и дело поглядывала в сторону туалета, очевидно, нервничая касаемо того, что её парень до сих пор не вернулся. Но я знал, что у нас была ещё куча времени, особенно, если Топ решит довести дело до конца. Я взял её за руку и вывел из клуба на аллею, где было достаточно темно, чтобы спрятаться в тени. Уже не первый раз я проделывал подобное в этом месте. Я прижал её к стене, мы целовались страстно, мои руки быстро скользнули под её трусы. Оглаживая пальцами клитор, возбуждая её, свободной рукой я смял её грудь, а затем задрал топ и спустил бюстгальтер ниже, лаская теперь её соски губами. Она простонала, когда мои пальцы толкнулись глубоко внутрь. Я убрал руку, но только для того, чтобы расстегнуть ремень. Продолжая целовать её, я спустил джинсы до колен, высвобождая возбужденный член. Надев презерватив, я приподнял её, заставляя запрыгнуть на себя и обвить ногами поперек талии. Я посильнее прижал девушку к стене, а затем вошел в неё, начиная жестко вбиваться с первого движения. Она была настолько влажной, что я входил абсолютно легко. Я вскидывал бедра почти агрессивно, вдалбливаясь в неё глубоко снова и снова. Её стоны переходили в крики, и не думаю, что член её парня мог доставить ей такое же удовольствие. Она то и дело сползала вниз по стене, и мне приходилось снова приподнимать её обратно. Пока я продолжал трахать её, я не мог остановиться от желания опустить руку между нами, протолкнув один палец в её задницу. Я чувствовал давление стянутых мышц, но продолжал целовать и вбиваться в неё, пока она не расслабилась. Она кончила достаточно быстро, и после этого я опустил её сначала на ноги, а затем на колени. Сняв презерватив, я быстро надрачивал себе какое-то время, пока не подошел к нужной грани, а затем заставил её взять в рот и с чувством отсосать мне. Должен признать, она была весьма хороша в этом, особенно, когда брала глубоко в глотку. Могу поспорить, её парню тоже нравилось это. Он осудил бы, что она, кстати говоря, отсасывала сейчас у меня, но он уже получил свои минеты, и теперь пришла моя очередь. Как только я почувствовал приближение оргазма, я начал двигать бедрами быстрее, трахая её рот ещё глубже, но она справлялась и с этим – абсолютно без рвотного рефлекса. Что-то подсказывало мне, что эта девушка, определенно, была грязной сучкой в постели. Разрядка, наконец, поглотила меня, и я обильно кончил её в рот, почувствовав, как стенки её горла сжались вокруг моего члена, когда она сглотнула. Она продолжала сосать до тех пор, пока я полностью не отошел от оргазма. Мой член обмяк в её рту, и я сделал шаг назад - сперма стекала тонкими струйками по её подбородку и губам, она машинально слизнула её языком. Я натянул обратно боксеры и джинсы, она надела трусы и поправила сползший топ. Мы направились обратно, и я буквально чувствовал её удовлетворение, пока она шла чуть позади меня. Вернувшись в клуб, я сразу же принялся искать друзей взглядом, наткнувшись на только что вернувшегося из туалета Топа. Он ухмыльнулся, заметив меня. - Трахнул её? – поинтересовался он с донельзя довольным видом. - Да. А ты трахнул его? – в свою очередь спросил я, на что тот кивнул, тем самым вызывая взрыв смеха у обоих. Мы ещё долго обсуждали все детали, пока следили за теми двумя на танцполе. Они танцевали друг с другом так, будто бы ничего и не было. Будто никто из них не переспал с кем-то другим несколько минут назад. - Странно, что она не чувствует мой вкус у него во рту. Потому что я там был, - сказал Топ, пока мы смотрели, как они целовались. - Я был в её рту тоже. Наверное, она думает, что это мой вкус. Бэ обреченно качал головой, а Дэ Сон провозгласил нас обоих Королями Траха этой ночи. Такое было впервые, но, должен признать, Топ заслужил это. Он, конечно, все ещё ученик, но скоро мог и превзойти мастера. Я должен приглядывать за ним внимательнее. Следующим утром я проснулся в предвкушении намеченных дел. Сначала у меня должны быть лекции весь день, а потом мы с парнями собирались пройтись по магазинам перед ночной вечеринкой. К счастью, занятия прошли для меня легко, ведь так же, как я был хорош в постели, я был хорош и в учебе. Я вообще был тем человеком, кто мог с легкостью написать курсовую работу, не прилагая к этому особых усилий. Я был одарен свыше абсолютно во всем. Как только все дела были решены, я прибрал и так же подготовил к ночи свою комнату, потому как сегодня та точно будет использована. Бэ был воодушевлен и возбужден весь день – он познакомился с какой-то девушкой и, очевидно, та очень сильно нравилась ему. Он пригласил её сегодня вместе с нами, а она должна была привести с собой своих друзей. И я очень надеялся, что все срастется, ибо Бэ часто не везло в любви. Приготовишься к вечеринке, вскоре я нашел себя за сканированием фейсбука. Я даже не осознавал толком, что вбивал его имя в поиск. У меня все ещё были незаконченные дела, которые стоило бы решить, но, тем не менее, сейчас я печатал «Сынри», просматривая каждую страницу со всеми возможными Сынри после. Никто из них не был им, и это только разозлило меня. Я спрашивал себя, зачем вообще делал это, потому как действительно не собирался. Но, как и все, что касалось его – я просто не мог по-другому. Прошло уже три месяца с моего увлечения на каникулах. И я думал, что вернусь к своему нормальному образу жизни так, как делал всегда, но по итогу я вернулся только к тому, что все ещё сходил с ума. Я думал о нем гораздо больше, чем хотел. Я искал его на фейсбуке, даже в гугле, но все, что мне удавалось найти, так это значение имя Сынри – Победа. Забавно, что при этом у меня был его номер. Но я не хотел звонить. Я не мог даже позволить себе просто смотреть на него, ибо меня искушало только одно его имя. Я не хотел повторять все это снова, не хотел снова становиться уязвимым. Я услышал, как-то зашел в мою комнату, и быстро закрыл вкладку. - Хей, - я повернулся и заметил грустно смотрящего на меня Бэ. - Почему бы тебе просто не позвонить ему? – понимающе предложил тот. Он прекрасно знал, чем именно я только что занимался – он уже ловил меня за этим раньше. - Не понимаю, о чем ты, - равнодушным тоном ответил я так, как и всегда. Я прошел мимо друга, заканчивая свои приготовления лосьоном после бритья. Мы уже обсуждали это много раз. Бэ пытался заставить меня открыться, признать, что у меня были чувства к Сынри, но я отказывался. Я ненавидел то, что он сделал со мной и продолжал делать даже тогда, когда отсутствовал в моей жизни. Он оставил после себя этот огромный отпечаток. Отпечаток, от которого я