Игра Боссов.

Когда Емицу прибыл в родной дом, он не ожидал увидеть такой кошмар. Нет, ну, конечно, по счетам за воду он догадывался, что в доме творится полный беспредел. Возможно, мужчина и преувеличивал, когда на вопрос жены “Почему мы должны срочно уезжать” отвечал, что вполне возможно и то, что их дом давно превратился в один большой стилизованный аквариум. Но трудно сказать, что он чувствовал, когда земля во дворе оказалась мокрой. Он весь побледнел и, ступая по ней, чувствовал, как идёт по губке, мокрой и пенистой. Дело даже не в том, что Внешний советник Вонголы - параноик, а в том, что счета за воду действительно не могли не впечатлять. Особенно такого впечатлительного человека, как Савада Емицу. Но хуже всего было тогда, когда на входе в собственное жилище его остановил какой-то негр и на итальянском заявил ему, что дальше ему пройти нельзя. -С какой это стати?! -теперь Емицу даже покраснел от ярости. -У Вас нет пропуска, -икнув, ответил ему негр, а его глаза снизу вверх выглядывали из-под тяжёлых век. -Кто ты вообще такой?! -это был тот вопрос, с которого и нужно было начинать. -Я - охранник, -он приложил руку к груди и покачнулся, нахмурившись, и только в тот момент Емицу заметил у него в руках прозрачную жидкость. -Я только охраняю, это моя работа, сэр, -он невнятно пробухтел, видимо, решив оставить за себя слово, увидев пылающие яростью глаза. -Пошёл вон, -прошипел Внешний советник, полностью осознавая, что негр пьян. -Я Вас не пропущу, это моя работа, -торопливо повторил охранник. -Да как же так, ты, сукин сын?! Я здесь живу! -кричал Емицу, даже и не думая о том, чтобы хотя бы ударить наглеца. Не важно, отчего он не отшвырнул этого странного человечка. Вот именно, что человечка: он был очень низеньким. Если честно, он казался игрушкой большого размера или горшком для цветов в форме полной человеческой фигуры. Дверь за спиной Внешнего советника чуть раскрылась и тот мог поклясться, будто спиной чувствовал, что это был ребёнок. Подумав, что это Амида вошёл в дом, Емицу обернулся, но увидел перед собой чужого черноволосого мальчика с холодными глазами. Он презрительно посмотрел на Емицу, показал охраннику раскрытую ладонь, и тот, кивнув, пропустил его дальше. “Почему его пропустили?” -подумал Емицу. Почему-то он успел забыть о том, что он - полноправный владелец этого дома, из-за чего неосознанно стал рабом некой абсурдной трактовки событий, не являющейся истиной. Но он также подумал, что раскрытая ладонь - это знак. Он подумал, что охранник - глупый человек, раз позволил ему увидеть секретный знак, который в сиюминутно созданной им теории стал тем самым пропуском. Он кашлянул, сделал умное лицо, с усмешкой и некой жалостью посмотрел на глупого и ничего не понимающего негра и показал ему раскрытую ладонь. Надо сказать, охранник посмотрел на него, как на идиота. Но не смотря на то, что Внешний советник не слепой, он всё равно думал, что поступает правильно: просто этот неприятный тип так его испытывает. Вообще, он подумал, что Хибари-сан, которого пропустил охранник, был малолетним сотрудником данной организации, которая обитала здесь, опять же, в пределах его собственной реальности, существовавшей исключительно на основе его абсурдных умозаключений, не имеющих никакой связи с реальностью. Лишь из соображений морали я не буду говорить о том, кем, по мнению Емицу, мог работать этот мальчик. Различные доводы Внешнего советника, моментально возникающие в его голове, и строящееся на их основе сознание оказалось настолько абсурдным и аморальным, что смогло переплюнуть реальную ситуацию, о которой мужчина ещё не ведал. Даже если учитывать, что его сын и сам не промах в делах и ситуациях, не поддающихся логике и здравому смыслу, Емицу в своей голове дал ему фору. Он и не подозревал, что, если не считать Реборна, это лучший друг его сына. -Чтоб Вы знали...-начал он с таким скептицизмом, что любому, кроме уверенного в себе Емицу, стало бы дурно от такого тона. -Это не опознавательный знак. Он поздоровался со мной так. Емицу даже как-то сразу загрустил - его улыбка стала кривой, а всё его лицо отображало одну единственную мысль: “Чёрт!”