Бог смерти

Болтер — оружие, подходящее богу. Он был создан, чтобы наводить ужас на врага своими ревущими выстрелами, исторгать из себя мгновенную смерть, уничтожать противника мощным взрывным зарядом. Звук его выстрелов отправляет в те времена, когда человечество еще падало ниц перед молниями, думая, что их метают боги, и ведет через эпоху удивительных открытий прямо в пороховой век, когда наконец смертоносную силу огнестрельного оружия оценили по достоинству. Болтер восхваляет военную мощь человечества, это грубый, но верный символ боевого опыта. В руках астартес он превращается в инструмент божественной кары. Такие мысли проносятся в моем разуме, пока я жадно изучаю содержимое первого ящика с боеприпасами — аммуницию для болтера. Он набит до отказа: круглые барабанные магазины с «Металлическим штормом», длинные, прямые для «Адского пламени» и «Инферно», стандартные, с «Кракеном». Снимаю крышку следующего ящика, и меня приветливо встречает джамп-пак, выкрашенный в цвет моего ордена — черный. Рядом с ним вырисовывается длинный толстый ствол мельтагана и еще два оружия, аккуратно сложенных друг на друга: плазмаган и огнемет. Я весь наполняюсь радостным предвкушением. Мой восторг достигает апогея, когда я нащупываю черепообразную верхушку последнего подарка и, вытащив длинное мечеобразное устройство, подношу к лицу, чтобы разглядеть. Любуясь мономолекулярными зубцами, обволакивающими клинок, я включаю цепной меч и он издает довольное урчание. Вскоре он насладится плотью еретиков.

***

Кейна твердила про себя, что свое лучшее платье она надела исключительно в целях дипломатии, а не для того, чтобы поразить великана. Ее точеная фигурка изящно скользила по Храмовым Садам, приковывая заинтересованные взгляды сородичей. Часовая, не привыкшая разгуливать в подобных нарядах, смущалась, вспоминая, что народ калдорай еще десять тысяч лет назад отказался от бесполезной роскоши, выбрав путь единства с природой. В конце концов, тогда излишества их чуть не погубили. Пышная расточительность куда больше подходила высшим эльфам или эльфам крови. И все же Кейне казалось, что ее наряд слишком скромен для встречи с Аварианом. Впервые в жизни ей было мало обычного хлопкового платья. Великан сидел рядом со своей машиной, копаясь в содержимом двух капсул, похожих на коробки. Приближаясь, эльфийка заметила, как Авариан подносит к шлему угловатое устройство, усеянное чем-то, похожим на металлические зубцы, и застыла в странном оцепенении, граничащим с восхищением. Последовал рев мотора, и зубцы на оружии начали одновременно вращаться, сначала медленно, но вскоре они достигли скорости, на которой стали неразличимы, превратившись в размытую движущуюся полосу. Кейна содрогнулась. Она понимала, зачем это нужно. Командир часовых продвинулась вперед и обратилась к богу смерти, надеясь, что он услышит ее за ревом оружия. — Лорд Авариан? Великан услышал. Он повернулся, оглядывая ее светящимися красными глазами с беспристрастным интересом. Увидев, что лицо Авариана снова скрыто металлической маской, Кейна испытала легкое разочарование. — Миледи Тиранда желает переговорить с вами наедине в своих покоях. Прежде чем ответить, великан слегка качнул головой из стороны в сторону — простой жест, который показался эльфийке странно притягательным. — Это необходимо? — спросил холодный скрипящий голос. — Боюсь, что да. Поразмыслив, металлический бог кивнул и повесил зубчатое оружие на пояс. — Хорошо. — Замечательно, — Кейна засияла. — Давайте отправимся в храм сейчас же. Авариан с сомнением кинул взгляд на свое снаряжение. — Часовые будут охранять ваши припасы. Я лично распорядилась. Недоверчиво крякнув, бог последовал за эльфийкой.

***

Вариса следила за обеими фигурами, идеально скрытая в листве бесчисленных деревьев, без труда скользя по ветвям, никем не замеченная. Эльфийка крови ревновала. Она все же была женщиной и понимала, что калдорай движет не простое желание проводить великана. Вариса была искусной соблазнительницей и понимала, что именно простота и невинность способна сильнее всего обольстить мужчину — она и сама не раз этим пользовалась. И с этой стороны эльфийка все делала верно. Почти… Поймав взглядом парочку, разбойница усмехнулась. Все же одежда калдорайки была слишком уж простенькой, совершенно не подчеркивающей фигуру. Вариса бы в такой ситуации непременно надела черное шелковое платье, облегающее все ее достоинства, а белое уродство, которое нацепила ночная эльфийка, совершенно не притягивало взгляд. В общем, Вариса, несмотря на ревность, была спокойна.

