Aelf

Выпускные экзамены из младшей школы наступили неожиданно. Конечно, Гарри и Дадли к ним готовились, но всё равно им было страшно. — А вдруг не сдам? — Сдашь. — А вдруг? — Пересдашь. — А вдруг? — Вот тогда и будем думать, братишка. Но экзамены остались позади и всем ученикам в торжественной обстановке вручили дипломы и табели с оценками. Английский, литературу, изобразительное искусство, музыку и математику Гарри сдал на отлично, естествознание было оценено на четыре, как и история с географией. Дадли сдал чуть иначе, у него были пятерки только по английскому, литературе, ИЗО и музыке. Впрочем, оба мальчика прекрасно знали, где они будут учиться в дальнейшем, и что туда они точно попадут. Всё оставшееся время до начала учебы кузены хотели провести, гуляя на улице и лишь изредка появляясь дома для выполнения своих обязанностей. Очередной июльский завтрак проходил как обычно. Вернон что-то читал в газете, Петуния стояла у плиты, а Гарри с Дадли завтракали. Пришел почтальон, позвонил в дверь. — Принеси почту, Дадли, — буркнул дядя Вернон из-за газеты. — Пошли за ней Гарри. — Гарри, принеси почту. — Пошлите за ней Дадли, — ответил Гарри. — Так мальчики, быстро выбрали хоть кого-нибудь, иначе пойдете оба! — сориентировалась Петуния. Обычный поход за почтой нередко превращался в словесную перепалку. Дадли и Гарри назвали по числу, посчитались, и идти за почтой выпало Гарри. На коврике лежало несколько рекламных рассылок от разных спа-салонов, письмо от тетушки Мардж, какой-то счет и письмо для Гарри. Гарри поднял его и начал внимательно рассматривать, чувствуя, как у него внутри все напряглось и задрожало, как натянутая тетива лука. Неужели то самое письмо, о котором предупреждала тетя Петуния? «Мистеру Г. Поттеру, графство Суррей, город Литтл Уингинг, улица Тисовая, дом четыре, самая маленькая спальня» — такой адрес был указан на конверте. Марки на конверте не было, никаких опознавательных знаков, только печать на обороте с буквой «Х» и странным гербом. Почему-то не получалось вспомнить, есть ли у кого из благородных семей такой герб. Странно. Наверное, это всё же то письмо. Гарри его открыл и нашел внутри два пергамента, чуть посветлей, нежели тот из которого был изготовлен конверт.

ШКОЛА ЧАРОДЕЙСТВА И ВОЛШЕБСТВА «ХОГВАРТС» Директор: Альбус Дамблдор (Кавалер ордена Мерлина I степени, Великий волшебник, Верховный чародей, Президент Международной конфедерации магов) Дорогой мистер Поттер! Мы рады проинформировать Вас, что Вам предоставлено место в Школе чародейства и волшебства «Хогвартс». Пожалуйста, ознакомьтесь с приложенным к данному письму списком необходимых книг и предметов. Занятия начинаются 1 сентября. Ждем вашу сову не позднее 31 июля.

На втором пергаменте была какая-то белиберда.

ШКОЛА ЧАРОДЕЙСТВА И ВОЛШЕБСТВА «Хогвартс» Форма Студентам-первокурсникам требуется: Три простых рабочих мантии (черных). Одна простая остроконечная шляпа (черная) на каждый день. Одна пара защитных перчаток (из кожи дракона или аналогичного по свойствам материала). Один зимний плащ (черный, застежки серебряные). Пожалуйста, не забудьте, что на одежду должны быть нашиты бирки с именем и фамилией студента. Книги Каждому студенту полагается иметь следующие книги: «Курсическая книга заговоров и заклинаний» (первый курс). Миранда Гуссокл «История магии». Батильда Бэгшот «Теория магии». Адальберт Уоффлинг «Пособие по трансфигурации для начинающих». Эмерик Свитч «Тысяча магических растений и грибов». Филли-да Спора «Магические отвары и зелья». Жиг Мышъякофф «Фантастические звери: места обитания». Ньют Саламандер «Темные силы: пособие по самозащите». Квентин Тримбл Также полагается иметь: 1 волшебную палочку, 1 котел (оловянный, стандартный размер №2), 1 комплект стеклянных или хрустальных флаконов, 1 телескоп, 1 медные весы. Студенты также могут привезти с собой сову, или кошку, или жабу. НАПОМИНАЕМ РОДИТЕЛЯМ, ЧТО ПЕРВОКУРСНИКАМ НЕ ПОЛОЖЕНО ИМЕТЬ СОБСТВЕННЫЕ МЕТЛЫ.

