Воспитанный мальчик

***

— Вы самый молодой агент-женщина в истории квиддиче! С чего началась ваша карьера?  Скитер плотно сжимала губы, пока её прытко пишущее перо строчило изо всех сил. Она не любила беседовать с женщинами в спорте, игроки были интереснее, привлекательнее и перспективнее.  — С того, что я решила дать будущее отличному игроку в квиддич.  — Вы о малышке Уизли? Она самый юный игрок в «Холихедских Гарпиях»! Как вы этого добились? — вопросы были скучными и похожими один на другой из интервью в интервью.  — Простите, я отвлеку, буквально на секунду, — неторопливо попросила Пэнси. Скитер раздраженно закусила дужку очков. Она хотела поскорее разобраться с Грейнджер и взять интервью у Берти Мостовица, который по слухам, должен был перейти из «Пушек» в «Нетопырей Ньюкасла».  — Конечно, конечно, дорогая! Вы такая красивая! — на это замечание Пэнси только фыркнула. Она ненавидела Скитер всей душой.  — Репортёр из «Quiddich news» хотел бы интервью с Джинни. Только, он наверняка спросит её про аренду в «Соколов». Нам не нужна сейчас огласка, как думаешь?  — Конечно нет, — Гермиона покачала головой.  — Я так же подумала, — Пэнси кивнула и перевела взгляд на Скитер, перо которой явно выводило «Сенненские соколы». — Вам запрещено использовать в интервью мои слова, Рита. У вас есть подпись только мисс Грейнджер и я с радостью вас засужу, — она снова обратилась к Гермионе. — Скажу ему, что Джинни отдыхает и не может беседовать. А насчёт Чжоу, я тут прикинула, может дать ему готовый опросник? Он хотел её в статью «Женщины-ловцы сезона 1998-1999».  — Да, только проследи, чтобы там стояла подпись Чжоу, иначе они снова напишут о том, что она состоит в этом феминистском движении. И насчёт «Гарпий» тоже. Эта грязь ей сейчас не нужна, мы готовим контракт!  — Да, помню, помню. Всё, побежала!  — Это ваша помощница? — с интересом обратилась к Гермионе Скитер.  — Нет. Это консультант по связям с прессой. Может вернёмся к интервью?  — Вы знаете, мне стало интересно, — Скитер оживилась. — Вы столько держите в руках! У вас сейчас два спортсмена?  — Да. Чжоу Чанг и Джинни Уизли.  — Если я не ошибаюсь, Джинни Уизли сейчас на расхват! Вы планируете аренду или продажу?  — Я не принимаю таких решений, я анализирую предложения от клубов и обсуждаю их с Джинни.  — Что вы думаете о Гарри Поттере?  — У него есть агент, насколько я знаю. Значит в моих услугах он не нуждается.  — У вас был роман в школе?  — Нет, — твёрдо ответила Гермиона. Опытный психолог Рита отметила её волнение. Конечно, напишет какую-нибудь мерзость.  — Вы все время в тени, делаете звёзд из простых смертных, насколько это трудно?  — Совершенно удовлетворена своей работой! Я нахожу никому не известных игроков и делаю все, чтобы с ними подписал контракт лучший клуб.  — Вы всего шесть месяцев в работе, а уже подписали для своих игроков два контракта и готовитесь к новым, как вы сумели сделать это так быстро?  — Я готовилась к этому ещё в школе. Когда скауты пришли смотреть игру Джинни Уизли, я прямо подошла к ним и заявила, что я её агент. Через пол года она сдала экстерном ЖАБА и уже играла за «Гарпий». Чжоу к тому моменту уже выпустилась, и Мы начали работу без всяких скаутов, будучи агентом игрока такой команды, как «Гарпии» я не стеснялась заходить в любые кабинеты. Я быстро поняла, что в этом деле главное ничего и никого не бояться.  — И опять же, скауты смотрели не только на малышку Уизли. Контракт получил также Поттер, что вы испытали при этом? Гордость? Всплеск былых чувств?  — Ничего. Мне глубоко безразлична его жизнь. Как тогда, так и теперь.

