Второй шанс, подаренный судьбой

— Адриан, ты камамбера переел? — Плагг уставился на Агреста, как на невиданное до этого существо. Он ожидал от напарника чего угодно, но не и подумать не мог, что тот захочет окончательно угробить свои жизнь, сделав предложение девушке, которая выставила его геройскую личность предателем. Адриан посмотрел на котёнка, изогнув бровь и подняв уголок губ. — Плагг, не ты ли пол часа назад вбивал мне в голову, что надо начать жизнь заново? — Я имел ввиду оставить прошлое, идиот! А если ты забыл — напомню, Лила ходячее воспоминание! Она убила Ледибаг, Адриан! — квами подлетел к уху напарника и кричал так, что парню пришлось зажмуриться и осторожно отодвинуть от себя разъярённое создание. — Во-первых, это не она, а Бражник, который акуманизировал её и заставил убить Леди, во-вторых, Лила… — он не успел договорить, потому что Плагг сильно укусил его за руку, которая секунду назад сжимала квами в прочной хватке. — Ау! — Человек, не губи свою жизнь, одумайся! — котёнок перестал кричать Агресту в ухо и отлетел на приличное расстояние, где напарник не смог бы до него достать. — Плагг, прекрати! Моя жизнь — делаю с ней, что хочу. И если ты тоже не забыл, именно Ледибаг накричала на Лилу, что послужило причиной её акуманизации. Если бы она этого не сделала, то возможно сейчас, было бы всё по-другому, и Леди осталась бы в живых. Сказать, что Плагг был в шоке от слов парня, это ничего не сказать. Неужели Адриан настолько потерян и разбит, что может зайти так далеко? — Ты уже и Свою Леди во всём винишь? — зелёные глаза смотрели на блондина с надеждой в том, что ещё не всё потерянно. — Я не виню, Плагг… Просто отрицать, что Она тут не причём — глупо, — слова вырвались сами, жестокая правда обожгла ушки котёнка и, как лезвии ножа больно ранила прямо в сердце. — Адриан, но Ледибаг лишь ревновала тебя к Лиле, которая врала тебе прямо в лицо, говоря, что они подруги, — всё тот же взгляд надежды смотрел прямо в глаза запутавшегося Агреста. — Не говори ерунды, если бы я нравился Леди — она бы не стала молчать, — о, Боже, как же Адриан раздражал Плагга своей слепостью и неверием. Котёнок сложил лапки на груди и произнёс с сарказмом в голосе: — Ты это серьёзно сейчас? Агрест, либо ты слепой, либо тупой — третьего не дано. — Чем ты можешь доказать, что я был дорог Моей Леди? Да и есть ли смысл доказывать? Её нет, и на этом всё кончено, — ответил парень, проигнорировав вопрос Плагга. — Адриан… Блондин посмотрел на друга глазами, полными слёз и осознания, что он больше никогда Её не увидит и не услышит, не ощутит на себе её взгляд васильковых глаз, и не почувствует тёплые руки на своих плечах. И всё это, только его вина… Он не смог отговорить её, хотя знал, что она жертвует собой зря. Но пора отпустить и наконец осознать, что жизнь продолжается, и не он один в этом мире потерял любимую. И начнёт Адриан эту жизнь с Лилы, которая помогла ему встать на ноги и не упасть обратно. — Что? Они с минуту молчали, не отрывая друг от друга взгляд. Плагг собирался с силами, чтобы сказать то, что хотя бы на время остановить Адриана от поспешных решений. — Она пожертвовала жизнью ради тебя, пусть и не настоящего, но Тебя, чтобы Ты смог жить дальше и найти новую любовь. Ты уверен, что Лила та самая девушка, которая способна перекрасить твой мир? — он не отговаривал его, а просто предоставил факт, над которым Агрест должен задуматься и не повторять ошибок из прошлого. Плагг сам удивился своим словам — он ещё никогда не говорил, столь умные вещи. Котёнок не стал дожидаться ответа и полетел к холодильнику с целью перекусить. Со всеми стрессами, которые произошли с ним за этот день, ему полагался минимум огромный замок из камамбера. Именно по вине своего голода, Плагг не услышал, как с губ Адриана сорвалась фраза, которая окончательно повернула его жизнь на новую дорожку. — Я уверен, и ни что не сможет меня переубедить.

