Sexy boy

POV Сынри Что-то большее? Особенное? Выяснилось, что Джи Ён и понятия не имел о том, что это значит! Прошел всего месяц, а Джи Ён уже успел развлечься с пятью другими людьми. Он не воспринимал это как нечто неправильное просто потому, что, говоря его словами – «это был просто минет!» А в соответствии с восприятием Джи Ёна – минет это ни черта не измена. Ему и правда казалось, что это не считается. И я опасался думать о том, что ещё он вытворял за моей спиной. Мне просто не хватало сил думать о чем-то подобном. Мы постоянно спорили из-за этого, но Джи Ён все также бросался своим обычным «Сынри, ты не мой парень», пытаясь сделать все по-своему. Я, конечно, был достаточно мягкосердечным, но не настолько тупым, чтобы терпеть все это. Одна вещь, которую нужно знать о Джи Ёне: хоть он и любил быть тем, в чьих руках сосредоточен весь контроль, удерживаемый его же правилами – эти правила, очевидно, могли меняться в зависимости от того, как менялись решения хозяина. К примеру, он все ещё хотел полной свободы для себя. По крайней мере, там, где мы не сходились во мнениях, но и ненавидел, когда я поступал так же. Потому что правила эти, похоже, работали только для него. Я согласился, поддержал то, что он отстаивал, и Джи Ён был на седьмом небе от счастья. Пока я не обыграл его в его же игре. Как-то мы пошли в клуб, и я специально сделал кое-что очевидное – пошел за одним симпатичным парнем в туалет. Я видел, в каком бешенстве был Джи Ён. Я уже почти снял штаны, когда он ворвался внутрь и вытащил меня за шкирку, потому что, опять же, я – его и только его. Так, то самое «что-то большое» снова вернулось, без всяких походов налево. Я больше не был половым ковриком, ибо Джи Ён больше не стремился уединиться с кем-то другим. Думаю, он, наконец-то, научился понимать меня в этом. Все было прекрасно: мы проводили много времени вместе, даже несмотря на то, что он все ещё очень осторожно относился к перспективе начать позиционировать нас как пару. Согласно его мнению, мы были «официальными братанами по траху». Но, если честно, меня это вполне устраивало, ибо так он хотя бы признавал, что мы находились в каком-то подобии отношений. Его друзья все время подначивали его на былые глупости, что нереально выводило меня из себя. Джи Ён терпеть не мог, когда те пускали эти раздражающие ремарки вроде «да он просто на привязи», и когда они начинали дразнить его из-за того, что он влюблен. Одним вечером, он был и вовсе в гневе, когда парни снова попытались его спровоцировать. Они издевались, называя его Ромео, потому что считали, что он больше не был Новой. Он пулей вылетел из клуба той ночью, и тогда я впервые увидел, как собственные друзья разозлили его. Я пошел за ним – Джи Ён был на взводе, - но все обернулось весьма приятно для меня, когда он толкнул меня в тень аллеи, а потом выместил все свое раздражение. Он прижимал меня к стене так, что я не мог пошевелиться даже если бы захотел. Джи Ён был настолько бешеным, что его толчки казались почти агрессивными. Та ночь оказалась тем, что я никогда не смогу забыть. В какой-то момент, когда мои сбережения начали подходить к концу, я понял, что пора выходить на работу. Я пытался устроиться диджеем, но по итогу стал разносить напитки по залу – это была единственная вакансия, которую смог предложить мне бар. Впрочем, за это неплохо платили. Джи Ёну повезло – его семья была весьма состоятельной, и родители оплачивали все. Стыдно, что они так и не поняли, что их сын тратил большую часть времени на вечеринки, а не на учебу. Ему все доставалось так легко. И разумеется, он не был в восторге по поводу моей работы в баре – ему не нравилась сама мысль о том, сколько пьяных людей будет крутиться вокруг меня. Тогда выяснилось ещё и то, что Джи Ён крайне властен. Его больная ревность переходила порой границы, но, должен признать, мне нравилось это. Я не знал, что беспокоило его больше: то, что кто-то подкатывал ко мне или