***

— Я еще раз хочу поблагодарить вас, Лорд Авариан, за все, что вы сделали в Астранааре, — искренне, хотя и взволнованно, произносит Шелест Ветра. — Учитывая обстоятельства, любая ваша помощь будет цениться очень высоко. Мой разум пребывает в смятении: помощь ксеносу — путь к Хаосу. — Танавар сказал, что таких атак на Астранаар у нас еще не было, — я быстро перевожу взгляд на старого эльфа, а затем возвращаюсь к жрице. — И я вынуждена согласиться. Сатиры обычно сражаются между собой, и если они объединились, чтобы атаковать нас, это может закончиться катастрофой. — Демоны непостоянны и непредсказуемы. Если они прекратили свою грызню, скорее всего, к власти пришел кто-то могущественный, — глухо рычу я. — Именно так. Варшокк, которого вы повергли, — представитель древней расы, завербованной Пылающим Легионом. Он именно из таких предвестников новой, могущественной силы, и наши часовые в последнее время докладывают, что видят таких, как он, все чаще. К сожалению, до настоящего момента мы не могли им противостоять. Я начинаю прямо-таки излучать ехидное удовлетворение. — То есть вы понимаете, что ваш враг — хитрое, изворотливое порождение Хаоса, но ничего не делаете, чтобы прекратить никчемное существование этих жалких существ? Впрочем, от ксеносов не стоило ожидать иного. Это слабость. — Да, Лорд Авариан. Это слабость. Но мы не можем на это повлиять… Мы сейчас оказались в самой гуще множества разрозненных конфликтов, — устало сказал Танавар. — Если вы ищете оправдания своим неудачам, это достойно лишь жалости. Все ваши отговорки ничтожны… — Да, эти проблемы довольно мелкие, но их много. Мы вынуждены отправлять войска в Нордскол, чтобы давать отпор воинам Плети. Также нужно укреплять оборону в Запределье, чтобы не допустить вторжения Пылающего Легиона в Азерот. А хуже всего каждодневные атаки приспешников Орды на наши владения. В результате мы можем лишь поддерживать статус-кво во всех зонах военных действий, но не более того. — А как же ваш Альянс? Если вы объединитесь, общий враг падет, — напоминаю я. Шелест Ветра на мгновение меняется в лице, но быстро возвращает прежнее радушное выражение. Танавар же обходится без дипломатических ужимок: его лицо выражает измученную злобу. — Наш… Альянс… это оскорбление самому слову «альянс». Правильнее было бы назвать этот союз «Эгоизм». — Да, — Шелест Ветра мягко перехватывает инициативу. — Именно поэтому я попросила вас обговорить все наедине, без участия других послов. Вам нужно понять, что Альянс находится на грани распада. Люди в Штормграде думают только о Второй Войне, а король Вариан сосредоточен на собственной ненависти. Дворфы в Стальгорне, стремясь доказать, что являются избранной расой, усиленно занимаются раскопками потерянных земель. Гномы не отстают от них, беспрестанно требуя людей и припасы для восстановления своей столицы. Даже дренеи, хоть и появились среди нас совсем недавно, даже не пытаются делать вид, что заинтересованы в общем деле — они жаждут лишь починить свой Экзодар и обратить нас всех в свою религию Света. Я хмыкаю про себя. Значит, эльдар была права. В других обстоятельствах я бы радостно наблюдал, как свора ксеносов, еретиков и предателей устраивает грызню, где каждый тщетно пытается тянуть одеяло на себя. Но если их ничтожные склоки угрожают Империуму и человечеству, я не могу оставить этого просто так. — Я… Наставлю их на путь истинный, — прошипел я. Эльфы переглядываются, и их лица озаряются. — Мы надеялись, что вы это скажете. Не так часто нам выпадает честь получить помощь от такого смелого и могучего воина, — Шелест Ветра благодарно наклоняет голову. — Я делаю это не для вас и не для вашего народа. Мой долг касается только Императора и Империума Человечества! — выплевываю я. — Нравится тебе это или нет, но цели у нас едины, — замечает Танавар. — Я не нуждаюсь в напоминаниях о своей связи с ересью.

