Аукцион

Экскурсия оказалась длинной, но интересной и познавательной. А уже спустя несколько дней Ичиго так обжился во дворце, что совершенно самостоятельно мотался по коридорам. Моментами ему становилось скучно и приходилось самостоятельно искать себе развлечения. Не всегда конечно эти развлечения заканчивались хорошо. Пару раз бывало, что набедокурил он отчаянно – то любимую вазу Повелителя расколотил, гоняясь за арранкаром, то любимое кимоно порвал. Мало того, что взял его без спросу, так еще и, напялив, носился по коридорам, и нечаянно зацепившись за что-то, порвал на самом видном месте. Но все разы, когда его за ухо приводили к Владыке Уэко Мундо, тот говорил, что сам накажет хулигана и выпроваживал всех за дверь. В первый раз Куросаки было подумал, что хозяин его на лапшу за такие фокусы покрошит. Но нет... обошлось, как бы ни было это все удивительно для Ичиго. Соуске – сама лишь пожурил его и попросил больше так не делать. Почувствовав безнаказанность, Рыжик и вовсе осмелел, правда, на что-то большее, чем мелкое хулиганство не замахивался. Спали они вместе. Правда, не в том смысле, о котором подумал бы всякий посторонний взрослый. Они просто спали в одной постели и не больше. Сперва временный шинигами старался держаться подальше от своего хозяина, но быстро сообразив, что никто его обижать не собирается, вскоре уже во всю по-хозяйски распоряжался и в кровати. То развалится почти на всю постель (благо она была у Повелителя Уэко Мундо большая), то почти все одеяло на себя перетащит. Удивительно, но хозяин, глядя на него, только посмеивался и качал головой, не предпринимая никаких ответных шагов. Дни шли за днями, и моментами Рыжик чувствовал себя так, словно находится дома. Даже еще лучше если признаться честно. Дома всегда доставалось за всякие мелочи и промахи, а тут – красота. Полная и тотальная безопасность и безнаказанность. Никто не указывает что делать. Живи и радуйся. Вот он и радовался. Он даже иногда позволял себе удовольствие подразнить и позлить Эспаду или там Тоусена, или Гина. А чем не развлечение? Он всегда выходил сухим из воды. Обычно в ответ на возмущение последних, Темный Повелитель, грозно сверкая глазами, утаскивал виновника переполоха за шкирку в свои апартаменты, но как только они оказывались одни отпускал и с какой-то безнадежностью в голосе спрашивал: - Ичиго, ну неужели ты не можешь оставить мою Эспаду и Канамэ с Ичимару в покое? Я и так тебе прощаю то, за что кому другому уже давно голову оторвал. Нельзя же так... Куросаки тут же делал честное и серьезное выражение лица и обещал: - Не сердись Ками, я исправлюсь! Вот увидишь! И все продолжалось по-прежнему, доводя Соуске-сама моментами до легкой депрессии. Но потом, он говорил себе, что в подчиненных нужно воспитывать стойкость и все продолжалось по-прежнему. Неизвестно, как долго все так бы и шло, пока однажды Ичиго не нанесли совершенно неожиданный визит. Ни что не предвещало случившегося. Он как обычно мчался на всех парусах по одному из коридоров Лас Ночес, когда все и произошло: неожиданно из-за угла появился Абараи и радостно сжал его в медвежьих объятиях. - Оу... Откуда ты здесь взялся? – удивленно спросил Куросаки. - Пришел, чтобы увидеть тебя. Я, наконец, разузнал, кто тебя купил и... Знакомый повелительный голос где-то рядом спросил безо всякого выражения: - И что здесь происходит? Что делает здесь этот шинигами? Ичиго перевел взгляд на Ренджи и обнаружил, что тот лежит распластанный по полу с очень сердитым выражением лица и пытается освободиться. Ну, Рыжик-то знал силу Повелителя Уэко Мундо и потому спокойно посоветовал: - Не дергайся. Все нормально, - а сам повернулся к Владыке Уэко Мундо и попросил: - Перестань психовать. Он просто пришел проведать меня. Никто ведь не знал, где я нахожусь, а лейтенант беспокоился обо мне и все это время искал. Так что отпусти его – он ведь не драться с вами явился. Он знает правила Аукциона, и я обещаю, что он будет вести себя прилично. Темный Повелитель внимательно выслушал Рыжика и на протяжении его речи выражение лица у него постепенно менялось. Сперва он был охвачен холодным гневом и пылал яростью, но уже под конец Ичиго почувствовал, как он смягчился. Лицо его стало каким-то печальным и... понимающим что ли? Он тяжело вздохнул и примирительно ответил: - Ладно. Я верю тебе. Пусть будет по-твоему, - он сделал незаметный жест и Ренджи снова обрел контроль над своим телом. Он подхватился на ноги, а Владыка Уэко Мундо на прощание сверкнув глазами, холодно бросил Абараи: - И не вздумай кому-то проговориться, что я тебя пощадил. Сотру в порошок. Я тебя просто не видел, - он резко ускорил шаги и пропал из виду. Приятель стоял и ошеломленно взирал на временного шинигами: - Глазам своим не верю. Что это вообще было? Он отпустил меня... – только и смог пробормотать он. Куросаки обнял Ренджи, а потом велел: - Ну, раз уж мы повидались, то тебе пора отсюда делать ноги. Как видишь у меня все нормально, причин для беспокойства нет. А вот переживать за тебя у меня нет никакого желания. Так что отправляйся к Вратам, через которые ты сюда проник и возвращайся обратно. Они расстались, и неугомонный Рыжик отправился искать Соуске-сама, чтобы поговорить о случившемся, сказать спасибо, что пощадил приятеля. Он нашел его в тронном зале, и хотел было войти, когда услышал разговор. Заглянув в щелочку Куросаки увидел Ичимару, который стоял рядом с троном и говорил: - Ками, ты сегодня в весьма мрачном расположении духа. Могу я узнать почему? И холодный, жестокий голос, совершенно не похожий на обычный голос Айзена-сама ответил: - Сегодня твой Ками провинился. Он сделал то, что обещал себе не делать никогда, а значит, мне придется себя наказать, чтобы больше неповадно было нарушать собственные правила.