Воспитанный мальчик

— Гермиона, у тебя есть все что нужно? — Лили вошла в комнату.  — Да, спасибо большое! — Гермиона огляделась. Просторная гостевая спальня была и уютной, и не обжитой одновременно. Все в ней было маленьким. Маленькая кровать, маленький столик, маленький коврик, маленькая ванная комната.  — У нас редко новые гости, а старые давно знают где и что лежит, — Лили внимательно смотрела на Гермиону.  — Я впервые гощу в доме волшебников.  — О, я хорошо понимаю твоё смущение. Я выросла в семье магглов, первой волшебной семьёй, которую я узнала были родители моей школьной подруги. Я провела у них пару недель перед третьим курсом, мне все казалось таким необычным. Если у тебя есть вопросы, я с радостью отвечу! — Лили села на кровать, на которой уже сидела Гермиона. Обе не испытывали смущения друг перед другом, будто старые знакомые. Лили была такой умиротворённо-беременной, именно в такой формулировке, это было невероятным образом связано, что Гермиона воспринимала её как милую, добрую тётушку, может даже старшую сестру.  — Не знаю даже… Вопросов так много, я думала, что в красках представляю себе вашу жизнь, но оказалось, что все немного иначе.  — Тебя деревня удивила?  — Немного. Видеть волшебство на улице не странно, Хогсмид такой-же, но Гарри был прав. Хогсмид, как туристический городок, все хотят удивить друг друга. А тут столько души. Истории.  — Так и есть, — улыбнулась Лили. Она поправила своё простое свободное платье и вытянула ноги. — К этому быстро привыкаешь. К магазинам, людям, законам. Пока живёшь с магглами ты будто не до конца волшебник, тв стараешься быть чуть чуть магглом. Сейчас я бы с трудом продержалась пару дней в доме сестры. Я уже привыкла, что посуда сама себя моет, горячая вода в кране всегда горячая и это не зависит от каких-то служб, а ключи никогда не пропадают где-то в доме. Я не могу себе представить, чтобы готовить еду дольше пяти минут, а из стирки делать трагедию на все выходные. В школе ты об этом тоже не задумываешься, даже если воруешь на кухне пирожные и видишь как их готовят.  — Эклеры!  — С творожным кремом, — мечтательно вздохнула Лили. — Вы тоже так делаете?  — Гарри показал. Я раньше и не знала про то что в школе работают эльфы.  — А я раньше не знала, что это так невероятно удобно, — Лили пожала плечами. — Наш старик совсем плох, но даже от него помощи больше, чем от штата слуг. Он везде, я не представляю как без него справиться с домом, а ещё скоро новый ребёнок!  — Это так здорово… У меня нет братьев и сестер, но я бы хотела. Мама слишком много работает, что бы снова отказаться от карьеры на есколько лет.  — А я жалею, что мы не завели второго ребёнка раньше. Гарри всегда был нужен кто-то… кто будет с ним в одной лодке. Был Невилл, конечно, но у них разные судьбы. Семьи. Есть Альба, но она девочка, она маленькая любимая дочка, ей чужды проблемы Гарри. Я думаю этот парень все изменит. — Она погладила свой огромный живот.  — Вы уже подумали имя? — Гермиона не стеснялась, хоть и понимала, что должна бы. Дружеский тон, который сразу взяла Лили подкупал продолжать диалог на равных.  — Нет… нет. Это как с Гарри, я увижу его и пойму. Все просто. Может он будет Майклом или Маркусом. Джесси, Уейн или Лукас…  — Или Лео! — Гермиона мечтала назвать так кота, раньше.  — Как ДиКаприо?  — Вы все ещё смотрите маггловские фильмы? — удивилась Гермиона. Лео ДиКаприо был таким молодым актером, что мало кто его знал.  — Может быть, — ответила Лили.