А еще внутри был маленький ключик и билет на Хогвартс-экспресс с платформы девять и три четверти. Ключ Гарри положил в карман, пергаменты в одну руку, в другую прочую почту и пошел на кухню. — И где мне взять сову и всё остальное?  — Выгляни в окно? — Действительно! Сидит сова. И что писать? — Давай спросим у тети? — Ага. — Тетя мне пришло то самое письмо, что писать в ответ? — Возьми бумажку и напиши, что письмо получил, всё в порядке, будешь на занятиях вовремя. Написал? — Ага. — Теперь подпишись и найди сову. Гарри кивнул, быстро доел тост и выскочил на улицу в поисках той совы. Она всё также сидела под навесом и смотрела явно неодобрительно. — Я что-то делаю не так?  — Совы ночные животные Гарри, им удобнее в темноте, а не на солнце. — Понятно. Косой переулок они искали всей семьей, полагаясь исключительно на Гарри. Тот ходил по Чаринг-Кросс-роуд и высматривал паб Дырявый котел. Который, наконец, был найден на перекрестке около книжного магазина. — Мда, прошло двадцать лет, а у магов ничего не изменилось, — заметила Петуния и целенаправленно направилась к барной стойке. — Здравствуйте, вы не могли бы открыть нам проход на Косую аллею, моему племяннику пришло письмо из Хогвартса. — Да, пройдемте, — немолодой мужчина повел всё семейство на задний двор и подошел к стене. Петуния вытолкнула Гарри вперед и произнесла: — Запоминай последовательность, в следующий раз пойдешь один. Гарри кивнул, а Лана внутри довольно хмыкнула. — Добро пожаловать в Косой переулок, — сказал бармен и ушел. Гарри, Дадли и Вернон же стояли, замерев от восхищения.  — Итак, Гарри, у тебя список с собой? — Да, тетя. — Тогда сначала в банк, твой ключ пока что у меня, потом я его тебе отдам. Хорошо? — Ага. — Пошли. Гарри чувствовал, что Лана просто в восторге от всего, что её окружает, она как обычно делилась своими эмоциями с ним. Его сестра была самой лучшей. За их спинами арка вновь стала единой стеной и скрыла переход в мир не волшебников. Тетя Петуния явно была счастлива. Первым делом они направились в банк, где, после демонстрации ключа, Гарри, Дадли и тетя Петуния поехали в его сейф за золотом. Дядя Вернон отказался, пробормотав что-то про слабый желудок, только взглянув на тележку. Гоблин понимающе кивнул. Взяв несколько галеонов, чуть побольше сиклей и еще больше кнатов. Тетя Петуния вывела их из подземелий, и они направились за покупками. — Сначала купим палочку. Потом пойдем по досягаемости, — скомандовала тетя. Так и получилось, что сначала они зашли к Олливандеру. — Добрый день, — донеслось из теней от сухонького старичка. — Здравствуйте, — смутился Гарри. — О, да. — старичок покивал головой. — Да, я так и думал, что скоро увижу вас, Гарри Поттер. - Это был не вопрос, а утверждение. — У вас глаза, как у вашей матери. Кажется, только вчера она была у меня, покупала свою первую палочку. Десять дюймов с четвертью, элегантная, гибкая, сделанная из ивы. Прекрасная палочка для волшебницы. А вот отец предпочел палочку из красного дерева. Одиннадцать дюймов. Тоже очень гибкая. Чуть более мощная, чем у твоей матери, и великолепно подходящая для превращений. Да, я сказал, что твой отец предпочел эту палочку, но это не совсем так. Разумеется, не волшебник выбирает палочку, а палочка волшебника. Мистер Оливандер отошел от Гарри и занял место за прилавком. — Ладно, а теперь вы, мистер Поттер. Дайте мне подумать, — он вытащил из кармана длинную линейку с серебряными делениями. — Какой рукой вы держите палочку? — Я?.. — замялся Гарри, наконец, спохватившись. — А, я амбидекстр. — Вытяните руки. Вот так. Старичок начал измерять правую руку Гарри, потом левую. Сначала расстояние от плеча до пальцев, затем расстояние от запястья до локтя, затем от плеча до пола, колена до подмышки, и еще зачем-то измерил окружность головы. — Внутри каждой палочки находится мощная магическая субстанция, мистер Поттер, — пояснял старичок, проводя свои измерения. — Это может быть шерсть единорога, перо из хвоста феникса или высушенное сердце дракона. Каждая палочка фирмы «Олливандер» индивидуальна, двух похожих не бывает, как не бывает двух абсолютно похожих единорогов, драконов или фениксов. И конечно, вы никогда не достигнете хороших результатов, если будет пользоваться чужой палочкой.  — Достаточно, — сказал он, и линейка упала на пол. — Что ж, мистер Поттер, для начала попробуем эту. Бук и жила дракона, девять дюймов. Попробуем. Гарри взмахнул. — Нет, не то! Давайте эту, клен и перо феникса, одиннадцать дюймов. Гарри взял палочку в руку и её тут же забрали. — Не то. Но уже ближе, эбен и шерсть единорога, десять дюймов. Гарри взял и сразу же что-то взорвал. — Однозначно не то! Эта, терновник и жила дракона, семь дюймов. — Не то! — хотя Гарри её только коснулся. Оливандер протягивал ему всё новые и новые палочки. Гарри их всё брал и брал, чего ждет мистер Оливандер было не совсем понятно, тетя Петуния уже ушла за остальными покупками, оставив с ним дядю, который тихо уселся в углу и принялся что-то читать. А хозяин лавки с каждой не подошедшей палочкой улыбался всё веселее, бегал активнее и дальше. Ему явно доставлял удовольствие сам процесс. — А вы необычный клиент, да мистер Поттер? Не волнуйтесь где-то здесь то, что вам надо. Попробуйте эту, остролист и перо феникса, одиннадцать дюймов. — Нет? Жаль, очень жаль, я думал, она выберет вас… Что ж попробуем эту. Красный дуб и перо феникса, двенадцать дюймов, легкая на подъем и чрезвычайно мощная. Как только Гарри взял в руки палочку он сразу понял, что искал мастер Оливандер. Эта палочка была родной. Оливандер посмотрел на Гарри и тихо проговорил: — А вы нас всех очень удивите, мистер Поттер. Крайне удивите. Буду ждать этого с нетерпением. Гарри заплатил за палочку семь галеонов, и уже на выходе Лана предложила уточнить, а как ухаживать за палочкой? — Простите, мистер Оливандер, а как ухаживать за палочкой? — Протирать по необходимости воском или растительным маслом сухим фетром или плюшем. Грязь удаляется простой влажной тряпочкой и нашатырным спиртом, если хотите есть брошюрка и набор по уходу. Стоимость галеон. А чехла не предусмотрено? Где её хранить? — Можно мне набор и брошюрку, а еще где её хранить? — Лучше всего в чехле, конечно же, но это рекомендовано тем, кто уже сработался с палочкой. Вам лучше просто держать её поближе к себе. Так быстрее привыкнете. — Спасибо, мистер Оливандер. — Я буду ждать, мистер Поттер. Во второй половине дня, когда всё было куплено, почтенное семейство сидело в кафе у Флориана Фортескью и с энтузиазмом поедало волшебное мороженое. Вещей у них было немного. Тетя, отправив Гарри за палочкой, зашла сначала за сумкой, потом уже они с Дадли пошли за учебниками и прочим. А сейчас, когда даже мантии покоились в недрах чемодана на колесиках, под стать магловским, все просто отдыхали. — Кстати, Гарри, а ты не хочешь себе сову? Кошку не предлагаю, их всегда можно попросить у миссис Фигг, жабу надо содержать в правильных условиях. А вот сова. Помню, у Лили она была, вечно ухала по ночам. Зато в доме не было ни мышей, ни крыс. — Можно конечно, только совы ведь ночные птицы, каково им летать при ярком свете днем? — Действительно, Петти, может тут есть кто-то еще? — А давайте посмотрим. В «Волшебном зверинце» всё было как в самом обычном зоомагазине. Тетя Петуния уже успела всё осмотреть, поговорить с продавцом и даже выбрать птичку для племянника.  — Итак, Гарри, кого ты выбираешь? Сову или Ворона? — А можно никого? — А как же ты будешь нам писать? — А как отправлять письма с помощью птиц? — в свою очередь спросил Гарри. Лана опять тихо похихикивала где-то в глубине его разума. — Я тебя научу, — заверила тетя и купила ворона. Лежа вечером в своей постели и переговариваясь с сестрой, Гарри думал, что это самый лучший день рождения за всю его жизнь.

