Воспитанный мальчик

— При чем тут дементор? Это не мой главный страх… — они сидели на кухне с эльфами, пили чай.  — Не знаю. Может ты была не уверена в себе из-за факультативов. Неудачи они такие, давят на психику.  — Возможно. Меня это довольно сильно беспокоило. Спасибо, что пришёл…  — Я случайно, — он пожал плечами. На самом деле не так все было случайно. Каждый вечер, что Гермиона патрулировала в одиночку, он доставал карту мародёров и следил за ней. Пару раз подрывался с места, когда она задерживалась где-то надолго или сталкивалась со слизеринцами. Этим вечером она забрела на третий этаж, а это уже не может быть безопасно.  — Не будем об этом, — спокойно предложил он и посмешил сменить тему. — Я тут подумал… ты немного права. Ну про Маклагена и все такое. Нет, я не хочу сказать, что собираюсь извиняться перед ним или вроде того… просто, я понял тебя.  — Прости, что влезла. Это твоё дело. Просто мне было непонятно. И неприятно. Мне показалось, что я тоже в этом замешана, ну что тоже виновата. Что я могу встать между вами, вы поссоритесь, а я потом буду крайней.  — Все хорошо. Я понял. Я нисколько не сержусь.  — Почему тогда ты со мной не разговаривал? — Гермиона улыбнулась.  — Не знаю. Мне не понравилось, что мне говоришь это ты.  — Почему?  — Ну ты… не братан, — выдал он. — Знаешь, об этом тоже пока не стоит. Давай, идём, нужно спать ложиться! Идём, идём.  — Эй, я чай не допила!  — Завтра, завтра допьёшь!

***

Ей казалось, что сегодня решительно ничего не может пойти не по плану. С утра она проснулась бодрой, без безумного «утреннего колтуна» на голове. За завтраком были любимые блинчики и даже эклеры с творожным кремом, которые мама так редко готовила. Родители забрали бабушку на рождественские праздники, она в молодости давала уроки фортепиано в музыкальном колледже, и всё утро в доме звучала музыка. Гермиона вспомнила детство. Все так хорошо складывалось с самого момента отъезда из Хогвартса, даже Парвати оставила рождественский подарок под крошечной елкой в женской спальне. В открытке значилось: «Будь счастлива! Может у тебя это получится!». Она, правда, считала что скинула непомерную ношу, взвалила её на плечи Гермионы и теперь может только сочувствовать.  — Какие планы на каникулы? — пропищала в коридоре «Хогвартс-экспресса» Лаванда Браун. За её спиной топталась Парвати.  — Да ничего особенного. Побуду с родителями, потом поеду в…  — В?.. — Лаванда навострила уши. Гермионе даже показалось, что она специально спрашивает будто знает, что-то.  — В деревню, — улыбнулась Гермиона и быстренько ретировалась от неловких расспросов. Конечно обе знали, что у Гермионы и Гарри планы на каникулы. Этим утром планы должны были осуществиться, и на каждом шагу девушка искала знаки. Волосы выглядят хорошо — знак. Бабушка играет любимую прелюдию — знак. Мама приготовила эклеры и блинчики — знак. Папе по работе нужно выехать в город и он подвезёт Гермиону — знак.  — Милая, оденься теплее, сегодня так холодно! — вздохнула мама. Она была помешана на укутывании всех членов семьи в сто шуб, потому что ненавидела когда кто-то болел. В такие моменты у неё всё начинало валиться из рук, хотя в остальное время она была очень собрана.  — Ах, Джин, ты вечно преувеличиваешь. Оденься красиво! Это свидание, да? — бабушка улыбнулась самой очаровательной и кокетливой улыбкой, на которую способна старушка семидесяти пяти лет, и вошла в кухню. Мелоди Джойс была всё ещё молода душой, она была настолько «жива» и музыкальна, что будто парила над полом, переливалась и светилась.  — Дружеское, ба!  — Не бывает дружеских свиданий, дорогуша! — Мелоди откинула изящно закрученный локон и подмигнула внучке. — Оденься тепло, но очаровательно. Даже зимой можно быть милашкой. Уж мне ли не знать, я встретила твоего дедушку, когда выступала на Аляске. Там нельзя быть милой, но я была. Я заработала пиелонефрит, но я была кошечкой! Гермиона и Джин закатили глаза и рассмеялись. Бабушка посмотрела на них так, будто совершенно не понимает, отчего такая реакция. Она была женщиной любящей крайности во всём. Трижды она уходила от мужа и каждый раз был совершенно точно навсегда, а потом и вовсе подала на развод в семьдесят три года, после пятидесяти лет брака, сославшись на «постоянные измены». Мистер Джойс к слову ни разу ей не изменил, но просто так в соседний дом «эта профурсетка» переехать не могла, а профурсетке между прочим было уже далеко за шестьдесят.  — А вот и бывает! Ладно, пойду поищу, что-то «очаровательное»! — Гермиона поцеловала бабушку в щёку и поспешила выйти из-за стола.  — Только давай без пиелонефрита, хорошо? — мама подмигнула Гермионе.  — Хорошо!

