Меня ведь не обманешь...

      Перед тем, как толкнуть двери библиотеки, одетый в черный смокинг паренек нервно потер руки, пригладил волосы, но потом взъерошил, решив, что так ему идет лучше. Похлопав себя по лицу, он крепко зажмурился, сжал кулаки и секунду читал странные заклинания у себя в голове, перемежая их коронным «проклятье», и вновь и вновь расставляя в голове последовательность слов, которые подготовил, подсматривая в листочек. Он весь трясся, шевелил губами, в который раз поправляя галстук. В руке парень держал небольшую коробочку, которую заранее наполнил всякими сладостями, и собирался отдать своей пассии. Вот только как?! Вся его уверенность пропала, стоило ему коснуться ручки двери. Он даже просил друзей ему помочь, однако никто не хотел иметь дел с «библиотечным привидением», или как его еще называли, «фарисей». Откуда эта кличка к нему привязалась вообще непонятно. Возможно потому, что фарисеи — это народ начитанный и гордый, никого к себе не подпускающий, смотрящий на всех свысока и надмевающийся своими знаниями. Этот фарисей хотя и не имел с ними ничего общего, однако зависал в библиотеке каждый божий день, да и ответы на вопросы профессоров всегда давал правильные. Его не любили за то, что он нелюдим, что не идет на контакт ни с кем, за то, что у него почти нет друзей. Его не любили за то, что он был одинок. Что был не такой, как все.       — Я выспросил о нем все, что мог знать. — нервно и переживательно бубнил под нос Асуи, вытаптывая порог университетской библиотеки. — Блин, мне уже двадцать два, а я все веду себя как в средней школе. Но что? Что я ему скажу?! Все это, все слова, которые я подготовил — чертовщина какая-то… Я что, восьмиклассник? Проклятье!..       Парень вышел из библиотечного коридора и выкинул в первую попавшуюся мусорку уже здорово измятый лист, испещренный мелким почерком. Внутренне посмеявшись над собой, Асуи вновь вернулся к любимым дверям, но не решился открыть. Асуи проматывал всю эту ситуацию у себя в голове, но все ему казалось слишком банальным или вовсе глупым. Черт подери, ему надо стать уверенней. Как он собирается наследовать состояние отца, если к чертовому подростку подойти не может?! Асуи думал, что этот юноша учится на четвертом году, а оказалось, что Мицуода всего лишь второкурсник. Да к тому же еще и переведенный из другого университета. О нем ходили слухи, что он обучался экстернатом, да еще и успел поучиться заграницей. Правда это, или нет — Итароки Асуи обязательно это выяснит, а сейчас…       Он решительно распахнул двери и пулей влетел внутрь, словно боясь, что может передумать на полпути. Он нашел ЕГО взглядом. Да, сидит, как всегда, уткнувшись носом в учебники. Как можно так рьяно отдаваться скучным решебникам и сборникам терминов?! Кажется, ему и правда доставляют удовольствие кучи букв, непонятных слов и новых понятий. Асуи улыбнулся. Да, он сможет. Решительно направившись к столу, на котором в идеальной перспективе лежали стопкой учебники, книги по психологии и просто тетрадки, Итароки отметил, что волосы юноши вблизи совсем другого оттенка, а может в этом виновато заходящее солнце. Все на столе было выставлено идеальными рядами, и только одна-единственная открытая перед ним книга лежала ровно параллельно краю стола. Юноша так внимательно изучал содержимое книги, что не сразу заметил, как кто-то обращается к нему.       — Эй, привет! — Мицуода поднял глаза, удивленно уставившись на рожу напротив, страшно скорчившуюся в гримасе. Минуту он тупо пялился на него, пытаясь прийти в себя и понять, врезать ли ему, или попытаться поговорить с чудовищем. — Я Итароки Асуи, в общем, старший в семье, которая владеет бизнесом Итароки Интертаймент. Ну как бы вот тебе подарок, в общем, выходи за меня…       Моргнув глазами, паренек вообще не мог понять, что сейчас тут происходит. Перед ним сидит и корчит страшные рожи какой-то пацан, даже представился, ожидая от него то же самое.       — Что? — только и мог сказать парень, так и не разобрав, этот человек хочет его напугать, или это он улыбается. — Ты кто?       — Я Итароки Асуи! — с готовностью повторило чудовище, оскалившись еще шире. — Я, в смысле, хотел сказать, не выходи за меня, конечно же, а просто давай дружить, для начала, да, дружить, а потом можно и…       — Погоди минутку. — испуганно произнес парень, вцепившись в книгу, до него наконец-то дошло, что с ним пытаются поговорить. — Ты можешь повторить все сначала, потому что я… немного утонул в этой теме…       Но парень сначала встал, потом вышел за дверь, вернулся на место, и улыбнулся нормальной человеческой улыбкой. Мицуода с открытым ртом наблюдал за этим небольшим спектаклем. Он не мог понять, что за ворожбу сейчас проделал этот непонятный персонаж.       — Меня зовут Итароки Асуи. Я учусь на пятом курсе факультета юриспруденции. Просто много слышал о тебе, вот и решил подойти и познакомиться. — темноволосый парень протянул руку, и пододвинул коробочку со сладостями в сторону Мицуоды. — Это тебе подарок от меня в знак нашей дружбы.       — Нет… — словно проснувшись от сладкого сна, парень стал нервно сгребать в рюкзак нужные книги и тетрадки. — Я не нуждаюсь в друзьях. У меня достаточно друзей.       — Но у тебя ведь никого нет, кроме того отчисленного пару месяцев назад. — Итароки не понравилось, что тот сгребает манатки. Что делать?! В нем снова проснулось это метание, боязнь быть отвергнутым, или как назвать то чувство, когда тебе очень надо остановить человека, но не находишь подходящих методов. — Эм, я расспрашивал о тебе немного, поэтому знаю, что ты всегда один, вот я и подумал, что мы можем быть друзьями!       — Ты никогда не сможешь стать моим другом! — вдруг выкрикнул ему в лицо светловолосый юноша. — Ты же альфа!       — Да, но почему это должно быть важно?! — непонимающе нахмурился Итароки. Он, конечно, был предупрежден, что этот парень немного того, но чтобы настолько…       — Послушай. — затараторил Мицуода, стараясь запихать сразу два толстых учебника в рюкзак. — Я не хочу ни с кем дружить, особенно с тобой. Ты не понимаешь, как могут дружить альфа и омега? Никак! Да как ты вообще можешь предлагать мне свою дружбу, если сам думаешь только о том, как бы поскорее зажать где-нибудь в темном углу и творить ужасные вещи! Ты не можешь просить меня об этом. Я знаю вас, вы все такие же хитрые. Сначала дружба, а потом творите, что душе угодно. А может, ты и вовсе не дружить собрался? Уходи!.. Не подходи ко мне больше, пожалуйста! Я не хочу с тобой дружить! Я отказываюсь, да и вообще-то у меня уже есть близкий друг, и он сказал, что я буду принадлежать ему! И я буду его любить!       С этими словами, парень забросил на спину тяжелый рюкзак, схватил со стола те самые две не поместившиеся книги и, коротко поклонившись, зашагал прочь.       — Постой! — поднялся Итароки, однако бежать за ним не стал. — Скажи хоть, как тебя зовут!       — Мицуода Лито… — бросил парень, стараясь не оглядываться.       — Мицуода Лито! — не желая сдаваться, окликнул его Итароки, и парень остановился, все так же не поворачиваясь. Его возглас прокатился эхом по пустому залу. Вечернее солнце уже расставалось со скорбящей землей, в последний раз целуя её румяные щечки своими лучами. Оно прощалось навсегда, чтобы завтра снова встретиться с нею, как в первый раз, снова робко коснуться её поверхности, будто заново начиная свои ухаживания. Парень взялся за ручку двери. — Пожалуйста, запомни мое имя, Мицуода Лито!       — Хорошо. Я запомню, если ты пообещаешь оставить меня в покое на 5 лет. — Парень внимательно и с опаской посмотрел через плечо. — Ровно 5 лет, Итароки Асуи!       — Я согласен! — не медля ни секунды, парень поднял вверх ладони, показывая, что не собирается ставить крестики, как любят делать в средней школе. — Я отстану от тебя на пять лет, если ты запомнишь его и повторишь еще раз. Пожалуйста, повтори мое имя!..       Немного помедлив, светловолосый парень вдохнул поглубже и изо всех сил постарался зажмуриться. Повернувшись к парню в смокинге, крепко вцепившемуся в стол, Мицуода Лито выпрямился, невольно отметив, как идет ему черный цвет, и проговорил как можно отчетливей, чтобы слышал не только настырный пятикурсник, но и сам Мицуода.       — Я запомню твое имя, Итароки… Асуи!