хотел избавиться. Я не желал даже думать о нем, но не мог остановить себя. Каждое воспоминание о нем было все ещё ярким и четким, я закрывал глаза и видел его перед собой. Я мог почти снова почувствовать то, как ощущал себя, когда целовал его, дотрагивался до него, двигался внутри – флешбэки сводили меня с ума, и я буквально не мог уже выносить этого. Я был так зол на себя, зол на нас обоих, но все ещё иногда дрочил, фантазируя о нем. Когда я был с другими, я не мог не думать о том, как это было с ним. Я постоянно сравнивал и понимал, что не стоит этого делать хотя бы потому, что никто в принципе не мог быть сравнимым с ним. Думаю, именно поэтому я предпочитал в последнее время девушек – там нечего было сравнивать. - Джи Ён, я ведь не идиот. Я знаю, что ты чувствуешь к нему, - максимально прямо заявил мне Бэ. Ну нахрена он продолжал говорить это? Почему нельзя просто оставить меня в покое? - Ён Бэ, ты не знаешь ничего, ясно? Просто, блять, заткнись уже. Я не хочу разговаривать об этом, - процедил я, на что друг только покачал головой. Ему, видимо, тоже надоело выслушивать от меня подобное – он не желал мириться с этим. - Я не хочу даже думать о нем, окей? Почему ты не можешь понять это? – добавил я. - Джи Ён... - Слушай, ты знаешь меня – мне нравится развлекаться и просто трахаться. Я не хочу быть в отношениях ни с девушкой, ни с парнем, я не хочу этой ответственности и уж точно не хочу быть в ответе перед кем-то...Я не для отношений, и уж точно я не хочу быть привязанным к кому-либо. Мне нравится моя жизнь такой, какая она есть. Не понимаешь? – заявил я так же прямо, как и Бэ. Тот глубоко выдохнул, понимая, что снова ничего не добился. Да, ему нравилась идея встречаться с одной девушкой и успокоиться на этом, но это вовсе не значило, что подобное могло быть достаточным для меня. Мне нравилось всегда быть свободным, трахать тех, кого я хотел, и не отвечать ни перед кем. Зачем останавливаться на одном человеке, спать с одним человеком, если вокруг так много красивых людей? Почему я чувствовал себя после всего это так, будто ходил по кругу? Почему люди всегда требовали от меня больше, чем я мог дать? Почему все так отчаянно хотели привязать меня к месту? К разгару вечеринки я был уже раздражен. После разговора с Бэ я ощущал желание лишь нажраться и забыть это все. Забыть его. Естественно, гораздо легче забыться, когда ты пьян, а чертовски горячие девчонки прижимаются к тебе со всех сторон. Забавно, они все знали о моей репутации, и, видимо, это делало их ещё более голодными до секса со мной. Они думали, может, надеялись, что какая-нибудь из них наверняка станет той самой единственной, у кого получится изменить меня и посадить на цепь, чего никогда не произойдет. Оглядевшись, я заметил Бэ болтающим с какой-то девушкой – он выглядел влюбленными и я решил, что эта та самая особа, о которой он рассказывал. Она милая, не совсем мой тип, но я мог понять, почему она нравилась Бэ. Я стоял рядом с парнями, мы подначивали друг друга на новые вызовы. К слову, штрафная выпивка как всегда состояла из всех алкогольных напитков в зале. Это было не так плохо: никто из нас не отказывался от споров, и никто ещё не блевал. Нас окружила толпа девушек, каждая из которых поддерживала выбранного кандидата. Когда настала моя очередь, Дэ Сон повысил ставку, притащив огромный стакан, при мне понапичкав его всем, чем только можно было. Он довольно вручил мне бокал с этой отвратительной зеленой жидкостью. Конечно, все они знали, что я выпью это. Я самодовольно улыбнулся, публика скандировала моё имя, подзывая начать. Посмотрев на друзей, я подмигнул им, прежде чем поднести бокал к своим губам, а затем опрокинул его выше, загоняя содержимое себе в горло. На вкус как дерьмо, но уносило прекрасно. Я закрыл глаза, все ещё слыша пронзительные выкрики поддержки вокруг, и это было единственным, что не давало мне остановиться. Наконец, бокал опустел, и я триумфально улыбнулся, чувствуя полное удовлетворение от самого себя. Я знал, что не провалюсь. Я повернулся к своей аудитории, готовый греться в её похвале. Ухмылка сама растянулась по моему лицу и померкла в тот же миг. Он стоял здесь, прямо передо мной. Его рот чуть приоткрыт, он выглядел ошеломленным, удивленным, и я уверен, что моё лицо отражало ровно то же самое. Я в полном шоке. Какого черта он делал здесь! Я не успел даже ничего обдумать, как в следующий момент моя «награда» - какая-то брюнетка, притянула меня к себе, обвив руками шею. Я пытался вовлечься в её поцелуй, пытался наслаждаться своим призом, но как я, блять, мог, когда он был здесь, всего в нескольких шагах от меня в одном и том же помещении. Сразу несколько эмоций лавиной настигли меня. Был ли я счастлив? Безусловно. Раздражен? Определенно. Напуган? Невероятно. Я просто не мог справиться с тем эффектом, что он имел на меня. Я не хочу даже иметь с этим дело. Я не хочу его. Не хочу! Парни подошли ко мне со спины, подговаривая забрать свою "награду" и подарить ей хороший трах. Я смеялся, притягивая девушку к себе, играл свою роль, когда, на самом деле, следил за ним. Его появление обернулось сплошным хаосом: я паниковал, нервничал внутри, но был абсолютно спокоен снаружи. Я видел, как Хен Сын разговаривал с ним, видел, как Хен Сын положил свою руку ему на плечо. Я хотел оторвать руки Хен Сына и запихнуть их ему же в глотку. А затем я заметил, как тот посмотрел на меня, а затем снова на Сынри – могу поспорить, он понял, что именно между нами было. Хен Сын не станет спать с тем, кто был раньше со мной, и я мгновенно почувствовал облегчение. Теперь он сам по себе. Я хотел подбежать к нему, затолкать в свой номер и оттрахать до потери пульса, но не мог. Я не собирался быть снова вовлеченным в это, ни за что. Я не мог позволить себе увязнуть во всем этом ещё глубже, чем я уже есть. Просто не мог. Мне нужно избавиться от мыслей о нем и перестать позволять ему поступать так со мной. И именно по этой причине я не потрудился послать свое сообщение кристально чисто и понятно. Я наблюдал за ним, пока не убедился, что он посмотрел в ответ, в затем поцеловал свою девушку. Я сжимал её в своих объятьях, залез ладонью под юбку. Мои руки исследовали её тело быстро, смазано, но я совершенно не чувствовал её, потому как был слишком сосредоточен на нем. Мы уже проходили через это, он уже заставлял делать меня подобное прежде, но я всегда прибегал к нему по итогу. Но не в этот раз. Я не побегу к нему в этот раз. Если я начну все то же самое с ним здесь, в колледже, то потом просто не смогу