Choice of Warlock

…Скажите, вы верите, что они сами Откроют вам двери и вспомнят Закон?...

      Портал вывел Катарину недалеко от мрачной готической громады Института, наводившего жуть даже при свете дня. Две башни изящными острыми зубьями смотрели в чистое небо, радующее отсутствием облаков и грозовых туч. Солнечные лучи падали на прозрачное стекло готической розы над парадным входом таким образом, что казалось, будто в фигурном переплете-цветке видно небо. Острые, режущие даже на вид, грани старого собора притягивали взгляд, яркие витражи заставляли подслеповато щуриться, защищая глаза от бьющего в них света, отражающегося от стекол.       Институт был прекрасен. Немного даже жаль, что от глаз примитивных здание скрыто гламуром, и люди способны видеть лишь печальные руины старой церкви – грубые, поросшие травой и покрытые толстым слоем грязи, камни, потемневшие без надлежащего ухода и жизненной энергии живых.       Катарине, впрочем, было плевать на красоты относительно-старинного (для смертных, не более того) здания. Сейчас ее лишь раздражал вид величественного собора охотников, словно насмехающийся над жителями Нижнего мира, неспособных даже приблизиться к парадной двустворчатой двери.       Лишь у границы магических барьеров, целительница поняла, насколько глупо поступила, со всех ног ринувшись к Институту. Не подумав. Не усомнившись ни на миг.       Маг металась из стороны в сторону у подножья собора, почти соприкасаясь с мощной защитой, напряженно думая о том, как ей достучаться до нефилимов. Достучаться в прямом смысле – необходимо было как-то сообщить о ее присутствии. Бросаться грудью на барьер не было хорошей идеей – не факт, что тогда получится связаться с Лайтвудом. За нарушение границы ее вполне могли схватить и утащить в подземелья, не особо разбираясь в причинах – если не повезет наткнуться на кого-то не столь либерального, как Александр или его сестра.       Черт. Почему Катарина не взяла с собой телефон Магнуса? У него, скорее всего, есть и номера других охотников, с которыми можно было бы связаться. Той же Изабель Лайтвуд, к примеру. Но увы – вдохновленная идеей, целительница схватила лишь тетрадь и расчеты, совершенно не подумав об остальном.       Ну не ждать же, пока нефилимы сами ее заметят, выглянув из окна?!       Однако госпожа Фортуна оказалась на стороне одной из Детей Лилит – не прошло и пяти минут безуспешных размышлений, как решение пришло само, направляясь в Институт со стороны города.       Катарина как раз стояла в тени одного из дальних деревьев, когда высокий молодой нордический блондин неспешным прогулочным шагом подошел к границе защиты. На миг целительнице показалось, что перед ней лишь примитивный, решивший прогуляться по рунам старой церкви – руна успокоения на шее охотника издалека показалась ей татуировкой скрещенных костей, но стоило лишь приглядеться чуть лучше, как «кости» переставали таковыми казаться, обретая очертания привычной ангельской руны. Да и не носят примитивные на бедре ножны с холодным оружием – запрещено это…       Бросаясь наперерез нефилиму, маг успела мимолетно подумать о том, что его характер, скорее всего, оставляет желать лучшего – иначе зачем он нанес себе руну-валериану на один из самых доступных участков кожи, фактически в свободном доступе?       Но возможность попросить юного охотника о помощи была столь соблазнительной, что Катарина не видела другого выхода, цепко хватая нефилима за грубый рукав кожаной куртки.       Нефилим, не ожидавший нападения у самого порога Института, отреагировал на рефлексах, вбитых в него жестоким учителем – за доли секунды выхватив из кармана неактивный ангельский клинок, он прошептал коротенькое слово, давая клинку имя, и четким выверенным движением прижал светящееся белоснежное лезвие к горлу напавшего. Однако те же рефлексы и не дали вдавить оружие в тонкую светлую кожу, перерезать кровеносные сосуды, убить. Прояви нечисть перед ним хоть на крупицу больше агрессии – и ее не спасла бы и сама Лилит. Но женщина с неестественно-бледной, отдающей почти что трупной синевой, кожей, не шевелилась, мертвой хваткой вцепившись в рукав.       Охотник понимал, что если бы она действительно хотела причинить ему вред – то шанса выхватить оружия у него бы не представилось. Потому и помедлил, остановив клинок в опасной, слишком опасной, близости от кожи. Одно неверное движение, его или ее – неважно, и адамас с легкостью распорет нежную женскую шейку, лишая демоническое отродье жизни.       