Побег
6 ноября 2017 г., 12:25
Герберта разбудил какой-то резкий звук. Он поморгал, потянулся, разминая затекшее тело. Странно, с чего это его сморил сон? Должно быть, на замок было наложено усыпляющее заклятье. Рядом с собой вампир обнаружил бутылку с кровью. Стало быть, морить его голодом Джарет не собирается, это радует. Герберт выпил всё, без остатка, прямо из горлышка. И с новыми силами принялся за разгадку замка. Он надеялся, что камера Алиаса заперта проще. Иначе придется убивать охранника, а это сильно утяжелит их вину перед королем гоблинов.
Замок щелкнул и поддался. Герберт постоял несколько секунд, ожидая какой-нибудь подвох, потом осторожно толкнул дверь. Она бесшумно отворилась. Герберт прислушался, выглянул в коридор, на цыпочках перебежал к камере напротив. Сквозь решетку было видно, что Алиас спит, отвернувшись к стене. Будить его Герберт не стал, сразу занявшись замком. Проклятье! Эта дверь была заперта еще более надежно!
Сквозь сон Алиас расслышал шорох и повернулся на лавке. И чего Герберту не терпится? Так хочется отдохнуть еще хотя бы пару часов.
— У охранника есть ключ, — сказал он. — Но воздействовать на него я не могу — дверь зачарована.
— Я попробую застать его врасплох. — Герберт внимательно осмотрел длинный прямой коридор. Их камеры были последними. До входной двери — тяжелой, окованной железом — примерно метров тридцать. — Он наверняка слабее меня.
— Особо на это не рассчитывай. Гоблины хоть и низкорослые, но очень сильные и ловкие. А нам нужно обойтись без смертоубийства. Я тебя сейчас научу заклинанию оглушения. Запоминай.
— У меня не получится. Ты же сам говорил, кроме открывающей магии я ни на что не способен.
— У тебя нет другого выхода, Герберт, — с пугающим спокойствием ответил некромант. — За попытку побега Джарет всего лишь превратит тебя во что-нибудь неподвижное. Но если ты попытаешься убить гоблина, всполошится весь замок. И я не сомневаюсь, что в этом случае Джарет просто утопит тебя в болоте.
Герберт ничего не ответил, но снова присел на корточки возле двери. Алиас зевнул так, что челюсти заболели. Хоть бы Герберт подольше провозился с замком. Ужасно болела спина и плечи. Экзорцизм порядком измотал его. Да, пора на покой, пора…
Должно быть, он задремал и встрепенулся только от скрежета входной двери. Прозвучали бряцающие шаги гоблина, потом резкий стук, металлический шелест кольчуги, и мимо окошка промелькнул Герберт.
— Ты что натворил?! — Алиас подскочил к двери.
— Всё в порядке! — Вампир помахал связкой из пяти ключей. — Я его просто оглушил.
Он запер свою камеру, куда затащил незадачливого стражника, а потом выпустил некроманта.
— Заклинание ты так и не применил, — упрекнул его Алиас. Он заглянул в оконце и убедился, что гоблин в полном порядке. Уже пришёл в себя, но старательно притворяется оглушенным, а сам потихоньку пережевывает платок, которым наивный Герберт заткнул ему рот.
— Проще было спрыгнуть на него с потолка и приложить головой об пол. — Вампир отряхнул рукава рубашки. — И что теперь?
— Теперь мы выберемся из Лабиринта, забежим ко мне домой, ты переоденешься в более подходящую одежду, я возьму всё необходимое, и начнется настоящий побег, — Алиас говорил уже на ходу. — Кольцо для тебя раздобудем у троллей, а пока наденешь обруч-невидимку.
— Что я надену? — Глаза Герберта стали совсем круглыми.
— Увидишь, — туманно ответил некромант.
Они благополучно выбрались из Лабиринта, хотя Герберт и вздрагивал от каждого шороха. От стены Алиас перенес их сразу в свой дом, хотя и жаль было тратить не восстановленные до конца силы. Герберт поставил личный рекорд, переодевшись за пять минут. Алиас ждал его у выхода, покручивая на руке тонкий золотой обруч с яркой рубиновой звездочкой.
— Тебе пойдет. — Он надел необычное украшение на голову Герберту и повернул рубин.
— Меня действительно не видно? — недоверчиво спросил вампир.
— Видно, разумеется, он просто отводит от тебя глаза. В общем, сам поймешь. Пошли.
Алиас отворил дверь. Пахнуло холодом. Они вышли на горный перевал. Путешествие началось.
