150 дней

      — Погода просто прекрасная, Джинни, — вслух произносит Юнги, одиноко стоя возле открытого окна.       Дождь нещадно бьёт по лицу, капли стекают на тонкую рубашку. Юн надел её минут 20 назад, придётся переодевать, ведь на работу в такой уже не поедешь. Он не помнит, завтракал сегодня или нет, но это и не так важно.       Юнги стоит с закрытыми глазами и, улыбаясь, представляет, как сзади него копошится Джин. Мин так живо окунается в воображение, что буквально слышит шебуршание одежды и тихую поступь своего парня.       — Я-я-я! Юнги! Живо закрой окно и оденься, мы сейчас же идём в парк, погода просто чудесная: ветра нет, дождь льёт! Я знаю отличное место возле пруда, там утки! Утки, Юнги, я сфотографирую тебя с утками!       Юнги улыбается шире и распахивает глаза. Его улыбка, как в замедленной съёмке, становится болезненной, а уголки глаз наполняются слезами.

***

      Чонгук не любит опаздывать, поэтому всегда приезжает за полчаса до начала рабочего дня, как и сегодня. Он паркуется на стоянке возле офиса. Там ещё нет машин, и в этом ничего удивительно: не каждый будет рваться на работу в полседьмого утра, да ещё и в такое дождливое утро, как сегодня.       Поднимаясь на лифте на седьмой этаж, он задумывается о песне, презентация которой отложена на неопределённый срок без причины.       «Или она всё же есть?» — Чон вспоминает звонок от продюссера Чан Рэма и вчерашний с ним разговор.       Дело в том, что уже прошла неделя, как продюсер сообщил об отложении презентации. Чонгук ясно помнит, что предупредил об этом Юнги, который сказал, что сам свяжется с продюсером.       Как оказалось, никакого сообщения или звонка Рэм не получал, что он вчера и сообщил лично Чонгуку. Лично, потому что Юнги ушёл домой раньше обычного, и Рэм с ним не пересёкся.       Ещё странным кажется то, что продюсер вообще ничего не знает о песне: ни на звания, ни темы. Он спрашивал об этом Чона (Юн вновь не брал трубку), но Чонгук ничего такого не знает.       «Стоп. Наброски, лежащие на столе Юнги, возможно, и есть будущая песня»       Лифт остановился вовремя, потому что Чона осенило прокрасться в кабинет Юнги и проверить свои догадки. Выбегая из лифта, он яро несётся к своему рабочему месту, скидывает пальто и ищет запасной ключ от кабинета Мина.       Обычно начальник приезжает без десяти семь, у Чона около пятнадцати минут, чтобы проверить одну из своих теорий. Наконец найдя ключ среди множества бумажек, сломанных карандашей и ручек, Чон почти вприпрыжку подходит к двери кабинета.       Он ощущает себя вором, и, постоянно оборачиваясь на лифт, Чон всё же открывает замок.       В кабинете полутьма, приятная глазу. Вполне различимые бумаги лежат на столе, и Чонгук бережно перелистывает каждый листочек.       «Какой корявый почерк, я раньше не замечал», — почти все листы перечёркнуты, где-то даже до дыр, но на последнем листке есть небольшое четверостишие.       «Хмм… «Я живу без тебя, окружённый тьмой…скорей спаси меня». Мне это не нравится», — заключает про себя Чон, аккуратно возвращая листы на стол и вновь бегло обегая его глазами, на секунду задерживаясь на милой фотографии Джина.       Чонгук спешно покидает кабинет и, садясь за свой стол, думает, что всё понял правильно. Презентации не будет, потому что презентовать нечего — песни нет, а название песни, как и тема, наверняка очень личная.       Потирая виски, Чон отвлекается на заработавший лифт.       Юнги выходит не спеша, его чёрное пальто растёгнуто, и тонкая рубашка под ним наталкивает Чона на мысль, что Юнги где-то купался, иначе бы она не была настолько мокрая. Чону кажется, что начальник сегодня бледнее обычного и даже его ярко выкрашенные волосы как будто потускнели.       — Здравствуйте, Юнги-ши, как себя чувствуете? — на одном выдохе, быстро, чётко и громко спрашивает Чон. Он никогда не обращался к начальнику с утра, тот всегда был хмурый и сам никогда не произносил приветствия.       Затормозив возле двери, Юнги медленно полуразвернулся к своему секретарю.       — Хорошо, — бесцветно и тихо произнёс Юнги, открывая дверь и скрываясь в недрах своего кабинета.       Чонгуку захотелось пойти за ним, на него с этим «хорошо» одним взглядом печальных глаз Юнги как будто вылили тонны человеческих страданий.

