Silent place

— Кстати, сегодня же суббота, выходной, так что тебя никто не хватится, не так ли? — они уже сидели наверху, в его спальне. Вайолет позволила усадить себя на то самое кресло, с которого Кай наблюдал за её вечерними визитами. Оно было достаточно вместительным, и он запросто присел на его мягкий выступ — подлокотник сбоку. "Сидим рядом, как закадычные друзья" - , подумала Вайолет и её сердце от этой мысли почему-то пропустило удар. Рядом с ним было неуютно, да что там — её слабость от отравления ещё не прошла, а вся эта странная, нелепая ситуация продолжала развиваться своим ходом. И, естественно, управлял этим бредом и был его режиссёром — он, Кай Андерсон. От него просто исходили волны спокойной уверенности, он обращался с нею, как с большой, требующей пристального внимания дорогой куклой — но не более того. И даже это волновало девушку до дрожи, и она изо всех сил старалась не размышлять о причинах этого волнения, потому что она ей явно не понравилась бы. — Я хочу кое-что тебе показать, — он включил ноутбук и засветилась уже знакомая заставка с фотографией Уинтер и Каем в хэллуинских костюмах. — Ну, это, думаю, тебе не очень интересно, хотя… Открылось видео с ночным, туманным лесом, и Вайолет увидела себя, лежащую в луже мерцающей воды. Как мёртвая, она совсем не шевелилась, её бледное лицо казалось фарфоровым и даже, чёрт возьми, каким-то потусторонне красивым. Тихий шорох шагов по траве того, кто это снимал, далёкий крик ночной птицы и лёгкая дымка тумана в воздухе и мутный, призрачный свет вокруг, в то время как деревья в нескольких шагах угадывались уже с трудом. Девушка напряглась, понимая, что это всё было только вчера, и что именно в этот момент где-то рядом бродит тот самый мистер «Пи-пи», до этого убивший бедняжку Медоу. Кай, повернувшись, внимательно наблюдал за её лицом с нескрываемым любопытством и даже, кажется, с удовольствием. — Красиво, да? Я не сомневался, что если тебя получится откачать, ты это тоже оценишь, — он одобрительно подмигнул ей. — Но это нам не особо интересно, у меня есть для тебя другое кино, вот. И у тебя тут, кстати, тоже главная роль. Свернув окно, он, щёлкнув мышкой, открыл новое, и Вайолет не сразу смогла понять, что там происходит. Это тоже были сумерки, кажется, снова осень и камера металась из стороны в сторону, и всё заглушали звуки чьего-то тяжёлого дыхания и торопливых шагов. А потом… Потом она различила пару силуэтов, как будто кто-то боролся с противником, отталкивая его и пока безуспешно. Всё происходило на самом берегу реки, внизу была вода и… Резко подавшись вперёд и оттолкнув Кая, девушка перестала дышать. Она узнала себя, свою тогдашнюю изорванную одежду и даже свои волосы, своё искажённое страхом и ужасом лицо, и того, кто, смеясь, пытался притянуть её к себе всё ближе. — Ну же, Хармон, не набивай себе цену, я же знаю, перед кем ты раздвигаешь ножки! Что, я хуже твоего зазнайки Андерсена, а?! — с этими словами Джетер Полк, а это был именно он, залепил ей хорошую затрещину, от которой девушка пошатнулась и упала бы, если бы он не схватил её за ворот изорванной куртки. — Иди-ка сюда, маленькая шлюшка… И вот тут произошло то, что временами снилось ей до сих пор в кошмарах. Она всё же изловчилась и оттолкнула его, и он сорвался вниз с жутким коротким криком, а она осталась одна. Тогда Вайолет не подозревала, что это всё кто-то снимал, и она тихо села на корточки, а вопли и ругань Джетера снизу всё не прекращались. А потом кто-то подбежал к ней, схватив за плечи и, нагнувшись, прокричал ей в лицо срывающимся от одышки голосом: — Что он с тобой сделал?! Что они… — его