держаться от него подальше. Я взял девушку за руку и потащил её в свой номер. Естественно после того, как предварительно убедился в том, что он все ещё видел это. В моей собственной комнате я пытался не позволять ему доминировать в своих мыслях. Я старался сфокусироваться на девушке, когда целовал её, укладывал в постель и срывал с неё одежду так быстро, как это было возможно. Мне нужно трахнуть её сейчас же. Я должен пересилить желание вернуться к нему. Она здесь, обнаженная на моей кровати, её ноги широко разведены в стороны. А я даже не возбужден. Она не вызывала у меня никаких эмоций. Я снял футболку, лег рядом с ней, целуя, скользя ладонями по всему телу. Касаясь её, оглаживая, сжимая кожу, мои руки опустились между её ног. Она уже мокрая и мои пальцы легко проскользнули внутрь. Я продолжал целовать её, но все ещё не мог вовлечься в процесс. Я ничего не чувствовал, никакого возбуждения. Это выглядело так, будто я пытался силой заставить себя делать все это, ибо в первый раз в своей жизни не ощущал желания переспать с кем-либо. Я просто не хотел быть с ней. Я отстранился от неё, встал с кровати и надел футболку обратно. Девушка сконфуженно смотрела на меня, но я ничего не объяснил, просто вышел из комнаты, направившись в ванную. Сбрызнув водой своё лицо, я размышлял, какого черта творил. Я только что отказался от секса с весьма привлекательной девушкой. Она ведь лежала на моей кровати - голая, возбужденная, желавшая, чтобы я отымел её, но я не смог сделать этого. Что, блять, со мной не так? Конечно, не нужно было быть гением, чтобы догадаться, что, а точнее, кто именно сделал это все со мной. Я так зол. Какое он имел право вернуться в мою жизнь и снова провернуть подобное? Какое право он имел заставлять меня чувствовать это? Почему он не мог просто оставить меня в покое? Я вышел из ванной комнаты полный решимости. Мне нужно найти его, сказать, чтобы он держался от меня подальше, что я не хотел даже видеть его, прикасаться к нему снова и что он абсолютно ничего не значил для меня. Я искал его глазами по всему залу, но Сынри уже здесь не было. Потом я заметил Бэ и тут же направился к нему. - Ты видел его? – сходу спросил я гораздо более враждебно, чем хотел. - Да...он ушел около десяти минут назад, - скомкано ответил Бэ, и по одному его взгляду я понял, что тот очень волновался за меня. – Ты в порядке? В порядке ли я? О чем он, блять, думал? Разве я выгляжу как человек, у которого все в порядке? Нет, черт возьми, ни хрена я не в порядке. Я очень далек от того, чтобы быть в порядке, потому что парень, которого я пытался забыть последние три месяца, снова появился в моей гребаной жизни. Нет, блять, я ни черта не в порядке! - Черт! – я громко выругался, заставляя людей вокруг обернуться, но мне было насрать. – С кем он ушел? Кто-нибудь знает, где он живет? – тем же тоном спросил я, встав между другом и его девушкой. - Эм, ну, вообще-то...Аи знает, - сказал Бэ. – Они живут в одном блоке. Я перевел взгляд на неё и почувствовал, как мгновенное облегчение накрыло меня. Аи сказала мне, куда идти, и я скрылся за дверьми клуба прежде, чем кто-либо ещё успел спросить, в чем дело. Я шел быстро, чувствуя, что почти бежал к нему, но это не так. Мне просто нужно сказать, что все то, что произошло на каникулах, ничего не значило. Это было обычным бессмысленным увлечением, и между нами не может быть ничего большего. Я живу здесь своей жизнью, и он никак не вписывался в неё. Я не хотел его, не желал иметь с ним ничего общего, и я должен убедиться, что он прекрасно понимал это. Нужно, наконец, выкинуть его из системы. Я постучал в дверь, неожиданно ощутив в себе тревогу. Моя мотивация, мой пыл и злость моментом улетучились. Дверь открылась почти сразу, незнакомый парень на её пороге смотрел на меня с любопытством. - Эм...Сынри здесь? – спросил я, неловко ухватившись ладонью за собственную шею. - Да, он в другой комнате, - просто ответил тот, делая шаг в сторону, без раздумий пропуская меня внутрь. – Прямо по коридору, первая дверь слева. Я прошел в нужном направлении и остановился перед его дверью, подготавливая себя к тому, что хотел и должен был сказать. Мне нужно высказаться, нужно, чтобы он понял, что все было просто увлечением, и что здесь подобного не повторится. С полной головой мыслей я вошел в его комнату – он удивленно приподнялся на локтях. Я остановился, пытаясь заставить себя сказать то, зачем пришел, но слова предали меня. Моя совесть предала меня. Моё тело предало меня, когда я осознал, что разделся и уже опускался на его постель. Что я натворил? Я проснулся следующим утром рано. Сынри все ещё спал, мы оба находились в том же положении, в котором вырубились ночью: он уткнулся мне в грудь, а я обнимал его. Мы никогда особо не разговаривали, просто трахались. Целовать его и снова находиться рядом было странно по ощущениям, но сравнимо с облегчением - я и не осознавал раньше, как сильно хотел его все это время, как сильно моё тело желало его. До тех пор, пока он не появился перед моими глазами вновь. Но что я должен делать сейчас? Я не хотел быть с ним, но в то же время четко понимал, что просто не смогу противиться – притяжение слишком велико. Я понятия не имел, как собирался справиться с тем фактом, что он учился в одном колледже со мной и одновременно стараться не приближаться к нему. А я знал, что не должен приближаться, ибо искушение будет непреодолимым. Но я также знал, что полностью игнорировать его существование тоже не выход – мне будет только хуже. Я стоял на распутье в абсолютном неведении о том, что нужно сделать. Часть меня все ещё орала «беги ко всем чертям», но другая, большая часть меня, не хотела, чтобы я хоть куда-то отпускал его. Я был в полном смятении, я никогда не испытывал таких чувств. По факту, я никогда в принципе не чувствовал хоть чего-либо подобного прежде. Ну, не считая старшей школы. И это было тем, через что я однозначно не желал проходить вновь. Мне было достаточно остаться один раз с разбитым сердцем и быть отвергнутым человеком, которого я впервые полюбил, чтобы заработать отвращение к отношениям на всю жизнь. Я встал с кровати тихо, действительно не желая разбудить Сынри, ибо в таком случае не смог бы посмотреть ему в глаза. Мне нужно было бежать, чем бы это все не было, но, все же, я остановился уже в дверях, не в силах преодолеть желание обернуться. И это испугало меня. Обычно, я уходил без всяких сожалений и мук совести, но с ним было по-другому. С ним всегда все было по-другому. Я знал ещё с того первого дня, когда