то, что кто-то не подкатывал к нему. Я всегда знал, что он заносчивый, но эта заносчивость не отражала и половину его сути. Джи Ён, также, тщеславный, эгоистичный, самоуверенный, самовлюбленный и напыщенный. Любое слово, которые вы можете подобрать к описанию раздутого самомнения, охарактеризовало бы его! Это бесило иногда и раздражало до чертиков, но, в то же время, когда он был со мной наедине, он становился совсем другим. Так что я закрывал глаза на все его недостатки – они просто проходили мимо моих глаз. Ещё Джи Ён не был уж слишком чувствительным к тактильным прикосновениям – ему не нравилось держаться за руки. Ну, до тех пор, пока кто-то не начинал открыто пялиться на меня. Тогда он резко хватал меня за руку просто для того, чтобы расставить все на свои места. Ему нравилось показывать людям, что я – его, но, к моему огромному недовольству, он также не стеснялся флиртовать с кем-то на моих глазах. В такие моменты он начинал вести себя так, будто свободен и одинок – это беспокоило меня. Беспокоило, но я мирился с этим до тех пор, пока он никак не прикасался к другим. Кроме того, сейчас он возвращался домой вместе со мной и каждую ночь трахал только меня. И, поверьте, трахал действительно каждую ночь. У Джи Ёна вообще было крайне завышенное либидо и бешеные сексуальные аппетиты: я уверен, что он трахал бы меня каждую минуту, если бы мог. Мы как кролики в этом плане, а он потрясающий любовник, который ни разу не оставлял меня неудовлетворенным. Удивительно, но со всей мнительностью и эгоистичностью Джи Ёна – постель была тем единственным местом, где он не был таким. Ему действительно нравилось доставлять мне удовольствие. Ему нравилось слушать мои стоны так же, как и мольбы о том, чтобы он трахал меня ещё жестче. К слову, все не было сосредоточено лишь на одном «трахе»: иногда он бывал заботливым и нежным, будто бы занимался со мной любовью. Разумеется, он никогда не скажет ничего подобного вслух. Одно слово «любовь» - уже большое табу для Джи Ёна. Он не занимается любовью ровно так же, как и не имеет парня. Если ему надо, Джи Ён может быть невероятно нелогичным! Сегодня день рождения Аи – мы все собирались отметить его этой ночью. Но я работал до одиннадцати, потому собирался присоединиться к ребятам только тогда, когда закончу смену. К сожалению, я не мог взять отгул на всю ночь. Сейчас я сидел и пытался разобраться со своей курсовой работой. Это дико раздражало меня, потому что я ничего в ней не понимал. В такие моменты я хотел быть таким же одаренным природой гением, как Джи Ён. Если опустить все его пустое хвастовство, то после разговора он часто оставлял людей с открытыми ртами, ибо, на самом деле, был очень смышленым. Если бы он не являлся Новой и не заработал себе подобную сомнительную репутацию, то его можно было бы легко перепутать с занудой. Джи Ён был настолько ослепителен в этом плане, что мне очень хотелось узнать его IQ. Несколько раз он уже опускал меня впросак своими вопросами, если честно. Вроде оставлял с чувством полной ничтожности к самому себе. У него получалось все, за что бы он ни взялся: он сногсшибательно красив, более или менее гений, потрясающий любовник, а ещё очень дотошный до получения собственного диплома. Как жаль, что Джи Ён почти неэмоционален в отношениях сам по себе, иначе из него бы получился самый идеальный парень на свете. Упс, я что, только что назвал его своим парнем? Я перечитывал один и тот же параграф снова и снова, но его суть все ещё оставалась непонятной для меня. Я просто не мог вникнуть в написанное. Это реально выводило из себя; я чувствовал, будто долбился башкой в бетонную стену. Я всерьёз подумывал о том, чтобы наплевать на это все и сдаться на сегодня, но, к сожалению, не мог, потому как экзамен уже через пару дней. Охваченный раздражением, я поднял книгу и швырнул её обратно на стол, усевшись на стул в полном бешенстве. - Эй, Ри, не хочешь устроить себе перерыв? – я