дыхание было сбито, парень явно слишком долго бежал, а его тогда ещё светлые волосы были в беспорядке. Ветер жёсткими порывами терзал их волосы и одежду. Замерев, Кай Андерсен повернул голову в сторону обрыва высокого берега, посмотрев вниз и, оставив девушку, сразу осевшую на землю, спрыгнул вниз. Вопли Джетера затихли, и запись кончилась. — Кто это снимал? — повернув к нему залитое слезами лицо, девушка вся дрожала, а он молча смотрел на неё, скользя внимательным взглядом тёмных глаз по её лицу. — Кто там был ещё?! Сразу потеряв всю своё показное равнодушие, Вайолет откинулась назад, а из её закрытых глаз всё лились проклятые слёзы. Под её спиной оказалась его рука, которой он упирался о спинку кресла, но ей было наплевать. — Не важно, Вайолет, — он продолжал смотреть на неё, легко приобняв обмякшую девушку за плечи и склонившись к ней близко-близко. — Это не важно, но ты должна подумать… — он осторожно поправил её волосы, убирая их назад, за плечо и наклоняясь к ней всё ниже. -…подумать о том, что ещё кто-то может увидеть это видео, и тогда, возможно, несчастный случай с Полком перестанет быть таковым. Она перевела на него глаза, уже с ужасом понимая, что он хочет сделать. — Да, — парень, прищурившись, склонился ещё ниже и его длинные волосы странного цвета почти коснулись её щеки. — Конечно, себя я на последних минутах вырежу, и если подать всё правильно, то тогда, дорогая, обвинение в непреднамеренном убийстве тебе обеспечено, — он нахмурился, с преувеличенным сожалением качнув головой и сжав губы. — А там, кто знает. И свидетель, снявший всё это дерьмо, тоже может кое-что рассказать, ты же понимаешь? Так что на твоём месте я бы прислушался к некоторым моим просьбам. Что скажешь? Не скрывая садистского удовольствия, Кай теперь откровенно улыбался, выпрямившись и глядя на Вайолет с очевидным превосходством. — Ну что, дружба? — он протянул ей руку, и девушка, непроизвольно вздрогнув, не сводя с него глаз, послушно протянула ему свою ладошку, которую он сжал, почти причинив боль. Улыбка медленно таяла на его бледном лице, Кай теперь смотрел на неё, как на свою собственность, как бы оценивая, с чего бы начать. И, честное слово, он имел на это право. Все проклятые права, завладев её душою и пробудив все так хорошо похороненные когда-то страхи. Слегка шевельнув бровями, он медленно, не сводя с Вайолет тяжёлого взгляда, наклонился и прижался губами… всего лишь к её руке. — Ну, не стоит так грустить, Вай, — аккуратно потянув её руку на себя, он изменился в лице, притягивая девушку всё ближе и ближе. — Поверь, я смогу позаботиться о тебе, Вайолет, не печалься так больше. В его словах и лице, казалось, была настоящая нежность и желание действительно помочь ей, но именно теперь девушка окончательно понимала, что пропала, провалилась вслед за Джетером Полком глубоко вниз. Его глаза были всё ближе, и то, что она читала в них, не оставляло надежды даже на призрачное спасение. Он, не отрываясь, смотрел на её дрожащие губы, но… В последний момент коснулся губами холодного, чуть влажного лба, обдав её лицо тёплым дыханием. — Тихо, тихо, Вай… — они молча обнялись, Вайолет задрожала в его крепких объятиях, расслабившись наконец, а Кай улыбался, закрыв глаза и наслаждаясь этим моментом, которого ждал так долго. Три года, чёрт возьми!!! Целых три…