***

Маринетт стояла возле деревянной двери, за которой скрывался кабинет Мастера Фу. Она была здесь лишь два раза: когда заболела Тикки и перед последней битвой, когда почувствовала, что что-то пойдёт не так. И сейчас девушка стояла в ступоре, хотя знала, что квами может в любую секунду умереть, прямо в её сумочке. Она нервно переминалась с ноги на ногу и пыталась собрать всю смелость в кулак, — но та, никак не желала приходить, от чего Маринетт стояла столбом и смотрела на металлическую ручку двери. Она впервые не могла придумать разумное объяснение, с тех пор, как сбежала из логова Бражника. Маринетт подвела Хранителя, так же, как и всех людей на этом свете. Он говорил ей, что Ледибаг должна всегда следовать разуму и не поддаваться на провокации. Мастер предупреждал её об этом в момент их последней встречи. Так почему же Маринетт не последовала его совету? Она сделала ещё хуже, когда попыталась спасти Адриана, подвергнув Париж опасности. Ей казалось, что она больше не достойна быть героиней, и как только ступит за этот порог, Мастер отберёт у неё талисман, лишив девушку последней возможности спасти Кота и отомстить Бражнику и Вольпине. Но страх потерять ещё одного друга, был превыше мести. Ведь если Тикки умрёт — копилка вины Маринетт пополнится, чего девушка просто не могла допустить. Нервно сглотнув, героиня всё-таки схватила ручку, и немного помедлив потянула её на себя. Сквозь небольшую щель можно было разглядеть ничуть не изменившийся интерьер: бежевые стены, всё тот же шкаф, заполненный книгами, большой ковёр на котором Мастер проводит свои сеансы, широкая тумба со множеством ящичков, о предназначении которых Маринетт даже не знала, и деревянная шкатулка, замаскированная под патефон. Внутри неё хранилось большинство Камней чудес, с которых и началась вся эта история. Руки тряслись, а тело отказывалось делать первый шаг на встречу судьбе. Хранителя нигде не было видно и Маринетт распахнула дверь так, что та чуть не вылетела из петель. Она не знала, что делать дальше. Зайти? Может подождать? А если не придёт? А вдруг он злится на неё? Что она ему скажу? Вопросы вертелись в голове, а Маринетт всё так же стояла на пороге, не решаясь зайти. Простояв так, почти десять минут, девушка так и не сделала шаг, продолжая пялиться в бежевую стену комнаты. — Согласен, не зря я выбрал персиковый, — Маринетт резко подскочила не месте, и поддавшись рефлексу самозащиты, развернулась на сто восемьдесят градусов и скрутила руки Мастеру, который непринуждённо продолжал смотреть на героиню. Девушка не сразу поняла, кто стоит перед ней, а как только осознание пришло, она в ужасе отпрыгнула от Хранителя и уставилась на него виноватым взглядом. — Я… Мне… — на секунду показалось, что она всё та же заикающаяся девушка шестнадцати лет, но голос тут же стал ровным, а выражение лица спокойным. Здесь сработал рефлекс, не позволяющий показывать свои эмоции и чувства людям. — Здравствуйте, Мастер. Рада снова вас видеть. Даже не знаю с чего начать историю… Старик протолкнул её в центр комнаты и посадил перед столом, полностью заставленным свечами. — Мне не нужно ничего рассказывать, Ледибаг. Просто дай помочь твоей маленькой подруге, пока это ещё можно сделать. Ты же за этим пришла? Маринетт с изумлением посмотрела на него и удивлённо заметила, что его голос звучит вполне обычно, как при их последней встрече. Ни