почувствовал, как руки Джи Ёна обхватили меня поперек груди. Его грудь давила на мои плечи. - А разве ты не должен быть сейчас на своей лекции? – спросил я, снова открыв страницу и снова уставившись на тупые буквы, которые так сильно бесили меня. - Отменили, - промурчал он мне в ухо, прежде чем я ощутил прикосновение его губ к своей коже. – Так что, хочешь сделать перерыв? - Не могу. Мне нужно закончить с этим, - кивнул я на внушительных размеров книгу. - Да забудь про неё, - отмахнулся он, развернув меня на стуле лицом к себе. – Я чертовски возбужден. - Ты всегда возбужден, - закатив глаза, поспорил я, но, все же, обвил руками его шею, притянув ближе к себе. - Да, потому что ты всегда возбуждаешь меня. Наклонившись, он целовал меня какое-то время, а потом буквально оторвал от стула, чтобы раздеть. Он избавлял меня от одежды быстрыми, отточенными движениями, а затем накинулся на мое тело. Он не был нежным. Он вообще был нежным редко, но, если честно, мне самому нравилась его грубость - так он больше походил на моего Джи Ёна. На того Джи Ёна, которому я любил отдаваться. Его руки скользили по моему телу, ласкали; прикосновения искушали меня; ладони сжимали задницу. Он почти кусал меня, без сомнений оставляя следы. Я почувствовал, как он втянул губами кожу на моей шее, и тут же отстранился – в последний раз подобная кровавая метка сходила хренову тучу времени. А вот ему, похоже, нравились засосы. Думаю, он видел в них ещё один способ заклеимить меня для себя. Я все-таки оттолкнул его от своей шеи, но самодовольная ухмылка на его лице говорила о том, что было уже поздно. Он смеялся, пока я бежал к зеркалу, чтобы посмотреть на себя. Чертов говнюк. Довольный, он подошел ко мне сзади, пока я оценивал проделанную им работу. Ну да, ещё одна чертова метка. - Джи Ён, ну какого черта? – раздраженно пожаловался я. Как я должен теперь прятать это? Он обхватил меня руками поперек груди, пока мы оба смотрели на себя в зеркало. - Ты - мой, Сынри. Просто хочу убедиться, что все остальные в курсе, - он произнес это крайне заносчиво, но я, все же, знал, как убийственно серьёзен он был. Это точно вина Аи. Могу поспорить, она растрепала Бэ про то, что один парень клеится ко мне на работе. И Бэ, будучи Бэ и лучшим другом Джи Ёна, очевидно, все ему рассказал. Пока я продолжал рассматривать огромный фиолетовый засос, Джи Ён немного отошел в сторону, начиная избавлять от одежды уже себя. Я смотрел в зеркало на то, как он снял футболку, открывая своё стройное, чуть смуглое, татуированное тело. Он медленно расстегнул ремень, затем пуговицу и молнию на джинсах, позволяя им упасть на пол. Взглядом он вернулся ко мне, чтобы убедиться, что я все ещё неотрывно пялюсь на него через зеркало. Он решил подразнить меня, нарочно медленно стягивая с себя боксеры сантиметр за сантиметром, пока я в ожидании смотрел на то, как освобождался от ткани его член. Я все ещё был ошеломленным, когда видел его обнаженным и возбужденным. По-моему мнению, когда Бог создал Джи Ёна – он создал совершенство. Он никогда не переставал впечатлять меня! - Нравится то, что ты видишь? – снова подойдя ближе и притянув меня к себе, нахальным тоном прошептал он мне в ухо. - Мне всегда нравится, - я улыбнулся его отражению. – Смотри, что ты сделал с моей шеей. Как, по-твоему, я должен скрывать это на работе?! – я спросил его серьёзно, но он, естественно, только рассмеялся вновь, находя это все забавным. - Ты и не должен, в это и есть весь смысл. Я же сказал, ты – мой, Сынри-а, мой. И я хочу, чтобы все знали это. Какое-то время мы просто смотрели друг на друга в зеркало. Взглядом он почти провоцировал меня возразить ему, но на самом деле мы оба знали, что он прав. Я – его. Я стал его с тех пор, как только увидел. - Так это любовная метка? – начал я, и он ещё раз с восхищением посмотрел на результат своей работы на моей шее. - М-мм? – промычал он, ожидая, когда я продолжу. - Это значит, что ты любишь