***

Утром выпал снег. Падал без остановки, так что Альба прилипла к окну в гостиной с сожалением глядя на белую пелену. Она мечтала пойти на площадь, потом в кондитерскую, потом кататься на санях, потом лепить снеговика с Гермионой, потом ещё сто дел, от которых все приходили в ужас. Никто не собирался торчать на улице с утра до ночи и только Альба разочарованно вздыхала, глядя на непогоду за окном.  — Ну на наши планы это не влияет? — весело поинтересовался у Гермионы Гарри за завтраком. Все уплетали блинчики, игнорируя нытьё маленькой девочки, которая громко жаловалась и вздыхала. Она отчего-то думала, что это чуть ли не последний день зимы.  — Но потом же Гарри уедет! А Гермиона вообще уедет очень скоро!  — Завтра я буду тут! А снега выпало столько, что мы запросто сможем построить целый замок во дворе. Гарри, Сириус и Джеймс синхронно вздохнули: «О, нет!», а Альба очень довольная, зааплодировала.  — Ах, какая хорошая идея!  — Ничего хорошего, — с расстановкой выговорил Сириус. — Совершенно ничего хорошего не начинается с фразы: «Давай построим замок!».  — Давай построим замок? — пропищала Альба и громко чмокнула Сириуса в щеку. Потом показала отцу язык. Она явно намекала, что только что сделала, что-то хорошее и это началось с злосчастной фразы.  — Давай построим замок? — вторила ей Лили и тоже поцеловала Сириуса в щеку, потом поцеловала Гарри, а потом Джеймса, задержавшись у его лица чуть дольше. Альба и Гермиона хохотали над протестующими мужчинами, Лили подмигнула Гермионе.  — А из одеял построим? — спросила Альба.  — Если Тетя Лили разрешит, — ответила Гермиона, и тут же превратилась в героиню в глазах мисс Блэк. После завтрака следовали долгие споры о том, что Гарри и Гермиона выйдут из дома вдвоём, без Альбы. В итоге наказанная Альба осталась в своей комнате, Лили ушла к себе, чтобы прилечь, Джеймс и Сириус затеяли играть во взрыв-кусачку, а Гарри и Гермиона вырвались на улицу. Снег все ещё валил, будто кто-то сыпал на деревню сахарную пудру из большого сита. Волшебство момента портил только ветер, нещадно трепавший волосы, шарфы и помпоны на шапках.  — Куда идём? — В кафе, потом вечером можем пойти в бар! Только это совсем не похоже на кафе «Паддифут» или «Три метлы». Он оказался совершенно прав, и поняла это Гермиона, стоило ей переступить порог кафе «Амортенция». Первым, что несказанно удивило, были эльфы-официанты снующие под ногами с подносами. На двери висела листовка: «Внимание! Все эльфы-домовики в кафе „Амортенция“ вольнонаемные, и не являются собственностью хозяев заведения! Их труд оплачен, а чаевые приветствуются!». Управляющий, седовласый старик в круглых очках, внимательно следил и за гостями и за эльфами.  — Сэр, есть ли свободные столики? — поинтересовался Гарри у управляющего. Из холла виднелся зал, уютные кабинки, желтые лампы.  — Конечно, сэр. Четырнадцатый столик, — управляющий махнул палочкой и бордовая цифра четырнадцать поплыла по залу, зависнув над кабинкой у окна. Никто не обратил внимания на этот спецэффект, а Гермиона только от этого ощутила себя совершенно магглом. В зале была живая музыка, чернокожая певица с кожей покрытой чём-то напоминающим змеиную шкуру, тихо, но очень красиво пела на каком-то неизвестном языке.  — Не слишком ли потрясающе, для обеда? — поинтересовалась Гермиона. Эльф принял у неё пальто и шапку.  — Ну должен же я показать тебе как развлекаются в волшебных деревнях? Тут проходят все встречи, свидания, сюда идут пить кофе с пирожными. На День Святого Валентина тут аншлаг.  — Уютно…  — Вы выбрали, мэм?  — Эм… нет, нет. Пока нет.  — Позовите Скупи, когда определитесь, мэм. Сэр. Домовик поклонился дважды и ушёл, оставив на столе некое подобие визитки. Его имя было аккуратно выведено на красивой карточке с вензелями.  — У тебя замечательная семья, Гарри! Родители, Альба.  — Ты права, конечно. Но со стороны все всегда выглядит проще.  — Мелочи. Неужели с ними есть такие катастрофические проблемы, чтобы видеть во всем этом что-то плохое?  — Скупи, прими заказ, пожалуйста, — Гарри отложил меню. Эльф появился через долю секунды, очевидно карточка была своеобразным контрактом, делающим гостя хозяином эльфа на время. — Два кофе с шоколадным ликером. Эклеры с творожным кремом и…  — Мороженное, — Гермиона закрыла меню и пожала плечами, на удивлённый взгляд Гарри. — Люблю мороженное.  — И мороженное.  — Сэр, мэм, — эльф снова дважды поклонился и ушёл.  — Никакой катастрофы. Просто жить с ними это как жить на страницах книги или даже газеты. Ты знаменит, но ты ничего не сделал. «Гарри Потте пошёл в школу», «Гарри Поттер сдал первые экзамены», «Гарри Поттер учится летать на метле».  — Я не думала, что тебе это не нравится.  — Мне не нравится, что я этого не заслужил. Я ощущаю себя…  — Тебе кажется, что ты никчемный? — спросила Гермиона, а Гарри поднял на неё удивлённые глаза. — Что в твоей жизни уже не выпадет никакого приключения, чтобы сравниться с родителями. Что твоей фигуры не поставят на площади, а имя не впишут в одну строчку с именем отца? Ты боишься не то что превзойти, не сравняться с ними?  — Да, — выдавил он. В её глазах ни на секунду не мелькнуло разочарование и он с лёгкостью признался в своей слабости, в надежде, что она действительно понимает в чем дело.  — Все хорошо, — она протянула руку к его, лежащей на столике руке, сжала его пальцы. — Это не страшно. Если хочешь знать, это даже не плохо, так и должно быть. Мы должны стать лучшей копией родителей. Просто посмотри иначе, они то не виноваты. Они в одной лодке с тобой, они помогут, а не помешают. Они не меньше твоего хотят, чтобы их сын стал великим. Ты борешься с миром, а не с ними.  — Ты серьезно? — как будто упал камень с души, все вдруг встало на свои законные места. Сколько он говорил об этом с кем-то, и вот все становится понятно. - Все у тебя слишком просто!  — Конечно. Давай кофе пить?

***

Оставив на чай эльфу целый галеон, Гарри и Гермиона вышли из кафе. Снег совсем стих, все покрылось пушистыми сугробами. Деревня стала ещё более сказочной, в лавочках, назначения которых Гермиона никак не могла понять, появились волшебники. Прямо на открытых столах они разводили огонь и жарили маленькие сладкие тыковки с сахаром, варили кофе и чай из шиповника, разливали по кружкам пенный эль.  — Что это? — Гермиона принюхалась, от лавочки исходил сладкий аппетитный аромат.  — Фирменное угощение в Годриковой Впадине. Хочешь?  — Конечно! Тут так здорово, а ты меня в кафе потащил?  — Не мог представить, что ты не против таких развлечений. Это же уличная еда.  — Нет ничего плохого в уличной еде. Они взяли две тыковки в сахаре, и один термос чая из шиповника и направились прямо по аллее, которая будто паутиной обросла повисшими от снега ветвями деревьев.  — Как тут красиво!.. — Гермиона не знала что делать, откусывать от дымящейся тыковки, пить вкуснейший чай или смотреть во все глаза по сторонам.  — Да обычно же.  — Нет, шутишь? Ты вырос в сказке!  — Ты так всем… восхищаешься. Это просто от того, что не привыкла? Или тебе и правда кажется, что это что-то настолько невероятное. Моя семья, деревня.  — Это невероятно. Постарайся посмотреть на все моими глазами. Представь, все это я вижу впервые!  — Ты просто девчонка!  — Ну конечно! Нам нужно поменяться мозгами ненадолго! Похоже ты совсем не понимаешь меня сейчас, — она глубоко вдохнула морозный воздух и зажмурилась. — Куда идём?  — Бар. Это что-то вроде «Кабаньей головы», но для молодежи. Я только пару лет как туда хожу, в основном там ребята постарше.  — Мы только что ели в кафе и снова идём есть?  — Нет, нет. Не есть. Это не тот бар где пьют или едят. Будто из ниоткуда, из снежной пелены выросло здание, кирпичная коробка, стены покрыты живыми граффити и металлические двери. Место не выглядело привлекательно, пока ты не оказывался внутри. Просторное помещение с диванами и подушками, садовыми качелями привинченными к потолку и круглым баром по центру, за которым суетилась пара нездоровых на вид ребят.  — Это Фредди и Оуэн. Они вампиры вообще-то, но за все время никто не пострадал. Давай сюда, — он потянулся за пальто Гермионы. — Тут пожно взять сливочное пиво или вроде того. На втором этаже всякие штуки вроде живых шахмат, взрыв кусачки, в основном туда ходят просто пообщаться. Тут обсуждают квиддич во время чемпионата. Ну и наверху площадка, там выступают группы.  — Группы? Никогда не слышала волшебных групп в живую!  — Нда… Это довольно интересно! Эй, Фредди, будут играть какие-то группы на этой неделе?  — Не-а, дружище, — пожал плечами вампир Фредди. Он протирал стаканы по ходу разговора, да с такой скоростью, что они так и отлетали, перемещаясь на сушку. — В пятницу будут «Лепреконы», но там сам понимаешь, только совершеннолетним, да и поют они если честно дерьмо. А в понедельник к нам крупный тур нагрянет!  — Обидно, ну ладно, спасибо! Два сливочного пива!  — Без проблем! Фредди как жонглёр подкинул пару бутылок срезал пробки и тут же разлил в два высоких бокала.  — Идём наверх, — Гарри прихватил с собой бокалы и направился к круто закрученной лестнице.  — Это разве не группа там настраиваемся?  — Не, это просто местные ребята. Живая музыка.  — Тут так интересно! — они устроились на красном бархатном диванчике, столика рядом с ним не было. Гермиона во все глаза изучала окружение. Несколько молодых людей за столиком неподалёку громко что-то обсуждали, все они курили сильно пахнущие травами, которые различить было невозможно, сигареты, стряхивая пепел то на стол, то в грязные пепельницы. Отчего-то их вид не отталкивал, казалось что они так чем-то увлечены, что несомненно это не может быть не важным или не крутым. Несколько девушек лет двадцати, все в костюмах, будто только что вышли из офиса, пили кофе за столиком у окна и рассматривали какие-то живые картинки. И они тоже выглядели уместно и круто. Это был естественный рабочий процесс, протекающий посреди обычного бара в обеденный перерыв. Гермиона снова заглянула в волшебный мир, и снова открыла что-то новое.  — А кем тут работают?  — В деревне? Да кем только не работают. Родители Падмы и Парвати занимаются одеждой. Мистер Патил держит производство «Модная ведьма», а миссис Патил там главный дизайнер. Офис тут, а само производство в Лондоне. Тут есть издательство. В основном детская литература. Крошечное, несколько дизайнеров рисуют живые картинки для книг, редактор и пара сотрудников в цехе. Мамина подруга там вроде как начальница. А в остальном тут магазины и лавки, работать люди ездят в город. Есть центр каминной сети, туда можно прийти и отправиться куда угодно. Есть почта, это что-то вроде огромной совятни. Оттуда разносят по деревне журналы и газеты, ну и те у кого нет сов могут воспользоваться услугами. Не очень удобно, но все привыкли. У нас есть школа, начальная. До одиннадцати лет все туда ходят.  — Серьезно? — Гермиона удивлённо посмотрела на Гарри. Раньше она не задумывалась где маленькие волшебники учились читать и писать.  — Конечно! А где по твоему мы учимся до Хогвартса? Есть ещё музыкальная, художественная и спортивная школы. В спортивной нас летать на метле не учат, там вроде как можно заниматься штуками типа маггловских игр с мечами, есть бассейн и все такое. Не знаю, меня папа с детства тренировал во дворе. Музыка, как ты можешь догадаться тоже не мое, да и рисовать я не умею. А вообще это довольно интересно.  — Я не думала, что маленьких волшебников так всесторонне развивают… Альба тоже будет ходить в школу? — Гермиона уже поняла, что Блэки живут в Лондоне. Городская жизнь была ей не менее интересна.  — Она вроде бы ходит в школу искусств, центр развития маленьких волшебников. Это в Лондоне, там все, конечно круче. Она занимается всем чем пожелает, рисует, танцует, поёт. Это помимо обычных предметов типа алгебры. Вообще в Лондоне много развлечений для детей-волшебников. Есть мини-квиддич, питомники где можно играть с животными, всякие курсы, парки, аттракционы.  — Это очень напоминает мир магглов если честно. Ну у нас есть все то же самое! Спасибо тебе. Я за все годы в школе не узнала столько, сколько от тебя за этот день! Она протянула руку и сжала ладонь Гарри на секунду. Он охотно ответил и от еле заметной, смущенной улыбки, у Гермионы потеплело внутри. Уже во второй раз она сама брала его руку, а он отвечал, но сам не посягнул на подобное. Гермиона кольнула неуверенность. Вдруг она просто навязывается? Она поспешила убрать руку и дождаться от него хоть какого-то шага.

