Под солнцем Подземелья (По ту сторону Тьмы - 1)

      — Доброго тебе дня, Арден. Как здоровье?       — Благодарю, не жалуюсь. Что тебе нужно, Алан? — король темных эльфов смял в себе желание шандарахнуть зеркалом об пол.       — Хочу узнать, что ищет Алиас Драккони в твоих землях?       — Ничего. Он совершает паломничество к магическим источникам.       — И ты поверил в эту легенду? — Алан изогнул бровь. Его изображение в зеркале было не слишком четким. Определить, где сейчас находится владыка Лесного края, не представлялось возможным.       — Как ни странно, да. До этого он обошел источники в землях Ториуса и даже посетил пару мест у гномов.       — А Герберт с ним зачем?       Арден улыбнулся.       — Для приятного времяпрепровождения во время ночевок, полагаю.       — Неужели? — Алан прищурился. — Ты видел вблизи этого мальчишку?       — Видел, конечно. — Арден сел в кресло, пристроив зеркало на столике между вазой с фруктами и графином вина. — Собственной силы в нем кот наплакал. Источники он не чует. Возможно, именно это и хочет проверить Драккони — реакцию своего… хм-м… ученика на места силы.       Глаза Алана опасно блеснули.       — Как полагаешь, насколько хватит Герберта, если ему придется творить действительно серьезную магию?       — Без поддержки чужой силой? Он с одного раза надорвется.       — Согласен. А с поддержкой?       — Как это сделала скоге, не повторит никто. Возможно, сила Лабиринта и напитает Герберта, но лишь однажды.       — Приятно, что мы сошлись в прогнозах. Но согласись, не хотелось бы допускать даже одного раза, мало ли что Джарет захочет открыть.       Арден задумался. Его темные брови сошлись к переносице.       — Я связан словом, — неохотно признался он. — Правда, обещание я дал Драккони, но он сейчас от Герберта не отходит.       — Ты знаком c биографией Алиаса?       — Никогда не интересовался.       — Напрасно. О магах такого уровня нужно знать всё, что только можно. До переселения в Подземелье у него была весьма бурная личная жизнь. И если бы не его способности, наш дорогой некромант уже давно бы закончил свои дни на плахе.       — Я понял, на что ты намекаешь, — медленно произнес Арден, — Но в Подземелье он ни в чем подобном замечен не был.       — Нельзя практиковать некромантию и при этом измениться в лучшую сторону, Арден.       Король темных эльфов усмехнулся.       — Убийство из ревности — это так романтично. А на случай, если Алиас всё же проявит излишнее мягкосердечие, я поговорю с Селаром. Он, насколько мне известно, не давал слова ни Джарету, ни Драккони.       ***       Алиас не желал останавливаться на ночлег в замке фон Кролока. Однако их паломничество уже подходило к концу, и Герберт горел желанием посмотреть на свое наследство. Тем более, что Джулиан намекнул, что от последнего источника до замка рукой подать и было бы обидно не воспользоваться случаем отдохнуть после утомительного пути.       Неладное Алиас заподозрил, ещё когда Арден передал Герберту права на замок. И подозрения его ожили с новой силой, когда они вошли в просторный холл. Отполированное дерево, затянутые набивным шелком стены, сияющий паркет… Только что запаха краски не ощущалось, но и так было ясно — ремонт закончили буквально на днях. То есть, уже после гибели графа. В спальнях всё было подготовлено к приходу гостей. Даже новая одежда подходящего размера висела в шкафах.       Герберт немедленно переоделся в золотисто-коричневую рубашку с кружевами и зеленый камзол с прорезным растительным узором по эльфийской моде. Джулиан рассыпался в комплиментах. Они с Гербертом обежали весь замок, восхищаясь так бурно, что Алиасу стало совсем тошно. Следовало до побега объяснить Герберту его правовое положение в Подземелье, тогда бы он не поверил так легко в это «наследство». Впрочем, еще не поздно.       — Я взял на себя смелость распорядиться об ужине, — Джулиан возник на пороге спальни, которую выбрал для себя Алиас. — Его уже доставили. Вы пожелаете спуститься в столовую, господин Драккони, или отужинаете здесь?       — Здесь, — Алиас зевнул. — Я, признаться, устал. А завтра хотелось бы с раннего утра отправиться домой.       — Как вам будет угодно, — Джулиан поклонился.       Показалось, или в его глазах мелькнула радость? Алиас придирчиво изучил принесенную еду. С удивлением обнаружил полное отсутствие вредоносных примесей. Неужели он ошибается в своих подозрениях? Алиас отодвинул опустевшие тарелки, глотнул вина и улегся в постель, не раздеваясь. Притворяться он умел в совершенстве. Заглянувший к нему через полчаса Джулиан ни в малейшей степени не усомнился, что маг заснул.       