меня? – я цеплял, дразнил, проверял его. Но, как и ожидалось, он быстро разорвал объятья и отстранился. - Пошел ты! – вырвалась его обычная, естественная реакция, как попытка смахнуть всю серьёзность заданного вопроса. Он сел на мой стул, начиная покачиваться на нем из стороны в сторону. - Подойти, - жестом подозвал он, и я тут же повиновался. Взяв меня за руки, он тянул меня на себя до тех пор, пока я не оказался сидящим на нем сверху лицом к лицу. - Ты очень красивый, знаешь это? – спросил он, заглядывая мне в глаза. Он смотрел так, будто видел всю суть. Мне было тяжело поверить, что он и в самом деле думал, что я красивый, но когда Джи Ён говорил что-то, то всегда умудрялся сделать это так, чтобы ему поверили. Он мог сказать мне, что Земля – квадратная, и я бы не стал спорить. - Я хочу целовать тебя постоянно, касаться тебя постоянно...Трахать тебя постоянно, - последние слова он произнес с нажимом, стиснув мои ягодицы для большего эффекта. – У тебя самая лучшая для траха задница, - он наклонил мою голову так, чтобы шептать мне в ухо. – Мне нравится, когда я засаживаю свой член глубоко в твою узкую чертову дырку. Это ощущается так изумительно, так узко... - он прикусил мочку моего уха, прежде чем я почувствовал его дыхание на своей коже. – Хочешь, чтобы я трахнул тебя, Сынри? Чтобы мой член вбивался в тебя, заставляя кончить? Хочешь почувствовать меня в себе? Ты хочешь этого, а, Сынри? Скажи мне, что хочешь. Скажи, что ты хочешь, чтобы я отымел тебя, – он поцеловал меня в шею, а я просто растворялся в ощущениях, что дарили его губы. - Скажи мне, - повторял Джи Ён, все ещё целуя и кусая меня. – Сынри-а, скажи мне, - настаивал он, водя кончиком носа по моей шее. Его руки спустились вниз к моей пояснице; ладони раздвигали ягодицы в стороны, а потом снова сжимали их. Он продолжал делать это, позволяя своим пальцами проезжаться слишком близко к моей жаждущей хоть какого-то прикосновения дырке, но он специально не трогал её. Я почти умирал. Чертов динамщик. Он скользнул кончиком одного пальца внутрь, и я моментально шумно выдохнул в облегчении, но уже в следующую секунду его руки вернулись обратно на мою поясницу, заставляя меня почувствовать острое разочарование. - Скажи мне или я не отымею тебя. Забавно, но, несмотря на то, что он был дико возбужден и так же жаден до меня сейчас – он намеренно отталкивал, чтобы позлить. Как я и говорил: с Джи Ёном все дело в первенстве над контролем. - Я хочу, чтобы ты трахнул меня, ясно? Доволен? – я сдался, и его губы сразу нашли мои. Но я отстранился для того, чтобы посмотреть ему в глаза. Мне нужно было убедиться, что он действительно понял, о чем я прошу. - И я имею в виду реально трахнул меня! – я заметил, как в его глазах пробежал шаловливый блеск, на губах появилась хитрая улыбка. Но все это исчезло, как только он снова вернул контроль себе. - Знаешь, чего хочу я? – спросил он с таким потемневшим от похоти взглядом, что я задрожал в предвкушении. Я знал, что сделаю все, что он попросит сейчас. - Я хочу, чтобы ты отсосал мне. Джи Ён скинул меня со своих бедер, развел ноги, и я тут же опустился на колени между ними. Я не колебался. С чего бы я должен был? Мне нравилось отсасывать ему. Он утробно простонал, когда его член уперся глубоко в мою глотку уже через пару секунд. Я почувствовал его руки на свое голове – он надавливал мне на затылок, чтобы я не останавливался. - Черт, ох, блять, - он беспрерывно стонал, пока я скользил языком по уздечке. Это его чувствительно место – Джи Ёна буквально отбросило назад, будто при ударе шоком. - У тебя такой охренительный рот. Я сосал его член от основания до головки, а затем решил уделить немного внимания яйцам. Зарывшись лицом в его промежность, я вдыхал в себя этот острый, сладкий запах, что так подходил ему. Свободной рукой я надрачивал ему, а затем слегка прикусил чувствительную кожу, прежде чем по очереди вобрать яйца в рот, облизывая их, лаская, посасывая