увидел его, что он будет большой проблемой. И я не ошибся. Следующие несколько недель я избегал его. К счастью, Бэ постоянно встречался с Аи, и это было сравнительно легко для меня. Я никогда не спрашивал о нем, но Бэ методично рассказывал мне все детали и подробности. Повторюсь, я не просил, но друга было не остановить. Я пытался продолжать жить своей обычной жизнью: развлекался и трахался так, как делал это всегда. А он наверняка слышал сплетни обо мне - каждый в колледже знал Нову. Я однозначно преуспел в создании своей грязной репутации, и не стыдился этого. Я отымел столько людей, сколько многие не смогли бы отыметь за всю свою жизнь, и чувствовал полное удовлетворение от осознания собственной выигрышной позиции. Я чертовски хорош в сексе, и я знал это. Я гордился этим. А потом, одним вечером, я гулял с Бэ и Аи, и те начали говорить о нем. Выяснилось, что был какой-то парень с лекций, которому он нравился, и Сынри подумывал о том, чтобы встретиться с ним. Я почувствовал, как гнев обжог меня изнутри. Сама мысль, что Сынри мог быть с кем-то ещё, раздражала и выводила меня из себя больше, чем я хотел это признавать. Когда я покинул паб, то был уверен, что Бэ точно догадался, куда я пошел. Мы переспали снова в ту ночь, и я снова свалил до того, как он заметил. Вскоре, это вошло в регулярную привычку, а затем я стал приходить к нему ещё чаще и оставаться до самого утра. И прежде, чем я понял, что происходит, мы оба оказались втянуты в эту рутину: больше проведенного времени рядом друг с другом, больше встреч после лекций, совместных походов в клубы и бары, просмотров фильмов вместе. Мне нравилось быть рядом с ним, но в то же время я ненавидел это. Я ненавидел просто сам факт того, что мне с каждым днем хотелось проводить с ним все больше своего личного времени. Я ненавидел, что хотел проводить с ним каждую ночь. Ненавидел, что моя репутация казановы начала меняться с тех пор, как многие заметили, будто меня привязали к месту, что было неправдой. И я реально ненавидел тех людей, которые думали, будто он мой парень. Что он мог рассчитывать на меня когда и где хотел. Потому что это было ложью. Он не мой парень. Я – все ещё я, и если я захочу переспать с кем-то ещё, то сделаю это. И я делал. Как только начинали ползти слухи, как только кто-то начинал болтать о чем-то лишнем, я тут же находил рандомную подстилку и трахал её. Просто чтобы доказать свою позицию - я ни с кем не связан, я мог делать то, что я, блять, хотел делать, и я буду спать с теми, с кем я только пожелаю. И даже у Сынри нет никаких прав на меня. Он знал правила игры, и, похоже, по странному стечению обстоятельств был единственным, кто понимал это все. Понимал меня. И у него не было ко мне никаких претензий. Мы все выбрались на заслуженное празднование окончания учебного года с гребаными друзьями Аи, что означало неминуемое прочтение мне очередных лекций о том, как плохо я обращался с Сынри. Мне нравилась Аи – она была очень хорошей партией для Бэ, но я терпеть не мог, когда она вклинивалась между мной и Сынри. Это не её чертово дело, я уже говорил ей это много раз. Сынри пошел к бару, а я остался наблюдать за тем, как Топ старался попытать свою удачу с девушкой на танцполе – это было забавно. Но затем та горячая блондинка заметила меня. К слову, я был одним из тех типов людей, которые только производили впечатление флирта. Со мной это было естественно само по себе, даже если бы я и не собирался флиртовать изначально. Но, как я и сказал, девушка была горячей, свежее мясо – я никогда не видел её здесь прежде. И теперь я знал, кого отымею сегодняшней ночью. Через какое-то время Сынри вернулся с напитками. Он выглядел абсолютно невозмутимым касаемо того, что происходило. Такие ситуации повторялись бесчисленное множество раз, и сейчас даже ему было уже все равно на то, с кем я флиртовал. Он понимал, что она просто одноразовое развлечение и знал, что он – единственный человек, с кем я спал или буду спать более одного раза. Но девушка заметила, как Сынри подошел ближе. - Ох, прости, - сказала она ему. – Я была не в курсе, что вы месте. Ну какого хрена. - Мы не вместе, - непроизвольно резко ответил я. – Он просто мой друг. Я добавил это, не посмотрев на него. Мне и не нужно было – я почти чувствовал, как он прожигал меня взглядом. Ладно, та часть с «просто другом» была, возможно, немного не к месту - он определенно не являлся таковым. Так же, как и моим парнем. Если честно, то я сам не знал, кто он. Я старался не думать об этом, ибо моя голова и без того постоянно кипела от мыслей на этот счет. Все было прекрасно между нами сейчас, на данный момент: у меня был он и я мог иметь кого угодно на стороне. Я взял девушку под руку и увел за собой на танцпол, обойдя Сынри. Мы танцевали близко друг к другу, она сама дотрагивалась до меня, целовала, и я знал по факту, что трахну её сегодня. И несмотря на то, что Сынри ещё об этом не знал, я не спускал с него глаз. Я наблюдал за ним и его передвижениями по клубу словно ястреб: он сканировал взглядом зал, искал себе кого-то на эту ночь. Да, я был не единственным, кто трахался направо и налево – Сынри справедливо делил наши очки. Разница была лишь в том, что он всегда хотел, чтобы между нами было что-то большее. Он проводил ночи с другими только тогда, когда я выводил его из себя, как сейчас, например, с этим «просто друг». Когда я говорил, что Сынри трахался направо и налево, я не имел в виду, что он делал это так, как делал я сам. Он никогда не приводил кого-то домой, да и вообще, это больше походило на быстрый минет в туалете, чтобы выпустить пар. Но наличие подобных развлечений тревожило меня. Не то, чтобы я мог возразить, но сама мысль о том, что кто-то ещё может прикасаться к нему...