. -Да что ты говоришь? -Емицу сложил руки на груди и недоверчиво посмотрел на низенького человека. -Он же даже не предъявил пропуск! -Зато он друг моего Господина. Вот тут мужчину как будто окатили холодной водой. То есть у этих людей есть свой хозяин? Охранник немного пошевелил своими полными сомкнутыми губами, очевидно, раздумывая над чем-то, а потом перевёл на мафиози свои умные глаза. Надо сказать, в нём они необычайно сильно выделялись: белого цвета белки и бирюзовая радужка, переливающаяся холодными цветами, как чистая вода. Как прозрачные воды, сквозь них можно было видеть всё то, кто он есть, и поэтому его мудрость и ум лились в форме каких-то невидимых потоков, достигая Внешнего советника. Он потрепал свой подбородок: -Я могу только показать Вас Господину, сэр. “Что за чёрт?” -думал Емицу. Бедный мужик не понимал, откуда здесь негры. Он уже даже успел подумать, что его дом уже ему не принадлежит - вместо него в воображении Емицу уже существовал бордель. Всякие экзотические вещи, типа кальянов, пальм в огромных горшках, “экзотические травы”, шлюхи, негры... Негр отвернулся от него и вышел за дверь, отгораживающую прихожую от всего остального пространства. Мужчина круглыми глазами пошарил по когда-то своей милой и уютной прихожей. Вообще-то, она стала немного шире: Емицу не знает тех людей, которые, по его мнению, вторглись в его дом, но эти безумцы каким-то непостижимым образом проделали нишу в стене. И всё для того, чтобы разместить там место для работы охранника. Это был простой, но прилично выглядящий стол, на котором лежали журналы, стоял стационарный телефон, пепельница, пара гранёных стаканов и две бутылки пива. Словом, всё то, что и должно лежать на столе охранника неприличного заведения. Но больше всего его смущал этот таинственный “господин”. В самом деле, кто он, чёрт возьми, такой? Кто он, что сделал с его сыном и как справился с Реборном? Множество вопросов обуревало мужчину, и пока охранник ходил, подзывал своего босса, он сам начал отвечать на свои вопросы. Например, к тому моменту, когда его сердце с трепетом сжалось в груди, а его глаза смотрели, как открывается дверь, он уже ответил на все три. Кому-то может показаться, что ответить на эти вопросы с легонца очень трудно. Но на самом деле ответить буквально на любой вопрос предельно просто. Сложно правильно ответить. Емицу тому прямое доказательство. Так, вместо его дома вырос настоящий бордель. Вам уже интересно, что фантазия Внешнего советника сделала с сыном? Так вот, подозрительные личности, вторгшиеся в его дом, совсем не убили Тсунаёши-куна. Всё было гораздо хуже - его сделали полуголым официантом на радость посетителям-педофилам. С вопросом о том, как Реборн допустил всё это, было даже проще. Вообще-то, Емицу никогда не был слишком хорошего мнения о киллере. Поэтому ему просто хватило дать много денег. Если рассмотреть причины и следствия, то можно обнаружить, что и получил-то Реборн своё проклятье в погоне за баблом. Ну-ка вспомним историю об аркобалено. Некий безумец создал команду из семерых сильнейших киллеров тогдашнего мафиозного мира. Они все собрались выполнять задание, за выполнение которого им обещали...ну конечно же кучу бабла! И пришли они к какому-то холму, который потом назвали горой, для того, чтобы получить свою награду в виде несметных сокровищ. Вот там-то их и обратили! Конечно, сейчас они такие умные, что аж пиздец, они же уже хватанули своего. Но, к своему удивлению, он увидел перед собой собственного сына. Нет, он не был удивлён тому, что, собственно, увидал своего сына (он же уже решил, что Тсунаёши жив), но тому, что увидел его в повседневной одежде. И с Реборном на руках. -Этот синьор утверждает, что живёт здесь, -смотря на Тсуну снизу вверх, проговорил негр-охранник, показывая ладонью на мужчину. Тсуна холодно и сосредоточенно смотрел на него, думая о том, что же делать. Только Реборн усмехался. Если ребёнок сможет сдержать отцовский гнев, очередной экзамен - экзамен по поиску компромисов - точно будет сдан на отлично. -Он действительно здесь живёт, Балтассаре. -Босс? -Тсуна? Тсунаёши перевёл напряжённый взгляд на отца. Он знал, грядёт беда, какой ещё не бывало, ведь именно в этот день всё пошло наперекосяк. Емицу сглотнул от того, каким виноватым был взгляд сына. Стало очевидно, что произошло что-то ужасное. Настолько ужасное, что мужчина не был готов это увидеть. -Я войду? -севшим и как будто не своим голосом спросил мафиози. Мысль о гигантском аквариуме вместо родного дома перестала казаться такой безумной. -Эм...