Поживешь, узнаешь

Вся сцена не заняла и пары минут, так что ни Стив, ни Наташа, ни даже Клинт не успели и слова вставить или среагировать как-либо иначе, прежде чем остались в зале втроем. Есть вещи, в которых даже отточенная множеством боевых заданий скорость реакции помочь не может. И сейчас был как раз такой случай. К тому же, не вставать ведь поперек пути, в конце концов. Ливень за окном вновь усилился и встал белесой стеной над ночным городом. Крупные капли шумно разбивались о покрытие террасы, поднимая частые брызги из быстро растущих луж. Холодный осенний воздух забрался в помещение сквозь открытую дверь, и теперь играл рассыпанными по полу, забытыми игровыми карточками. Оставшиеся в гостиной Мстители молча переглянулись. У каждого в мыслях роилась тьма предположений и версий, одна ярче и немыслимее другой. Стив, всё еще придерживающийся идеализированных представлений о жизненных ценностях, проявлял заметное беспокойство. Бартон, напротив, не испытывал ни малейшего расположения к своему бывшему похитителю и был взволнован лишь спонтанностью ситуации. Наташа внешне осталась холодна и спокойна. Может быть, где-то глубоко внутри она и разделяла чувства Роджерса, (старая обида уже несколько поблекла с течением времени), но, как профессионал высокого уровня, тщательно скрывала любые иррациональные порывы даже от самой себя — агент должен быть беспощаден к врагам, в каком бы положении тот не находился. Так ведь её учили, верно? Девушка повертела в руках книгу, которую так оставила лежать у себя на коленях, захваченная происходящим, будто видя её впервые, и отложила в сторону. Клинт, не глядя, плюхнулся в кресло, закинул ногу на ногу и задумчиво откинулся на спинку, почесав подбородок под потихоньку отрастающей щетиной. Единственным его комментарием, которого удостоилось пространство, были слова: — Ничего себе, поворот! Стив же, напротив, встал, подошел к окну и, сунув руки в карманы, задумчиво вгляделся в черноту неистовствующего неба. В тяжёлой, словно шелковой, тишине прошла несколько минут. Потом Роджерс, очнувшись, зябко повёл плечами и вздрогнул: Старк отдал команду открыть дверь, а не впустить внезапного гостя, так что та так и осталась открытой — электронный дворецкий был хорош, но временами все же не идеален. — Джарвис, закрой, пожалуйста, выход на посадочную площадку, — слегка хриплым от странной усталости голосом попросил капитан, удивляясь, как это раньше никто из них, или же он сам не сделали ничего подобного. В зале уже успело порядком похолотать. — Слушаюсь, сэр, — синтезированный голос прозвучал абсолютно бесстрастно, и мужчина даже невольно позавидовал его равнодушию и незаинтересованности. Стеклянная дверь бесшумно скользнула по колеям, прерывая, наконец, навязчивый свист холодного сквозняка. Роджерс глубоко вздохнул, подошёл к дивану и присел рядом с подругой, сложив пальцы в замок у себя на коленях. Романофф посмотрела на него с неким сожалением, а потом философски заметила: — Думаю, всё, так или иначе, разрешится благополучно, чтобы это ни значило. Но Стив только молча покачал головой. Тогда Наташа перевела взгляд на Клинта. Тот пожал плечами в ответ, тоже не сказав ни слова, на что девушка лишь вздохнула. — У нас, как всегда, ни дня без приключений! Был один спокойный вечер, и тот угробили, — ухмыльнулся Бартон. — Но знаете, это и правда было достаточно неожиданно, — высказал он, наконец, очевидную, общую на всех мысль. Многозначительное молчание можно было счесть за полное согласие. На некоторое время в гостиной снова воцарилась тишина. Невольно вспоминались детали успешно отраженного вторжения почти двухлетней давности. Отправив Тора с побежденным и плененным братом в Асгард, они посчитали свой долг выполненным, а инцидент более или менее исчерпанным. По крайней мере, если не считать разгребание всех последствий, во время которого многие поминали и Локи, и читаури, да и Тора заодно недобрым словом. Обдумывать же подобный вариант развития событий им как-то даже не приходило в голову. А теперь крепко задуматься стоило. Новые последствия случившегося, определенно, разойдутся в их мире, словно круги по воде. Но же там всё-таки случилось, в этом их божественном Асгарде? Что такое могло произойти из ряда вон выходящее, что Тор, прекрасно понимающий чувства своих друзей и их отношение к Локи, проволокой его прямиком в Башню, еще и в таком состоянии? Первым не выдержал молчания Бартон и, будучи натурой деятельной, стряхнул оцепенение, почти выпрыгнул из кресла и в задумчивости принялся наворачивать круги по периметру зала. Стив тоже поднялся, подошел к столу с забытой игрой, и, присев на корточки, принялся собирать рассыпанные карточки и осколки. Этот беспорядок был исправим, в отличие от, безусловно, грядущего в ближайшем будущем очередного хаоса, и