Под солнцем Подземелья (По ту сторону Тьмы - 1)

      — Алиас, откуда взялись в Подземелье люди? — Герберт закончил расчесывать волосы и теперь заплетал их в косу. — Я думал, здесь живут только фэйри. Некромант покусывал травинку, глядя на яркую звезду в щели между досками крыши. Они ночевали на сеновале в небольшом хуторе.       — В основном это полукровки, — он выплюнул травинку. — Но есть и такие, кто попал сюда случайно и не сумел выбраться. Раньше из Верхнего мира в Подземелье вело много дорог. Есть и те, кого фэйри похитили. Или их потомки. Иногда ещё встречаются бродяги — те, кто пришел из других миров. Вселенная ведь бесконечна.       — То есть, ад — это просто отдельный мир? — Герберт всерьез заинтересовался рассказом.       — Не совсем. Ад — это мир-паразит. Самостоятельно такие существовать не могут, вот и присасываются к более живым мирам. Когда магия в Верхнем мире ещё была сильна, фэйри платили демонам дань. Но потом королю эльфов Оберону удалось разрушить дорогу, связывающую Верхний мир и Преисподнюю. А когда фэйри переселились в Подземелье, демоны попытались прорваться сюда. Лучшие волшебники того времени собрались вместе и попытались поставить преграду между Подземельем и Преисподней, но что-то пошло не так, и возникла Тьма. Она еще опаснее демонов, хотя и мешает им проникать сюда.       — А другие миры?       — Я никогда в них не был. Из Верхнего мира на дороги не выйдешь, магии не хватит. А отсюда не выпускает Тьма. Я слышал рассказы, но что из них правда, а что вымысел — не знаю. Бродяги любят приврать. Из нынешних магов только Алан путешествовал по разным мирам в молодости. А сейчас те бродяги, кому посчастливилось пройти сквозь Тьму невредимыми, уже никуда отсюда не уходят. Разве что в Верхний мир, но там не всем нравится.       Герберт завязал шнурок в косе и лег рядом с Алиасом. Покрутился, приминая сено.       — Мне тоже здесь нравится. Вот только я устал бегать. Алиас, неужели нет такого места, где Дж… король гоблинов нас не найдет? Ториус называет тебя другом. Почему мы не остались у него?       — Ты же видел пещеры троллей. Сырые и холодные. Я в них жить не смогу, ты — тем более, — некромант покосился на Герберта. — Не переживай, через месяц у короля гоблинов день рождения. Обычно он в честь праздника прощает всех подданных, провинившихся перед ним. Главное, до этого не попасть к нему в руки, а то превращения у него по большей части необратимые.       — Ты об этом знал с самого начала?! — Герберт с возмущением уставился на него. — Так ради чего мы сбежали?       — Чтобы не сидеть два месяца в пыльных камерах и не умирать от скуки. Или тебе совсем не интересно повидать Подземелье?       Герберт заулыбался.       — Интересно, даже очень. Знаешь, я за этот месяц узнал больше, чем за всю жизнь. И столько всего произошло впервые! Я ведь даже не дрался по-настоящему ни разу до этого.       — Ты имеешь в виду драку с кельпи или вчерашнее безобразие в гномьем трактире? — хмыкнул Алиас.       — Они меня оскорбили! — вскинулся Герберт.       — Они приняли тебя за полукровку. Смесь человека с эльфом. Слово, которое употребил тот гном, не равнозначно человеческому «ублюдку».       Герберт надулся и отстранился от Алиаса.       — Всё равно. И вообще, я не понимаю, почему мы спустились с гор? Ты же сам говорил, что у троллей и гномов безопаснее, чем у эльфов.       Алиасу не понравился такой поворот разговора. Герберт был близок к разгадке происходящего.       — У троллей мы уже засветились. У гномов особо смотреть не на что, а в землях темных эльфов есть несколько мест, где я давно хотел побывать. Да, пока не забыл. Больше не надевай обруч. На эльфов отвод глаз не действует, напротив, может привлечь лишнее внимание. И не бойся, Арден мне должен, так что с его стороны нам ничего не грозит.       Алиас вовсе не был уверен в собственных словах, но Герберта его ответ успокоил. К владениям темных эльфов они шли уже неделю. От быстрого перехода Алиас, по здравому размышлению, отказался. Незачем демонстрировать Ардену повышенную заинтересованность в его магических источниках. К тому же, по дороге они миновали ещё пару мест выхода силы. К сожалению, на вампира они никакого влияния не оказали, так что Джарета порадовать было нечем.       Герберт вдруг тихо засмеялся.       — И на сеновале я еще ни разу не спал.       — Как ты умудрился? Замок графа рядом с деревней стоял.       — Ну и что? Лошадей мы не держали, сено не запасали. И граф мне ни за что не позволил бы такой mauvais ton.       — Это большое упущение, — Алиас придвинулся к нему. — Но ты хотя бы знаешь, что на сеновалах обычно не в одиночку спят?       Он пощекотал травинкой нос Герберта. Тот чихнул и по-девичьи захихикал.       — Неужели? Как интересно!       Алиас постепенно шалел от запаха душистых трав, от поцелуев, от смеющихся глаз Герберта и его гибкого тела. «Я слишком люблю его, — мелькнула тревожная мысль. — Однажды он увлечется каким-нибудь проходимцем, а я не смогу это стерпеть, и тогда…» Но в этот момент Герберт как раз простонал:       — Алиас, не останавливайся, пожалуйста!       И Драккони не додумал свою мысль.       ***       Возможность устроить Джарету новую пакость Лие представилась через неделю. На этот раз она действовала более рискованно. Гоблины притащили очередного ребенка. За ним спустя час прилетел на драконе брат — четырнадцатилетний полуэльф Кевин, твердо намеренный вернуть малыша, проклятого его сестрой. Джарет не ожидал такого поворота, но согласился дать Кевину шанс. Особо не заморачиваясь, король собрал самых опытных гоблинов и раздал им не слишком сложные задания. Одна из ролей досталась Хогглу. И вот тут-то вмешалась Лия. Прежней силы у неё уже не было, но умения остались. В древние времена скоге, в случае надобности, управляли пчелами, осами и кусачими феями. Пчел Лия жалела, фей пришлось бы слишком долго упрашивать, так что садовника цапнула оса — прямо в нос. Хоггл опух, у него ручьем потекли сопли и слезы, но идти к королю он боялся.       — Давай я тебя подменю. — Лия прямо-таки излучала сочувствие и готовность помочь. — Что нужно сделать?       — Довести Кевина до моста через болото, — невнятно прогундосил Хоггл. — За вами будет погоня. Нужно перебежать через мост, и обрушить его. А потом вывести Кевина к замку. Сможешь?       — А как обрушить мост?       — Это просто. — Хоггл достал из кармана замызганный блокнот и обгрызенный карандаш. Вырвал листок и написал на нем короткое заклинание. — Произносится мысленно. Для пущего эффекта сделай так, чтобы мост рушился за вами по пятам. Но если боишься, можно и потом, когда перебежите.       Рифмованные строчки были простенькие: «Падай мост за спиной всей своей шириной».       — Всё-таки нужно повелителю сказать… — Хоггл утерся уже насквозь промокшим платком.       — Я скажу, — пообещала Лия. И действительно сходила к Джарету, но тот, занятый наблюдением за первым этапом Испытания, выслушал не слишком внимательно.       — Ладно, иди ты, раз Хоггл расклеился. Но еще не факт, что этот полукровка доберется до моста.       Лия умчалась со всех ног. Каждая секунда рядом с Джаретом лишала её значительной доли решимости. Может, Кевин до моста и не дойдёт?       