***

      Юнги, просидев весь день в своём кабинете и делая вид, что работает, немного забывается и выныривает из себя, когда к нему заходит Чон и напоминает, что настало время окончания рабочего дня.       Юн удивлённо вскидывает брови вверх и, смотря на часы, обнаруживает, что уже как 40 минут должен быть дома, в своей постельке, благодарит Чона, врёт, что заработался и не заметил время.       Тот в свою очередь отмечает, что листы лежат точно так же, как он их утром отставлял.       Одевшись, Юнги решает не идти на остановку и пройтись пешком, благо дождь немного успокоился. Уже выйдя из офиса, его окликает Чонгук:       — Юнги-ши, вас подвести? — робко, но громко спрашивает Чон.       — Нет, спасибо, я немного пройдусь, — Юнги видит, как Чон разочарованно кивает головой и садится в машину, про себя отмечая, что не припомнит к себе такого внимания от Чонгука раньше.       Погода Юнги благоволит, и он решает просто пройтись прямо. На одном из перекрёстков он понимает, что находится напротив места смерти Джина и впадает в ступор. Он гипнотизирует противоположную сторону дороги перед собой и неожиданно вспоминает, что не сделал сегодня фото.       Начиная бегать взглядом по припаркованным машинам и витринам, он не находит нужной цифры.       «Ну впрочем день ещё не закончился», — продолжая идти, Юн видит красивую вывеску.       «На бар похоже», — думает Юн, заходя внутрь.

***

      Сегодня крайне мало посетителей, и Намджун почти засыпая ходит по кофейне, изредка перекидываясь парой фраз с молоденькой милой девушкой.       Но вот и она, вся светящаяся, отвечает на звонок по телефону, и уже спешит на выход из кафе, оставляя Нама один на один с кофе и рассуждениями, что такая милая девушка, но, видимо, благодарить никто не научил.       С мрачным настроем Нам моет чашки и разбивает одну. Разочарованно стонущий Нам спешит убрать мусор, ведь именно в этот момент кому-то понадобилось зайти в кофе.       Быстро приведя в порядок рабочее место, Намджун поднимает взгляд и встречается с грустными глазами парня, который стоит посреди его кафе в мокром пальто.       — У вас крепче кофе ничего не будет? — неожиданно, с еле заметной хрипотцой спрашивает парень.       Джун немного зависает на волосах гостя, а после его вопроса, слыша знакомый голос, вспоминает, что где-то точно с ним встречался. Но вот где…       — Нет, извините, только кофе. Но у нас он очень вкусный и согревающий, вам бы сейчас как раз не помешал, — с еле заметной улыбкой проговорил Нам, замечая как гостя потряхивает от холода, — сделать?       — Да, пожалуй, можно. Но из кофе я знаю только сливочный латте, ни разу его не пил… — усаживаясь за ближайшим столиком, произносит мятно-волосый гость.       «Надо же, у меня это кофе всегда только один человек заказывал» — проносится в голове у Намджуна и он принимается за работу.       Пока Нам готовил кофе и изредка бросал взгляды на гостя, тот рассматривал меню.       Джун немного удивился, когда, читая одну из страниц, гость вдруг расплылся в странной улыбке, больше похожей на оскал, достал телефон и сфотографировал страницу.       Чуть позже Наму пришло сообщение на телефон, но он решил его прочесть потом, потому что он уже догадался, кто это может быть. Сообщения ему пишет только один номер, да и не сообщения это, а дурацкие фотографии.       «Наверное, сегодня какой-нибудь очередной текст или номер машины, сегодня это должно быть что-то с цифрой 140», — да, Намджун понял, что эти фотографии — некий счёт, только в обратном порядке, но что он значит известно только отправителю.       Кофе он сделал и, стараясь делать вид, что читает, посматривал на загадочного парня. Тот выглядел странно: бледный, осунувшийся и весь какой-то невзрачный, он часто зависал и не моргая смотрел в окно, иногда закрывал глаза и улыбался чему-то своему. Нам не знал, о чём вспоминает или думает парень, но эта улыбка — самое прекрасное, что когда-либо видел Джун.       Спустя час гость всё же допил свой кофе.       — Большое спасибо, это и вправду очень вкусный напиток, — слабо улыбаясь, гость попрощался и вышел из кофейни.       — Приходите ещё! — прокричал вслед Джун и увидел утвердительный кивок перед тем, как дверь закрылась.       Непонятно от чего, но настроение у Нама поднялось, весь окрылённый и улыбающийся, он прибрал за последним на сегодня гостем и засобирался домой.       Выключив свет и уже собравшись закрыть кофейню, Джун вспомнил про телефон, который остался в рабочей одежде, пришлось возвращаться.       Взяв телефон, Нам вспомнил про сообщение с неизвестного номера, открыв его Джун немного завис, ведь на фото был кусочек от меню его кофейни, где посередине фотографии красовалась цена за испанский мокко.       — Сто сорок, — вслух испуганным голосом прошептал Намджун.