Невольно, парень поймал себя на мимолетной мысли, что даже самое прекрасное обучение искусству боя не сможет спасти от женщины, которой что-то от тебя нужно. Это удручало, показывая пробелы в его тренировках.       Катарина не шевелилась, стараясь унять бешеное сердцебиение. Холодный пот противными липкими каплями стекал по напряженному позвоночнику, а бессмертная демоническая душа рухнула куда-то в пятки, обдавая человеческое тело волной холода. Заветная тетрадь едва не выпала из рук на землю, и целительнице пришлось судорожным жестом прижать ее крепче к груди, опасаясь, что древняя бумага все же не выдержит подобного издевательства спустя сотни лет острожного обращения. Светящееся ангельское лезвие у шеи громче всего говорило ей о том, как глупо она поступила, посмев столь нагло сунуться к сумеречному охотнику.       Она слишком привыкла жить среди примитивных и слишком давно не пересекалась с нечеловеческой частью этого мира, исключая друзей-магов и нередких, но все же не постоянных клиентов-нечисти. Клинок у горла – хорошая мотивация для осознания, что Александр Лайтвуд – исключение из охотничьих правил. Да и то, скорее всего, он бы отреагировал на «нападение» аналогичным образом.       Катарина молчала, с немой мольбой глядя в черные глаза нефилима, в которых радужку было не отличить от зрачка. Он не спешил опускать оружие, внимательно разглядывая явно встревоженную молодую на вид девушку с небрежно завязанными в короткий хвост белоснежными волосами и наполовину слетевшем гламуре, открывающим взору голубоватую кожу. Маг.       - Итак, - первым нарушил молчание нефилим, убедившись, что маг не собирается нападать на него, а лишь сжимает подрагивающей рукой край куртки, второй судорожно прижимая к груди ворох каких-то бумаг. – Что тебе от меня понадобилось?       Целительница промолчала, едва дыша, и скосила выразительный взгляд темно-голубых глаз на руку охотника, сжимающую клинок. Парню потребовалось несколько секунд, чтобы понять, на что намекает маг, и чуть отодвинуть меч от ее глотки, давая немного, самую чуточку, свободы.       - Пожалуйста, - вежливо начала Катарина спокойным голосом, не позволяя себе полностью отдаться панике. – Передай Александру Лайтвуду, что его жду… ждет Катарина Лосс.       - С чего я должен передавать ему что-то, маг? – насмешливо изогнул светлую бровь охотник, отмечая про себя, что на Лайтвуда, оказывается, вешается не один маг. Гарем у него, что ли? Так эта, вроде бы, женщина.       - Потому что, возможно, Магнусу Бейну нужна его помощь, - сама понимая, что для чужого охотника это вряд ли будет достаточным аргументом, Катарина обреченно опустила взгляд. Дура. Какая же она дура.       Если она погибнет здесь, на парадных ступенях Института – то кто поможет Магнусу? Ее поведение, при желании, легко расценить, как нарушение Соглашения, а значит, почти не оставляло ей шансов.       - Я все еще не вижу причин помогать тебя, нечисть, - в унисон с мыслями целительницы сказал нефилим, криво усмехаясь. Однако, убирая оружие, деактивируя клинок и пряча серую трубку в карман куртки. – Но хорошо, я передам ему твои слова, если он в Институте.       Блондин, не дожидаясь реакции мага, пересек магический барьер, довольно быстрым шагом направляясь в здание. Катарина, растерянно кивнув, проводила широкую спину охотника расфокусированным взглядом.       От облегчения подкашивались колени, а сердце пойманной птицей билось где-то в горле, но целительница силой воли заставляла себя стоять смирно.       Еще не конец. То, что нефилим согласился помочь – лишь половина дела.       Что она может рассказать Александру, чтобы убедить его? Она даже себе не могла толком объяснить, что с ней происходит – тугой холодный комок предчувствия внизу живота не мог считаться полноценным аргументом. В ее распоряжении были догадки и интуиция – не более того. Слишком мизерные аргументы для нефилимов. Не из уст нечисти.       Но… в конце концов, если восторженные рассказы Магнуса правдивы, а не идеализированы, как было с Камиллой, то Лайтвуд хотя бы выслушает ее. И можно надеяться, что прислушается.       