Trois - filles, trois meilleures amies ...

Кэролайн стояла перед зеркалом. На ней было нежно-голубое платье кружевного покроя. На ножках уже красовались золотистые туфли, а волосы волнами покоились на плечах. Вздохнув, она резко развернулась и врезалась в кого-то. Ярко-голубые глаза расширились от удивления. Никлаус насмешливо на неё смотрел. На нём были джинсы белого цвета, яркая футболка, а на лице, как всегда, усмешка. — Ты чего так пугаешь? — переведя дыхание, спросила Кэролайн. — Я? — удивился парень. — Я просто зашёл к брату… — Да? — наигранно грустно сказала она. — Увы, Элайджи нет, он работе. — Как жаль, — хмыкнул Клаус. — Тебя подвезти? — Было бы не плохо, — усмехнулась Форбс, проходя в открытую дверь. Ник понимал, что так нельзя. Он не мог поступить со своим братом так же, как и четыре года назад. Вновь и вновь вспоминая прошлое, Майклсону становилось неприятно в душе. Он знал, что в том, что случилось, была лишь его вина, но исправить что-то уже было невозможно. Её уже нет в их жизни, они забыли это и перевернули лист, начав жизнь заново. Но история повторялась. Так думал Клаус. Он видел, как Элайджа смотрит на Кэролайн, но чего не хватало в этом взгляде, так это чего-то живого. Другое дело, когда он смотрел на её подругу. В этом взгляде Никлаус видел своего брата, того, которого знал задолго до появления Татьи. Но, кажется, Элайджа ещё не понимал этого, а Ник не станет говорить, ведь брат всё равно не послушает его и сделает всё по-своему. Они ехали молча. О чём говорить, никто не знал. Клаус иногда кидал взгляды на девушку, которая задумчиво смотрела в окно. А Кэролайн думала о Стефане, она питала к нему чувства, но уже не те, которые были раньше. Они были иные, дружеские. И она не могла понять, в чём дело. Он был её любовью, но всё изменилось, когда она встретила Элайджу, или не его… Форбс не могла понять. Искоса взглянув на Клауса, Кэролайн вздохнула. Он был красивым, а его милые ямочки сводили с ума.

***

— Детка, ты куда? — вопросительно посмотрев на Хейли, спросил Джексон. — На девичник, — просто ответила Маршалл, крася губы нежно-розовой помадой. На ней были светлые джинсы с подворотами, серый топик открывал вид на упругий животик. На ноги она обула кроссовки белого цвета. А волосы собрала в высокий хвост. На лице сияла улыбка. Она была счастлива выбраться из обычной и скучной жизни. Но вот только это не нравилось, кажется, её парню. — Ты не пойдешь, — резко сказал он. — Пойду, — не обратив внимания на тон парня, сказала Хейли. — Нет! — резко взяв её за локоть, произнёс Джек. — Джек, перестань, это просто девичник, — вздохнула она, пытаясь вырваться. — Мне больно, отпусти! — Прости, — извинился Кеннер. — Мы с тобой так давно не были вдвоём… — И в этом виноват ты, — холодно ответила на его немой вопрос. — Я ушла, а ты подумай над тем, что только что произошло! Хейли не понимала, что происходит с парнем. Последнее время он был какой-то нервный. Девушка списывала всё на работу или просто не обращала внимания. Выйдя из подъезда, она заметила машину Ребекки. Та посигналила. Улыбнувшись, она подошла к ней и, открыв заднюю дверь, села. За рулём сидела Майклсон. На ней были чёрные обтягивающие джинсы, белоснежная майка, а поверх кожаная куртка. Волосы распущены. Рядом сидела Давина, которая о чём-то задумалась, но быстро прогнала мысли и повернулась к подруге. — Привет. — Приветик, — усмехнулась Хейли. — Поехали?

***

Елена и Катерина ждали их в баре. На беременной девушке была просторная кофточка нежно-розового цвета и чёрные брюки. На ножках были балетки. Волосы распущены. Сестра же надела ярко-красное платье выше колен. На ноги решила обуть туфли чёрного цвета. Её кудри были наполовину собраны. — Елена, ты же не можешь вечно скрывать от него, — проговорила Кэт. — А я не собираюсь, — фыркнула она. — Я просто сейчас не скажу, а когда вернусь… — Ты куда-то собралась? — спросила Давина, подсев к ним. — Я уезжаю, — вздохнула Пирс. — Но почему? — не поняла Ди. — Зачем? — Здесь я могу его встретить везде! Всё напоминает мне о нём! А я хочу забыть, — воскликнула Елена. — Ладно, мы об этом потом поговорим, — прервала их Кэролайн. — Ну а теперь гуляем!

***

— Милая, им надо сказать, — произнёс Рик, глядя на жену. — Они не должны знать, — покачала головой Дженна. — Они наши дети, Дженна! — воскликнул Аларик, садясь в кресло. — Любимый, я не хочу видеть их жалостливые взгляды, не хочу, чтобы они винили их в этом, не хочу, чтобы они знали прошлое, которое не отпускает меня, — вздохнула женщина. — Не хочу, чтобы они узнали правду о ещё не родившихся на свет сестричках. Понимаешь? — Понимаю, — кивнул он. — Но они узнают…

***

— Ребекка, я люблю тебя! — обнимая уже подругу, сообщила Давина. — Ди, — женская слеза всегда прелесть, — я тоже тебя люблю! — Девчонки, пошли танцевать! — воскликнула Хейли и потащила подруг.

***

— Кэтрин, у тебя будет незабываемая свадьба! — прокричала Кэролайн.