***

Шесть лет промелькнули как один день, казалось, что только вчера вся семья провожала его на первый курс, а теперь уже шестой. Быстро. Лана стала более спокойной, уверенной в себе, настойчивой. Она нередко помогает ему разобраться с зельеварением, травологией и просит почитать ей книги о целительстве. Года через три она вполне уже сможет воплотиться полностью, а не в виде привидения, как сейчас. Гарри неплохо разбирается в чарах и нумерологии, которую выбрал в конце второго курса в пику Лане и Рону. Они отчего-то считали, что он не справится с нагрузкой. Это был единственный случай, когда они были согласны. Пусть даже один из них не знал о другом. Рон просто не нравился Лане, но она не давила на брата и не заставляла его выбирать. Брат и сестра одинаково преуспевали в ЗОТИ и обожали УЗМС. За эти шесть лет постоянных испытаний на прочность Гарри вытянулся и возмужал, он сам, по своей воле, хотя и не без совета со стороны, начал изучать дуэлинг и даже напросился на уроки к Флитвику и его факультету. Читал дополнительную литературу и иногда спорил с Гермионой на равных, что высоко ценилось всем факультетом. После событий на Турнире Поттер перестал доверять общественному мнению и оглядываться на него. Благодаря двум самым важным девушкам в его жизни он смог победить и даже вернулся живым с места возрождения Темного Лорда. Этот год наверняка будет гораздо хуже остальных, люди поняли, что Волан-де-морт вернулся и наверняка будут паниковать. Беспокоиться, суматошно пытаться что-то сделать и, конечно, выставят вперед детей. — А как же иначе, Гарри. Взрослым ведь есть что терять, они много знают и умеют, а мы так, дураки которым везет. — усталая ирония в голосе Ланы его не радовала. В отличие от него сестра иногда могла разглядеть будущее на уроках прорицания. И её интуиции следовало верить. — Что тебя тревожит? — Дамблдор. Он мутит воду. Готовит тебя к самопожертвованию, обрубает хвосты. — Хорошо, что мы порекомендовали Дурслям съехать на пару лет. — Не то слово. Еще и ритуал провели качественный. Может, я себя накручиваю? Зачем ему это? — Зачем не тот вопрос, Лан. Мы этого не узнаем до его смерти, только после, если найдем некроманта. Факт есть, ты правильно указала, за нами сжигают мосты. Но что мы с тобой можем? — Окопаться на Гриммо? Кричер нас любит. — И долго мы там будем сидеть? — Не хочу на него даже смотреть. Пойду, прогуляюсь. — Аккуратнее. Светлый призрак кивнул головой и растаял, Рон открыл дверь купе и обрадовался, — Гарри, наконец-то я тебя нашел! — Здравствуй, Рон, как лето? — Как и раньше, а ты почему к нам не приехал? — Сириус завещал мне дом, и я решил пожить там до конца лета, привести его в порядок, выкинуть старый хлам. — Опять убирался? — Рон посмотрел на Гарри как на душевнобольного. Уизли еще не скоро забудут, как на втором курсе, приехав на две недели каникул, Поттер сначала открыл от изумления рот, а потом, как-то незаметно, организовал всё семейство на уборку дома, приусадебного участка и огорода. Через неделю Нору было не узнать, а рыжие зареклись шутить над Гарри, тот умудрялся вывернуть всё так, что близнецы постоянно пропалывали целину без магии. Больше Гарри надолго в Нору не приезжал. С согласия обеих сторон, разумеется. — Ага. Что поделать, кто-то готов сутки напролет рассказывать о Краме… — Хватит-хватит, я понял. — Что ты понял, Рональд Биллиус Уизли? — строго вопросила Гермиона, заглядывая в купе. — Что я староста и мне пора на обход? — заискивающе пробормотал рыжий. — В точку. Даю пять минут форы, потом иду следом. — Уже ушел. Гермиона приветственно кивнула и дверь снова закрылась.