А… что дальше? Если заклинание отслеживания не получилось у нее, то чем поможет нефилим? Вдруг Магнус ничего ему не рассказал? Или соврал? Учитывая цель…       Катарина силой воли удерживала себя на месте, хотя хотелось наматывать круги в ожидании охотника. Тишина буквально убивала, новенькой наждачкой шлифуя взбудораженные нервы. А если обманул? А если Лайтвуда нет в Институте? Он же сказал, что передаст ее слова, только если Александр там есть… Каждая секунда казалась маленькой вечностью, и когда спустя минут десять, не более того, парадная дверь вновь отворилась, маг смогла лишь облегченно вздохнуть, чувствуя, как с плеч сваливается гора. Она ближе еще на один шажок. Если, конечно, нефилим вышел к ней, а не по своим делам.       Охотник, вальяжным шагом вышедший на крыльцо, тоже блондин, только золотистый, сосредоточенно огляделся по сторонам, и, упершись цепким взглядом в застывшую соляным столбом Катарину, быстрым шагом направился к ней пружинистой походкой хищника.       Целительница отметила гетерохромию, по ней и узнавая нефилима – Джейс то ли Вэйланд, то ли Моргенштерн, парабатай Лайтвуда. Что ж, это тоже результат. От Магнуса Катарина знала, что Джейс весьма неплохо относится к Нижнему миру, что давало шансы…       - Себастьян сказал, что ты ищешь Алека, - почти дружелюбно бросил блондин, с виду беспечным жестом складывая руки на груди, тем самым «невзначай» демонстрируя гостье внушительные мышцы на голых руках. Размашистые постоянные руны только подчеркивали соблазнительность натренированного тела, а черная футболка с коротким рукавом скорее подчеркивала, чем скрывала, и Катарина была уверена – нефилим прекрасно знал, какой эффект производит. Но ей сейчас было вовсе не до эстетического наслаждения мужским телом. – И что Магнусу нужна помощь.       - Мое имя – Катарина Лосс, я подруга Магнуса, - согласно кивнула целительница, чувствуя на себе взгляд матерого, но сытого хищника. Магнус, когда плевался в сторону парабатая своего парня, как-то забыл упомянуть, что этот Джейс – почти что эталон сумеречного охотника. Катарина достаточно долго прожила в этом мире, чтобы видеть не только человеческую красоту, но и хищную грацию стоящего перед ней юного потомка ангела. – Могу я увидеть Александра? Это действительно важно.       - Алек сейчас где угодно, только не в Институте, - насмешливо хмыкнул Джейс, переступая с ноги на ногу и не думая расслабляться. – У него выходной, так что ищи его где-то в компании Магнуса. Куда там они могли отправиться? Париж, Токио?       Катарина побледнела, отступая на шаг назад. С трудом взятый под контроль гламур вновь почти слетел, и бледная кожа с просвечивающейся голубизной стала напоминать оттенок не очень свежего человеческого трупа. Джейс обеспокоенно дернулся, не зная, как реагировать на подобное. С одной стороны – вроде девушке плохо. А с другой – нормальные люди не синеют… Да и маги, вроде, тоже. За Магнусом замечено не было.       Даже если бы чернокнижник просто решил отменить их Вечер ради свидания – он бы хотя бы сообщил об этом Катарине. Да и… зелья, печать…       - Нужно найти их, - хриплым голосом прошептала непослушными губами маг, упираясь решительным взглядом в разноцветные глаза озадаченного нефилима.       - Зачем? – таким же жестом, как и тот, первый, блондин, названый Себастьяном, изогнул бровь Джейс.       - Если я права, - нахмурилась Катарина, наконец беря под контроль гламур и становясь привычно-бледной. – А я очень надеюсь, что я ошибаюсь… То они оба в опасности… И весь мир тоже.       - Пошли, - резко посерьезнел охотник, невежливо, но довольно мягко хватая целительницу за плечо и утягивая в Институт. Катарина не сопротивлялась, уволакиваемая сильными руками в пределы магической защиты. Она не часто – почти никогда, если честно, бывала в обители нефилимов, но любопытство заглушалось вспыхнувшим с новой силой предчувствием. Теперь Катарина уже не допускала мысли о паранойе – внутренности с каждой секундой буквально скручивало узлом, выворачивая наизнанку и вызывая вполне явственную тошноту. В сочетании со сдавливаемым незримыми липкими щупальцами горлом, ощущения были воистину непередаваемыми. Это уже не могло быть простым обманом восприятия.       Вот только как рассказать об этом охотникам так, чтобы они поняли ее мысль, а не решили, что у нее паранойя?       Особенно учитывая, что несколько минут назад она и сама не на сто процентов была уверена в своей правоте.       Что делать, если охотники откажут ей в помощи – она не знала. Самостоятельно она не способна ни найти Магнуса, ни как-либо помочь ему. Она даже не способна в полной мере прочесть записи в его тетради, не говоря уже о большем.       