***

— Какого чёрта ты с ней не разобрался, а? А если она начнёт болтать про… ну, ты же понимаешь? — Сэмюэлс говорил свистящим шёпотом, приблизив своё лицо к невозмутимой бледной физиономии Кая. — Был же до чёртиков прекрасный момент, мать твою! — И что? Что я получил бы с этого, Джек? Что мы бы с тобой выиграли из того, если девчонка исчезла, а? — он хмыкнул, поджав губы и глядя на собеседника с сожалением. — Ты же грёбаный детектив, так что пораскинь как-нибудь на досуге мозгами, вместо того, чтобы постоянно думать о своей причёске. — Сам-то хорош! — огрызнувшись, Джек немного успокоился, оглядываясь по сторонам. Они стояли у входа в дом Андерсена, было время обеда и погода, кажется, потихоньку улучшалась. Как и вчера, солнце светило, не встречая серьёзных препятствий от редких облаков, но при этом ощутимо похолодало и от их дыхания у губ появлялся пар. — Если бы ты знал, как непросто работать с этим Лоу, он не дурак и кажется, что-то подозревает, — Джек засунул руки в карманы чёрных джинсов, рассматривая носки своих берцев. — Я до хрена, как боюсь спалиться, понимаешь? — Спалиться? — усмехаясь, Кай скрестил руки на груди. — В чём? В своих старых, мичиганских грешках? Утихни, то время прошло и никто ничего не доказал, а нам хватило ума вовремя свалить оттуда, при этом получив своё. Но вот то дерьмо, которое творится здесь, нравится мне всё меньше, Джек. Кто-то, думается мне, из прошлой жизни пролез сюда и с помощью этого клоунского прикида с пищалкой пытается навешать всех дохлых собак на нас. Как бы не всплыло то, что с таким трудом было замято… — Да, и я о том же. Что ты скажешь про то, что распечатку именно с твоей чёртовой маской с тремя носами подкинули этой дурочке Элли Ричардс в её кафе? Это что, мичиганские грешки поплыли? — А вот это вот хе*ово, Джек. И узнать, кто хочет нас подставить — твоя забота, ты же у нас детектив! Нахмурившись, Кай медленно огляделся. Сквозь редкие сосны, за полого идущими вниз холмами находилась река, отсюда её не было видно, только серо — синий, далёкий канадский лес на том берегу. Обманчивое спокойствие и кажущееся умиротворение и именно сегодня хотелось послать всё к чертям. Всё, окончательно и бесповоротно. Видимо, дело было в бессонной ночи и в том, что он впервые за долгое время спал не один. — Что с Хармон? — Джек спросил это, отвернувшись. — Сейчас подъедет Лоу, он привезёт эксперта из Уильямса, чтобы он взял кровь у неё на токсины. Она… Что она скажет? Всё ещё хмурясь, Кай вяло пожал плечами. — Скажет всё, как было, мне скрывать нечего, — его глаза вдруг засияли, когда он торжествующе глянул на Сэмюэлса. — Знаешь, думаю, в каком-то смысле, у нас с ней налаживаются отношения. Как в старые, добрые времена, Джек! Эх, чёрт, для полного счастья не хватает только старушки Уинтер. — Так в чём проблема? — криво усмехнувшись, Сэмюэлс явно не был рад такому повороту. — Ни в чём, просто пока ещё рановато для настоящего воссоединения старых друзей, — заведя руки за голову, Кай сладко потянулся, выгнувшись назад. — Но я просто до чёртиков рад, что Хармон теперь… ладно, не важно. Теперь настала очередь Джека хмуриться и что-то обдумывать, закусив губу. — Ну, ты, как всегда, всё же по девочкам, да? — Каждому своё, Сэмюэлс, так что без обид. — А где она сейчас, кстати? — Вай? Представь себе, спит в моей постели, до этого вдоволь наревевшись на моём плече, — смеясь, парень похлопал себя по предплечью, видимо, крайне довольный собой. — Представляешь? Дело-то, конечно, в том, что она сейчас слабовата, и победу праздновать ещё рано, но у меня очень хорошее предчувствие, Джек, — хлопнув его по плечу, Кай повернулся и уже открыл дверь. — Ты знаешь, что Денди Мотт явился в Сайлент Плейс? — Джек сказал это ему в догонку, придерживая автоматически закрывающуюся дверь. — Прекрасная новость, Джек. Как раз вовремя. Дверь за ними закрылась, а издали послышался шум подъезжающей машины, и это был джип детектива Лоу.

