Все хорошо

«Станцуй для меня сейчас.» - наконец раздался над ухом Жади глухой голос. Женщина замерла в крепких объятиях отца своей дочери, ее мысли заполошно заметались, споря друг с другом, как стая птиц, бьющихся за добычу: «Сейчас? Мы же еще не женаты… А когда тебя это останавливало? Но я прекрасно знаю, как Саид отреагирует на мой танец… А то что ты только что пообещала всегда поддерживать его уже ничего не стоит? Ты хочешь помощи от него, а когда ему нужна отдушина ты сомневаешься? Тогда наш брак может оказаться ловушкой для нас обоих… Ему плохо сейчас, а ты боишься за то, что будет дальше? Если завтра об этом станет известно, то ему придется отвечать на семейном совете за измену… А если он уйдет от тебя не получив поддержки, ему будет на семейном совете легче? Саид сильный он сможет… Сильному поддержка нужна больше чем слабому, потому что он о ней никогда не попросит!» Саид же, крепко прижав к себе любимую женщину, зарывшись лицом в ее волосы, молил Всевышнего: «О, Аллах, дай знак – пусть она согласится. Пусть подарит мне танец – я буду знать, что он только для меня, что никого другого сейчас нет в ее сердце… Тогда я смогу решить все вопросы. Клянусь, я не притронусь к ней даже после никяха до тех пор, пока она сама не пожелает меня. Я смогу. Помоги, о, Всевышний!» Женщина наконец тихонько шевельнулась. Мужчина мгновенно разжал руки. Он постарался придать своему лицу спокойное выражение, но грудь его высоко вздымалась при каждом вдохе, что выдавало напряженное ожидание. Женщина же напротив совершенно успокоилась, приняв решение. Она грациозно поднялась и протянула мужчине руку, открыто взглянув ему в глаза и ласково улыбаясь: «Пойдем.» Мужчина завороженно последовал за желанной женской фигуркой. И ни один из них не обернулся в сторону Хадижи и Айши изумленно взирающих на них, прикрывая ладошками рты. Буквально через пять минут из комнаты Жади разнеслось на весь дом: Zahma ya donia zahma ________________ Мир переполнен людьми Zahma w tahoo al habayeb _____________ И любимые друг друга теряют Zahma wala aadshi rahma ______________ Мир переполнен и беспощаден Moulid w sahbou ghayib ________________ Что за праздник без виновника? Agee min hena... (Zahma) ______________ Я ухожу отсюда Arouh hena... (Zahma) _________________ Я иду туда Hena aw hena... (Zahma) _______________ Хожу туда-сюда, нигде не могу приткнуться Zahma ya donia zahma _________________ Мир переполнен людьми Zahma w ana rayahlou _________________ Мир переполнен, и я иду к ней W ana fe west el zahaam _______________ И я внутри самой толпы Aayez ysmaa w aaolo __________________ Она хочет услышать меня, и я ей говорю Ma byewsalshi el kalaam _______________ Но она меня не слышит Саид сидел на кровати и упивался зрелищем танцующей Жади, легко уловившей его состояние. Она была в костюме с лифом густого коричневого цвета, прозрачной коричневой юбкой, с золотыми монистами на груди и поясом из золотых монет, издающими мелодичный звон. Ее платок цвета охры порхал, подчиняясь малейшему мановению рук. Именно в этом костюме Жади танцевала по просьбе Саида последний раз – тогда она выговаривала себе условия, сейчас же она дарила танец, не требуя ничего взамен. Эта разница была слишком хорошо понятна обоим. Если раньше Саид фиксировал в сознании строку «Но она меня не слышит», то сейчас самой важной для него была другая – «W beini w beino maaaad» (Мы должны встретиться). Сейчас танец дарил надежду на эту возможную встречу сердец в водовороте судеб. Чем дольше продолжался танец, тем сильнее наливался страстью мужчина. Однако, сжав в кулаке покрывало, он не сделал ни единого движения, лишь глаза все больше темнели, обострялись скулы, да напрягались ноздри… Когда смолкла последняя композиция на диске, Жади остановилась. Она тоже была распалена танцем и тем пожирающим взглядом, что мужчина ни на мгновение не отрывал от нее. Тяжело дыша женщина замерла, не произнося ни звука. Саид поднялся, подошел к любимой женщине и тихо произнес: «Спасибо. Мне это было очень важно. Я приду завтра.» - через мгновение его уже не было в комнате. Жади все еще смотрела на себя в зеркало, пытаясь осмыслить, что же сегодня изменилось в их отношениях, когда