ликвидировать его можно было незамедлительно. Да и бездействие смущало капитана не меньше. Наташа молча наблюдала за действиями приятелей, переводя взгляд с одного на другого. Но когда аккуратная стопка, наконец, с хрустом легла на стол, стрелок снова нарушил давящую тишину: — Ну, раз уж мы вышли из транса, — продолжая измерять периметр шагами, сказал он с долей показного легкомыслия в тоне, — не будем терять и так упущенное время и обрадуем Фьюри? — Я бы не торопился с этим — тихо, но твердо возразил Роджерс, поднимаясь и отряхивая абсолютно чистые брюки. — Ты о чем? — в глазах Бартона вспыхнуло удивление. — У нас тут опасный захватчик Земли, если ты подзабыл. Зачем медлить? Отрапортуем Фьюри, он разберется. — Во-первых, то, что мы тут видели, не слишком-то похоже на попытку захвата, — резонным тоном заметил Роджерс, отправив остатки стакана в мусорную корзину за стойкой бара. — А во-вторых, я думаю, на данный момент мы вполне можем сами справиться с ситуацией — нас ведь не зря объединили в команду. Кроме того, у меня есть повод для искренних сомнений в заинтересованности ЩИТа спасти этого, как ты выразился, инопланетного захватчика. Вера капитана в непогрешимость нынешнего начальства дала глубокую трещину примерно тогда, когда он обнаружил оружие ГИДРы на Гиликарриере. После того, как он узнал о приказе сбросить бомбу, появилась вторая, еще глубже. Он их залатал тогда, как мог, но не искоренил полностью и теперь свои опасения излагал привычно прямолинейно. Он был практически уверен, что некоторые вещи стоит держать от руководства до поры до времени если не в секрете, то хотя бы подальше. — Не очень уверен, что его стоит спасать, — в запале буркнул Бартон, однако тут же был вздернут возражением. — Ты забываешь основную цель ЩИТа, а, следовательно, и нашу: «защищать». А не уничтожать. — Нет, я-то как раз её не забываю. Защищать Землю от внешних угроз. — Но сейчас таковой нет. — Нет, так будет! — в отличие от Стива, Бартон начинал злиться и не очень-то потихоньку терять самообладание. — Хорошо, если рассуждать по-твоему, легче просто дать ему умереть. Тихо избавиться от врага человечества и получить бесценный материал для исследования. Клинт вздрогнул и широко распахнул глаза, пораженный холодным спокойствием, совершенно противоречащим сказанным словам. — Ты сейчас что, серьезно?! Потише, Стив, притормози-ка, — Бартон, почувствовав, что разговор теряет нить реальности, и сам остановился напротив, примирительно выставив перед собой ладони. — Нас с тобой, кажется, слегка занесло. Нито не говорит об уничтожении. Ни я, ни Фьюри, ни остальные, ведь, не животные, — окончание «по крайней мере, не настолько» агент благоразумно проглотил. — Нат?.. — обратился он за поддержкой к подруге, переведя на неё взгляд. Романофф не ответила, лишь отметила про себя некую ненадежность капитана из-за наличия у него собственного принципиального мнения в этических вопросах и отсутствие полной лояльности руководству. Но вовремя вспомнила, что, собственно, чем в этом хуже Бартон, который в свое время приказ убрать Черную Вдову добросовестно не выполнил. И не ей было жаловаться. — Я сейчас о тех, кто отдал тот приказ сбросить бомбу на город, — объяснил Роджерс уже более мягко. — Пойми, ЩИТ связан по рукам и ногам множеством обязательств. Получив информацию, им придется действовать, как бы не хотелось поступить иначе. — Ну, уж Фьюри и сам знает, что ему… — снова начал заводиться Бартон. — Я поддерживаю Стива, Клинт, — перебила его Наташа. — Да, на хладнокровное убийство беспомощного ЩИТ, вряд ли, способен, — протянула задумчиво она, — тем более, пока нет угрозы человечеству вообще и национальной безопасности в частности. Но кто знает, когда руководство решит её увидеть, — многозначительно добавила она после паузы. — Так что со звонком и я бы пока не торопилась. Мы — команда, принимаем решения сообща. Кто-то из нас может и не согласиться с идеей, принятой неполным составом. Например, Тор, — последнее девушка проговорила с расстановкой и нажимом, цепко глядя в глаза Клинту, когда тот уже открыл рот, чтобы возразить. Бартон не ответил, лишь чуть заметно нахмурился, недовольный тем, что Наташа указала ему пусть на сомнительный, но просчет — мнение представителя инопланетного государства с неизвестной боевой мощью он не учел. В подобных вещах агент Романофф была несколько рациональнее агента Бартона. — Не думаю, что он хотел бы, чтобы Локи причинили вред, тогда как он пришел за помощью. — Да уж, услуга, — буркнул Клинт себе под нос, но так, что слышно его было вполне хорошо. — Принести беспомощное существо в самое сборище его же врагов. Стив и Нат не отреагировали на эти слова, (сейчас Бартон чем-то походил на обиженного мальчишку, куторому разумная мать ставить палки в колеса, так что от него следовало ждать