***

      Домой Вайолет отвёз Кай, до этого в доме Андерсенов у неё взяли кровь на биохимию и токсины, а от госпитализации она категорически отказалась. Затем Джон Лоу очень дотошно опросил её, кто был в кафе, кого она подозревает и вообще, почему она оказалась так поздно на краю леса, у дома Кая. — Вайолет теперь моя девушка, детектив, — Кай сидел рядом, и при этих словах, взяв безвольную руку Вайолет, переплёл свои пальцы с её, несильно сжав. — У нас были в прошлом разногласия, но, представляете, не далее, как сегодня утром мы поняли, что не можем жить друг без друга, — лучезарно улыбаясь, он заглянул в лицо девушке, тут же нахмурившись. — Думаю, будет лучше для всех, если Вайолет на время переберётся ко мне, что скажешь? Сглотнув, Вайолет перевела на него затравленный взгляд. Кажется, этот маньяк откровенно издевается над нею, и это было невыносимо. Даже не смотря на все его угрозы… — Кай, я… Не готова к таким радикальным передвижениям. Если ты не против, я, пожалуй, пока останусь дома. — Не вижу проблем, Андерсен. Поживи сам у неё, что скажешь, Вайолет? — это вставил свои пять центов Сэмюэлс, развалившись в кресле напротив них и не сводивший с их парочки пристального взгляда. — Ну, так действительно будет всем спокойнее. У тебя ведь есть разрешение на оружие, так, Кай? — Да, с этим всё в порядке. Джон, о чём-то говоривший с экспертом, закрывающим свой чемоданчик с пробирками, повернулся к ним. — Вайолет, тебя отвезти домой? — Э, не стоит беспокоится, детектив, я это сделаю сам, — отпустив её руку, Андерсон встал. — Я дам тебе мою куртку и, пожалуй, останусь сегодня с тобой на ночь, Вай. Так что можете не беспокоится, детектив. Кстати, я подобрал твой велик, он уже у меня в багажнике. Кивнув им и кинув напоследок внимательный взгляд на девушку, Джон, казалось, хотел что-то у неё спросить, но не решился. Девчонка явно ещё не отошла от ночного происшествия и эта неожиданная взаимная привязанность настораживала. Но, как говорится, от ненависти до любви — один шаг. К тому же ему удалось переговорить с девушкой наедине, и никакого беспокойства она не высказывала по поводу своего спасителя. Они ушли вместе с экспертом, и Кай их вышел проводить. Вайолет сидела на диване, без всякого выражения глядя в огромное панорамное окно первого этажа холла. — Добро пожаловать, Вайолет, — Джек, приподняв брови и улыбаясь только губами, медленно и как будто с издёвкой кивнул ей. — Куда это? — она спросила это автоматически, переведя уставшие глаза на молодого мужчину. — Туда, откуда ты теперь не выберешься до конца жизни, — он уже не улыбался, наклонившись вперёд. — И только смерть разлучит нас!!! — Кай вошёл в холл, смеясь и кидая Вайолет свою куртку. — Не утрируй, Джек, для Вайолет всё будет по другому, — он уже протягивал ей руку, искренне улыбаясь и тут же заботливо поинтересовался: — Дойдёшь сама до машины? Не ответив ему, девушка молча встала и, натянув на себя свободную одежду своего «парня», проковыляла к выходу. — Она гордая, Сэмюэлс, — Кай, скрестив руки на груди, авторитетно кивнул сидящему блондину, который смотрел на всё это с плохо скрываемым раздражением. — Но мы с этим справимся, правда, Вайолет? Через несколько минут девушка уже сидела на переднем пассажирском сидении его джипа, Сэмюэлс уже уехал, а Кай делал заказ по телефону в кафе Ричардсов. — Сейчас поедем по трассе, заберём ужин и уже тогда — к тебе, — он молча смотрел, как Вайолет, сжав губы и делая вид, что рядом никого нет, достала из кармана пачку сигарет. — Э, нет, так не пойдёт. Пачка была тут же изъята из её пальцев. — Эй, прекращай с этим, — он, нахмурившись, с треском скомкал плотный картон. — Ты… Да что ты творишь, мать твою?! — захлебнувшись от возмущения, девушка дёрнулась в его сторону, но парень спокойно отправил мятый комок в приоткрытое окно. — И вообще, ты что, думаешь, что я теперь всё, на коротком поводке? Отвали вообще! — она отвернулась к своему окну, нахохлившись и чуть не плача. — Отвези меня домой. — Курить