какой я чертов лицемер. Я все ещё наблюдал за ним, развернув девушку в другую сторону так, чтобы была возможность видеть его лучше. Когда он отошел к бару, я сразу направился к Бэ со своей подстилкой в охапку. Я уже собирался уходить, но мне не нравилось, что Сынри все ещё болтал с барменом. - Ён Бэ, проследи, чтобы Сынри уехал вместе с тобой, - попросил я, все ещё поглядывая в сторону того флирта, что разворачивался за барной стойкой. - И как, по-твоему, я должен это сделать? – саркастично протянул тот. - Просто сделай, понял? – грубо повторил я, положив руку на плечо своей девушке. - Слушай, если тебя так волнует, что Сынри может уйти с барменом, почему бы тебе самому не сказать ему об этом? – вмешалась Аи с раздражающей, поучительной интонацией в голосе. Она злобно сверлила меня и мою пассию взглядом. - Просто проследите, чтобы он уехал с вами, ясно? – повторил я, чеканя каждый слог. Я терпеть не мог, когда кто-то указывал мне, что я должен делать. Мы двинулись на выход, но по пути я притормозил возле Сынри. Я должен был убедиться, что чертов бармен понимал, что он – мой. Я поцеловал Сынри так, как целовал только его: глубоко и чувственно, без напора и обычного желания получить то, что мне нужно. Отстранившись, я недвусмысленно взглянул на бармена. Надеюсь, до него дошло, что Сынри был неприкасаемым. Последний улыбнулся мне своей обычной застенчивой улыбкой, прежде чем я развернулся и ушел со своей подстилкой. Я выпроводил девушку ранним утром, а затем вышел в общую комнату, заметив в ней Бэ – тот уже не спал, просто отдыхал на софе. Он собирался улететь домой на пару недель и, зная, как друг презирал вставать рано, я мог поспорить, что тот собирался до последнего валяться на диване, чтобы потом кучей покидать свои вещи в чемодан. - Сынри вчера уехал с вами на такси, да? – спросил я, проверяя его. Снова. Это уже почти вошло в привычку. - Не-а, - Бэ даже не взглянул на меня, продолжая пялиться в экран телефона. - Тогда куда он, блять, делся после? – взволнованно протянул я, уже предчувствуя, каким будет ответ. - Он уехал с барменом. Думаю, они сейчас в его блоке, - сказал он таким невыразительным, спокойным тоном. Будто заранее ждал этого. Будто это не было чем-то из ряда вон выходящим. - Какого черта ты не остановил его? – я вскочил на ноги, начиная носиться по комнате в поисках одежды. – Я же просил тебя проследить, чтобы он уехал с вами! - выкрикнул я, быстро напяливая на себя футболку. - Да как я должен был сделать это, а? – Бэ возмущенно уставился на меня. – Типа просто привести его сюда, а потом позволить слушать, как ты поебывашь ту шлюху у себя в комнате? Я намеренно пропускал его слова мимо ушей, пока быстро обувал сникерсы. - Ты сам знаешь, что он достоин гораздо лучшего, чем всё это. Ты ведешь себя с ним, как кусок дерьма! - Да пошел ты, Ён Бэ! – огрызнулся я, прежде чем пулей вылететь за дверь. Ярость росла во мне с каждым шагом, что я делал до комнаты Сынри. Я был невероятно зол, и даже это описание и близко не подходило к действительности. Я поверить не мог, что он сделал это, привел какого-то парня домой. Мыль о том, что кто-то ещё мог просто дотронуться до Сынри, заставляла мои глаза наливаться кровью, я хотел убить чертового ублюдка, я хотел убить их обоих. Неужели он не понимал: он – мой! Я несколько раз постучал в дверь, ибо та оказалась, блять, закрытой. Не нужно было говорить почему, и одно только осознание причины разжигало мою ярость до предела. Я продолжал ломиться в дверь до тех пор, пока сонный и растрепанный Сынри, в одних боксерах, не открыл её. Я буквально ворвался внутрь комнаты, грубо задев его плечом, когда проходил мимо. - Вали нахрен СЕЙЧАС ЖЕ! – остервенело проорал я этому утырку в его постели, поднимая с пола и швыряя ему в лицо его же вещи. - Джи Ён! – шокировано выкрикнул Сынри, схватив меня за плечо, но я раздраженно выдернул руку. - Какого черта ты творишь? - Сынри, тебе лучше избавиться от него немедленно, иначе я убью ублюдка! – предупредил я и был невероятно серьёзен. Не думаю, что когда-либо ощущал себя настолько взбешенным. Я буквально кипел яростью, пытаясь отвлечься на что угодно, чтобы не дать ей выход и действительно не убить кого-нибудь в этой комнате. Перепуганный бармен исчез быстро. Я повернулся к Сынри – он выглядел таким же раздраженным происходящим, как и я. - Что это сейчас было? – рявкнул он, указывая на дверь, за которой только что скрылся тот парень. Но у меня не было никакого желания отвечать на его вопрос. - Кто кого трахал? – злобно огрызнулся я. Одна мысль о том, что кто-то, кроме меня, действительно прикасался к Сынри, заставляла меня испытывать физическую боль. - Что? Ты...Какая разница? – в его тоне все ещё сквозило раздражение вперемешку с непониманием. Он не понимал. Почему? Разрушительной силы гнев наполнял меня быстро, и я схватил Сынри за плечи, силой впечатывая его спиной в стену. - Он отымел тебя? – прорычал я ему в лицо. - Да...Господи, Джи Ён, мне больно, - прошипел он, пытаясь оттолкнуть меня. Черт, неужели он реально не понимал, что натворил? Он позволил кому-то дотронуться до себя, дотронуться до того, что принадлежало мне. Как он мог позволить этому случиться? Он должен был знать, что он – только мой. Ни у кого другого нет даже права прикасаться к нему. - Ты позволил ему трахнуть себя? – я буквально выплюнул эти слова ему в лицо, чувствуя в себе разочарование и отвращение. Я до последнего не мог поверить, что он действительно сделал это. Просто не мог. - Джи Ён, я... - он начал заикаться, но не знал, что именно ему нужно сказать. В тот момент я осознал, что он и правда ничего не понимал. Поэтому я решил наглядно показать ему, в чем дело. - Никто не может трахать тебя, кроме меня, Сынри, - я сжал его лицо пальцами, заставляя смотреть себе в глаза и внимательно слушать. – Ты – мой, понял?! – и поцеловал его жестко, желая силой доказать свои слова. – Мой! Я резко притянул его к себе, моя ярость и не думала улетучиваться – ей нужен был немедленный выход. Я все ещё был чертовски зол – он должен был заметить это по тому, с какой силой и грубостью я целовал его. Он пытался как-то отвечать мне, но безуспешно. И только в этот момент я почувствовал, что он, наконец, начал понимать. Я буквально оторвал его от стены, подталкивая спиной к кровати, а затем почти швырнул на неё с намеренным желанием напугать. Я избавлялся от одежды быстро, пока он следил за каждым моим движением в полном безмолвном подчинении – боже, он выглядел невероятно красивым, когда был настолько уязвим передо мной. Он просто застыл на постели, не зная, что сказать или сделать, лишь понимал, что контроль полностью принадлежал мне. Я заметил, как он непроизвольно сглотнул при взгляде на мою эрекцию – я был возбужден, чертовски возбужден. Вся эта ярость заставила всю кровь прилить к моему члену. Я перевел взгляд на его боксеры, на которых виднелось влажное пятно - он был заведен ровно так же, как и я. Его член выглядел внушительно большим сейчас, оттопыривая резинку трусов. Я тут же стянул их одним движением, возможно даже порвав ткань в процессе, но мне было насрать и на это и на его осуждающий взгляд. Его зрачки были расширены: они полностью заполняли радужку карих глаз, делая их почти полностью черными. Он выглядел настолько возбужденным, почти диким – я еле сдерживался от