ярости, ни злости. Она потянулась к чёрной сумочке и, расстегнув её, достала от-туда побледневшую Тикки. Хранитель не говоря ни слова взял квами в руки и отнёс за ширму, стоящую около двери. Последующие пол часа Маринетт просидела как на иголках, каждый раз норовя заглянуть и убедиться, что с её маленькой подругой всё хорошо, и Мастер сможет ей помочь. Наконец старик вышел из-за ширмы, и девушка немного напряглась, поскольку Тикки при нём не было. Однако её лицо оставалось всё таким же каменным. Она не заметила, когда эта привычка — натягивать маску равнодушия, так глубоко засела у неё в голове, что это стало своеобразным рефлексом. — Не волнуйся, Маринетт, Тикки полностью восстановится примерно за сутки, — Хранитель улыбнулся девушке и присел рядом с ней за столик. Что? День? Целый день? Внутри Маринетт всё закипело от злости на свою жизнь. Но не смотря на это, она спокойно произнесла: — Но, Мастер, мне нужна моя сила Ледибаг, чтобы закончить кое-что и спасти друга. Хранитель немного прищурил глаза и посмотрел на неё пристальным взглядом. Что-то в ней явно было не так, но вот что? — Прости, здесь я ничем не могу помочь. Но вот если ты расскажешь мне о своём плане… Девушка посмотрела на него, будто решая, открывать правду или же нет. Она и так была ему благодарна за то, что он не отнял её силу, как только увидел на этом пороге… Стоп. Почему Мастер так спокойно отреагировал на её появление? Будто бы ему было известно… Маринетт не успела задать вопрос, как старик уже нашёл ответ: — Да, я знал, что ты жива. Так же, как и знал, что ты придёшь ко мне сегодня. В комнате повисло молчание. Девушка находилась в немом шоке, при этом умудряясь сохранять маску равнодушия на лице. Мастер решил дать ей время переварить новость. — Маринетт, я рад очень рад тебя видеть! — героиня резко подпрыгнула, но тут же расслабилась, узнав голос Вайзза. — Привет, — короткий ответ немного насторожил Мастера и он с твёрдостью решил узнать, что замышляет молодая Ледибаг. — Дело в том, что в момент нашей последней встречи я не успел сказать тебе о самом главном. Все квами наделены даром чувствовать друг друга не зависимо от расстояния. Вайзз всё это время знал, что ты не мертва, поскольку Камень ни разу не снимался с тебя, что говорит о том, что хозяйка талисмана жива. В сердце Маринетт промелькнула надежда, и она тут же задала вопрос: — Значит квами Кот Нуара знает о том, что я жива? Хранитель опустил голову и прикрыл глаза. Ему было сложно рушить надежду столь юной девушки, но такова жизнь, увы. — Нет, с его квами дела обстоят иначе. Когда ты нанесла защиту на талисман, то все твои силы просто исчезли, переходя в режим энергосбережения. Вайзз же наделён способностью чувствовать присутствие своих напарников, не зависимо под защитой талисман или нет. Другим же квами такие способности не даны. Кот Нуар, как и все люди, думает, что ты мертва. — Получается Лелибаг умерла для всего мира? — в её голосе прозвучала печаль и горяч, от чего Хранителю стало не по себе. — Увы, девочка, но это так, — чтобы отвлечь её от грустных мыслей он решил перевести тему. — А зачем тебе вдруг резко понадобилась Тикки? Ты только вернулась и тебе нужно восстановить силы. Да и раны заживить не помешает. Вайзз с удовольствием поможет тебе в этом, ведь он квами-целитель. — Мне необходимо найти Нуара. Возможно он будет не рад нашей встречи, но я