и обводя языком. Я снова вернулся к члену, слизнув каплю выступившей смазки с головки, в следующий момент взяв глубоко в рот на всю длину – похоже, Джи Ён не единственный, у кого получался отменный минет. Он подмахивал бедрами, пытаясь начать трахать мой рот, но это было почти невозможным из-за сидячего положения. Это раздражало его, поэтому он зарылся ладонью в мои волосы, грубо подталкивая, насаживая меня на свой член. Если бы я не был так расслаблен, то рвотный рефлекс точно дал бы о себе знать, но нет. Я мог справиться с этим. Я мог справиться со всем, что он делал со мной. Его член долбился в мое горло, но я сам весь был поглощен звуками его быстро сбивающегося дыхания, ожидая сигнала, которого я хорошо знал. Я добавил больше давления – втянул щеки, тем самым сокращая стенки горла вокруг его члена. - Черт! – выкрикнул он, и я сразу отстранился. Дыхание Джи Ёна сбилось окончательно, его грудь высоко вздымалась, и я понял, что если бы продолжил, то он бы точно кончил. - Теперь будешь трахать меня? – спросил я, играя с его потяжелевшим членом. Он лишь утвердительно кивнул, резко подняв меня за руки. Джи Ён немного сдвинул ноги вместе, но я снова развел их шире. Я завис над ним в неловкой позе, пока его смоченные в собственной смазке пальцы проталкивались внутрь. Он хотел меня до исступления, двигаясь грубо, без всяких компромиссов и жалости ко мне, но, по правде говоря, мне было откровенно плевать. Я не ожидал чего-то другого. Он разводил пальцы в стороны, пока входил в меня все глубже, растягивая, подготавливая к чему-то явно большему по размеру. Затем он убрал руку и начал опускать меня на свои бедра. Я чувствовал головку, упершуюся в мою задницу, и схватил ладонью его член, помогая себе медленно насаживаться на него, позволяя заполнять себя изнутри. Джи Ён обхватил меня руками, целуя грудь и торс, пока я аккуратно вбирал в себя всю его длину с таким наслаждением, которое только существовало. Он ощущался таким большим внутри меня – само мое тело будто растягивалось под ним. Он целовал меня бешено, агрессивно. Его язык проникал в мой рот так же глубоко, как и его член в мою задницу - это двойное чувство удовольствия сводило с ума. Особенно если учесть то, что я всегда терялся только от того, что Джи Ён просто целовал меня. Темп толчков нарастал, я балансировал на носках, чтобы подниматься и опускаться в ритме, а он помогал мне двигаться, силой схватив за бедра, амплитудно притягивая к себе каждый раз так, что теперь я действительно оседлал его. Стул нещадно трещал и скрипел под весом обоих, и про себя я надеялся только на то, что он сможет выдержать нас. Мы двигались быстро: его член входил в меня снова и снова, эйфория вырывалась через стоны, которые тонули на губах друг друга. Поцелуи были страстными, жесткими, но становились ещё более отчаянными по мере того, как увеличивался темп. Я двигался на нем легко и без усилий – это уже далеко не первый раз, когда мы трахались на этом стуле. Крепко обвив меня руками, он резко опустил меня вниз, одновременно вскидывая бедра, загоняя свой член так глубоко, что я непроизвольно простонал в одобрении. Он повторил это ещё раз, ещё и ещё, заставляя волны удовольствия сковывать дрожью все мое тело. А затем случилось то, чего никто не ожидал прямо сейчас – чертов стул развалился. Джи Ён почти упал назад, но я быстро встал на ноги, удержав его в объятьях над полом. Мы оба смеялись, пока пытались сохранить равновесие; стул был совсем в плачевном состоянии, но это может подождать. Не отрываясь от моих губ, Джи Ён потолкал меня вперед, пока я не нашел контакт с какой-то поверхностью. Как только это произошло, он быстро развернул меня спиной к себе, буквально положил грудью на письменный стол и одним резким движением вошел внутрь. Все вокруг билось и падало на пол, пока мой стол получал отдачу в виде диких, амплитудных толчков Джи Ёна. К слову, как и моя задница. Его пальцы больно сдавливали мои