подобных комментариев). Отметив, что серьезных возражений всё же не следует, девушка продолжила: — Лично меня гораздо сильнее беспокоит не вопрос доклада начальству, а то, что Тор явился к нам с просьбой о помощи, прекрасно зная, что его брату здесь, мягко говоря, не рады. Клинт, ты знаешь, я всегда целиком и полностью готова на тебя положиться, но сейчас ты это очень ярко проиллюстрировал. Так что же у них случилось? — Локи сбежал, и его ранили в процессе поимки? — кисло предположил Бартон, к этому моменту снова севший в кресло. — Возможно. Но это объясняет лишь два факта: ранение и отсутствие явных признаков нахождения под арестом. — Его освободили за что-то, потом он совершил нечто, в процессе чего его ранили, — включился Роджерс. — А почему тогда не обратиться за помощью к своим? Почему Тор прибыл к нам? — Не может попасть обратно из-за неполадок с мостом или чем там они пользуются, — последовал незамедлительный ответ от капитана. — Но сюда ведь они как-то попали. Так что не похоже, — возразил Наташа. — Фактически, уверенно мы можем утверждать лишь следующее: по каким-то причинам Локи сильно пострадал, а Асгард не может принять его — нет пути технически, нет прощения, не известно — но, так или иначе, он… — Здесь его тоже не простили. — Прекрати, Клинт. Мы твою точку зрения уже поняли. Стив, — обратилась она к менее обозленному в этом вопросе собеседнику, — тогда он или пострадал не в Асгарде, или там что-то случилось. Кстати, Тор тоже выглядел довольно потрепанным. — Логично. Но большее я предположить сейчас не решусь. Данных маловато, строить гипотезы не на чем. — Вылитый Холмс, честное слово! — невесело хохотали Клинт. Он, кажется, уже потихоньку отходил. — Твоя правда, — Романофф со вздохом кивнула, адресуя это, однозначно, Стиву. Молчание снова затянулось, но никто будто не замечал напряжения, почти ощутимо давящего сверху. Не зная, какими словами разбавить тишину, друзья не решались заговорить. Но спустя несколько минут Наташа, наконец, прервала паузу. — Итак, ждем Беннера и Старка с новостями? — уточнила она. Бартон, сурово хмуря брови и сложив руки на груди, промолчал, зато ей ответил Роджерс: — Думаю, да. Там Тор, и, потенциально, Халк. Уверен, они не дадут развернуться ничему серьезному. На это девушка согласно кивнула, а потом, широко улыбнувшись, добавила: — Клинт, не скисай, — она подмигнула агенту. — Мы на связи. ЩИТ на связи. Все это, конечно, пахнет плохо, но пока ситуация терпит. Так что предлагаю поужинать, пока можем. Кто за? — За… — Поддерживаю. На этот раз дуэт у Клинта и Стива получился слаженный и горящий энтузиазмом — время обеда, и даже время полдника, давно миновало, а ситуация от них сейчас действительно практически не зависела. — Ну, вот и славно. Хоть на чем-то мы сошлись единогласно. В шесть рук они быстро накрыли на стол в общей условной кухне этажом ниже. Однако, кроме комментариев и фраз по ходу дела, касающихся банальных вещей, вроде «где соль?» и «ты будешь чай или кофе?», которыми перебрасываются за всеми столами мира, никто ничего больше не сказал. Принявшись, наконец, за дымящийся ужин все трое и вовсе закономерно замолчали. Нат могла бы это прокомментировать въевшейся когда-то в мозг поговоркой на русском о связи еды с разговором, но не стала — она давно старалась забыть, кем была когда-то. Да и непринужденный разговор вряд ли сейчас склеился бы, это чувствовал каждый из них. Все главные аргументы и доводы произнесены, и потому сейчас общество собственных размышлений казалось предпочтительнее. Вызванное недавним происшествием навязчивое беспокойство, немного разогнанное суетой вокруг ужина, вернулось, а вот первоначальное возбуждение спало, сменившись глухой тревогой. Стремительно покончив с едой, друзья, не сговариваясь, вместе вернулись в зал. Ждать. И искать. Пятна крови решили пока не трогать — до решения Беннера, главного в их команде специалиста по биологии — как потенциальную биологическую угрозу. Бартон вытащил свой ноутбук и окунулся в очевидные и скрытые поисковые сети, предположив, что, возможно, там получится найти что-то, относящееся к сегодняшнему событию. Стив сел в кресло и ненадолго прикрыл глаза, пытаясь снова окончательно расслабиться. Наташа взяла было книгу, но через несколько минут отложила в сторону — чтение шло тяжело и желаемого удовольствия не приносило. Мысли были заняты другим. Увы, личностью, увы, не самой приятной. И с какой стати она вдруг думала о нем? Молчание снова полностью завладело пространством, бескомпромиссно отсекая возможности завязать любой разговор. Время тянулось медленно, словно патока, само тиканье стрелок, еле уловимое человеческим ухом, будто растягивалось в давящей тишине. Её прерывало лишь редкое стремительное щелканье клавиш ноутбука. В сетях пока было так же относительно глухо.