должна спасти его. Ещё сегодня, когда я была в логове Бражника, то слышала, как Вольпина обговаривает с ним план по поимке Кота. Мне нельзя снова подвести своего напарника. О, нет. Мастеру вновь придётся огорчить девушку новостью, которая перевернёт её жизнь и заставит понять, что она прошла этот путь зря. — Мне очень жаль, но ты не сможешь найти Нуара. — Почему? — сердце забилось в десять раз быстрее, а руки затряслись. — Его никто не видел уже три с половиной года… О, нет. Это удар прямо в сердце. Неужели… Неужели всё это было зря? Неужели она прошла через этот путь напрасно? Как Маринетт вообще надеялась, что Кот сможет жить без Леди? Это же невозможно. Он наверняка до сих пор страдает по её вине, а может и… — Что? Но он же не…? — девушка с последней надеждой смотрела на Мастера, стараясь не заплакать. — О, нет, он жив. Его квами всё ещё при нём. Вайзз чувствует, что Камень не менял своего хозяина за всё это время. Однако в Кота, хозяин талисмана перевоплощался лишь через пол года после пропажи Ледибаг. Это единственный раз. Вздох облегчения вырвался из её груди, а с души словно камень свалился. Нуар не натворил глупостей и это радовало. Но вот… По комнате раздался смешок, затем второй, а после Маринетт просто каталась по полу в приступе хохота. Говорят, что смех — это защитная реакция. Только не такой сумасшедший, как сейчас. Хранитель и Вайзз смотрели на девушку непонимающими взглядами. С ней определённо что-то не так. Сам Мастер конечно же знал, где находится Кот Нуар и кем он является. Это было сложно не знать, учитывая то, что модельное лицо Адриана Агреста висело на каждом шагу. Но он решил не рассказывать Маринетт об этом. Поскольку та до сих пор думала, что Адриан мёртв, а Кот ненавидит её и не появлялся в городе очень давно. Неизвестно как повлияют все эти новости на испорченную психику девушки. Пусть всё идет своим чередом. Она должна сама узнать правду, а не так сразу от него и в первый же день после побега. Постепенно смех стих и превратился в настоящую истерику. Маринетт буквально залилась слезами, упав на ковёр и обхватив голову руками, повторяя одно и то же: — Как? Почему я? За что? Ненавижу себя. Я потеряла обоих. Люблю, люблю… — она повторяла эти слова, как сломанная пластинка, как магнитофон, переигрывающий одну мелодию. Девушка с горечью осознала, что жизнь окончательно потеряла смысл и у неё больше нет никакого желания цепляться за неё. Кот — это всё, что ей двигало и спасало. Она сумела сбежать из логова Бражника, что бы спасти Его. А сейчас в этом нет необходимости, потому что Его нет.

***

Следующий час девушка провела полностью уходя в себя. Пустой взгляд был направлен в потолок, а руки раскинулись на ковре, давая свободу эмоциям. Хранитель и Вайзз не стали оставлять её одну, переживая, что она сделает что-то глупое и необдуманное. Через некоторое время, не получив от девушки ни отказа, ни согласия, Мастер попросил Вайзза залечить её раны — что квами и сделал. Теперь Маринетт выглядела, как и все девушки в возрасте двадцати лет. Только по всему телу располагались заметные шрамы: на спине, где часто кожу рассекал кожаный хлыст, и на лице, прямо по скуле и до самой ноздри. Остальных почти не было видно. Отличался и взгляд, совершенно не соответствующий её возрасту — как будто она пережила все тяготы и невзгоды жизни, которая наделила её мудрость древнего старца.