***

 — Золушка и Прекрасный Принц поженилось и жили долго и счастливо! — Гермиона зевнула и перекатилась на бок, тут же наткнувшись на Гарри который развалился справа. Слева сопела Альба. Дом из одеял из стульев оказался отличной идеей, только спать в нем пришлось всей семье. При помощи магии шалаш держался куда пристойнее, чем должен был, не заваливался не смотря на впечатляющий размер. Под разномастными стройматериалами умещались четверо взрослых, Альба и диван. Все согласились, что Лили на полу будет совсем не удобно. Гермиона рассказала уже третью сказку и теперь нуждалась в стакане воды, горло пересохло и будто «скрипело». Прокравшись на кухню она отыскала стакан, стараясь не греметь, налила воды прямо из-под крана и выпила махом все, даже не заметив.  — Сырая вода опасна для желудка, — заметил Сириус прокравшийся на кухню следом. В его руке была зажженная волшебная палочка.  — Три сказки подряд опасно для горла, — пожала плечами Гермиона.  — Да. Альба умеет замучить.  — Не встречала более удивительной девочки. Она очень похожа на вас… — говорить с Сириусом было немного неловко, он был слишком взрослым, красивым и впечатляющим. Так его можно было охарактеризовать. Но ночью на кухне он казался немного более земным.  — Она напоминает мать. Ну во многом.  — Могу я…  — Её мать была не самой лучшей женщиной, — покачал головой Сириус. Он понял в чем дело и поторопился ответить, чтобы не заставлять Гермиону говорить. — Она не была волшебницей. И она не хотела Альбу. Она была актрисой… вернее и сейчас есть. Просто я ничего не хочу о ней знать.  — Вы расстались?..  — Ещё до рождения Альбы. Она хотела избавиться от неё. А я хотел ребёнка. Мы все время ссорились, она собирала вещи, уходила, возвращалась. Манипулировала мной при помощи беременности, а потом стало поздно и я ушёл сам, сказал что вернусь, когда родится дочь. Она пришла сама, принесла безымянную девочку и скрылась из нашей жизни.  — Ей никогда не было интересно что с вами?  — Нет, никогда…  — Вы очень её любили?  — Нет. Совсем не любил. Она была сумасшедшей и эгоистичной. Без души. Просто очень красивая. А я очень хотел кого-то родного, кто не предаст. Потому так держался за неё и ребёнка. Ребёнок же будет самым родным, семьёй. Гермиону будто окатили водой, поток информации. Неожиданный и настолько искренний, что сердце сжалось. Захотелось пожалеть Сириуса и весь мир в придачу.  — Теперь у вас есть семья. И Альба. Да?  — Да. Она лучшее… — он покачал головой и с какой-то смесью смущения и благодарности посмотрел на Гермиону. — Прости за все это.  — Ничего, не страшно. Вернёмся в шалаш?  — Вернёмся! Она вышли вдвоём и тут же остановились. Гарри смерил их недовольным взглядом и молча ушёл наверх.