***

Та игра с Когтевраном перевернула сразу три жизни. Джинни Уизли получила путевку в «Гарпий», Гарри Поттер в «Катапульты Кайрфилли», а Гермиона Грейнджер стала спортивным агентом, будучи только студенткой седьмого курса. Она получила значок ассоциации и официальное разрешение на работу в день, когда пришли результаты ЖАБА и приглашение от министерства пройти стажировку. От стажировки отказалась, собрала сумку и сняла свою первую квартиру на проценты от контракта Джинни. Сейчас, в канун Рождества, она не могла осознать, что путь составил всего шесть месяцев. Она уже не студентка «Хогвартса», она спортивный агент, сидит на стадионе «Файн Скай» и наблюдает тренировку «Гарпий».  — Вы специально пристроили своих клиенток в одну команду, чтобы было удобно ходить на тренировки? — приятный голос сэра Майка Смита никогда не был неожиданностью. Великий тренер был будто везде и сразу, как старый мудрый филин, порхающий с ветки на ветку.  — Здравствуйте, сэр. Нет, просто у вас в команде было больше всего свободных позиций. Разве нет?  — Говорите так, будто ничего не зависело от меня, — лукаво улыбнулся тренер.  — Все зависело только от вас. Вы же взяли девочек. Это было началом всего. Вы в них поверили!  — Моя карьера в «Гарпиях» почти завершилась, и я имел наглость поверить не в «девочек», а в вас, — Гермиона хотела задать ему десяток вопросов, но чувствовала, что мудрый филин не ответит. — Вы хотите, чтобы обе покинули клуб?  — Да.  — Мисс Уизли к «Соколам», мисс Чанг в «Катапульты»?  — Решение можете принять только вы. Вы тренер. Но я хочу сказать, что обе команды предлагают хорошие условия. И девочки не против. «Гарпии» были хорошим стартом, но эти сделки будут идеальным продолжением.  — Тогда не смею чинить препятствия. Отправляйте сов мистеру Вайту и мистеру Скоулзу. Гермиона выбежала из тренерского центра окрылённая и счастливая. В зимнее трансферное окно она готовилась совершить два невероятных контракта. Помимо прибыли, которая отошла на второе место, как только Джинни Уизли подписала первый контракт (двадцать агентских процентов Гермионы, принесли эй сто двадцать четыре тысячи, что уже могло дать уверенность в завтрашнем дне и для неё, и для её родителей на ближайшее десятилетие), Гермиону интересовал успех девочек в лучших клубах. Там, где они будут играть, где их заметят по-настоящему. «Гарпии» таким клубом не являлись, но пришло время покидать «тихую гавань» ради настоящей игры. Трансгрессировать в центр Лондона было невозможно, министерство строго контролировало такие вещи, пришлось перемещаться на окраину и ловить такси. Приблизительно объяснив что ей нужно, Гермиона уткнулась в ежедневник.  — Пэнси, можешь пустить слух насчёт перехода Чжоу в «Катапульты», а про Джинни пока молчим.  — Могу, — ответил взволнованным голос в трубке. Отношения с сотовым телефоном у Пэнси не складывались, но находясь часто на виду у магглов, Гермиона на могла использовать для быстрой связи сов, патронусов или двойные зеркала.  — Спасибо, ты уже поговорила с тем репортером?  — Да, да, все в норме. Гермиона, не томи! Ты едешь к Поттеру?  — Не будь сплетницей!  — Так! Вот тут ты даже не заикайся! Это не сплетни, а интерес! Так интересно, я видела его пару недель назад на конференции перед матчем с «Осами». Он там такой серьёзный, и красавчик, я серьёзно! Он стал ещё круче! А вот ответы… может за него их пишут, конечно! Слишком уж толково. Чем ближе к ресторану, тем волнительнее. Гермиона достала зеркальце и оглядела себя, игнорируя ухмылку водителя. Макияж вроде в норме, хоть и совсем простенько. Волосы лежат что надо, только от мокрого снега немного закрутились. Платье могла и по праздничней найти, но кто же знал, что так задержится. Да и нечего выделываться перед Поттером, вдруг он все тот же мальчишка? Зал был почти пуст, хоть это ни о чем не говорило, в таких заведениях можно было скрыть столик специальными чарами, за небольшую доплату, чтобы отдыхать инкогнито. Эльф забрал пальто, терпеливо подождал, пока Гермиона напоследок окинет себя взглядом у большого зеркала в полный рост и проводил её к столику в уютной нише. От каждого шага все больше коленки тряслись. «Он наверняка все тот же мальчишка!» «А то и хуже!» «Ты что не знаешь этих возомнивших о себе ловцов?» Он сидел за столиком, небрежно откинувшись на стуле, то и дело поглядывал на часы. За те несколько секунд, что она видела его, а он её нет, он успел дважды посмотреть время. Эльф подбежал к нему и шепнул что-то, Гарри поднял голову. У него в глазах читалось изумление, радость и до щекотки в животе, какая-то нежность. Она могла поклясться что всё-всё это увидела. Он встал, сделал два шага, поцеловал её руку. Очень не манерно, не пафосно. Просто будто не знал обнять, пожать руку или «клюнуть» в щеку. Даже просто сказать «привет» было бы неловко, коль уж он вышел к ней на встречу.  — Привет, — от его простой, но покровительственной улыбки пробежали мурашки. Она и не думала, что за те пол года, что его лицо не маячило перед ней, она так заскучает. Пол года она копила в себе мысли о нем, терпела, не писала коротких записок, старалась не обращать внимание на конференциях и матчах. Пол года, а как всё изменилось.  — Ты выглядишь прекрасно, было бы невежливо это не упомянуть, — без улыбки, но с волнением в глазах сказал он. — Вина? Я заказал чилийское шардоне.  — Спасибо. И за комплимент, и за вино. Почему это было бы не вежливо? — она ругала свою дотошность, но он говорил слишком интригующе.  — Потому что я не имел возможности говорить тебе это два года.  — Фу, зачем так пафосно? — она вдруг покраснела, и от комплимента, и от осознания, как это глупо. К ней часто «подкатывали», и она безошибочно это определяла. Может он и говорил искренне сейчас, но это был чистой воды флирт.  — Прости, ты права. Я слишком часто вынужден общаться с великосветскими дамами, — просто улыбнулся он и протянул Гермионе меню. — Если честно меня самого пугает, как быстро тебя берут в оборот.  — О, я понимаю о чем ты! Не прошло и пары месяцев, а я начала на приёмах смеяться глупым шуткам тренеров! А почему? Потому что знаю, что не сегодня, так завтра пойду к нему подписывать соглашение, — Гермиона открыла меню и ударила палочкой по тёплому салату и овощному рагу.  — Уже слышала, как тренер Скоулз шутит про снитч, который…  — …застрял в ноздре тролля? — закончила фразу Гермиона. Оба закатили глаза. — Иногда сквозь землю хочется провалиться, стоит ему открыть рот!  — Никогда бы не подумал, что я буду говорить с тобой о квиддиче, — резко свернул с темы Гарри.  — Для меня это тоже в новинку. И ещё в какую, — призналась она.  — Я и забыл, что ты смешная. Без тебя было тяжко последние курсы в школе. Мы не так долго дружили, но я столько из этого извлёк.  — Не думала, что ты придавал этому значение…  — Шутишь? Ты была первой девчонкой, которую я ревновал.  — Ревновал? К Сириусу? — усмехнулась она.  — Да. Не смейся. Для пятнадцатилетнего мальчишки это страшный соперник! — он серьезно посмотрел на Гермиону.  — Я могу понять, наверное. Но ты же понимаешь, что это было очень глупо?  — Да. И я не виню тебя за этот бойкот. Я был невыносимым типом, за которого мне стыдно, если честно.  — Даже так? — она улыбнулась. Сердце кололо почти от каждой фразы, и трудно было удержаться, что бы не хихикать или краснеть. Он смотрел иногда прямо в глаза, когда говорил, и она в этот момент замирала. — Хочешь сказать, ты настолько повзрослел?  — Когда начинаешь играть, приходится быстро взрослеть. Это очень сложно вынести, если идти наперекор каждому слову.  — Ну с большой силой приходит большая ответственность, да? Вокруг тебя теперь ходят толпы. Журналисты, фанаты, фанатки…  — Хочешь о фанатках поговорить? — он усмехнулся, не испугался, не стал лукавить. Его спокойная, почти обольстительная манера, шла в контраст со всё ещё взволнованным взглядом. Это было очаровательно, необычно.  — Не уверена, я представляю, что творится после раздевалки, я каждый день это вижу.  — Хочу пригласить тебя. Приём по случаю приобретения Диего Рамиреса. Завтра.  — В качестве кого? — она не знала какой сделать шаг, будто с незнакомцем обедала.  — Поттер плюс один. И мы поговорим там снова, будто это наше второе свидание. Мы не ходили раньше на свидания, так?  — Ты вообще не был романтиком…  — Я и сейчас не романтик, но я получил второй шанс и теперь его не упущу, — он сказал это уткнувшись в меню, будто там было что-то невероятно интересное. Гермиона взяла его руку и отобрала меню.  — Что ты имеешь ввиду? — серьезно спросила она. Стук сердца можно было услышать даже на кухне. А уж Гарри не почувствовать этого не мог.  — Ничего. Чилийское шардоне в голову дало, язык заплетается, — он говорил, будто во рту пересохло. Тяжело, осторожно, следя за реакцией от каждого слова. Эта её рука на его руке прожигала до кости. Он проводил её до такси, закрыл дверь и мысленно сказал кучу всего на прощание.  — Мэм, куда едем? — она вздрогнула, такси уже остановилось на светофоре в четырёх кварталах от ресторана.  — Эбби Роуд тринадцать, пожалуйста, — очнулась она. Таксист кивнул и Гермиона благодарно откинулась на сиденье, больше всего она любила молчаливых таксистов. Магазинчик для мотолюбителей на Эбби Роуд тринадцать имел интересное свойство. Магглы видели почти заброшенный склад автозапчастей, малоизвестного производителя, а волшебники яркую витрину и винтажный «Харлей» у входа. Проходя мимо, магглы ощущали мерзкий запах старого машинного масла, а волшебники не понимали от чего прохожие морщатся. Магглы натыкаясь на старую вывеску, вдруг припоминали о каком-то криминальном инциденте и поскорее делали ноги, а волшебники знали, что сидящий в магазинчике продавец — милейший дедуля, который расскажет сто историй и втюхает ненужный карбюратор. Хозяин магазинчика редко бывал за прилавком, всё больше копаясь в гараже, функцию которого выполнял склад. Когда звякнули висящие над дверью керамические канарейки, он вышел из склада вытирая руки грязной тряпкой. Высокий, ещё молодой красавец по хулигански небрежный, уже давно не мальчишка. Она вошла в магазинчик с этим запутавшимися в волосах снежинками. В чёрном пальто и без шапки. Успевшими стать красными щеками.  — Ты прогнала меня вчера, а сегодня приходишь за три минуты до закрытая магазина, — спросил он, улыбаясь.  — Чаю захотела.  — Как свидание?  — Не будем об этом?  — Всё что пожелаешь. Я ни в чём не могу тебе отказать…