раздался короткий стук в дверь и, не дожидаясь ответа, в комнату матери скользнула Хадижа. Дочь быстро подбежала и обняла ее. - Мамочка, ты танцевала для папы? Ему понравилось? Ты же танцуешь лучше всех! Он всегда любил смотреть на тебя. - Хадижа, принцесса моя, об этом никто не должен знать. Я еще не жена твоего папы. Но завтра у него сложный день – это единственное, что я могла сделать для него, чтобы у папы было хорошее настроение, и чтобы он очень хотел прийти к нам с тобой снова... - А что произойдет завтра? – встревожилась Хадижа. - Рания потребовала созвать семейный совет. - Змея! Да сократит Аллах ее дни! - Не надо, девочка моя. Мы не будем скандалить ни с Ранией, ни с Зулейкой. У нас с тобой есть другое средство для борьбы с ними – улыбаясь, остановила дочь Жади. - Какое? Ты что-то придумала? - Нет, родная. И придумывать не собираюсь. Наше оружие – это любовь твоего папы. Если ему с нами будет лучше, чем с ними, то больше ничего делать не придется. Ему должно быть уютно, приятно и интересно именно в нашем доме – все остальное твой папа сделает сам. Поняла? - Поняла!!! - Пошли договариваться с Айшой – пока не состоялся наш никях никто даже случайно не должен узнать о том, что у нас происходит. А папа обещал завтра снова прийти к нам. Ни Жади, ни Хадижа не знали, как прошел семейный совет. Они не только не задали Саиду ни одного вопроса, но и вовсе вели себя будто ни о чем не знают. Как только Саид постучал в дверь дома, Хадижа моментально ее распахнула. Объятия дочери, веселая улыбка Жади, приветливое отношение Айши, накрытый стол, за который женщины явно не садились, ожидая его прихода, легкая приглушенная музыка, аромат цветов, смешивающийся с запахом благовоний – все это за пятнадцать минут позволило отбросить неприятные ощущения, шлейфом сопровождавшие Саида пока от шел от дома сида Асефа к дому Жади. Скользнула последняя мысль, подводящая черту: «Правильно я сделал. Восстановить брак с ними обеими я успею, но зато для каждой будет острастка. Теперь Жади окажется Первой женой, а Хадижа дочерью Первой жены. Пусть даже сами они об этом и не догадываются. Сейчас я ничем не рискую. С Жади мы заключили соглашение на благо дочери – это для нее очень важно. А дальше время покажет.» Закончился поздний обед, родители вместе с дочерью вышли на медину, Жади познакомила Саида с Салимом Халимом, Малихой Фахим, Саидом Шарифом, Али Хайямом и Маджидом Башра, объясняя какие контракты она для Зейна заключила с ними. Разумеется, столь опытный бизнесмен легко нашел темы для беседы с торговцами Феса. А вот что действительно поразило Жади, так это то, как свободно Саид Рашид обсуждал современные тенденции развития ювелирного дела с Саидом Шарифом. Как бы между делом отец Хадижи поинтересовался с работами каких ведущих ювелирных брендов знаком молодой мастер и выяснил, что тот целый год стажировался в парижском представительстве ювелирного Дома Маршака*. Жади показалось, что Саид с удовлетворением отметил этот факт. Когда они вечером после ужина остались наедине, Саид подтвердил догадку Жади, сказав, что это уже очень достойная рекомендация. Кроме того, есть возможность навести справки об этом мастере не через родственников и знакомых в Фесе, а поинтересоваться мнением руководителей ювелирного Дома Маршака. Саид был уверен, что через три-четыре дня он уже будет знать все что нужно о молодом человеке, как о специалисте. А то как Саид Шариф смотрит на Хадижу, когда считает, что это никто не замечает, вызывало довольную улыбку отца, гордящегося своей дочерью. Разумеется, он приложил все усилия, чтобы не демонстрировать своего пристального внимания. Хуже всех владела собой Хадижа – к моменту возвращения домой ее щеки цвели маковым цветом, а глаз она уже просто не поднимала. Поэтому девушка была просто счастлива тем, что отец вновь ушел в комнату матери и покинул дом, когда можно было сделать вид, что она уже спит. --------------- * Марша́к (фр. Marchak) - компания-производитель предметов роскоши и ювелирных изделий. Основана в 1878 году И. Маршаком. Главный офис компании расположен в Париже. Ювелирный дом Маршака имеет официальные представительства в США, Японии, Австралии, во Франции и России.