переломы

у тэиля трогательно торчат коленки из дырок на джинсах — ёнхо бы умилился, если бы тэиль не прыгнул в этих самых пыльных от улицы джинсах прямо на кровать. от него пахнет нагретым асфальтом, бензином и сигаретным дымом. от него пахнет жизнью за пределами четырех стен, а ёнхо прятался в этих самых стенах не для того, чтобы тэиль принес ему все запахи и весь шум прямо в это убежище. он щипает его за бедро, чтобы тот поднял ногу с чистого пледа и переложил ее хотя бы на его колени. — как дела у тэёна? — не погладить чужую торчащую из джинсовой бахромы коленку — преступление, а ёнхо законопослушный гражданин. — я видел только джехена, который за час до этого видел тэёна, — тэиль немного дергается, но принимает свою участь, когда в очередной раз убеждается, что хватка у ёнхо просто железная. легче распутать кольца питона, чем разогнуть его пальцы, когда он во что-то вцепился. особенно — когда это его ноги. лежать вот так долго нет времени — кто вообще валяется в кровати в двенадцать дня и смотрит рандомные видео на ютубе? только безработные ленивые неудачники и еще со ёнхо — ах да, какое совпадение. тэиль пытается вывернуться всеми способами, даже приподнимается, чтобы оказаться в более выгодном положении и хотя бы раз за день посмотреть на ёнхо сверху вниз, а не как обычно. а получается все равно — как обычно. ёнхо каким-то движением волшебника перемещает ладони на его бедра, дергает, опрокидывает, подминает — и тэилю остается только глупо моргать в потолок. на фоне глухо падает телефон с кровати и хлопает от ветра открытое окно. у ёнхо довольные сытые кошачьи глаза и очень хочется как-то подпортить его прекрасное настроение. у тэиля нет времени на то, чтобы все тщательно обдумать, он начинает паниковать и выдает первое, что приходит ему в голову: — не беси меня, а то я уйду к сычену. ёнхо глухо и щекотно смеется ему в шею. — куда? в китай? — да, — послушно соглашается тэиль и запрокидывает голову. — пойду туда пешком сразу после того, как ты сходишь нахрен.