***

Вариса заметила, что великан не в лучшем расположении духа. Прекрасно. Зная мужчин, она предполагала, что он будет снимать напряжение долгим крепким сном, а это как раз сыграет ей на руку — она прокрадется к нему и позаимствует что-нибудь на память. Эльфийка крови посмеивалась про себя, наблюдая, как бог смерти стремительно шагал прочь, а калдорайка вяло пыталась его остановить. «Разве так ведут себя с мужчиной», — проворчала разбойница. Если он зол, достаточно слегка пощекотать его самолюбие, и он падет к ногам. Вариса бесшумно приземлилась на соседнюю ветку, поближе к машине великана и его занимательным коробкам с припасами.

***

Оккулоба обнаружила ее, когда я только прибыл в храм ночных эльфов, несмотря на маскировку: черную кожаную броню и маску, закрывающую лицо. Визор моментально сфокусировал на ней прицел, подсчитав, что убить ее можно с вероятностью 98%. Но я проигнорировал эти расчеты, переключив внимание на склоку Альянса. Теперь же она прокрадывается к Лэндспидеру под покровом ночи, осторожно, почти бесшумно. Ее навыки меня поражают: каждое движение продумано и точно просчитано. Длинные уши колеблются при каждом шаге, а руки крепко сжимают два небольших клинка. Каждый изгиб ее тела говорит о полной готовности — как убежать в случае опасности, так и напасть при малейшем проявлении слабости. Я сижу у машины без движения. Уже два часа я провел здесь, пока мой мозг поочередно отключал чувства, чтобы дать организму отдохнуть. Иногда я слышал ее, но не видел. Иногда зрение различало ее очертания, но слух ничего не улавливал. Так спят космодесантники. К моему плечу легонько прикасается лезвие клинка — я не шевелюсь. В следующее мгновение она уже направляется к ящикам. Без труда встав на ноги, я следую за ней, как призрак, наблюдая, как она роется в болтерных зарядах. Она берет в руки один из болтов и начинает с интересом его разглядывать, я же, медленно обвив ее, левой рукой обхватываю ее талию, а правой зажимаю ей рот.

***

Когда массивная конечность оторвала ее от земли и прижала к мощному нагруднику, Вариса с трудом подавила приступ паники. Огромная перчатка зажала ей рот, лишая возможности закричать, и разбойница обмякла, понимая, что малейшее сопротивление может закончиться для нее мучительной смертью. Механический шипящий голос над ухом подтвердил ее опасения. — Одно неверное движение — и я тебя разорву, — в голосе нет никаких эмоций. Вариса слегка задрожала, до конца не понимая, от страха или возбуждения. — Расскажи, зачем ты здесь. Потом я решу, что с тобой делать. Эльфийка слегка кивнула, и огромные руки соскользнули с ее тела. Упав с высоты примерно полуметра, Вариса тихонько выругалась на Талассийском, но моментально откатилась от великана и выхватила сочащиеся ядом клинки. Впрочем, это она сделала зря. Гигант приставил к ее шее огромное лезвие, упираясь острым концом в нежную кожу. — Хорошо подумай, прежде чем сделать что-то еще, — сказал он, впрочем, уже без надобности. Вздохнув, Вариса небрежно бросила клинки на землю и подняла руки в воздух. — Не очень вежливое обращение с дамой, — съязвила она. — Ксенос это ксенос. Пол безразличен, — ответил гигант невозмутимо. — И все же, нужно учитывать, что мы очень хрупки по сравнению с такими большими и сильными мужчинами, — она обольстительно улыбнулась. Бог разглядывал ее, игнорируя искусительные речи. Из его шлема раздавались тихие щелчки. — Таких, как ты, сегодня здесь не было. — Да, я очень на это надеюсь. Мы, син’дорай, были преданы Альянсом, и… — Значит, ты из Орды, — прерывает великан, чем раздражает эльфийку. — Орда не лучше. Вонючие дегенераты. Особенно Отрекшиеся. — Вот мое предложение, ксенос. Ты посвятишь меня в историю Орды и ее отношений с Альянсом. А я тебя не трону. — Хммм… Заманчиво. Но у меня есть свое условие. Я расскажу тебе все, что знаю о каждой фракции, их лидерах, сильных сторонах и слабостях. — И что ты хочешь взамен? Вариса хищнически улыбнулась. — Всего лишь сопровождать тебя.