***

В самой «очаровательной» по мнению Мелоди Джойс куртке и «милейшей» шапочке, которая к разочарованию Джин совершенно не закрывала уши, Гермиона выглядывала Гарри у большой ёлки перед катком. «Он точно что-то перепутал!» — с замиранием сердца подумала она. Понял ли он где нужно встретиться, а может забыл, попал в переделку. Часто ли он бывал в Лондоне?  — Эй, Грейнджер! Что за смешная шапка у тебя? — услышала Гермиона насмешливый голос за спиной.  — Бабуля дала! Это вообще-то очень модная шапка! Хит сезона, «Аляска-1930»! Гарри рассмеялся и стянул с Гермионы шапку.  — Меняемся! — он вручил ей свою полосатую шапку с эмблемой «Манчестер Юнайтед», на ней был, дурацкий помпон и к куртке Гермионы она не подходила. — Теперь ты «красный дьявол».  — Что за шапка? Ты фанат маггловского футбола? — усмехнулась она, изучая эмблему.  — Решил слиться с толпой магглов. А вообще ничего плохого в маггловском футболе нет, дядя всегда таскал меня в один очень крутой спортивный бар, тут в городе.  — Хороший у тебя дядя!  — Лучший! Познакомишься с ним! Ну что, какой план? — Гарри огляделся по сторонам. Он бывал в Лондоне только проездом, никогда не гулял по нему. На первый взгляд магглы не очень-то отличались от волшебников. Большинство в смешных шапках, теплых шарфах. Шумные, со стаканами кофе или чая, множество детишек.  — Ну, сейчас только два часа, заберут нас в…  — В восемь! Дядя сказал отдать тебе это, — Гарри протянул записку. — Считает, что я не запомню!  — Хм… ну это недалеко от катка. Тогда может в кино?  — Кино?  — Тебя это шокирует! Идём скорее! Как раз часам к пяти вернёмся сюда, покатаемся уже в сумерках и пойдём к твоему дяде!  — Фильм или мультфильм? — Гермиона остановилась у монитора на котором были постеры картин. — Мультфильм «Балто» в прокате, он очень милый. И «От заката до рассвета»…  — Что это вообще? Как это?  — Как… хм… ну в волшебном мире есть театр?  — Тебе не маггловедение, а маговедение нужно изучать. У нас есть музыка. Есть представления.  — Концерты? Музыкальные?  — Нет. Не так. Представление, что-то вроде иллюминации. Разные образы, которые показывают историю. Ну сходим наверное, я тебе покажу!  — Ну слушай, футбол же ты смотрел?  — Да! Там будет так же? Телевизор и там покажут как где-то кто-то что-то говорит?  — Почти. Кто-то где-то что-то говорил, это записали, потом показывают на огромном экране. Тебе понравится. А мультфильм это когда все нарисовано, а не сыграно живыми людьми.  — Давай с мультфильма начнём!  — Два билета на «Балто» пожалуйста! — Гермиона протянула деньги девушке в кассе и получила от неё два билетика. — Сеанс через пятнадцать минут! Идём за попкорном!  — Ты видела? Видела?  — Да видела я, — хохотала Гермиона. Они вышли из зала и направились к катку с долгими остановками, в течение которых Гарри доказывал, что магглы придумали чудо. — Это был кинотеатр, только и всего.  — Экран огромный! Как представления на чемпионатах.  — А история?  — Милая, ну такое бы понравилось Альбе. Нужно сказать дяде, чтобы он сводил Альбу в кино!  — Альба твоя сестра?  — Да. Ну вернее не совсем. Сириус — мой крёстный отец. А Альба его дочь. Сириус один из самых близких мне людей. Он лучший друг моих родителей. Самый лучший.  — Она хорошая?  — Очень хорошая, — улыбнулся Гарри.  — Глупый вопрос, все дети…  — Нет, нет! Альба — не все дети! — вдруг оживился Гарри. Он сам не ожидал этого, но Гермиона была таким благодарным слушателем, что нужно было продолжать говорить. — Она невероятная, в ней столько доброты. А ещё я знаю её секрет. И из-за этого ещё больше её… -…любишь? — тихонько спросила Гермиона.  — Так, кажется, это и есть каток? — Гарри поспешил сменить тему. Они стояли у проката, куда заходили вполне прямоходящие люди, а выходили каракатицы.  — Да. Идём! Я уже забронировала тебе коньки, а мои у меня с собой.  — Как можно стоять на этих штуках? — он не слушал, что говорила Гермиона. Во все глаза наблюдал за парой спустившейся на лёд. Оба легко покатились вперёд держась за руки.  — Ты тоже так сможешь. Я не шучу!