того, чтобы просто не развернуть его и отыметь до белых искр перед глазами. Как кто-то мог быть насколько сексуальным? Я думал, что уже видел Сынри любым, но это было нечто. Сейчас, смотря на него, я понимал, знал, что любил его. Но это ничего не поменяет. Не изменит того, что я не хотел быть привязанным. Ни к нему, ни к кому-либо ещё. Я медленно скользил своим телом по его вверх, пока не сел на грудь. Сынри смотрел мне прямо в глаза, и я подумал о том, что сейчас он точно понимал, насколько серьёзным и важным было это все. Наклонившись, я требовательно оставил болезненный засос на его шее. Он должен знать, что только мой, и мне нужно, чтобы он понимал значение этой метки - никто, кроме меня, не имел права прикасаться к нему. Он в ожидании облизывал губы, и я не смог удержать себя от того, чтобы провести по ним пальцем – у Сынри были самые идеальные губы на свете. Чувствуя, как мое терпение трещало по швам, я поднес свой член к этим губам. А он начал сосать так, будто все это время буквально умирал от жажды: он облизывал, смаковал, усердно работая языком, и наслаждался ощущением моего члена в своем рту. Одной рукой я схватился за изголовье кровати, продолжая трахать его, намеренно засаживая жестко и глубоко в глотку, но, к удивлению, он справлялся без каких-либо признаков рвотного рефлекса. Сынри все ещё смотрел на меня, а я наблюдал за тем, как мой член скользил в его рту. Я почувствовал его руки на своей заднице – он хотел притянуть меня ещё ближе к себе, пытался сделать так, чтобы я входил ещё глубже. Он буквально насаживался на мой член, не прекращая сосать. И я достиг той грани, когда сдался ему – глухое эхо моих стонов заполонило комнату. Тогда я попался в его ловушку, упустил контроль. Я пытался сопротивляться, но в следующее мгновение он опрокинул меня на спину, и я теперь я был тем, кто уязвим. Его губы быстро нашли мои, а грубость поцелуя заставляла наши зубы звонко клацать друг об друга. Затем он начал спускаться вниз по моему телу, пока я просто лежал под ним, полностью беззащитный. Сынри сильно кусал меня, помечая кожу, пока не застыл рядом с моим членом. Я запустил руки в его волосы, пытаясь заставить полностью опуститься вниз, но этот придурок решил поиграться. Он снова укусил меня, на этот раз около самой промежности, и это, черт возьми, было уже больно. Я чувствовал, как мой член изнывал от напряжения, я так сильно хотел просто оттрахать его рот. Все моё тело сжалось в ожидании, я бессознательно двигался, все ещё находя себя за тем, что машинально надавливал ему на затылок. Но он сбросил мои руки, вместо этого зарываясь лицом ниже. Я зарычал в одновременном облегчении и протесте: да, сейчас он сосал мои яйца, но я хотел, что бы он сосал мой член. Но Сынри продолжал издеваться, а затем снова укусил меня, и я вскрикнул от боли. Чертов ублюдок! Он развел мои ноги в стороны, но я уже не возражал, притягивая к себе, беря, наконец, мой член в рот. Я сразу же стал подмахивать бедрами, но он удерживал меня на месте. Это неимоверно бесило: я умирал от желания глубоко засадить ему в глотку, но сейчас он держал все под контролем. Но в следующее мгновение я понял причину: он полностью взял мой член в рот так, как не делал этого никогда прежде. Мои руки снова зарылись в его волосы, надавливая ещё глубже, чтобы дать ему возможность привыкнуть к этим ощущениям. Я поверить не мог, что он действительно сделал это. - Блять...Сынри-а, - я простонал в абсолютной агонии чистого блаженства. Его горло такое узкое, давление стенок внутри колоссальное – это было так изумительно. Он вдыхал воздух через нос, и я мог чувствовать влажный жар его дыхания на своей промежности. Сынри взял в рот до самого основания, но мне было мало, я хотел быть ещё глубже. Боже, он так хорош в этом. Я полностью потерялся в ощущениях и мог думать лишь о том, как плотно его губы обхватывали мой член. Он был единственным человеком, кто мог по-настоящему чувствовать меня. Единственным, кто мог видеть меня уязвимым – мне не нравилось это, но я ничего не мог с собой поделать. Сынри - единственный, кому я позволил отыметь себя, и я правда считал, что уже только этого было достаточно для того, чтобы он понял, что значил для меня. С другой стороны, если я сам не знал, что он значил для меня, то как мог он? Как только моё дыхание начало закономерно сбиваться, он отстранился. Его руки скользнули мне под бедра, притягивая ближе к себе, а сам он потянулся обратно к моим губам. Мы целовались грубо, чувственно, и каждый из нас боролся за удержание доминантной позиции, ибо оба хотела заполучить контроль себе. Он надавил пальцем на мой вход, силой, грубо толкнувшись внутрь. Он хотел трахнуть меня, но черта с два ему это удастся. Я хотел отметь его, это мне было необходимо оказаться внутри него, и это мне нужно заполучить обратно то, что у меня отняли. Я хотел, чтобы он понял, что нет никого лучше меня. Что нет ничего лучше, чем мой член внутри него. Я отыгрывал часть этих мыслей в поцелуе, пока готовился к своему следующему шагу. Когда волна решимости полностью захватила меня, я скинул его, возвращая себе контроль одним движением. Какое-то время я просто смотрел на него: он, словно прикованный, лежал подо мной, и не думаю, что я когда-либо хотел его так сильно. Сынри был так красив, он даже и не подозревал об этом. Его взгляд заставлял меня гореть и плавиться – он хотел меня, а я хотел, наконец, просто дать ему себя. Он приподнялся за поцелуем, но я отвернулся. Контроль теперь снова принадлежал мне, и я собирался поцеловать его лишь тогда, когда захочу сам. Но как только он опустился обратно на подушку, я тут же нашел его губы, не в силах устоять. Этот поцелуй был жарким, почти огненным и очень значимым. Это опьяняло, завораживало, он завораживал, и я так желал, умирал от необходимости отыметь его. Я опустил руку между его ягодиц и протолкнул внутрь сразу два пальца. На лице Сынри отразилась боль, пока я искал нужную точку, не сводя с него глаз. Это не заняло много времени – я знал его тело даже лучше, чем свое собственное. Я знал, где именно мне нужно коснуться его, чтобы заставить дрожать. Чувствуя, как он достаточно быстро открылся, я не сбавлял темпа, ритмично двигаясь внутри, а когда понял, что он готов – вытащил пальцы. Я сплюнул себе на руку, размазав жидкость по члену - я так отчаянно хотел трахнуть его, что даже не стал отвлекаться на поиски смазки. Сынри в нетерпении надрачивал себе, и я знал, что ему было нужно это так же сильно, как и мне. Закинув его ноги себе на плечи, я притянул его ближе. А затем, буквально не успев себя остановить, грубо толкнулся внутрь. - Черт...