ты больше не будешь, моей девушке это совершенно ни к чему, — он наклонился к ней, с интересом заглядывая Вайолет в лицо. — Ты что, хочешь, чтобы у тебя родились зелёные дети, Хармон?! — Какие ещё… Ты что, совсем охренел?! — уже не зная, плакать ей или смеяться, она оторопело смотрела на него. Огромные, испуганные глаза с тёмными тенями вокруг. Длинные, спутанные волосы, тонкая, белоснежная шея и обветренные, красные губы. Он тронул её за подбородок, от чего Вайолет передёрнуло, а в его глазах появился мерцающий, какой-то ненормальный блеск. — Когда вся эта дрянь с отравлением забудется, мы с тобой обязательно займёмся этим вопросом поплотнее, дорогая, — медленный кивок и его взгляд остановился на её губах. — Что скажешь, думаю, у нас будут красивые дети. Замерев и не зная, как на это реагировать, Вайолет вдруг поняла, что адски, жутко устала. И отдала бы всё, чтобы остаться сейчас одной. — Ну да, если они будут такие же синеволосые, как ты, им сильно повезёт, — она отвернулась, стараясь не думать, почему всё дерьмо в этом мире свалилось сегодня именно на неё. Сначала чуть не отравилась насмерть, только чудом не попала в руки ряженого убийцы, а под завязку — очутилась в заложниках у этого психопата. — Не нравится такой цвет? Что ж, возьмём на развод самца Сэмюэлса, он-то точно красавчик, не находишь? — черти в его глазах уже выплясывали джигу. — Он войдёт в тебя, Вай, а я — сзади в него, и вот так мы сделаем идеального ребёнка. Да чёртового Мессию, мать твою!!! — последние слова Кай выкрикнул, шарахнув по приборной панели ладонью. Отпрянув от него, Вайолет лихорадочно шарила пальцами в поисках дверной ручки. Нащупав, она тут же нажала и, скорее всего, вывалилась бы на улицу, если бы Кай, перегнувшись через неё, не захлопнул дверь обратно. Полуобнимая её, он смеялся, а она уже второй раз за день не смогла сдержать слёзы страха и бессилия. — Ты сумасшедший, сумасшедший... Бешеный придурок!!! Псих! — прерывающимся голосом кричала она, пытаясь его ударить. Без труда завладев обеими её руками, Кай сжал их, просто наслаждаясь растерянностью и смятением Вайолет. — Ну же, Вай, согласись, будет весело! Включим какую-нибудь тошнотворную попсу, зажжём свечи, нарядимся в концептуальную мешковину - и у бедняги Джека ни хрена не встанет, он же безнадёжный гей! Эй, эй, это же шутка, остынь. Оставив безуспешные попытки вырваться, Вайолет затихла, отвернувшись от него настолько, на сколько могла и тяжело дыша… Стёкла в машине запотели от их возни, порывы несильного ветра били в борта джипа. «Твою мать, опять перестарался». — Эта мысль пришла ему в голову вместе со слабым оттенком сожаления, а ещё, действительно, хотелось есть. — Ладно, не дуйся, сигареты я тебе как-нибудь куплю, — отпустив её, Кай улыбнулся, с нежностью глядя на скорчившуюся фигурку в его свободной куртке. — Не обижайся, Вай, ты же знаешь, я часто перегибаю палку, но, клянусь, я не хотел тебя обидеть. Для меня главное, что теперь ты в безопасности. Всё ещё улыбаясь, он завёл машину. У кафе Ричардсов Кай сам вышел из машины, и заказ ему вынесла улыбающаяся Айви. Они поговорили минут десять, смеясь и ведя себя друг с другом, как закадычные друзья. Прощаясь, Кай ласково сжал молодой женщине руку, и она приветливо махнула Вайолет, уходя. Элли не было видно, видимо, она осталась дома с сыном. * — И что теперь? — Вайолет с беспомощной злобой наблюдала, как Кай медленно ходит, озираясь, по её дому. Из прихожей — в холл, потом на кухню и к чёрному выходу. Естественно, он совершенно не обратил никакого внимания, что его в гости никто не приглашал. Каю не требовалось приглашение. — Что это? — нахмурившись, он дёрнул створку окна на кухне. Здесь было одно, очень длинное окно во всю стену, открывающее вид на путаницу ветвей в саду. — Окно! — Вайолет широко раскинула руки. — Всего лишь окно! Что, не заметно? Не обращая внимания на её раздражение, Кай вдруг толкнул локтем в одну из створок и… Она легко вывалилась на улицу, тихо звякнув