Эльф вернулся в столовую, где Герберт сидел у горящего камина с бокалом крови в руках.       — Твой мастер спит, — Джулиан остановился в дверях. Зеленые глаза его неотрывно смотрели на вампира.       Герберт чуть приподнял бровь.       — Что с тобой?       — Просто любуюсь, — Джулиан медленно, шаг за шагом, приближался к нему. — Жаль, что это последний вечер, когда я тебя вижу. Ведь ты не останешься здесь, да? Отец зря старался, украшая замок?       Герберт польщёно улыбнулся. Джулиан не демонстрировал открыто свою симпатию, но за неделю достаточно ясно дал понять, что влюбился. И это льстило. Как и более вещественные знаки внимания. Кровь, к примеру, в бокале была человеческая. Она опьяняла с отвычки.       — Возможно, я еще вернусь.       — Ты граф, Герберт, это твой замок. Оставайся, — Джулиан присел перед креслом, глядя на Герберта снизу вверх. — Роль ученика не для тебя, даже при великом маге. Неужели не надоело, что тобой помыкают? Отец меня любит, он и тебя примет к своему двору. Молю, останься со мной!       Тонкая рука легла на колено вампира. Герберт не спеша допил кровь и накрыл руку Джулиана своей.       — Ты играешь с огнем, дружок, — промурлыкал он.       Джулиан засмеялся и змеиным движением скользнул на колени Герберта.       — Так сожги меня, граф.       ***       Алиас выждал десять минут. Бесшумно поднялся и вышел в коридор. Лестница, ведущая вниз, была покрыта ковром, скрадывающим шаги. Он спускался не спеша, прислушиваясь к характерным звукам, доносившимся из столовой. На середине лестницы Алиас остановился, прислонился к перилам и несколько раз глубоко вздохнул. Пальцы сжали рукоять кинжала, с которым он не расставался в этом путешествии. Нет, именно этого от него и ждут. Не стоит радовать короля эльфов своей предсказуемостью.       Столовая была освещена лишь догорающим в камине пламенем. По стенам извивались тени.       — Прошу прощения, что помешал, граф, — с ледяной иронией произнес Алиас. — Но планы изменились.       Джулиан испуганно оглянулся и вскочил с колен Герберта. Вампир сжался в кресле, судорожно стянув у горла расстегнутую рубашку.       — Джулиан, передай его величеству мою благодарность. — Алиас вежливо наклонил голову. — Его гостеприимство выше всяческих похвал. Но увы, нам пора покинуть его владения.       — Прямо сейчас? — растерянно пролепетал Джулиан, поправляя смятую одежду. — Но…       — Увы, как мне ни жаль. И поскольку граница буквально в двух шагах, не смею больше тебя задерживать. В услугах проводника я более не нуждаюсь. Насколько я понимаю, в замке сохранился прямой портал во дворец его величества? Можешь воспользоваться им. Полагаю, граф не будет возражать, не так ли?       Герберт замотал головой, тут же спохватился и кивнул. Не глядя на него, Джулиан по стеночке выскользнул из столовой.       — Алиас, прости! — Герберт умоляюще сложил руки.       — Молчи! — Некромант выдернул его из кресла и потащил к окну.       Открывать портал через границу было нарушением правил, не говоря уже о безумной трате сил. Но Алиас пребывал в такой ярости, что плевать хотел на законы. Пусть потом Арден предъявляет претензии, если посмеет. Из окна замка они шагнули прямо на гномий тракт. Впереди горели огни постоялого двора. Алиас зашагал к нему, не оглядываясь. Он молчал, и Герберт не решался заговорить первым. Только когда хозяин постоялого двора проводил их в тесный номер с двумя кроватями и ушел, пожелав спокойной ночи, Герберт не выдержал.       — Алиас, послушай, я… — он нежно дотронулся до плеча мага. И тут же оказался прижатым к стене с кинжалом у горла и без возможности вырваться.       — Ты — шалава, — Алиас говорил тихо и спокойно. И это спокойствие пугало Герберта до обморочной слабости. — Забыл свое место? Графом себя возомнил? Я не отрезал тебе голову только потому, что не желаю плясать под флейту Ардена, подстроившего всё это.       Он отпустил перепуганного вампира и убрал кинжал.       — Прости, — едва шевеля губами, прошептал Герберт.       — Измену я прощать не умею! — Алиас отвернулся.       — Ты уже кого-то убил из ревности, да? — подрагивающим голосом спросил Герберт.       — Мне всю жизнь не везет в любви. — Алиас, не раздеваясь, лег на кровать. Он предпочитал не вспоминать о тех временах, когда жил в Верхнем мире. — Впрочем, ты, я полагаю, убил гораздо больше людей, имевших несчастье в тебя влюбиться. Но со мной тебе не сладить, даже не мечтай.       — Я и не хочу твой смерти! — отчаянно запротестовал Герберт. — Ну прости меня, Алиас! Не было никакой измены, Джулиан вообще для меня ничего не значит!       Драккони не ответил. Он сбросил сапоги, расстегнул пояс с ножнами и повесил его у изголовья. Хоть бы Джарет приснился этой ночью! Алиасу очень хотелось услышать насмешливый голос друга. Если быть честным до конца, Герберт жив только потому, что некромант вовремя вспомнил — вампир нужен королю гоблинов.       — Алиас, ну не злись, — Герберт осторожно шагнул к нему, — Я ведь не остался у эльфов, хотя и мог бы…       — Ты ничего не можешь! — Драккони повернулся так резко, что Герберт отпрянул. — И ничего не решаешь. Я дал тебе слишком много воли. Но если у тебя появились какие-то иллюзии относительно своего положения, выбрось их из головы. Ты не граф, Герберт. Твое наследство — фикция. По законам Подземелья ты — раб.       — Но ты отпустил меня на свободу! — Герберт возмущенно выпрямился.       — И чем закончилась твоя свобода? Ты отдал себя Джарету. У тебя ума не хватит выжить в этом мире самостоятельно, Герберт.       — Даже если так, ты мне не хозяин. И я не обязан тебя слушаться! — Герберт кинулся к двери. Алиас взмахнул рукой. Герберта отшвырнуло к стене с такой силой, что из глаз искры посыпались.       — Нет, по-хорошему с тобой нельзя, — Некромант потянулся к хлысту. «Тихо, тихо, нужно взять себя в руки, иначе я сейчас наделаю дел…»       Герберт забился, пытаясь вырваться из невидимых пут.       — Отпусти! Я тебя ненавижу!       — Вот теперь я тебе верю! — Драккони начертил хлыстом в воздухе пару знаков. — Постой там и подумай, если, конечно, способен на такую сложную деятельность. В чем я лично сомневаюсь.       Он лег и закутался в одеяло.       Герберт затих. Он стоял неподвижно не меньше часа, пока не уверился, что некромант действительно уснул. И всё это время в нем медленно, но верно созревало решение. Он сбежит и от Алиаса, и от короля гоблинов. Хватит им помыкать! У него талант, в конце-концов! Его права на титул и замок признал король эльфов. Герберт перебрал в уме подходящие к случаю заклинания и, холодея от собственной решимости, зашептал, вкладывая в слова всего себя.       ***       На второй день поток кающихся грешников закончился. Джарет вынужден был признать, что его обыграли. Он узнал много интересных историй из тайной жизни гоблинов, но это было слабым утешением. Неужели придется ждать следующего хода неизвестного противника? Джарет разослал по замку и основным путям Лабиринта следящие сферы. Но как только начал просмотр, спохватился, что забыл о песне для Игрейны. Отложив кристалл, Джарет вылетел в окно.       Лия устроила себе наблюдательный пункт в кроне дерева, растущего над кустом, где она спрятала гнездо. Поодиночке феи были не слишком опасны даже для мелких гоблинов. Другое дело — рой. После вылета молодые феи выбирали себе пары и разлетались строить новые гнезда. Но прежде им требовалось основательно подкрепиться. Прежде чем распасться, рой действовал как один организм — хищный и голодный. Феи не отличались особой сообразительностью, особенно в момент вылета. Им было всё равно, на кого нападать — на человека, оленя или короля гоблинов.       Как только Джарет сел на свое обычное место, она дотянулась прутиком до гнезда, и тихо постучала. В следующую секунду воздух над головой короля гоблинов замерцал от множества радужных крыльев. Танец фей длился всего пару секунд, а потом рой накрыл Джарета. Он закричал от неожиданности и боли. Лия сжалась на своей ветке и зажмурилась. А вдруг они его убьют? Да нет, что за глупости, он же маг, справится. В крайнем случае, поболеет пару дней. Но почему он всё еще кричит?! Или это ей чудится?       ***       — Болван! Бездарь! И это мой сын!       Голова Джулиана моталась от пощечин.       — Отец, умоляю! Я старался изо всех сил!       — Нет, Джулиан, если бы ты старался изо всех сил, этот проклятый вампир остался бы в замке. Или был уже мертв! А теперь нам придется обращаться за помощью к Селару. Могу себе представить, сколько он запросит за свою свору! — Арден махнул рукой на поникшего сына и взял зеркало.       ***       Герберт, крадучись, выбрался с постоялого двора и зашагал по пустынному тракту. Примерное направление до замка он знал, но сколько придется идти, не имел ни малейшего представления. Конечно, можно было полететь, но его почему-то слегка мутило. Только после получаса на свежем ночном воздухе самочувствие немного улучшилось, Герберт повеселел и даже начал мечтать, как будет жить в своем замке в полном одиночестве. И принимать иногда гостей. И однажды, особо снежной зимой… Ой нет, здесь же не бывает зимы!       Совсем рядом раздался протяжный вой. Герберт очнулся от мечтаний и обнаружил, что обзавелся попутчиками. Среди придорожных кустов мелькали чьи-то стремительные тени. Волки? Герберт обрадовался. В Трансильвании граф научил его управлять этими животными. Герберт коротко провыл приказ подойти. В ответ послышалось неприятное ворчание. На дорогу перед ним выскочили две чудовищные собаки с горящими глазами. Ростом раза в два больше волка, белоснежные, с ярко-красными ушами и капканами узких длинных пастей. Дикие гончие?! Герберт оглянулся. Сзади него стояло ещё пятеро скалящихся псов. Да их здесь целая свора! И как назло поблизости нет ни одного дерева. Неужели придется лететь назад? Герберт оттолкнулся от земли, но псы оказались быстрее. Трое из них взвились в воздух, вцепились в вампира и повалили на землю.       ***       Алиас не сразу понял, что его разбудило. Опасности нет, в комнате никого. Нервы, что-ли, расшалились? Нет, определенно, вовремя он ушел на покой. Алиас поворочался, натягивая одеяло на голову, и тут же вскочил. Как это, никого?!       На ходу застегивая пояс, прыгая через ступеньку, некромант выбежал на улицу. След Герберта еще не развеялся. Проклятье, поймает, заставит пожалеть, что на свет родился! Только бы с ним ничего не случилось! Владения эльфов совсем рядом, а от них всего можно ожидать. Услышав вдали визг и леденящее кровь рычание, Алиас бросился бежать, истово надеясь, что успеет до того, как Герберта порвут на клочки. Против гончих Дикой охоты шансов у вампира нет. Честно говоря, как и у самого Драккони.       Гончим был дан приказ не спешить. И они больше играли, чем терзали свою добычу, легко уворачиваясь от клыков вампира, но не давая ему подняться. Алиас взмахнул хлыстом, посылая в свору заклинание, способное упокоить любую нежить. Чудовищным псам оно заметного вреда не принесло, но зато отвлекло от жертвы. Из дюжины гончих половина кинулась на некроманта. На дороге завертелся вихрь из серебра, оскаленных морд и мелькающих лап. Герберт воспользовался передышкой и вцепился в одну из гончих. Остальные опомнились и кинулись на него всерьез. Но вампир уже взвился в воздух, с размаху швырнув полузадушенную тварь в её сородичей. Вихрь на дороге распался. Четверо гончих остались лежать без движения. Остальные кружили вокруг некроманта. В одной руке он держал кинжал, в другой — хлыст, сияющий холодным светом. Куртка на нем была располосована.       Герберт спикировал к Алиасу. Опережая его, уцелевшие псы прыгнули одновременно. Некромант упал, хлыст отлетел в сторону. Раздался чей-то предсмертный вой. Герберт метнулся к хлысту, на лету вытаскивая из кармана платок. Серебро обожгло сквозь шелк, но он только стиснул зубы и снова взлетел. Попав под удары сверху, гончие разбежались. Герберт подхватил Алиаса и рванул вверх. Некромант прошипел какие-то слова. Под ними полыхнуло так, что ослепленные гончие с визгом заметались по дороге. Герберт завертел головой, отыскивая поблизости хоть какое-то укрытие. До постоялого двора он Алиаса не дотащит. Обожженная рука болела всё сильнее.       Слева виднелся холм с торчащими на вершине неровными камнями, образующими круг. Возможно, это их защитит? Герберт опустился в центр круга. Снизу раздался скулеж. Гончие кружили вокруг холма, но вверх не поднимались.       — Хлыст где?.. — прошептал Алиас. Из ран по всему его телу сочилась кровь, пропитывая одежду.       — Потерял, — Герберт зализывал ожог на ладони, брезгливо отплевываясь от дорожной пыли.       Алиас хрипло вздохнул и закашлялся.       — Когда я умру… смерть откроет им круг… Улетай… пока не явился их хозяин.       Герберт опустился перед ним на колени. Запах крови кружил голову.       — Не смей! — слабый голос некроманта вдруг окреп. — Прокляну! Сгоришь заживо.       — Я не буду кусать, — Герберт облизнул клыки. — Но мне нужно. Иначе я не унесу тебя.       Он даже не прикасался к ранам, только слизывал струйки крови. Дыхание Алиаса становилось всё слабее, он уже был без сознания. Герберт заглянул за камни. Гончие кружили у самого круга. Герберт снял с пальца сияющее кольцо и отбросил подальше.       — Джарет! — закричал он изо всех сил. — Ты должен меня услышать! Джарет!