В коридоре по ту сторону обитой железными лентами двустворчатой двери их встретили еще две охотницы – эффектная брюнетка, очень похожая внешне на Александра, и чуть менее эффектная, скорее, милая, рыжая. Джейс проигнорировал их вопросительные взгляды, размашистым шагом проходя мимо них и таща с трудом за ним поспевающую Катарину едва ли не на буксире. Вдалеке мелькнула светлая шевелюра Себастьяна.       Девушки молча переглянулись и поспешили следом, то ли не желая пропускать шоу, то ли беспокоясь за друга.       Джейс увел их недалеко, свернув в неприметную комнату, что пряталась за одной из несущих колон здания. Помещение оказалось не очень просторным – небольшой круглый стол из темного дерева, полукруг резных массивных стульев с изящными подлокотниками из той же породы дерева, мягкие софы вдоль стен, кадка с фикусом в дальнем углу. Стеклянный графин с парой простых стаканов, ворох белоснежной бумаги формата А4 и ручка – в центре столешницы. И все. Почти каморка.       - Джейс, что?.. – вслед за магом и охотником в комнату ворвались обе девушки. Каморка показалась внезапно очень тесной и Катарина поспешила занять один из стульев, благо, нефилим отпустил ее руку, давая свободу. Целительница с облегчением откинулась на спинку стула, чувствуя, как ощутимо начинают дрожать напряженные ноги. Тошнота немного отступила, хоть горьковатый привкус все еще стоял в горле, а внутренности все так же скучивало. – Почему ты привел ее сюда?       - А куда прикажешь? – зло огрызнулся на рыжую девушку, чьего имени Катарина не знала, охотник. – Тебе, Клэри, в спальню? Или в кабинет Главы? Или сразу в подземелья?       Вторая охотница, похожая на сошедшую с глянцевой обложки фотомодель, молча окинула гостью взглядом, отмечая ее нездоровый вид, и так же молча придвинулась к столу, наливая из графина в стакан кристально-чистую воду и протягивая ее магу.       Катарина не стала отказываться, кладя на колени помятую еще больше обычного тетрадь, и с благодарным кивком принимая стакан. Прохладная жидкость смочила горло, смыв гадостный привкус тошноты. О, Ангел…       - Рассказывай, - повелительно кивнул Вэйланд-Моргенштерн, опираясь на косяк двери у входа в комнату.       - Что ей рассказывать? – подозрительно уточнила брюнетка, садясь прямо на краешек стола и закидывая ногу на ногу, демонстрируя присутствующим плотно обхватывающие изящные ножки высокие узкие сапоги на высоченной серебристой шпильке. Катарина, невольно, типично-женской привычкой, скользнув взглядом по модельной фигуре охотницы, мельком подумала, что руны нефилимы рисуют специально в таких местах, чтобы они смотрелись до ангелов соблазнительно, изящными темными линиями подчеркивая изгибы ангельских тел. По крайней мере, восхищенные вздохи Магнуса по руне уклонения на шее Алека эту теорию подтверждали, а руна ангельской силы, что виднелась в откровенном декольте Изабель, определенно имела дополнительное значение «сила мужская» и действовала на окружающих вне зависимости от расы, но в зависимости от ориентации.       - Она утверждает, что Алеку, Магнусу и, попутно, всему миру грозит опасность, - как ни странно, без тени насмешки ответил блондин, сверля Катарину выжидающим взглядом разноцветных глаз.       Рыжая сдавлено охнула, опускаясь на ближайший к ней стул и прикрывая рот ладошкой.       - Скорее, Магнус грозит опасностью Алеку и всему миру, - вздохнула поглубже Катарина, поднимая на охотников сосредоточенный взгляд.       - Еще интереснее, - отчего-то радостно оскалился Джейс, невежливо ее перебивая.       Целительница проигнорировала его, начав рассказ с традиции дружеских посиделок трех магов… Закончила она довольно быстро, упустив подробности хобби Магнуса, упомянув лишь, что оно связано с Бездной и, похоже, чернокнижник нашел способ ее открыть, чем в данный момент, возможно и занят.       - Как в сказке, что ль? – фыркнул на это Джейс, отбрасывая с глаз длинную золотистую челку.       - Какой сказке? – хором спросили Катарина и Клэри под ностальгическую улыбку Изабель.       - А, мне отец… Валентин ее читал, как пример греховности Нижнего мира и святости нефилимов. Мол, один маг открыл Преисподнюю, чтобы вытащить что-то оттуда, а потом нефилим ее закрыл, запечатав так прочно, что ни демоны, ни смертные или бессмертные, никогда не смогут отпереть, а ключ потерялся среди миров, - отмахнулся парень. – Там еще говорилось, что вход закрывают «черные врата» или как-то так.       - Интересные Валентин сказки знает, - обескураженно пробормотала Катарина, ошарашено разглядывая блондина. Сказка, наспех пересказанная охотником, была весьма похожа на легенду, что так любил Магнус, хоть в его версии фигурировали исключительно маги, а описания Врат не предоставлялось вообще. Но все же… все же.       - Это, конечно, очень интересно, но я все еще не понимаю, почему Магнус просто не мог внезапно захотеть куда-нибудь в Милан и потащить за собой Алека? – вклинилась Клэри в ее мысли, недовольно хмуря рыжие брови.       - Потому что внезапно изменить привычкам, которым безукоризненно следовал десятки раз в неделю на протяжении столетий – невозможно. Потому что в Милане я бы нашла его магией. Или, если бы он скрылся от поисков с помощью магии, заклинание бы просто не сработало. Но результат был, а значит – он в месте, где его аура тщательно перекрывается чем-то более мощным. Потому что перед поездкой в Милан Магнус не готовит литры зелий и не вываривает восковые мелки для печати, - к концу речи Катарина уже шипела сквозь зубы, поражаясь отсутствием у охотников логики. Или это только рыжая так отличается? Джейс и Изабель вон, задумчивы, кидают на друга странные нечитаемые взгляды. Но – не верят до конца, и это чувствовалось.       Джейс уже хотел было что-то сказать, когда на колени Изабель упало огненное письмо. Она нахмурилась, разворачивая небольшой лист и бегло скользя взглядом по витиеватым строчкам.       - Это от Мелиорна, - оповестила нефилим, дочитывая послание и продолжая хмуриться. – Королева Благого Двора хочет встретиться с нами. На территории Института. Сиюминутно.       - С чего такая честь? – опешил Джейс, вырывая у сводной сестры письмо ее бывшего любовника и вчитываясь в текст. – Да ладно? Это касается Алека? У фэйри-то он когда засветился, да еще и перед Королевой? Иззи, мы с тобой вообще в нужном мире сегодня проснулись?       Изабель проигнорировала град вопросов, строча спешный ответ, притянув к себе ворох бумаг и соблазнительно прогнувшись в спине, припадая к столешнице. Письмо было отправлено незамедлительно – и столь же скоро пришло еще одно.       - Они прибудут через несколько минут, - озвучила Изабель, встречаясь взглядом с братом, будто забыв про остальных. – Похоже, это крайне срочно. Кто встретит?       - Ты и пойдешь, тебе же написали, - хмыкнул Джейс, отдавая сестре первое письмо. Изабель ответила ему выразительной гримасой, все равно оставаясь очаровательно-модельной, и небрежно запихнула лист бумаги в карман, покорно спрыгивая со стола и, стуча по паркету высоченными серебристыми шпильками, спешно направилась к выходу.       Катарина молчала, теребя в руках и без того потрепанную тетрадь.       Джейс, проводив сестру взглядом, тоже поспешно выскользнул за дверь, напоследок обернувшись к оставшимся вдвоем девушкам, будто желая что-то сказать, но так и не решившись.       Королева фэйри… Что ей понадобилось именно сейчас, и при чем здесь Александр Лайтвуд? Катарина хмурилась, обдумывая ситуацию. Неужели у Королевы благих есть информация и о Магнусе? Логично, что для охотников она упомянула одного из них… Но с недавних пор половина Нижнего мира всего Нью-Йорка (да и не только) упоминая старшего сына Лайтвудов, подразумевает и Верховного Мага Бруклина. Громкий роман мага и нефилима привлек к себе достаточно внимания, чтобы в ход пошли подобные иносказания.       - Не понимаю… зачем Магнусу открывать эти Врата? – спустя несколько минут напряженного молчания пробормотала юная охотница, зябко передергивая хрупкими плечами.       Катарина медленно, будто отрешенно, покачала головой. Если бы она знала ответ на этот вопрос, было бы гораздо легче. Но – она не знает. Она даже подумать не могла, что Магнус Бейн, экстравагантный и экспрессивный чернокнижник способен на такое!       Конечно, она помнила рассказы про Альдуса Никса, открывшего портал в Ад ради того, чтобы присоединится к своим прародителям… Но Магнусу ведь не более двух тысячелетий, чтобы сойти с ума на старости лет!       - Возможно, потому что желания мага не принадлежат ему? – в комнату величественно зашла Королева Благого Двора, аккуратно и бесшумно переступая босыми ножками по холодному полу. Катарина не могла не узнать ее – слишком долго она прожила в этом мире и слишком долго дружила с Магнусом, чтобы не узнать одну из тех, кто имеет влияние на весь Нижний мир вне зависимости от расы. Клэри вздрогнула, не заметив приближения посторонних, и во все глаза, неприлично, уставилась на невысокую девушку с длинными алыми волосами, одетую в платье, напоминающее свернутый кленовый лист. Гостья была красива – как художница, Клэри прекрасно видела это. Холодная повелительная красота, смешанная с яркими теплыми цветами осени, притягивала тренированный взгляд. Но… в понимании юной охотницы, лишь недавно узнавшей о существовании иной стороны мира, фэйри, вошедшая в комнату в сопровождении Изабель, была ребенком – не более того. Рыжая охотница не обратила внимания ни на подругу, почтительно идущую чуть сбоку лишь на шаг впереди «ребенка», ни на второго фэйри – мужчину с длинными черными волосами и меткой-листом на щеке, облаченного в белоснежные доспехи, что шел на шаг позади от своей Королевы.       - О чем вы, ваше величество? – Катарине было плевать на положенный этикет, да и Королева, похоже, не горела желанием разводить придворные церемонии, вклиниваясь в разговор.       - Лишь о том, что Магнус Бейн слишком сильно увлекся тем, о чем не должен был ведать и слова, - фэйри плавно опустилась на стул, что галантно выдвинул из-за стола ее спутник. Королева величественным царским жестом возложила руки на деревянные подлокотники, будто сидела на собственном троне во Дворце, а не в закутке Института нефилимов. Босые ножки едва доставали до пола, и Клэри нашла бы это забавным… если бы пронзительный взгляд холодных голубых глаз не пригвоздил ее к месту, лишая возможности не только говорить – думать. Девушка прочувствовала, что перед ней далеко не ребенок. – Или, возможно, оно увлекло его. Как было тогда.       - Тогда, - эхом прошептала Катарина, скользя кончиками пальцев по грязно-бурой обложке старой тетради, отслеживая пальцами неглубокие трещинки. – Но зачем, в таком случае, вы рассказали ему о маге, запечатавшем Бездну?       Джейс, с шумом ворвавшийся в комнату, так и не решился что-то сказать, застыв с открытым ртом рядом с Изабель, что нервно обернулась к нему, смиряя обеспокоенным взглядом. Чем дальше, тем больше охотницу охватывало беспокойство за старшего брата. Сама Королева Благого Двора пришла, чтобы поведать об опасности, нависшей над ними… Это следовало учитывать.       Джейс, перехватив ее взгляд, отрицательно покачал головой, дотронувшись рукой до того места, где под футболкой скрывалась руна парабатай. Изабель закусила ярко-накрашенную губу, понимая, что хотел сказать ее брат и друг. Он почти не чувствует Алека, хоть и знает, что то жив.       - Возможно, потому, что получив осколок столь желанной информации и поняв, что мне ведомо большее, он зациклился на мне, - как-то грустно улыбнулась Королева, становясь самою чуточку человечнее. И в то же время – всю человечность теряя, напоминая своим видом об увядающих нежных цветах. – Знаешь ли ты, целитель, сколько раз он возвращался в Благой Двор? Знаешь ли, какие дары предлагал? Пожалуй, я не слышала лишь предложения души и тела его нефилима… К сожалению.       - Что ты такое говоришь? – прошипел Джейс, не пытаясь вспомнить об этикете и уважении. Охотник до боли сжал кулаки, чувствуя зуд в костяшках. Так бывает, когда нестерпимо хочешь врезать кому-то. Но он сдержался, лишь сильнее сжимая руки. – Это же означает, что Алек дорог ему… разве не так?       - И потому они способны погубить всех нас, - закончила свою мысль Королева, грустно посмотрев в злые разноцветные глаза. Кулаки нефилима тот же миг безвольно разжались. Он будто споткнулся, все еще не понимая, но уже принимая ответ благой.       - Он же все равно как-то узнал все, что нужно? – вклинилась Клэри. Королева не смотрела на нее, продолжая изучать ошарашенного, какого-то даже разбитого Джейса.       - Вряд ли действительно все. Многое из тех событий унесено в могилы и засыпано пеплом павших в тех битвах. Но и того, что ведомо мне, достаточно… чтобы то, что происходит сейчас, свершилось на несколько столетий раньше. Или – не произошло никогда.       - Почему? – со смесью боли и отчаяния спросила Катарина, сама не зная, что подразумевала под своим вопросом.       - Я не знаю, когда разум Магнуса Бейна полностью подчинился Бездне. И был ли он когда-либо независим от нее, - неведомым образом Королева угадала, что хотела услышать целительница, и дала ответ, отрываясь от рассматривания нефилима, и переводя холодный взгляд голубых глаз на мага. – Было ли это вчера или неделю назад. Или когда он впервые пришел ко мне. А может – и того раньше. Бездна коварна, и не фэйри судить о ее поступках. Десять человеческих лет назад маг предлагал мне плату в последний раз. Дочь Валентина Моргенштерна. После отказа он больше не заговаривал на эту тему. Возможно – искал другую плату. Возможно – нашел то, что искал.       