-Тсуна нервно улыбался и не мог придумать, как ему отказать. Тем временем отец семейства, которое уже начало толпиться у входа, заинтересованно выглядывая из-за широкой спины, легонько оттолкнул сына и протиснулся вперёд. Когда преграда исчезла, Амида заинтересованно глянул на одиноко стоящего брата. -Похоже, на этот раз мы попали. -грустно улыбнулся Тсунаёши, смотря на своего маленького друга. “Не мы, а ты” -пронеслась мысль в голове киллера. Ну да, конечно, ему-то нечего бояться. Он сильнейший киллер, и потому Внешний советник, даже если сильно захочет, ничего не сможет ему сделать. Внешний советник крупнейшей мафиозной империи ничего не сможет сделать одинокому киллеру. Емицу увидел перед собой целую систему подачи воды, вышедшую из далёкого Средневековья. Но это не просто какое-то большое колесо, это было целое множество их. Они создали целую фабрику, работающую на этих простейших гидравлических двигателях (па. Вообще, автор хотел поместить туда станцию ГЭС, но у меня в голове не укладывается, как она работает), вода для которых лилась как раз из хозяйского крана. Такую огромную, что людям Средневековья и не снилось: для того, чтобы её разместить, освободили целую комнату. Мужчина старался не думать о том, куда девалась вся мебель. Конечно, вкруг этого большого сооружения кружил обслуживающий персонал, в числе которого Емицу насчитал четыре негра. Надо сказать, то, что для постройки этого возмутительного, но такого гениального сооружения, расчистили комнату, не означало, что там совсем уж не было мебели. И мужчина был бы рад, что по его приезду в доме осталась хоть какая-то мебель, если бы на оставшихся столах не стояли образчики дьявольских экспериментов. Естественно, этим всем руководил Верде. Когда он и негр, которому тот что-то объяснял, увидели шокированного Внешнего советника, они даже остановились от своих невероятно важных рассуждений. Видимо, они уже и не надеялись его увидеть. -Да что здесь происходит? -злое шипение Емицу было слышно даже из коридора. Сердце Тсунаёши-куна застыло и его объял тот самый страх, что возникает у любого ребёнка пред родительским гневом. У мальчишки затряслись колени, и Реборн, сидевший у него в руках, физически мог чувствовать этот его страх, окутавший сознание. За неимением у собеседников того, что они могли бы ответить, Емицу перевёл свои злые взоры на негра в белом халате с капюшоном, накинутым на голову, который стоял около какого-то шкафа и у себя в тетради учитывал показания каких-то приборов. Но вдруг шкаф чуть затрясся, а откуда-то изнутри послышался жалобный скулёж. Теперь уже душу Емицу объял вполне объяснимый трепет, ведь он был мафиози и мог отличить этот скулёж от какого-нибудь другого. И негр-лаборант, дёрнувшийся, когда шкаф зашатался, только подтвердил его подозрения - мужчина стремительно зашагал к шкафу, где, по его мнению, истязали человека. В тот момент, когда он стремительно открывал дверцу, ему казалось, что сейчас он спасёт человека, над которым те издевались. Но Емицу не мог определить это существо единично как человека. Это было существо, похожее на скелет, обтянутый красным тряпьём, со стрельчатыми рогами и маской Гая Фокса, но не обычного, а перекошенного болью и страданием. Кто бы мог подумать, что эта самая искажённая суеверным страхом и болью маска Гая Фокса и есть его лицо. Казалось, это уродливое создание не плакало только потому, что его слёзы высохли - он больше не мог плакать. В любом случае, не смотря на своё внезапно возникшее сострадание, он отказывался признавать в “этом” человека. Тогда что же это такое? Как и говорилось выше, буквально на любой вопрос очень легко ответить. А у Емицу это получалось безумно талантливо. Поэтому один из киллеров в красных обтягивающих одеяниях теперь стал неудачным лабораторным экспериментом. Впрочем, никто не знает об их происхождении: может, Емицу не так далёк от истины, как мы могли подумать. Но в одном можно убедиться точно - они определённо были похожи на сбежавший эксперимент. Если бы Внешний советник знал, кто это такой, он бы похвалил сына за поимку этого мерзкого существа. В тот момент, когда на лице Емицу ещё пока застыло непонимание и, в принципе, шок, Тсуна как никогда понял, что нужно бежать. И на этот раз бежать из дома. Трусишка сжал зубы и, держа младенца в своих руках, торопливо выбежал за дверной проём. Естественно, Внешний советник, хоть и находился в шоковом состоянии, рванул за сыном. -Дорогой? -Нет времени. Но не успел он добежать до стремительно удаляющегося сына, как его снова остановило нечто столь же возмутительное, как и тот уродливый эксперимент в шкафу. Он даже удивился, как мог не заметить подобное, причём был удивлён настолько, что на секунду или несколько забыл о том, что, в принципе, весь его дом напоминал эксперимент. Перед ним был замороженный медведь. Это было так странно, что Внешний советник забыл о том, как нужно дышать. “Да что за чёрт?!” -была единственная мысль, которую он мог из себя высечь. Когда необходимость заставила его вспомнить, как это, дышать, сын уже скрылся из виду.