***
Все гоблины Лабиринта получили строгий наказ не мешать побегу.
— Это игра, — объяснил им Джарет, — но один из игроков воспринимает её всерьез, поэтому не мелькайте в зоне видимости.
И вот поди ты, нашлась новенькая гоблинка, которая не слышала распоряжения. Та самая, Лия. Подняла тревогу, разбудила Джарета. А он только-только заснул наконец.
— Убежали? — Джарет, не вылезая из постели, посмотрел на охранника в помятом шлеме, которого притащила с собой Лия. Тот радостно заухмылялся. — И скатертью им дорога. А теперь сгиньте с глаз моих!
— Но, п-повелитель, — Лия говорила с небольшой запинкой. — А как же…
— Тебя это не касается! — рявкнул Джарет. — Иди, займись своими делами. Я тебя к Хогглу приставил, так? И что он тебе велел? Обрезать розы? Вот и работай!
Лия послушно вышла. Надо же, из сумасшедшей девушки получилась вполне себе приличная гоблинка. Чересчур высокая, конечно. Превращать взрослых людей в гоблинов Джарет не любил. Не потому, что низкорослые подданные нравились ему гораздо больше. Просто дети легче переносили трансформацию и быстро забывали прежнюю жизнь. Правда, гоблины при этом до конца жизни сохраняли детские черты натуры, но это было даже забавно. Джарет хорошо помнил времена, когда гоблины были гораздо выше. И опаснее. Но войны в Подземелье выкосили тех, настоящих гоблинов.
Джарет закинул руки за голову и вытянулся под одеялом. Теперь эта Лия будет постоянно напоминать о его неудаче. Но сделанного не исправить.
«Мы всё равно будем вместе, Игрейна, — уже в полусне подумал Джарет. — Я своего добьюсь».
***
Лия (Игрейна даже в мыслях старалась называться теперь этим именем, чтобы не выдать себя) хищно пощелкала садовыми ножницами. Обрезать розы? Ну-ну. Сейчас от них одни пеньки останутся! Хоггл ее настроения не замечал. Карлик был в эйфории от того, что ночной магический шторм унес из Лабиринта всех фей.
— Обрежь вот эти два куста, — садовник показал на пышные заросли с синими цветами. — А потом те, что на площади. И на сегодня будешь свободна.
Он вприпрыжку уковылял куда-то за угол замка, а Лия осмотрела кусты роз. Цветы были красивые. Самые красивые из всех, что она видела за свою жизнь. И цвет необычный — такая глубокая синева, что хочется в них нырнуть. Жалко резать, цветы ведь ни в чём не виноваты. Лия принялась отсекать сухие ветки. Их тут же собирали маленькие гоблины — для растопки печей на кухне. Кусты разрослись пышно, так что только через два часа Лия закончила работу. Всё это время она пыталась придумать план мести, но вместо этого упорно вспоминался Джарет. Как он лежал в постели, бледный и уставший. А ведь она могла быть сейчас рядом с ним… Нет! Лия потрясла головой. Она справится с этой живучей любовью! Джарет слишком много на себя берёт. Думает, спел пару песенок, и довольно? Он не знает, что это такое — пройти через смерть! «Мы всегда будем вместе!..» Как бы не так!
Лия срезала одну розу и вплела ее себе в волосы.
— Может, и будем, — пробормотала она, — но только когда я это захочу.
— Ужин! — на крыльцо чёрного хода вышла повариха и со всей силы ударила в огромный бронзовый гонг.
— А ты молодец, аккуратная, — Хоггл забрал у Лии ножницы. — Беги в столовую.
Кормили у короля гоблинов отменно — вкусно и сытно. Лия наелась до отвала. Среди замковых гоблинов она была одна из самых рослых, но её не дразнили. Здесь вообще не принято было задевать девушек, как поняла Лия. И некоторые гоблинки вовсю этим пользовались. После ужина все разбрелись кто куда. Развлечения у гоблинов оказались разнообразные. Лия понаблюдала за играми, послушала музыку, полистала книжки с картинками. Когда почувствовала, что уже засыпает, побрела в комнатку под лестницей, которую ей выделили в личное пользование. Забравшись под лоскутное одеяло, Лия спохватилась, что так и не совершила сегодня ни одной пакости, просто рука не поднялась нарушать уютный мир гоблинов. Лия резко села, стукнувшись головой о низкий скошенный потолок. Неужели она попалась в ловушку? Она стала гоблином, а все гоблины верны Джарету!
«Я обязательно что-нибудь придумаю, — пообещала она себе. — Я всё равно ему отомщу».