Джи Ён! – раздраженно выкрикнул он. Очевидно, Сынри не был впечатлен таким жестким проникновением. Я наклонился, поцеловал его, попытался успокоить и хоть как-то облегчить боль. Пытался заставить почувствовать лучше самого себя из-за того, чтобы был так агрессивен. Я выждал несколько секунд ради него, но искушение оказалось непомерно велико и я начал двигаться. Сынри стонал, стараясь подстроиться под мой темп, пока его тело постепенно привыкало к тому, что я входил все глубже и глубже с каждым толчком. Я любил слушать его стоны, любил осознание того, что являлся их причиной. Я любил иметь его – это правда, но также мне понравилось быть оттраханым им больше, чем я мог это признать. Я любил то ощущение, когда он двигался внутри. Я любил, когда он грубо имел меня, бешено вколачиваясь в мою задницу. Он знал, как сильно мне нравилось это. Так же, как и я знал, что ему нравился жесткий секс. Он любил, когда я безжалостно долбился по его простате – тогда он стонал все громче. Это заставляло его дыхание сбиваться, а меня трахать его ещё сильнее. И я всегда делал так. Я полностью вышел, взглядом говоря ему встать на четвереньки, ибо так я мог действительно сделать то, что хотел - вбиваться в него так жестко, чтобы он умолял дать ему разрядку. Я быстро надрачивал себе, чтобы не потерять волну возбуждения, а когда он встал в нужную позицию, подтянул ближе, схватив за бедра для поддержки. Я груб с ним сейчас. Возможно даже больше, чем когда-либо. Но мы оба знали, в чем причина. Я двигался внутри него быстро, бешено, мои яйца бились о его задницу с громкими шлепками – этот звук был почти болезненным. Сынри зарылся лицом в свои ладони: его дыхание сбилось, стоны переходили в беспорядочный шепот. Мои ладони впивались в его бедра до синяков, пока я пытался удерживать его в нужной позиции – это было тяжело. Я никогда не думал, что могу быть способен на настолько яростный секс, но это буквально сносило голову. И я знал, что Сынри наслаждался этим ровно так же, как и я. Я опустился к нему, как только напряжение в мышцах начало брать верх – было уже невозможно сохранять такой темп. Но я не был менее жестким, когда начал входить в него короткими, отрывистыми толчками, каждый раз попадая по простате, срывая новые глухие стоны с его губ. Переместив ладонь на его член, я быстро дрочил ему, кусал покрывшуюся испариной кожу на спине, продолжая свои безжалостные пытки над его телом. Он уже близко, я знал это. Его дыхание сбилось окончательно, а стоны перешли в скулеж. Я почувствовал, как Сынри сам начал двигаться навстречу моим движениям, и тогда понял, что он на грани. Войдя максимально глубоко, я наслаждался ощущением его сокращающихся мышц вокруг своего члена и удовольствием от тесноты тугих стенок. Я продолжать дрочить ему, продлевая оргазм, и он всем телом задрожал подо мной, но я все ещё удерживал его на месте, мягко целуя спину, скользя губами к шее. Когда разрядка настигла его, я почувствовал, как он обильно излился мне в руку. Я любил слушать Сынри, когда он кончал – это всегда оказывало на меня эффект спущенного курка. Полностью выйдя, я перевернул его обратно на спину, снова сев на грудь. Я быстро двигал ладонью вдоль собственного члена, а он зачарованно наблюдал в ожидании. Мне не нужно было даже просить его открыть рот – он сделал это сам. Сынри несколько раз облизнул свои губы, прежде чем я толкнулся в него, а когда я кончил, пачкая его лицо, он проглотил практически все. А затем снова взял мой член в рот, обводя языком головку, пока я растягивал последние секунды оргазма. Я слез с его груди, спустившись чуть ниже, и какое-то время просто смотрел на то, как моя сперма покрывала его красивое лицо. Наклонившись, я слизал её остатки с его губ – этот уникальный поцелуй был только нашим. Отстранившись, я снова сел на него сверху, не желая упускать возможность просто наблюдать за ним, касаться его, чувствовать. Он невероятно притягателен, и я был уверен, что никогда не устану от его тела. От него самого. Я хотел оставаться с ним вот так вечно, но, к сожалению, не мог. Реальность всегда здесь, рядом для того, чтобы вовремя вернуть нам здравый смысл. Я полностью слез с него и направился в душ, а когда вернулся спустя несколько минут, он все ещё лежал в той позе, в которой я оставил его. Промокая волосы полотенцем, я сел на край кровати. - Сколько времени? - спросил я, неожиданно вспомнив об одном одолжении другу. Сынри повернулся к будильнику, сказав мне, что сейчас половина девятого. Я принялся собирать с пола свои вещи. - Черт, я обещал Бэ подбросить его до аэропорта. Он уезжает домой на несколько недель, - объяснил я, пока быстро одевался. - Ты тоже поедешь домой? – Сынри в неловком ступоре наблюдал за тем, как я застегивал молнию на джинсах. - Не знаю. А ты? - поинтересовался я, позволяя себе бросить один короткий взгляд на него. - Возможно. Я ещё не определился с планами на каникулы. Я нагнулся, собирая с пола все, что вывалилось из моих карманов. Сынри больше ничего не сказал, но я чувствовал его взгляд на себе. Или на мой заднице – это неважно, он полностью захватил момент. Я подошел к нему и нагнулся за неторопливым, нежным и мягким поцелуем. Мои рука гладила его волосы, а я сам наслаждался ощущением его губ на своих губах. Отстранившись, я слегка потерся кончиком носа о его - это сделало момент ещё более интимным. Я не хотел уходить. К слову, я мог легко переспать с ним ещё раз, но если я не отвезу Бэ в аэропорт, то тот вряд ли оценит. - Увидимся, - я слабо улыбнулся, направляясь к двери. Но я должен был убедиться кое в чем окончательно, прежде чем уйти. - Сынри-а, ты не будешь больше ни с кем спать, - встав на пороге, громко и четко сказал я. Мы столкнулись взглядами. Я хотел, чтобы он понял, насколько убийственно серьёзным я был. Он – мой и только мой. Я замер, ожидая, какой будет его реакция. - Тогда между нами будет что-то большее? – спросил он, не сводя с меня цепкого, внимательного взгляда. Я думал, он понял меня. Он ведь прекрасно знал, что я не мог дать ему подобные отношения. Зачем было спрашивать? - Нет...