И охотники, и целительница, и даже сопровождающий-фэйри, ледяными скульптурами застыли на своих местах, уперев в величественную Королеву пораженные взгляды.       Катарина и Мелиорн, знакомые с Магнусом не первый год, прекрасно знали его расценки, как мага. Дети, тем более, ангельские дети, никогда не входили в список того, чем чернокнижник готов был пожертвовать. Целительнице, будучи еще и близкой подругой, было прекрасно известно, что Магнус знал множество способов использовать детей всех возрастов в темной магии, да она и сама знала не один, но никогда не использовал, она могла поручиться за это. И никогда не давал делать это другим. Хоть и не вмешивался в законы фэйри, когда дело касалось человеческих подменышей.       В груди Клэри обжигала арктическим холодом пустота, всасывающая в себя все ее чувства и эмоции, оставляя после себя лишь черную дыру из ничего. Магнус… Магнус Бейн, скупающий на аукционах все картины ее матери, стирающий год за годом память ей самой… Магнус Бейн, помогавший ей в становлении охотником – хотел отдать ее во власть фэйри?       - С чего такая искренность, ваше величество? – горько спросила Изабель, разрываясь между беспокойством за подругу и брата. Клэри внезапно стала выглядеть… больной. И сломленной. Видимо, такие новости о Магнусе подкосили ее.       Да и не только ее. Со стороны Джейса раздавалось ошарашенное и злое сопение – в его душе боролись злость за то, что маг посмел захотеть причинить Клэри и Алеку вред… и воспоминания о том, каким счастливым Алек становился рядом с ним.       Сама же Изабель отныне сомневалась, что чернокнижник – хорошая пара ее дорогому старшему брату.       - Я хочу, чтобы вы помешали отпереть Врата, - холодно возвестила фэйри, не давая опомнится от новостей и отвечая на вопрос охотницы. Она не просила – она отдавала приказ, не терпящий обсуждений.       - Так боитесь за наш мир? – с оттенком отчаяния хохотнул Джейс, до побелевших костяшек сжимая кулаки. Его штормило, разрывая на части, но он старательно держал лицо – и лишь Изабель понимала, что он чувствует.       - Бездна одна. На все миры, - лаконично ответила Королева. – Я не вправе брать на себя ответственность за жизни сотен существующих реальностей.       Ни охотники, ни целительница не нашли, что ответить благородной фэйри.       - Хорошо, мы согласны, - ожила Клэри, решительно вставая с кресла и твердо глядя в голубые глаза Королевы.       - Клэри, - зло рыкнул в ее сторону Джейс, подаваясь вперед в бессильной ярости.       - Что? – резко дернула головой охотница, отчего яркие рыжие локоны разметались по плечам. – Мы в любом случае не можем бросить там Алека, верно?       - Мы даже не уверены в том, что происходит, - скорее, ради рассмотрения иного варианта, чем из веры в него, возразила Изабель, бросая косой взгляд на безмолвного Мелиорна, застывшего за спиной Королевы неподвижной статуей.       - Думаю, лучше поверить и ошибиться, чем не поверить и потом разгребать последствия Апокалипсиса, - вмешался в разговор еще один нефилим, с еле слышным скрипом распахивая дверь и тихо проскальзывая в комнату. Створку он за собой закрыл, для надежности привалившись к ней спиной. Нордический блондин с черными, как смоль, глазами, был явно недоволен происходящим, о чем говорили скрещенные на груди руки и общий хмурый вид. Вокруг парня распространялась странная тусклая аура, выдающая его то ли бешенство, то ли беспокойство.       Охотники отреагировали на его появление довольно спокойно, не бросившись с мечами наперевес искоренять незваного гостя.       - Себастьян? Как много ты слышал? – нахмурилась Изабель, недовольная тем, что ни она, ни Джейс не заметили присутствие постороннего. Джейс, стоящий к парню ближе всех, казалось, смотрел не сколько недовольно, столько ошарашено. Он не слышал слежки. И не чувствовал. А ведь он непросто так встал рядом с дверью!       - Достаточно, чтобы понять, что лишние руки вам не помешают, - тонко усмехнулся Себастьян, кидая выразительный взгляд в сторону все еще бледноватой, но решительной Клэри, радующейся нежданной поддержке.       