***

Спустя пятнадцать минут шумного шнурования коньков, ругани и споров Гарри, держащийся за Гермиону обеими руками, выполз на лёд. Он никак не мог понять как удержать равновесие, даром годы тренировок по квиддичу, где без равновесия уж точно никуда.  — Ты такой смешной, да постой ты хоть минуту. Соберись! — Гермиона от души хохотала, глядя как Гарри машет руками. — Давай. Подожди. Одна нога, потом другая. Несложно же.  — Ты меня заколдовала, чтобы я был неуклюжим.  — Конечно, конечно! Только держись за меня, хорошо? Они всё время падали, Гарри то и дело утягивал за собой Гермиону, которая уже и сама оббила себе все колени.  — Ты невозможен!  — Он просто не старается! Что же это, неужели великий Гарри Поттер и такой позор? — рядом с ними изящно притормозил высокий красавец-брюнет, а следом за ним так же изящно самая милая девочка из всех, кого когда-либо видела Гермиона. — Сриус Блэк, — представился мужчина.  — Альба Блэк, — улыбнулась девочка.  — А вы тут как? — Гарри неловко выпрямился, но тут же схватил Гермиону за плечи, отчего вышло странное объятие, которое не ускользнуло от взгляда Альбы.  — Альба услышала, что ты будешь на катке и потребовала поехать кататься, — пожал плечами Сириус. Он казался куда моложе своих лет, особенно в гриффиндорском шарфе, лихо намотанном на шею.  — Вы умеете ходить на этих штуках?  — А что тут сложного? — Альба очаровательно улыбнулась и быстро перебирая ножками скрылась в толпе. Её ярко-красная шапка только и мелькала среди скучных черных тел.  — Она права, — Сириус подмигнул Гермионе, которая очарованно смотрела на семью Блэков, они будто какие-то прекрасные, живые и полные света божества осветили каток. — Эй, Альба, может стоит меня подождать?  — Нет, — весело выкрикнула девочка, но сбавила темп, а потом развернулась и продолжила катиться спиной вперёд.  — Она такая милая, — вздохнула Гермиона. За всё время она не вымолвила и слова.  — Да, знаю. Что? Я безнадёжен?  — Не преувеличивай. Давай-ка ещё разок? Они промучились ещё час, пока Гарри не проехал почти уверенно от Гермионы к Сириусу, и пусть они стояли всего в ста метрах друг от друга. Гарри был уверен, что все его ноги покрыты вечными синяками, которые даже Лили не выведет своими снадобьями. Гермиона была уверена, что ей никогда не стать преподавателем, а ещё что Сириус Блэк определённо самый весёлый человек на свете. Сириус был уверен, что его племянник безнадёжен, а Альба ревниво поглядывала на красивую девчонку, с потрясающими волосами.  — Это и есть Годрикова Впадина? — Гермиона во все глаза смотрела в окно автомобиля.  — Она самая, — весело ответил Сириус, раньше чем Гарри успел открыть рот. Альба предпочитала занимать пассажирское кресло рядом с водителем и на это у неё была абсолютная монополия, потому Гарри и Гермиона вытянули ноги на заднем сиденье. Гермиона видела в зеркале заднего вида весёлый взгляд Сириуса, и восторженный Альбы.  — Тётя Лили! — пищала Альба, машина резко завернула и остановилась у красиво украшенного дома. На его пороге стоял мужчина, удивительно похожий на Гарри и красивая рыжеволосая женщина. Мистер и миссис Поттер оказались даже издалека, какими-то щемяще влюблёнными друг в друга, теплыми людьми. Это подкупало с первого взгляда, всеми деталями. И этим милым домом, и красивой собакой, которая крутилась у их ног, и мягкой красной шалью, которую то и дело поправлял Джеймс на плечах Лили.  — Здравствуй, солнышко, — Лили протянула руки к Альбе, которая чуть ли не на ходу открыла дверь машины и бросилась к Поттерам.  — Гарри с собой подругу привёз. Гермиону Грейнджер! — ревниво фыркнула Альба, совсем как взрослая откинула волосы и вошла в дом. лили и Джеймс с улыбкой переглянулись.