бедра, пока он бешено вколачивался в меня снова и снова, ни разу не остановившись, ни разу не замедлив темп – у него просто охренительная выдержка. Впрочем, я думаю, что он бы и не получил прозвища Казанова, если бы оказался плох в постели. Я схватился за края стола для равновесия, пока мое тело принимало в себя его мощные толчки, и почти кричал, пока он продолжал беспрерывно трахать меня. Затем он немного сменил позу и угол проникновения так, чтобы полностью выходить из меня, а затем снова толкаться внутрь на всю длину. Но Джи Ён, очевидно, не мог двигаться настолько глубоко, насколько хотел, потому развел ладонями мои ягодицы в стороны, медленно засаживая член до упора. Он вошел так глубоко, как только удалось физически, и это было охренеть как больно. Но удовольствие полностью перекрывало дискомфорт. Поверьте, чувствовать, что Джи Ён полностью, настолько глубоко в тебе – неописуемо потрясно. - Черт, - проскулил я почти в агонии, но это только подстегнуло его повторить то же самое ещё раз. В этот раз он подключил бедра, и теперь его член вошел так глубоко, что растягивал изнутри самые недоступные места. - Блять, Джи Ён... - я неприкрыто стонал, прогнувшись и выставив задницу назад, открываясь для него шире. Покрепче схватив меня за бедра, он силой дернул меня на себя, входя неимоверно глубоко ещё раз. Я бесконтрольно скулил и стонал, а он снова начал двигаться быстрее короткими, отрывистыми толчками, проезжаясь членом по простате каждый чертов раз. Я, честно, понятия не имел, как держался до сих пор – меня уносило бесконечными волнами экстаза. Мой член буквально дрожал, словно готов был взорваться в любую секунду. Как, черт возьми, Джи Ён все ещё не кончил – было выше моего понимания. Он вновь начал увеличивать темп, но теперь его толчки стали по-звериному бешеными, почти отчаянными, пока он вколачивал меня в стол. Из груди его вырывались рычания с каждым движением, будто он хотел выжить из себя все, что мог, пока трахал меня. Разведя мои ноги ещё шире, он пододвинулся ближе и почти лег на меня сверху. Протиснув руки, он подхватил меня под торс и поясницу, а я все ещё держался за стол, боясь потерять равновесие, в то время как он все так же безостановочно вдалбливался в мою задницу. Он немного ослабил хватку, скользнув одной рукой ниже по моему телу к промежности, в конечном итоге обхватив ладонью мой член. Он быстро надрачивал мне, полностью удерживая безжалостный ритм собственных толчков в моё абсолютно беззащитное сейчас перед ним тело. Я чувствовал его дыхание на своей шее и вскрикнул, когда его зубы буквально прокусили мою кожу, пока он пытался остановить волну приближающейся разрядки. Я знал, что именно он хотел сделать, но не мог. Он всегда боролся с собственным оргазмом, не хотел кончить раньше меня и сдерживался до последнего. Но все же, долго бороться с этим у него не вышло и вскоре он отпустил себя. Его зубы все ещё сжимали мою кожу, кусая сильнее, пока сам он дрожал – я почувствовал, как всего его тело скрутила судорога. Он издал полузадушенный стон в момент разрядки, и я сразу ощутил тепло его спермы внутри себя. Он устало навалился на меня сверху - я слышал его бешеное сердцебиение и отрывистое дыхание. К слову, долго отдыхать он не собирался. Как я и сказал, Джи Ён не был эгоистичным любовником. Полностью выйдя, он развернул меня лицом к себе, опустился на колени и начал энергично сосать, вобрав в себя мой член сразу на всю длину. Положив ладонь ему на затылок, я начал самостоятельно толкаться в него, а он был более чем готовым позволить мне трахать его рот. Я знал, что уже на грани, просто хотел окончательно потерять себя. Он так хорош – это в любом случае не займет много времени. Я взглянул на него – Джи Ён неотрывно следил за каждым моим вздохом, а мой член выглядел просто изумительно, пока скользил в его восхитительном рту. Не говоря уже о том, каково было чувствовать давление его сочных губ, плотно обхватывающих