***

— Здравствуй, мой мальчик. Гарри посмотрел на Дамблдора, на Римуса, на других людей в кабинете директора. Потом снова на Дамблдора. Он уже хотел сказать что-то язвительно-негодующее, но, как и все последние три года, Лана приняла управление в свои руки. — Директор, я думал, вы мертвы! Вы упали с Астрономической башни! — Да, приземление было жестковатым, — улыбнулся в бороду директор. Гарри пылал и был готов выхватить палочку. Ежу понятно, что его не чай пригласили выпить. Разве что с добавкой в виде яда. Лана сдерживала его от необдуманных поступков. — Но вы живы? — Жив. — А Сириус? — А Бродяга мертв. Из-за тебя, темное отродье! — в Гарри полетел луч сектусемпры. Гарри отпрыгнул и взял палочку на изготовку. Будет трудно, но не впервой. Пожирателей убивал, Волан-де-морта убил и этих сможет. Толпа отхлынула. Дамблдор всё так же улыбался. — Что это значит и кто вы такие? — Видишь ли, мальчик мой, вся суть в том, что ты не Гарри Поттер. Настоящий Гарри Джеймс Поттер сейчас стоит рядом с профессором Люпином, позади него Джеймс и Лили Поттер.  — Вот это поворот.  — Ты знала? — Не была уверена, слишком мало осталось от прошлой личности. — Идеи есть? — Валить отсюда нафиг? — Куда. — В окно? — Сдурела? — Не-а. Но сначала давай их выслушаем. — Понятно. То есть я не Поттер. Хорошо. Тогда кто я? — Эдгар, фамилию, увы, не знаем. Твои родители крайне не хотели выдавать этот факт своей биографии. Но ты темный маг. А значит… — Своими поступками я искупил грехи рода, да, директор? — Верно, мой мальчик, а теперь опусти палочку, и давай поговорим. — Хорошо, мне зелье вечной кислоты в крайне хлипком флаконе тоже опустить или так договоримся? Специфическая склянка возникла во второй руке. — Поттер! — Да, профессор Снейп? — Откуда? — Сам сварил на досуге, с четвертого курса хожу с ней. — Северус? — Это действительно зелье класса ХХХХ. Этот цвет и консистенцию любой Мастер узнает. — Подтверждаю. Оп-па, Лили Мастер Зельеварения? — Хорошо, мой мальчик, и что же ты хочешь? — Директор? Выйти за пределы Хогвартса живым, целым и невредимым. — На тебе заклятье личины. — Снимите. — А вдруг ты захочешь кому-то что-то рассказать? — А вдруг я чуть сильнее сожму склянку? — Клятву Магией, что не расскажешь никому о том, что был Гарри Поттером. Не причинение вреда всем здесь присутствующим. — И как я по вашему это сделаю, не зная имени рода? Рон выпучил глаза, точно так же как и все его хогвартские знакомые. Только Сириусу и доверяла Лана, чтобы рассказать о нас и наших планах. Только Сириус нас и учил. Как мог, как умел, ломая собственную гордость и роясь в семейных хрониках вместе с нами, отыскивая следы наших предков и ответы на бесконечные вопросы. В конце четвертого курса, лежа в медпункте, мы услышали чужой разговор о том, что наши родители отнюдь не Джеймс и Лили. Беседовали Дамблдор и Макгонагл. Бывает. Мы из кожи вон лезли, чтобы за лето понять, кто наши предки. — Что будем делать? — Непреложный обет. — Кто второй? — Я, — встал Дамблдор. — Выталкивай меня. — Лана? — Я не способна на убийство. Оба знаем. Потому мне без разницы на обет, а вот ты можешь напасть. — Согласен. Действуй. И убираюсь в самые недра её светлого разума. — Клянешься ли ты, ныне носящий имя Гарри Джеймс Поттер, никоим образом не наносить вред всем присутствующим в этом помещении? — Клянусь, — легко отвечает Лана, а я на пробу задумываюсь об убийстве Дамблдора. План очень даже реальный и воплотить его ничего не стоит. Ноль реакции. Отлично. — Клянешься ли ты не сообщать никому, ни живому, ни мертвому, о том, что ты был Гарри Поттером, и обо всех событиях своей жизни, так или иначе связанных с этим именем? — Клянусь, — уверенно отвечает Лана, а я вижу, что в гробу она вертела такую жизнь как у нас. Что ни год, то чехарда и драки. Ни разу нормально не отучились. Зато можем читать мастер-классы по выживанию. — Клянешься ли ты никогда не разговаривать с любым из присутствующих в данной комнате по своей инициативе; общаться лишь тогда, когда он сам начнет с вами беседу? — Пошел к черту, — четко выговаривает Лана и капелька зелья падает на стол, — простите, я очень неловок. — Темное отребье! — рычит Джеймс и пытается напасть, но нельзя причинить вред заключающим договор. Его сносит к стене рядом с потайным входом. — Клянешься ли ты никогда не привлекать к себе внимания, — договорить старик не успевает, Лана демонстративно наклоняет пузырек. Такая вот у меня светлая сестра. — А давайте я вам текст надиктую, а, Светлейший? — и улыбается так приторно, приторно, я так не умею, — Клянешься ли ты, покинуть территорию Хогвартса не уничтожая замок с целью построить достойное надгробие для павших воинов. Замечательный вариант, не правда ли? — У тебя сил не хватит, — встревает Лили. — А зачем мне силы? Слово-пароль и сигнальная сеть в канализации сольет в водопровод семь флакончиков самых разных зелий. Вам разве не интересно узнать, что будет, если смешать Амортенцию и зелье для похудения из магловского журнала? — Темная тварь! — немного восхищенно тянет Снейп. Знает, что его змейки пострадают первыми. А потом Пуффендуй. Я вижу мысли Дамблдора в его глазах. Блеф — не блеф. Блеф — не блеф. А Лана ждет. И я жду. — Клянешься ли ты, покинуть территорию Хогвартса не уничтожая замок и не вредя его обитателям. — Клянусь, — Лана говорит это очень легко, а вижу её мысли. Понос — лучшее лекарство от всего на свете. М-да, такая сестренка стоит тысячи союзников. С нас снимают личину Поттера. Мы самостоятельно выходим из замка и, только касаясь травы, перемещаемся с помощью Кричера. Внешне это очень напоминает трансгрессию. На площади Гриммо я сразу закрываю особняк, переводя его на осадное положение. Допуск есть только у трех людей, но и их дальше каминного зала, открытого по такому поводу, никто не пустит. А теперь спать. Это был сумасшедший день.