Он дошел. Лия притворилась, что покорена неземной красотой полуэльфа, и пообещала довести его до замка. Тут как раз подоспела погоня, состоящая из десятка громыхающих плохо подогнанными доспехами гоблинов. Лия схватила Кевина за руку и потащила за собой через мост. Заклинание сработало идеально и весьма эффектно. Она сама до дрожи перепугалась, что вот-вот окунется в невыносимое зловоние, когда мост рушился прямо у них за спиной. Но всё получилось как надо. Испытание закончилось вовремя, и Кевин отбыл, забрав самозабвенно орущего братишку, не желающего расставаться с так замечательно игравшими с ним гоблинами. Лия удостоилась похвалы Джарета и поощрения в виде коробки конфет, которыми она честно поделилась с Хогглом. Саму коробку с яркой картинкой Лия спрятала в своей каморке под кроватью, а потом ускользнула из замка и пробралась к стене, окружающей болото. Взобралась повыше, туда, где запах еще можно было терпеть, и затаилась, дожидаясь, когда Джарет придет восстанавливать мост. У нее не было уверенности, что пакость получится, но не попытаться означало окончательно сдаться.       Мост над болотом Вечной вони Джарет восстанавливал регулярно. Это была давно уже отработанная, рутинная магия. Творил ее король гоблинов, не задумываясь. Единственная сложность состояла в том, что колдовать приходилось, зависнув в воздухе над серединой болота. Обоняние себе на это время король гоблинов предусмотрительно притуплял до полного невосприятия запахов.       Когда новый мост утвердился на своем месте, Джарет с облегчением опустился на него и спокойно зашагал к берегу. А через секунду мост вместе с ним рухнул в пузырящуюся жижу. От неожиданности Джарет вдохнул полной грудью, разом ощутив всю вонючесть болота.       В течении минуты после происшествия Лабиринт словно вымер. Все его обитатели — от гоблинов до гусениц — попрятались кто куда. Крик ярости, изданный Джаретом, способен был даже у троллей вызвать судороги с последующим заиканием. Лия пробралась в замок по старому, полуразрушенному лазу. Забравшись с головой под одеяло, она уткнулась в подушку.       — Он предал тебя, дура! — бормотала она, кусая губы. — Он враг… Он тебя не любит… Ему всё — игра! Вот пусть и поймёт, каково это — когда с тобой играют!       Утешения помогали слабо.       ***       Способность связно рассуждать вернулась к Джарету спустя два часа и четыре ванны с особо душистыми смесями солей. Что, собственно, произошло? Он допустил ошибку в заклинании? Исключено. Происки врагов? В Лабиринте завелся предатель? Маловероятно. Кто-то из гоблинов затаил злобу на своего короля? Джарет вспомнил происшествие недельной давности с леской и ведром. Однако Унг был вне подозрений в силу своей окаменелости. А тайну моста знали все гоблины, и любой мог обрушить его. Устраивать допрос всем подряд? Этот вариант Джарет отмел. Гоблинов слишком много, у него просто терпения не хватит. И тут его осенило. Конфеты правды! Это изобретение он испытал всего раз, но результат тогда превзошел все ожидания. Гоблины обожают сладкое, ни один из них и не подумает отказаться от десерта в виде шоколадки. А затем вредитель сам явится каяться в грехах.       Приняв решение, король гоблинов снова занялся собой. Сидя перед зеркалом, он долго приводил в порядок волосы, еще дольше восстанавливал маникюр. Когда поймает этого гаденыша, своим руками утопит в болоте. Потом откачает и еще раз утопит. И так раз пять! Но это завтра. Этим вечером у него было другое дело. Джарет придирчиво осмотрел себя, словно отправлялся на свидание. В каком-то смысле так оно и было, хотя он не знал, может ли Игрейна его видеть или слышать. Но всё равно трижды в неделю приходил на то место, где скоге забрал Лабиринт, и пел для нее. Джарет повертел в пальцах заколку, воткнул ее в волосы, и вышел прямо из окна замка.       