***

Она бесцельно брела по улице в сторону пекарни. В сумочке давно дремала Тикки, которой стало намного лучше — красный цвет вновь окрасил её тельце, а чёрные точки привычно возвратились на место. Маринетт уже не слушала, что говорил ей Мастер перед тем как она ушла, а лишь слабо кивала головой на все его вопросы, а потом, так же, еле стоя на ногах покинула его кабинет. Девушка слабо потянула за ручку пекарни и со злобой заметила, что та закрыта. Что за чёрт? Родители никогда не закрываются так рано! Но Маринетт не горела особым желанием встретить маму с папой, смотря в их разочарованные и яростные глаза. Поэтому поспешно завернула за угол, стараясь не обернуться и не увидеть там лица своих родных. Ведь если она посмотрит, то наверняка не устоит перед соблазном броситься им на шею и выкрикнуть «Я жива»! Маринетт решила вернуться в свою комнату завтра утром в виде Ледибаг. Тикки уже будет полностью здорова, а родители никогда не встают в семь утра. Идя по улице в голове вертелись разные мысли. После истерики она уже успокоилась и старалась найти логическое объяснение тому, что слышала сегодня днём от Вольпины. Может ей показалось? Или возможно глюки из-за потери крови? Нет, девушка точно слышала, что Лила сказала — «Кот Нуар… сегодня в пять… убью». Так как они собирались поймать его, если он пропал? И тут к Маринетт пришла ужасная догадка: они просто её использовали, намеренно давая убежать. Тело отказалось слушаться от такой мысли, и девушка не заметила, как подошла к дому Агрестов. В глазах отразилась дикая боль, которая наворачивала вновь подступившие слёзы. Вдруг кто-то сильно толкнул её в плечо, прерывая нахлынувший истерический припадок. Мимо прошла девушка, примерно такого же возраста, как и сама Маринетт. Её силуэт всплыл в памяти и казался смутно знакомым. Она обернулась и… — Вы можете смотреть по сторонам? Встали посреди дороги, мешая пройти! — Маринетт узнает этот голос из тысяч, эту злобную ухмылку уже ничто не сотрёт из её памяти. -Лила?! — на лице Маринетт появился волчий оскал, а руки сжались в кулаки. Внутри всё давно кипело от ярости. Как же хотелось взять и вцепиться ей в шею, душа до смерти. Росси с удивление посмотрела на Дюпен-Чен и приподняв бровь спросила: — Мы знакомы? Ну конечно! Лила знала Маринетт только как Ледибаг. До этого в школе девушки так ни разу и не встретились, что сейчас играло героине на руку. Ей пришлось собрать все свои силы в кулак и выжить пару слов, которые прозвучали, как угроза: — Нет, извините я ошиблась. Лила хмыкнула и прошла к тому самому звонку дома Агрестов, до которого Маринетт раньше даже дотронуться боялась. Чтобы не наброситься на эту Лису, Мари быстро свернула за ещё один угол и опёрлась о стену, остывая от ярости, кипевшей у неё внутри. Было бы весьма глупо если бы она выдала себя в первый же день своей свободы. Учитывая то, что Маринетт удалось разгадать их план, но и то не до конца — Ледибаг лучше отсидеться какое-то время и остаться незамеченной. Ведь для чего-то Бражник отпустил её? Вот ей и нужно подумать для чего. Сейчас Маринетт интересовал только один вопрос: что Лиле понадобилось в доме её не забытой любви? Девушка старалась не делать поспешных выводов, ведь прошлый раз не дал ей ничего хорошего. Всё ещё кипя от гнева и желания прикончить Лилу и Бражника, Маринетт направилась в неизвестном направлении — главное подальше от этого дома и Лилы, которая находится там. Теперь она уже точно уверена, что ей ничего не помешает убить своих злейших врагов, даже то, что Ледибаг — героиня и должна спасать людей. Ну вот она и спасёт, избавив мир от надоедливой моли и хитрой лисички. — Меня уже ничего не переубедит. Примерно в этот же момент, такой же отчаявшийся парень прошептал эти слова, чтобы Плагг его не услышал.

