Случайности не случайны
30 октября 2017 г., 23:15
Листва за окном, медленно кружась в воздухе, навевает необъятную и необъяснимую тоску.
Осень. Это время года, когда ничего не хочется. Обычная апатия достигает таких размеров, что простая мысль о существовании вызывает чувство, сравнимое с отвращением.
Юнги, выкуривая очередную сигарету в открытое окно, резко разворачивается и идёт в ванную, берёт бритву и начинает резать руки в хаотичном беспорядке. Молча. Нет слёз, нет криков, слышно только надорванное дыхание Юнги.
Через пару минут красное лезвие летит в угол ванной комнаты, а Юнги не разбирая начинает бить по зеркалу.
— Я с ума схожу без тебя. Всюду слышу и вижу тебя. Хватит. Я больше не могу так, не могу…. — тихо, на грани бреда шепчет Юнги, смотря на себя в множество осколков зеркала и сползая вниз по стене.
Он засыпает, свернувшись клубочком, в осколках стекла и каплях своей крови.
***
Чонгук не знает, почему так сильно волнуется за Юнги. По сути, они друг другу никто, просто начальник и подчинённый. И поэтому это достаточно странно. «Меня сегодня не будет. Отравился.» — Чон в сотый раз перечитывает сообщение Юнги и не верит. Не верит ни единому слову. Ему нужно приехать, посмотреть, увидеть, убедиться, что Юнги правда скрючившись лежит на своей кровати, держась за живот, на прикроватной тумбочке таблетки от боли и стакан с водой. И Чонгук честно пытается себе представить эту картину, но не выходит. Хотя если бы он знал, что нарисованная в его голове картинка не совсем отличается от действительности, то всё равно бы захотел убедиться.***
Юнги и правда лежал скрутившись, словно котёнок, но руки он держал не возле живота, а чуть поодаль от себя. Руки болели. На прикроватной тумбочке бинты, перекись и ножницы, измазанные кровью. Уснув вчера на холодном кафеле, он проснулся ночью от настойчивого звука прихода сообщения. Весь в своей крови. Первой мыслью было то, что он проспал и опоздал на работу, и Чонгук, как ответственный секретарь, решил напомнить об этом. Но достав телефон из кармана брюк, Юнги застыл. На телефоне высвечивалось имя Джина. Непослушные, местами влажные руки затряслись. В уголках глаз защипало. Не веря, улыбаясь, Юнги убирает блокировку и читает. Яркая вспышка злости, словно электрический разряд, не застаёт себя долго ждать. Какие-то идиоты отдали номер его любимого и дорогого Джини придурку. Юнги хочет написать гневную тираду, затем подать в суд на всех, кто причастен к этой афере, но сенсорные кнопки плохо слушают холодные и затвердевшие от крови пальцы. Он долго соображает, что делает в ванной, сидя на разбитом стекле и в застывшей крови. Поднявшись не с первого раза, с истерзанными руками и бледнее обычного он судорожно вспоминает, где в доме аптечка. «Нет, не так, не так это должно произойти, слишком глупо, слишком безобразно.» Пока он, еле передвигая ноги и слабо шевеля руками, распахивает дверцы шкафчиков, позади него, сцепив руки на груди, стоит Джин и наблюдает. Он часто так просто наблюдает за Юном в его воображении. Наконец найдя аптечку и как попало перевязав руки, Юн вспоминает о том, что фотография с очередной цифрой не сделана и решает просто написать её, но натыкается на пришедшее сообщение и зависает. Через пару минут он начинает нервно смеяться.***
Крутя телефон в руках, Нам снова думает о таинственном мятном незнакомце. Он почти уверен, что человек, присылающий странные фотографии, это мятный. «Надо бы с ним поговорить, когда придёт снова, пускай объяснит», — твёрдо решает Нам. Он в смятении смотрит на время: скоро день закончится, а фото всё нет. «Странно, может, он забыл? Или больше не будет присылать их?», — Намджун одёргивает себя, опять он слишком много думает об этом. — Всё это какой-то бред… — любопытство гложет, хочется узнать, к чему всё это. Подумав немного и взвесив всё, Нам решает написать. «А что я напишу ему? «Привет, где фотография?», ахаха, блин, может, это и не он…» — А к чёрту, — и разблокировав телефон, набирает сообщение незнакомцу. «Привет, не знаю, кто вы и зачем вы присылаете мне эти фотографии, но не могли бы объяснить это?» Перечитав сообщение несколько раз, Нам нажимает кнопку отправить и замирает. «Теперь точно не усну, а время уже второй час…» — тяжко вздохнув и поднявшись с нагретого места, он решает подождать ответ на кухне, надеясь, что ему ответят вразумительно и не придётся гадать и много думать. Но выпивая свежесваренный кофе и вздрагивая от оповещения о новом сообщении, он уже не читая, подсознательно понимает, что даже самый вразумительный ответ не спасёт его от множества мыслей и дум. Медленно и очень аккуратно Намджун ставит кружку с кофе на стол, смотрит на телефон и думает, что не хочет и хочет прочесть одновременно. Это очень странное ощущение, когда всё-таки любопытство слишком огромно. Нам берёт телефон, убирает пальцем блокировку и быстро открывает сообщение. Намджун пересматривает несколько раз в недоумении и, кажется, запутывается окончательно. Он не понимает ничего, кроме того, что этот незнакомец, похоже, не умеет читать, потому что ответа на свой вопрос или хотя бы даже намёка на, то что его сообщение понято, никакого. — Вот засранец… Нам откидывает телефон так и не заблокировав и надолго задумывается, смотря куда-то в пол. Незаблокированный телефон на столе показывает фотографию, точнее скриншот сообщения Намджуна. И в нём ничего примечательного нет, но время отправки 1:37 и эта та цифра, которая должна была быть на сегодняшнем фото.