В этот раз Лия едва не опоздала. Слишком боялась, что король гоблинов заметит её в притихшем Лабиринте. К своему потайном месту за стеной она кралась в три раза медленнее, чем обычно. Джарет уже пел. Лия притаилась в полуразрушенной беседке, полностью заросшей шиповником и хмелем. Зачем она приходит сюда, Лия не очень понимала. Ведь она больше не любит Джарета! Ну конечно не любит, разве можно любить предателя? Но его голос завораживал. От него на душе становилось легко и горько. На этот раз Джарет пел старинную шотландскую балладу о мертвом женихе.       О, сжалься, сжалься надо мной,       О, сжалься,       Пощади.       От клятвы верности меня       Навек освободи!       — Ты клятву верности мне дал,       Мой Вилли, не одну.       Но поцелуй в последний раз,       И клятву я верну.       — Мое дыханье тяжело,       И горек бледный рот.       Кого губами я коснусь,       Тот дня не проживет…       Лия обняла себя за плечи и уткнулась носом в колени. Глупости всё это. Не бывает такой любви. И она вовсе не плачет. Это просто пыльца в глаза попала.       ***       Перстень Ардена сработал исправно - пограничный дозор темных эльфов пропустил путешественников без лишних вопросов. Но пристальное внимание к себе Алиас почуял сразу, как только они вошли в эльфийские пределы. Кожа зудела, тянуло оглянуться, обыскать кусты по сторонам лесной дороги, найти соглядатая и успокоить его навеки. Но некромант прекрасно знал, что никого не найдет. За ними следил сам лес.       — Не сходи с тропы, — предупредил он Герберта. — И не вздумай здесь охотиться. Вампир его удивил. Он оглядывался вокруг с не меньшей настороженностью, чем сам некромант.       — У этих деревьев словно глаза есть! — Герберт передернул плечами.       — И не только у деревьев, — ответил Алиас.       — А другой дороги нет?       — Эта самая короткая. Часа через три дойдем до поселка. Там передохнем и двинемся дальше. И помолчи, пожалуйста.       В лесу царила давящая тишина. Долго ее Герберт не выдержал.       — Я давно хотел тебя спросить, — начал он. — А король гоблинов, он кто?       — Ты нашел самое неподходящее время для расспросов. — Алиас вслушался в тишину. — Впрочем, это ни для кого в Подземелье не тайна. Он наполовину эльф, наполовину гоблин. Младший брат лорда Алана по отцу.       — Как это возможно? — Герберт озадаченно прищурился. — То есть, гоблины, они же мелкие и уродливые, а Дж… король совсем не такой.       — Раньше гоблины были более рослыми, — объяснил Алиас. — Особенно те, кто королевского рода. Мать Джарета я уже не застал, но видел портреты. Она была королевой гоблинов и очень могущественной волшебницей. В хрониках эльфов говорится, что она обманом добилась любви Оберона. В летописях гоблинов эта история представлена иначе. Но как бы то ни было, в итоге родился Джарет.       Герберт испуганно дернулся.       — Не волнуйся, здесь он нас не услышит. Кстати, он только кажется высоким, на самом деле Джарет среднего роста.       Алиас подождал, но больше вопросов не последовало. Герберт получил пищу для размышлений и молчал, пока они не вышли на большую поляну. При виде эльфийского поселка вампир ахнул.       — Да, красиво, — улыбнулся Алиас.       Дома эльфов были похожи на деревья — узкие внизу, наверху они разветвлялись на отдельные башенки, густо обсаженные зеленью. Алиас уверенно направился к трактиру. Похоже, иноземные гости в здешних краях были нередким явлением. Зал не был переполнен, но и не пустовал. В основном здесь сидели эльфы — темные и светлые — и гномы из числа торговцев и бродячих ремесленников.       