Наследник Азкабана

      — Как ты себя чувствуешь? — Не оборачиваясь, спросил страж.       Гарри скривился, его в очередной раз (если точнее, то в 357 раз) обнаружили. Он практиковался в поднятии навыка скрытности, но проворачивать все что ему удалось выучить против стража было бессмысленно. Утешало лишь то, что мог запросто отыграться на несчастных дементорах. Это было из-за того, что Гарри являлся их хозяином и они не могли навредить ему (разве что заговорить до смерти). Многие в процессе неутешительно орали, улетали, прятались и искали защиты в стенах замка. В этих играх нет ничего опасного и не считал, что может им этим навредить. Его матушка была полностью с ним солидарна. Она часто говорила Гарри: «Твоя бабушка, Друэлла Блэк, гордилась бы тобой!». Так-то малыш управляет дементорами, а это уму не постижимо! После этого в порыве радости могла его начать тискать за щеки, под возмущённые писки домовых эльфов (они были консервативными и не одобряли такое поведение, но что они могут сделать против своей хозяйки?).       — Отлично, док. — В очередной раз цитировал диалог из маггловской книги Гарри устраиваясь в кресле поудобнее.        В этом замке все маггловские книги были исключительно у стража. Его мать не знала об этом. Это был их маленький секрет, не считая дементоров.       — Я тебе не док, малец. — На него уставилась пара карих глаз, которые медленно стали зелёными. Хитро прищурился. — Пожалуй Белле стоит узнать, что её обожаемый иждивенец разговаривает неуважительно по отношению ко взрослым, а тем более цитирует маггловские книги.       — Так нечестно! Ты не можешь меня предать, док! Я доверил тебе свою жизнь! — Наигранно возмутился «иждивенец».       — Тогда перестань доставать дементоров. — Устало потёр переносицу, этот разговор порядком утомлял. Гарри только сейчас заметил его состояние. — У меня голова болит от их постоянного нытья. Ну надо же! Вызывать у них чувства похожие на испуг! Я, конечно, поражён этим, но злоупотреблять не надо, отвлекает. Ты и сам знаешь, какие зелья я порой варю. Одна ошибка и все, пиши пропало.— Драматично махнул рукой.— Я не такой богатый, чтобы покупать эти ингредиенты. — Нахмурился и вернулся к приготовлению.       Ему стало стыдно. Мальчик смотрел на него всегда с обожанием, даже больше! Но никогда не задумывался о таких вещах. Никогда не замечал синяков под глазами, красных глаз, тяжелых вздохов. Теперь было понятно, почему он иногда падает в обморок.       — Я не специально, правда. — На глаза наступила пелена слез, пару раз моргнул в попытке предотвратить их. — Такого больше не будет. — Уже переходя на полушёпот пообещал ему.       Лук развернулся в его сторону и удовлетворился реакцией. Всегда так делал, если видел, что Гарри действительно понял что от него хотят.       — Держи, — протянул два пузырька с зельем, тот сразу узнал его — это было оборотное зелье. — Иди к своей матушке, да поезжайте куда подальше. — Махнул в сторону двери. — Передай ей, что я не смогу поехать.       От предвкушения Гарри сжал пальцы на ногах и резко подскочив выбежал, на бегу кидая громкое «Хорошо, спасибо, док, ты лучший». Мысль о том, кем он станет так и осталась не озвучена.

****

      — Матушка! — С криком залетел в библиотеку, на ходу чуть не спотыкаясь об собственную ногу и едва не врезаясь в домовика.       Столь внезапное появление сына напугало, она выронила книгу и недовольно посмотрела на источник проблемы.       — Гарри, — медленно прошипела она, — сколько раз мне нужно тебе сказать, что нельзя кричать в библиотеке? — Укорила его и приказала Олаву поставить книгу на место. — Что произошло?       — Ма-атушка. — Промурлыкал, пропуская замечания мимо ушей. — Лука сделал оборотное зелье и просил передать, что он с нами не поедет. Он опять какое-то сложное зелье варит и его нельзя отвлекать.       — Уже? — Растерянно переспросила Белла. — Итак, — она встала с кресла. — Олав подготовь нам одежду. Гарри, ты пока присядь. — Жестом махнула на своё кресло, тот вмиг в него плюхнулся, наслаждаясь теплотой. — Где же твои манеры, — вздохнула женщина, осознавая, что разбаловала его. — Слушай и запоминай. Во-первых, я буду звать тебя Кристианом. О фамилии лучше нигде не упоминать, этого будет достаточно. Во-вторых, ты ведёшь себя сдержанно и стараешься не привлекать внимание. В-третьих, постарайся ни с кем не контактировать и звать меня тётушка Кэллин или просто тётушка, хорошо? — В ответ уверенно закивал головой как китайский болванчик. — Вот и хорошо. — Невесомо поцеловала его в макушку. — Постарайся потерпеть, когда будешь пить зелье, тебе это не впервой. Будь сильным, мой мальчик.       — Обещаю, я не подведу тебя и буду сильным. — Нечитаемым взглядом посмотрел на неё и поспешил к себе, переодеваясь.

****

      Гарри рассматривал свое отражение в большом овальном зеркале с темной оправой благородного металла. Оттуда на него смотрел потомок аристократа: бледная кожа, местами можно заметить вены. Аккуратной формы нос, острый подбородок и темно-синие глаза с длинными светлыми ресницами. Не было и типичного вихра на голове. Теперь его волосы достигали плеч и переливались золотым.       Аккуратно надел серьгу в ухо и заправил за ухо волосы. Внешность его вполне устраивала, весь его вид так и кричал «я — аристократ». На шее подвеска с серебряным черепом, который обвивала черная лоза с миниатюрными шипами. Дедушка подарил на десятилетие, со словами «—В свое время он умело активировал щиты, когда меня пытались убить. А меня всегда пытались убить. —Задумчиво рассматривал бутылку с вином».       — Надо его спрятать под рубашку. — Командовал сам себе и делал необходимые заметки к покупке.       — Ты готов? Мы аппарируем. — Поинтересовалась Белла заглядывая в комнату.       Перед ним была высокая брюнетка с длинными волосами, с яркими зелеными глазами, (ему напомнили изумруд) пухлыми розовыми губами и немного острыми скулами. На ней было выходное платье черного цвета. Оно слегка облегало её талию, однако подчеркивало её достоинства. На груди висел красивый серебряный крест с рубином на концах.       — Матушка вы прелестны, но даже этот облик не сравнится с вашей красотой. — Искренне прошептал Гарри и подошел к ней.       — Спасибо, малыш, а теперь пошли, будем аппарировать.