Ты не мой парень, Сынри, - напомнил я, раздраженно посмотрев на него в ответ. - В таком случае, я буду трахаться с теми, с кем захочу! – упрямо заявил он. И это было тем, что снова вывело меня из себя. Я быстро вышел за дверь, оглушительно хлопнув ею за собой. В чем, блять, проблема? Почему все разговоры всегда возвращались к тому, будем мы в отношениях или нет? Все было идеально до прошедшей ночи, мы ведь прекрасно понимали друг друга. Какого черта он пошел и связался с кем-то ещё? Я вернулся в свой блок, где Бэ уже ждал меня. Кстати говоря, по тому, как я хлопнул и этой дверью, тот заранее уловил моё настроение. Я схватил одну из его сумок, вышел на улицу к машине, запихнул её в багажник и сел за руль, в раздраженном нетерпении ожидая друга. - Я так понимаю, все не очень здорово прошло, да? – подытожил Бэ, запрыгивая в машину. - Думаешь? – саркастично бросил я, уставившись на него взглядом аля «ты что, совсем тупой?». Он не стал перечить. Думаю, Бэ просто знал, что лучше не спорить со мной, когда я был в таком взбешенном состоянии. Мы встали в пробку на подъезде к аэропорту, и я раздражался все больше с каждой секундой. Мои руки сжимали руль в чистом гневе до побелевших костяшек, а Бэ почти умирал от любопытства, но, все же, молчал, ибо не хотел остаться без башки. Он просто терпеливо ждал, пока я не осознал, что больше не могу держать это все в себе. - Он хочет, чтобы между нами было что-то большее, - сказал я, заметив краем глаза, как Бэ кивнул. - А разве это настолько плохо? – спросил он в ответ, и я закатил глаза. И как я только догадался, что тот ляпнет что-то в этом духе. - Да. Ты знаешь, я не хочу быть привязанным к кому-либо. Он должен знать это хотя бы потому, что я чертову тысячу раз уже говорил об этом. - Кто сказал, что ты будешь привязан? – возразил Бэ, повернувшись ко мне. – Ради бога, Джи Ён, вы уже в какой-то степени пара. Вы всегда рядом друг с другом - ты постоянно остаешься у него, а он у тебя. Что, в конце концов, такого в том, чтобы официально объявить, что вы вместе? - Так и знал, что ты ни черта не поймешь. Я не хочу никому принадлежать, я хочу быть свободным для того, чтобы делать то, что я хочу, и спать с теми, с кем я хочу, - ненавистно выпалил я. Мы припарковались у аэропорта, я помогал Бэ с его сумками. - О, ну конечно. Но при этом Сынри не может спать с кем-то ещё. То есть, по факту, все выходит так, что ты хочешь его только для себя, а он должен делиться тобой. Это называется двойными стандартами, Джи Ён, двойными стандартами, - разумно заключил Бэ. Должен признать, под таким углом это выглядело действительно плохо. Но да, это было именно тем, что я и имел в виду. Бэ воспринял моё молчание как сигнал к тому, чтобы продолжить. - Знаешь что, Джи Ён, тебе реально все равно, что кто-нибудь заметит его однажды и просто уведет у тебя? Кто-нибудь, кто захочет быть с ним и только с ним, а поверь мне, таких в очереди достаточно. Ты просто, блять, чересчур увлечен самим собой, чтобы заметить, а он все ещё не понял этого, потому что слишком сильно помешан на тебе. Но со временем Сынри устанет терпеть и догадается, что есть варианты гораздо лучше, чем тупо сидеть и ждать того, кто не может любить его в ответ, - Бэ повернулся ко мне лицом, прежде чем зайти в аэропорт. – И дико то, что я-то знаю, как ты любишь его. Но ты настолько эгоистичный идиот, что не можешь признаться в этом даже самому себе! Он ушел, оставляя меня стоять на месте. Оставляя с кучей всего того, о чем я должен был подумать. Прошел месяц с тех пор, как я последний раз видел его. Я избегал Сынри первые две недели, пока пытался переварить случившееся. К слову, это не помогало, и я решил уехать домой в надежде, что расстояние сможет что-то прояснить. Но быть вдали от него оказалось ещё хуже: я не мог перестать думать о нем, представлять, что он делал, чем занимался, куда мог пойти и спал ли с кем-то в мое отсутствие. Эти мысли изничтожали изнутри. Позже выяснилось, что он тоже уезжал домой. Когда я вернулся, то сразу пошел увидеться с ним, но Аи сказала мне, что Сынри приедет только через два дня. Должен признать, в те два дня я ощущал себя окончательно и полностью потерянным. Парни пытались вытащить меня на тусовки, но я не мог даже заставить себя переспать с кем-то. Бэ достаточно промыл мне мозги. В тот день, когда он должен был вернуться, я прождал в его комнате несколько часов, потому что хотел быть там, когда он придет. Я почувствовал такое облегчение, увидев его в дверях, но старался не показать собственных эмоций. Вместо этого я просто сидел и наблюдал за тем, как он молча раскладывал вещи. - Я скучал по тебе, - наконец признался я, когда понял, что он так и не скажет ничего первым. - Неужели? – недоверчиво протянул он. – Что, больше некого трахать? Я знал, что заслужил это. - Сынри-а, - я произнес его имя мягко и почти нерешительно в попытке достучаться до него. Я не хотел, чтобы он так отворачивался от меня. Особенно тогда, когда я пытался поговорить с ним и сделать все правильно. - Слушай, я думал...о том, что ты сказал на счет чего-то большего между нами. Ты все ещё хочешь этого? – спросил я, действительно желая убедиться, что ему и правда нужно было это все. Я проделал очень глубокий внутренний анализ собственных чувств, в конечном итоге осознав, что не могу быть без него. Я скучал слишком сильно, больше, чем ожидал сам. Поверьте, принять это оказалось крайне нелегко и, откровенно говоря, я был в ужасе от того, что все это могло значить. Но больше всего я ужасался перспективе потерять его. - Ты знаешь, что да, - сказал он, пытаясь сдержать рвущуюся наружу улыбку. Но я не идиот: Сынри прекрасно знал, что загнал меня в угол на этот раз и что я впервые позволил себе прогнуться под ним. - Прекрасно, тогда между нами теперь есть что-то большее, - подтвердил я, наблюдая за его улыбкой, которая становилась все шире. – Но мы не парни друг другу, ясно? – серьёзно добавил я. Одно дело не спать с кем-то другим, но совсем другое, когда люди начнут шептаться обо мне, осуждать, думать, что на меня нацепили ошейник и что я безоговорочно влюблен в Сынри – это не про меня. Я чертов Нова, в конце концов. Мне нужно хоть что-то держать под контролем. - Я не возражаю на счет этого, пока ты не спишь с другими. Это все, что мне нужно, - он подошел ко мне и остановился, ожидая, когда я приму к сведению его слова. Разумеется, он знал, что уже выиграл. Сейчас он просто нуждался в официальном подтверждении того, что теперь я полностью его. - Я не буду спать ни с кем, кроме тебя. Доволен? – произнес я, и это послужило причиной к буквальному появлению света на его лице. Я уже упоминал, насколько невероятно красивым он был? - В экстазе, - он усмехнулся, обвивая руками мою шею, притягивая к себе для глубокого чувственного поцелуя. Этот поцелуй был одним из тех, что сносил головы, оставляя нас обнаженными, полностью открытыми перед друг другом.