разбившимся стеклом. — Что ты?!.. — Вайолет, потеряв голос и последние силы от возмущения, стояла в полной растерянности. — Хм, если бы это кто-то сделал ночью, ты бы даже ничего не услышала, Хармон, — он цокнул языком, с преувеличенным вниманием дёргая следующую створку. — Спорим, эта полетит туда же, если на неё поднажать? Она молча смотрела на него исподлобья, не зная, что ей сделать. Попробовать наброситься с кулаками? Позвонить в полицию? Позвонить Бену? Все эти версии были бессмысленны. Вайолет молча села на табурет у стола, опустив голову на руки и закрыв глаза… Да пусть делает, что хочет, ей уже всё равно. — Господи, Хармон, ну до чего же ты бестолковая, а? — вздохнув, Кай достал свой телефон. — Правильно, что не осталась жить у меня, тут я перегнул, но оставаться в нашей глуши в этом разваливающемся от ветра доме — это, знаешь ли, просто самоубийство. Он набрал какой-то номер и хмуро посмотрел на Вайолет, безмолвно лежащую на столе в позе немого отчаяния. — Эй, не кисни. Я знаю выход. — Какой же? Убьёшь меня сам? — Она подняла голову и понуро посмотрела на него. — Или покажешь Лоу тот фильм, где ты добиваешь бедолагу Джетера, которого сам же на меня и натравил? — Натравил? Кто, я? — он, закусив губу, качнул головой. — Ты, я смотрю, попуталась, Вайолет. А вот про первое замечание — да, уж лучше я, чем кто-то другой в костюме кло… Да, Джек, это я. Послушай, ты как там, устроился? По-видимому, ему ответил Сэмюэлс, и он вышел в сад через заднюю дверь. А Вайолет опять прилегла на стол, закрыв глаза. Сегодня она заново пережила тот давний кошмар, случившийся три года назад. Тогда она сидела у реки, полностью погрузившись в рисование этюда, который юная художница делала акрилом. Куча тюбиков, тряпочки и кисти, краска быстро сохла на палитре… И к ней тогда подошёл Джетер Полк, станный придурковатый парнишка из старшего класса. Он всегда был под чем-то, и алкоголь, как правило, был самом невинным веществом, которое он употреблял. В тот раз он тоже был в странном состоянии, и, усевшись рядом с Вайолет на берегу, начал вести двусмысленные разговоры. Кончилось всё плохо — он грубо к ней приставал, пару раз ударил девушку и порвал на ней куртку. Пожалуй, если бы она не столкнула его каким-то чудом вниз, не известно, чем бы дело кончилось, но потом подоспел Кай, который вырубил упавшего вниз парня. Он отвёл Вайолет к себе домой, и всю дорогу они не сказали друг другу ни слова, но он сжимал её руку до боли, а когда уже дошли до дверей, вдруг нагнулся и поцеловал девушку, которая от усталости и пережитых волнений почти никак не реагировала на это, позволяя Каю сжимать себя в тесных объятиях. Тогда они жили вдвоём с сестрой, потому что их родители уехали на длительное лечение. Его отец после автокатастрофы передвигался на инвалидном кресле, а мать его всегда сопровождала. Тогда Вайолет ещё не знала, что Джетер мёртв, Кай не позволил ей смотреть вниз, а она не стала настаивать. Потом он оставил их вдвоём с Уинтер, которой Вайолет тут же всё вывалила, рыдая и трясясь. Ближе к ночи вернулся Андерсен, сказав, что Полк убрался восвояси и что будет лучше, если они все трое скажут, что там их не было. А Уинтер при случае подтвердит, что играла с ними в скраббл. Он уничтожил все следы Вайолет и свои у реки, завтра этот наркоман проспится и его побитую рожу вполне резонно сочтут несчастным случаем. Правда выяснилась позже, но сейчас, когда они втроём, кому какое дело, что этот придурок мёртв?! Спали они все трое, на одной кровати. Вайолет — посередине, а по бокам Уинтер с Каем. Девушке было тесно и непривычно, но проснувшись ночью, она улыбнулась в темноте, в очередной раз осторожно снимая с себя тяжёлую конечность парня. Они были вместе, и не смотря на все странности Кая, она тогда точно знала, что он сделал всё правильно. Вообще, эта его привычка брать всю ответственность на себя всегда подкупала её, и как выяснилось позже, такое лестное мнение по поводу талантов Андерсена было не только у неё.