Алиас выбрал столик у стены, придирчиво изучил свиток с меню. Приподнял бровь, обнаружив в перечне напитков кровь. Любопытные здесь бывают посетители. «Ты уже отошел от дел», — напомнил он себе и сделал заказ подошедшему официанту.       — Чью именно кровь? — без малейшего удивления уточнил тот. Полукровка, как и большинство слуг в эльфийских землях.       — Есть выбор? — оживился Герберт.       — Свиную, — быстро ответил Алиас. Официант поклонился ему и поспешил в сторону кухни.       Герберт надул губы.       — А мне, может…       — Не может, — отрезал Алиас. Он по-прежнему чувствовал чье-то пристальное внимание. И это ему очень не нравилось. — Пей и пойдем дальше.       Сам он ограничился яичницей и компотом. Герберт с любопытством разглядывал посетителей в зале. Столько эльфов разом ему еще не доводилось видеть. Теперь он понял, почему гномы принимали его за полукровку. Светлые волосы у эльфов преобладали. Хотя в основном не прямые, а вьющиеся. Герберт даже позавидовал. Интересно, ему пойдут локоны?       Трактир он покинул неохотно. Опять брести по хищному лесу неизвестно куда… Алиас почему-то не сказал, какие именно достопримечательности ему хочется посмотреть в землях темных эльфов.       Некромант шел, стараясь не убыстрять шага. Интуиция уже вопила о близкой опасности. Очень близкой. Уже буквально за поворотом дороги…       — Какая неожиданная, но безусловно приятная встреча, господин Драккони!       Арден лучезарно улыбнулся. Герберт едва слышно ахнул. Распущенные волосы короля эльфов скреплял венец из древесных веток. Голых, зимних, покрытых серебряным инеем. В сочетании с вечным летом вокруг это производило особо волшебное впечатление. Белоснежный конь под Арденом нетерпеливо переступил тонкими ногами. Зазвенели серебряные бубенцы. Неподалеку на тропе виднелись еще четверо всадников.       — Счастлив приветствовать вас, милорд. — Алиас склонил голову. — Безмерно польщен вашим вниманием.       — А это и есть Герберт? — Арден поманил вампира. — Подойди, не бойся.       Герберт нерешительно глянул на Алиаса. Некромант едва заметно кивнул. Герберт опасливо приблизился к королю эльфов.       — Надо же, ты совсем не похож на отца… Ах да, он же тебе не родной.       Арден приподнял подбородок Герберта, всмотрелся в глаза. Вампиру стало холодно, захотелось исчезнуть, забиться в нору, зажмуриться хотя бы! Арден негромко рассмеялся и отпустил его.       — Герберт, тебе известно, что ты унаследовал титул графа фон Кролока?       — Да, ваше величество, — вампир поклонился, радуясь, что может опустить глаза.       — Возьми. — Арден протянул ему свиток, перевязанный лентой. — Это документы на владение замком, который твой отец купил здесь. Теперь замок твой.       — Благодарю вас. — Герберт взял бумаги и отступил к Драккони.       — Могу я чем-то помочь тебе, Алиас? — Арден перевел взгляд на некроманта. — Какое дело привело тебя в мои владения?       — Я ведь уже говорил вам, милорд, что отошел от дел. — Драккони улыбнулся, заметив тень недовольства, промелькнувшую в глазах короля. — Теперь, на досуге, я наконец-то могу позволить себе путешествие по Подземелью. Давно мечтал совершить паломничество по местам силы.       — Ах вот как? — Арден слегка приподнял брови. — Что ж, у меня нет причин препятствовать тебе. Я даже предоставлю вам проводника. Леса в моих владениях небезопасны, а я не хочу, чтобы с тобой приключилось что-нибудь плохое.       Алиас молча поклонился. Возможности отказаться от навязанного проводника он не видел. Арден повернул голову. Один из эльфов соскочил с коня.       — Познакомьтесь, господа, это Джулиан, лучший знаток здешних лесов. Он покажет вам все достопримечательности, какие вы пожелаете увидеть. А я вынужден вас покинуть, дела не ждут, — Арден кивнул Драккони, улыбнулся Герберту и развернул коня. Свита пропустила короля и повернула за ним. Уже через несколько секунд лес поглотил всадников, и даже топот копыт стал не слышен.       — Счастлив знакомству с вами, господин маг, и с вами, граф, — Джулиан приветливо улыбнулся. — Что вы желаете осмотреть в первую очередь?       Алиас окинул его внимательным взглядом. Волосы каштановые, как у большинства темных эльфов, но глаза не янтарные, а изумрудные. Незаконнорожденный сын короля? Вполне возможно.       — Я планировал посетить три магических источника, питающих силой вашу землю, — честно ответил Алиас. В конце-концов, ничего преступного в его желании не было. — Это возможно?       — Разумеется! — Джулиан снова улыбнулся. Блеснули жемчужные зубы. — Это займет примерно недели две, если путешествовать пешком.       — А поскорее нельзя? Мне бы хотелось уложиться в неделю.       — Можно, но тогда вам придется двигаться почти без отдыха.       — Ничего страшного. — Алиас проигнорировал стон Герберта. — Это паломничество, а не увеселительное путешествие.       — В таком случае, прошу следовать за мной, и не отставайте, молю вас, — Джулиан свернул с лесной дороги на едва заметную тропу.       Алиас взял Герберта за руку и шагнул следом. Через несколько шагов вампир обернулся, но дороги уже не увидел, лишь сплошную стену деревьев. Ему стало жутко.       ***       Чтобы не захлебнуться в волнах раскаяния, Джарет начал с замковых слуг. Получив на завтрак конфеты правды, к обеду они все испытали непреодолимое желание покаяться перед королем. По большей части их грехи были не страшнее украденного на кухне пирога или разбитой вазы, но Джарет терпеливо выслушивал каждого. Лия заподозрила неладное не сразу. Конфету она взяла с собой, чтобы съесть попозже. В этот день ей предстояло засеять семенами новую клумбу перед замком. Закончив работу, она достала из кармана передника конфету, хотела развернуть, но тут мимо пробежал рыдающий Хоггл.       — Что с тобой? — Лия ухватила садовника за руку.       — Как я мог? Как я мог? — Он шумно высморкался и опрометью кинулся в замок.       Карлика обогнали еще две всхлипывающие гоблинки. Это уже становилось интересным. Лия пошла следом за ними. У тронного зала выстроилась небольшая очередь из стенающих гоблинов. Лия послушала, удивленно пожала плечами и вернулась к клумбе. Присела на лавочку и задумалась. Что это за эпидемия раскаяния? Неужели Джарет применил какое-то колдовство, чтобы узнать, кто виновен во вчерашнем происшествии? Но почему тогда она не испытывает ни малейшего желания признаваться? Лия рассеянно достала конфету, сунула в рот и вдруг уловила знакомый аромат. Таким же тянуло от Хоггла и от всех гоблинов в очереди. Лия выплюнула конфету. А вот шиш тебе, твоё величество!       Лия закопала заколдованное лакомство поглубже в рыхлую землю клумбы и, довольная собой, пошла готовить очередную ловушку. Три дня назад она заметила на внешней стене Лабиринта чудом уцелевшее гнездо фей. Напевая успокаивающую песенку, Лия сняла гнездо, отнесла к тому месту, куда трижды в неделю приходит Джарет, и спрятала в гуще шиповника. Через пару дней рой покинет гнездо. Она постарается, чтобы это случилось в тот вечер, когда Джарет будет здесь. Лия вздохнула. Она должна отомстить и отомстит. Докажет Джарету, что он не единоличный хозяин в Лабиринте. А потом… Потом всё будет по-другому.