***

— Ты её упустила? Габриэль Агрест стоял спиной к Лиле, но она всё равно чувствовала его холодный взгляд на себе. Рядом с ним стояла Натали, немного с сочувствием смотря на молодую девушку. — Да, Господин. Я отвлеклась и не заметила, куда сбежала Ледибаг. Росси не собиралась говорить Габриэлю о том, на что именно она отвлеклась. Ей явно будет не очень хорошо в двойне, как только он узнает в каком состоянии его сын шлялся по улицам. Парню очень повезёт, если завтра не появится ни одной фотографии с его далеко не трезвым лицом. — Надеюсь ты понимаешь, что сорвала мои планы ко всем чертям? Лила дрогнула, услышав холодные нотки, не предвещавшие ничего хорошего. — Понимаю. — Ну что ж, я предполагал, что ты не сможешь справиться одна. Поэтому теперь у тебя будет помощник, — Габриэль вздохнул и кивнул Натали, которая всё это время молча стояла, сжимая какой-то предмет в руке. — Что? Но зачем? Я и одна прекрасно справлюсь! Мне не нужна помощь! — Лила смотрела на Агреста, как на мишень, только красной точно на лбу не хватало. Натали закатила глаза. Предмет, который всё это время сжимала её руку — оказался маленькой чёрной и с красными узорами на крышке шкатулкой. Она открыла её и тут же всю комнату залил синий свет. Лила подошла ближе и немного вскрикнула при виде маленького синего квами-павлина, который непонимающе смотрел то на неё, то на Габриэля, то на Натали. — Это что? Квами Павлина? — Росси выжидающе посмотрела на Габриэля, ожидая услышать ответы и объяснения. — Это Дуусу. Он способен наделять человека силой супергероя, так же как и все квами. Лила всё ещё ничего не понимала. — Давай, Натали — Паон должен войти в игру. Женщина слабо кивнула и достала из шкатулки брошь, напоминающую по форме хвост павлина. Через минуту Лила видела перед собой уже не ту холодную и всегда чёрствую секретаршу Габриэля Агреста, а женщину со стройно фигурой и лицом, затянутым синей маской. Одной рукой она прикрывала лицо веером, состоящим из ярко-синих перьев, на конце которых имелись «глаза», а второй держала одно острозаточенное перо, взятое из того же веера. Всю её фигуру обтягивало синие платье с разрезом внизу. Костюм изящно лежал на полу в виде короткого шлейфа. — С этого дня — Натали, ну или же Паон, будет помогать тебе во всех заданиях, которые я вам поручу. — Но… — И это даже не обсуждается. Я не могу позволить тебе окончательно запороть весь план! — Габриэль указал на новоявленного Паона и продолжил. — Натали гораздо сильней тебя, поскольку имеет супер-силы благодаря квами. Ты же черпаешь энергию только из мести и ненависти к Ледибаг. В последнее время я чувствую, что твои отрицательные эмоции немного угасли. Если их не останется, то твоя Акума просто очистится сама. Мне нужен запасной план и он стоит сейчас перед тобой. Натали улыбнулась и наконец убрала веер от своего лица, за которым скрывалась зловещая ухмылка. Лила сжала руку в кулак и почувствовала негатив во всём теле. Да что бы она, да на побегушках у какой-то непонятной ободранной птички?! — Натали, продемонстрируй нам свою силу, — Габриэль гордо посмотрел на свою секретаршу и кивнул в знак согласия. Паон медленно взмахнула своим веером открывая вид на множество глаз-пёрышек, которые просто завораживали. Сразу стало на всё плевать, хотелось просто смотреть на них не отлипая ни на секунду. Пока Лила, открыв рот от такой красоты, смотрела на веер — Паон изящно вынула из него перо и, с силой замахнувшись, бросила его прямо в Росси. У девушки тут же возникло желание подчиниться ей и поклоняться, как Богине. Она будто гипнотизировала своим видом и действиями, заставляя подчиняться. Как только Паон закрыла веер, чувство в голове