мой член. Его рука потянулась к моей заднице, пальцы снова толкнулись внутрь. Они входили легко, и он долбился ими в меня безжалостно, снова и снова задевая простату, заставляя меня подойти к максимальной точке удовольствия. Но так же, как и он, я не хотел, чтобы эти невероятные ощущения покидали меня. Я не хотел отпускать их. И никогда не захочу. Если бы я мог остаться в этом моменте чистого блаженства вместе с ним навсегда, я бы остался. Но не мог, ибо моё тело не выдержало этого. Я посильнее схватил его за волосы и последний раз толкнулся глубоко в чужое горло, пока оргазм ломал меня изнутри. Оставшийся день прошел быстро, и я оказался на смене ещё до того, как осознал это. Ужасное чувство – работать, когда ты знаешь, что все твои друзья сейчас отрываются друг с другом. Конечно, тот парень, что клеился ко мне, нашел сообщение Джи Ёна кристально очевидным и ясным для себя. Огромная метка на моей шее оказалась горячей темой для обсуждения в нашей смене. И разумеется, все изначально восприняли это как что-то неправильное: менеджер подозвал меня к себе на пару слов и четко дал понять, что «это не совсем уместно на рабочем месте». Просто подождите, пока я доберусь до Джи Ёна! После работы я быстро переоделся и сразу направился в клуб, чтобы встретиться со всеми. Мне повезло – сегодня в моем баре было не так много народу, поэтому мне позволили уйти на час раньше. Плюс ко всему, думаю, что менеджер и без того раздражался каждый раз, когда ему на глаза попадался мой засос. Чисто внешне это и правда выглядело не очень. Зайдя в клуб, я сразу принялся искать взглядом свою компанию, что было нелегко, ибо все толпились словно сардины в банке. Заметив Аи и Бэ на танцполе, я двинулся к ним, пытаясь пробраться сквозь толпу, но вместо этого застрял между Топом и Дэ Соном. Они были ужратыми в хлам, оба. Что, если честно, не оказалось чем-то удивительным. - Сынри-а, Сынри-а...Где ты, черт возьми, был? – притянув меня к себе для объятий, спросил Топ, хотя чертов идиот и без того знал, что я был на работе. - Где Джи Ён? – в свою очередь спросил я вместо ответа, но те были слишком потерянными в пьяном угаре, чтобы понять суть. - Что? – прокричал Топ, отстраняясь от меня. - Где Джи Ён? – я спросил ещё раз, на этот раз громче. - В туалете/В баре, - в унисон сказали Топ и Дэ Сон, указав каждый в свое направление. Я заметил, как Дэ толкнул Сын Хена под ребра, и тот сразу поменял свой ответ. Выяснилось, что Джи Ён точно возле бара. «Ну разумеется» - подумал я про себя. - Окей, я пойду найду его и как раз закажу выпить, - я улыбнулся как ни в чем не бывало, но они выглядели слишком нервными. Будто ляпнули то, что не должны были. И, конечно, они так и сделали. Потому что я не настолько туп, чтобы не понимать это. Я прошел мимо бара сразу в туалет. Открыв дверь, я был удивлен, когда комната оказалась пустой. Ну, почти пустой. Я мог точно узнать звуки своего парня, а точнее «официального братана по траху», доносившиеся из одной из кабинок. Я узнал бы его голос и глубокие, утробные стоны везде. Заходя в комнату, я знал наверняка, что найду здесь. Но это не останавливало меня. Проходя мимо кабинок, я чувствовал в себе отвратительный микс из ужаса, злости и боли, но продолжал идти, ориентируясь на звуки. Пока не нашел ту кабинку, из которой они доносились. К счастью или к сожалению, замок на той двери был сломан, так что я беспрепятственно открыл её, встречаясь лицом к лицу со своим «другом для траха». Конечно, он был шокирован, когда увидел меня. Ну, или он был шокирован тому, что его поймали с каким-то парнем, отсасывающим его член. Этот парень вскинул голову, чтобы посмотреть, почему Джи Ён неожиданно перестал долбиться в его рот и заметил, что тот смотрел на меня. В следующий момент уже оба смотрели на меня. А парень, видимо, вообще не понимал, что происходит. - О, пожалуйста, не обращайте на меня внимания, - сказал я Джи Ёну, рукой махнув куда-то между ними.