Изабель и Джейс переглянулись, понимая правоту нефилима. Кларисса – далеко не пример тренированного бойца, а до Алека еще предстояло добраться. Случись что не по плану (которого еще и не было) – и шансы на успех канут в небытие.       Лайтвуд, прочитав в глазах сводного брата ответ, кивнула Себастьяну, показывая их согласие, а Вэйланд одобрительно хлопнул его по плечу. Парень пошатнулся, но устоял на ногах, немного поморщившись. В черных глазах на миг мелькнула растерянность, которую заметила лишь Катарина, молча наблюдающая за происходящим. Сейчас решалась судьба Магнуса… или, по крайней мере, можно было не бояться, что ей не поверят.       Больше не существовало двояких пояснений и паранойи – была лишь правда, подтвержденная самой Королевой фэйри.       Катарина чувствовала, как ослабляются незримые щупальца на ее глотке, открывая больший доступ к кислороду, но не исчезая вовсе. Дело сдвинулось. Они пойдут к Магнусу и Александру. И Катарина сделает все, чтобы вытащить своего друга – даже если охотники будут настроены против.       И целительница, в общем-то, не могла их винить.       - Ваше величество, - спохватилась Катарина. – А зачем Магнусу понадобился Александр?       Все замерли, напряженно ожидая ответа Королевы.       - Я не маг, и тем более не чернокнижник, - не стала увиливать от ответа фэйри. – Но, насколько я знаю, все дело в союзе врагов. Ваш нефилим будет участвовать в ритуале, но в каком плане – мне, увы, неведомо.       - Если это так, - хрипло начал Себастьян, сбрасывая с плеча резко вспотевшую руку Джейса. – Если это так, то почему вы сами не остановили ритуал?       - Когда я почувствовала чужое присутствие там, было уже слишком поздно, - виновато прикрыла голубые глаза фэйри. Она действительно признавала свою вину. Это было… необычно. Даже для нее самой, благородной фэйри, привыкшей сплетать искусные кружева из недоговорок и двоякости, такая откровенность была в новинку. Но иного выхода просто не существовало – она должна довериться нефилимам, иначе то, что почти разрушило один из миров, поглотит и их планету. А следом – еще одну. И еще одну. Пока не будет запечатана вновь. – Я не в силах подойти непосредственно к Вратам… как не способен и любой из моего народа. Все, что мне позволено – это предупредить нефилима, сбросив с него оковы очарования тем местом и дав подсказку. Но это стоило времени. Я была вынуждена частично затащить его в Сид, промывая глаза от чар, наложенных самой Бездной. Да и возможность, что магу потребовалось место силы, существовала.       - И все же вы пришли к нам, - полувопросительно уточнила Изабель, снедаемая беспокойством за брата. Внешне оставаясь спокойной, девушка бушевала от ярости, желая вбить Бейну в самую глотку его слова о любви к ее брату. Аналогично чувствовал себя и Джейс, сжимающий и разжимающий кулаки. Руна парабатай молчала, но это еще ни о чем не говорило. К сожалению.       - Стоило вернуть нефилима в людской мир, как все пространство, принадлежащее Вратам, охватило предвкушение, - ответила на то фэйри. – Больше вариантов не было.       - Тогда вы могли забрать Алека еще раз! Если он нужен для ритуала, можно было бы сделать так, чтобы он на него не попал, - возмущенно воскликнула Клэри, сверкая яркими зелеными глазами. На ней скрестились взгляды всех – и лишь она одна не понимала, чем ее идея плоха.       - Мне дорог мой народ, - четко бросила Королева, пригвождая девушку холодным взглядом.       - Это нарушение Соглашения, - подхватила Катарина. – Если Магнусом действительно управляет Бездна… или то, что в ней, то он… оно бы не простило срыва ритуала. Оно бы сделало все, чтобы развязать войну между нефилимами и фэйри.       - Но если бы вы объяснили… - все еще попыталась отстоять свою точку зрения Кларисса, хоть уже и не так уверено.       - …то мы бы поверили Магнусу, - закончил за нее Джейс. И все понимали, что он прав. Слово «своего» мага против слова фэйри.Выбор очевиден. – Все, хватит тратить время. Десять минут на сборы и отправляемся. Как, кстати, и куда?       - Я проведу вас Тропами Фэйри, - милостиво бросила Королева, совсем не удивляясь тому, что один из охотников резко принял на себя командование. – Так будет быстрее всего.       - Тропы фэйри? Они существуют? – удивленно расширила зеленые глаза Клэри. – Я думала, это сказки…       - Обычно то, что мы зовем Тропами, называют линиями-лэй, - легко улыбнулась фэйри. – И разве тебе не говорили, охотница? Все легенды правдивы.