резко исчезло, а вместо него появилось ощущение ничтожности. Ведь она и правда была хороша. При чём не только в силе, но и по внешности — Лиле очень нравился её костюм. — Изначально эта сила была направлена конечно же на добро. Паон мог бы с лёгкостью подчинить себе человека с которым сражается всего-то раскрыв веер, — Габриэль посмотрел на Лилу, ухмыльнувшись от её выражения лица, которое было переполнено эмоциями. — Мы же используем эту силу иначе. — И какой же план, мой Господин? — да у неё даже голос такой прекрасный? Всё, теперь эта женщина — официально враг Лилы (после Ледибаг конечно). — Поскольку первоначальный план разрушен, нам придётся импровизировать. Вольпина не смогла проследить за Ледибаг и мы до сих пор не знаем её личность. Если мы снова попытаемся её выследить, думаю будет слишком рискованно. Она не глупа и наверняка не станет расхаживать перед камерами — да и вообще возвращаться официально. Так же она уже точно разгадала наш план о подставном побеге. У вас есть всего один шанс исправить ошибку, совершённую Вольпиной, — Габриэль бегал глазами от одной девушки к другой. Лицо осветила ухмылка Бражника и он произнёс:  — Кот точно не откажется увидеть Ледибаг и прибежит сам. Как только мы узнаем его лицо, то сможем применить эффект неожиданности, напав, когда он не сможет быстро перевоплотиться. И тогда у нас будет возможность шантажировать Ледибаг её же напарником. Как я понял — он её слабое место. — Так что от нас требуется, Господин? — Лила боялась услышать ответ. Хоть бы это не то, о чём она думает. Обе девушки затаили дыхание, надеясь на то, что это не то о чём они думают. — Вы должны немедленно узнать, кто скрывается под маской Кота Нуара. Два обречённых вздоха вырвались из обеих, но они промолчали, лишь кивнув в ответ и пообещав, что непременно выяснят. Габриэль даже не подозревал, что им даже не придётся этого делать, ведь и Лила и Натали прекрасно знали, кто скрывается под тёмной маской Кота Нуара.

***

Кусочек камамбера со стуком плюхнулся на пол, оставляя за собой жирное пятно. Плагг ошарашенно пытался понять, что сейчас с ним произошло. Ему показалось, что… Нет, не может быть. Котёнок пытался полностью погрузиться и понять, что это за чувство, такое знакомое и приятно, которое не появлялось вот уже четыре года, с тех пор, как Лелибаг не стало. А тут резко, бац! Плаггу показалось… Точно… Ледибаг не может быть жива. Здесь что-то не так. Если бы Камень вместе с Тикки перешли к другому хозяину, то Плагг даже не удивился бы появлению новой героине в Париже. Но тут… Тут было ощущение, будто старая хозяйка Камня Божьей Коровки всё ещё жива и здорова. Нет — конечно Ледибаг могла включить защиту, из-за которой её сила частично пропала, а любой квами с лёгкостью мог бы подумать, что она мертва. — Вот я идиот! — Плагг стукнул себя лапкой по мордочке, всё ещё не веря в происходящее. — Эй, ты что-то сказал? — Адриан крикнул ему из душа, где пытался отмыть этот противный запах алкоголя. Плагг молчал. Он не знал сообщить ли о своей догадке напарнику или промолчать? Вдруг — это не правда, и котёнок лишний раз обнадёжит Адриана зря? Ведь парень только хотел начать новую жизнь, а тут Плагг влезет со своими догадками и всё испортит. Тем более, это могло быть от несвежесъединного сыра сегодня утром. И всё же наверное ему показалось… — Плагг, так ты что-то сказал? Квами задумчиво посмотрел на дверь, которая вела в ванную и проговорил, стараясь скрыть беспокойство в голосе: — Я говорю, что камамбер уронил. Такой кусок был, так жалко! — А, понятно. Плагг поднял с пола кусок сыра и, проглотив его, полетел на свою подушку-кровать, надеясь избавиться от этого чувства.