***

Ему девять лет и однажды к нему в сон приходит солнечная леди. Она такая яркая и теплая, что Гарри невольно замирает. — Гарри? Её голос — голос его сестры. Эта девушка и есть его сестра? — Ау, мелкий, ты здесь? — Здесь, — смущаясь, отвечает мальчик. А девушка качает головой. — Хочешь посмотреть, что я нашла в твоей голове? — А можно? — Иначе бы не предлагала! — она смеется так заливисто и радостно, что Гарри впервые думает, а она вообще — нормальная? А потом вспоминает свою зажившую за сутки руку и слова тети, что он — Поттер — оказывается волшебник. Разве может быть у него обычная сестра? А Лана тем временем приводит его к странному мужчине, скованному у странной арки. — Это один из Чужаков, точнее часть его. Самая малая. Ты здесь главный, Гарри, и тебе решать, будет ли он жить или умрет. Я не имею права на тебя давить, Облако. Но прошу, если решишь его убить, позволь это сделать мне. Лишь раз убить разумного. Гарри смотрит на него и ему противно. Гадко. Тошно. А еще хочется проявить милосердие. — Разрешаю, сестра. — Спасибо, брат, — И всё озаряется бескомпромиссным светом. Он выжигает любую тьму, не разбирая. Но не трогает тень. Когда свет гаснет, в этом пространстве нет ни арки, ни пленника. Только сестра, улыбка которой немного иная, не такая безумная. Да и сама по себе она теперь ощущается иначе. Спокойней. Это хорошо. Это правильно. А где-то за сотню километров, в лесах Албании к душе Темного Лорда насильно возвращают потерянный по глупости кусок. Это его последний шанс выжить. Вот только глупая душа бездарно тратит светлый дар.