Безумие

«Каждая мысль, каждое воспоминание, которое проскакивает на несколько секунд в моём сознании, приносит адскую боль моему сердцу»

— Пиши, звони и вообще не забывай, что у тебя вроде как есть в Китае друг, который любит и ждет! — бегло скользя глазами по фигуре Лухана, лепетал Тао. — Мы так мало были вместе! Давай ты полетишь с нами-и! Прошу-у! — хватая омегу за кожаную куртку, Цзы не переставал хныкать. — Эй, Тао, ты там что ли в любви признаешься? — с нескрываемым смешком, крикнул омеге Ву.– Давайте быстрей, скоро регистрация закончится! — Заткнись, Фань! — чуть ли не в слезах шикнул Тао, прижавшись к русоволосому. — Все в порядке, как только будет отпуск, сразу приеду в Китай, обещаю! — подняв вверх мизинец, слегка наклонился вперёд Лухан. Блондин обхватил своим мизинцем мизинец друга и они улыбнулись, «скрепив» тем самым обещание Лухана.– Все бегите, а то и вправду опоздаете! — легонько хлопнув Цзы по предплечью, рассмеялся Хань. — И что! За то с тобой останусь! — топнув ногой, омега привлек множество взглядов людей, что любопытно оборачивались за звук неожиданного хлопка. — Эй! Ещё немного и мы до Китая пешком пойдём! — рыкнул раздраженный альфа, сдвинув к переносице густые брови. — Хорошо. Иду.– Тао вновь прижался к другу, сжимая того в объятьях. Пара исчезла быстро из виду, после чего Лухан громко выдохнул, поджимая губы в тонкую полоску. Он вновь остался один. По пустой квартире не будет витать аппетитный запах выпечки, а большая кровать как всегда будет излучать холод, заставляя заворачиваться в толстое одеяло и пытаться согреться под покровом ночи. Именно сейчас он понял насколько сильно скучает по дому, по друзьям и родителям. Ему не с кем делиться теплотой тела, некого слушать, не с кем гулять и ни кто не учит его готовить. Даже Тао когда-то сказал, что Лу безнадёжен, к слову в тот день они умудрились спалить курицу, чуть не запечь в печке собаку Цзыи не утопить дом. И это все благодаря Лухану, чья невнимательность просто взлетела вверх. В квартире Тао до сих пор висит фотография, сделанная в тот сумасшедший день. Лухан стоял рядом со столом, испачканный в саже от спаленной курицы, а рядом на столе сидит Цзы, улыбаясь в камеру и показывая знак «V». Фотографировал к слову Ифань, что заметив такую картину не устоял перед «соблазном».

***

Ещё одна шумная перемена. Осталось три урока, что не могло не радовать учащихся. Несколько высоких альф стояли за школой, выкуривая уже не первую сигарету за этот день. Они громко смеялись, разговаривая о вчерашнем матче по баскетболу, что шёл по телеку. Сехун вновь делает затяжку с улыбкой смотря на недавно приобретенных друзей. Ему определённо нравилась эта школа. Она была лучшей из всех тех, где он уже успел побывать. Большая, светлая, но не только это радовало любопытный взгляд альфы. — Йа! А ну-ка, что вы там делаете? Курите?! — послышался со стороны голос завуча и альфы быстро сообразив, рванули с места, побросав недокуренные бычки сигарет. Громкий смех. Забежав в здание школы, где ученики размеренно шли по коридорам, омеги болтали в классах, альфы смотрели непристойные журналы в шкафчиках туалета, друзья шли по коридору, остановившись рядом со своим кабинетом, где жужжал класс. — Йа, он такой толстый, не смог бы нас догнать! — засмеялся Минхен, взлохматив рыжие волосы. — Точно.– кивнул Сычен, опираясь о стену спиной. Неожиданно дверь класса открылась и из-за неё вышел учитель, хмурым взглядом окинув хулиганов класса. Альфы учтиво поклонились при этом не переставая тихо хихикать. Из-за светлой чётки, что прикрывала глаза альфы, Сехун увидел вышедшего за учителем русоволосого омегу. Он, казалось, постоянно ходил за классным, нося в руках журнал. Пройдя мимо одноклассников омега даже не посмотрел на пятерых альф. Когда же двое исчезли за поворотом, друзья смогли спокойно вдохнуть, продолжая былой разговор и только О не переставал смотреть в конец коридора, куда повернул омега за учителем. Сехун не знал о русоволосом ничего, кроме должности «старосты класса». — Хэй, кто он? — кивнув в конец коридора, спросил Сехун, прерывая разговор четверых друзей. — Ты о ком? — посмотрев в ту же сторону, спросил Исин. — Тот омега за классным, кто он? — уточнил альфа, переводя вопросительный взгляд на четверых друзей. — Староста что ли? — со смешком предположил Чондэ, но заметив серьёзный взгляд Сехуна, брюнет прочистил горло, поправив расслабленный галстук, который висел на уровне груди.– Ты че? Реально? — Да он же книжный червь, нечего с ним ловить…– махнул рукой Минхен, отворачиваясь. — Обычно такие «хорошие» и есть в душе настоящие дьяволы…– протянул Исин. — Лухан — слишком правильный, так что можешь даже не ложить глаз. Ходят слухи, что у него ещё не с кем не было…– криво ухмыльнулся Чжан, успокаивая в голове свои тут же подоспевшие пошлые мысли. По коридорам и классам разнесся звонок, говоря тем самым учащимся занимать свои места в классах и дожидаться учителей, поэтому пятеро друзей нехотя прошли в класс, заняв задние парты. Немного погодя вошёл учитель английского, за которым шёл тот самый староста, сразу проходя за своё место. Он прошёл мимо Сехуна, оставляя дорожку из еле уловимого аромата фиалок, тем самым заставив блондина сжаться, вдыхая столь сладкий запах. — Ты точно будешь моим…– прошептал одними губами альфа, не отрывая взгляда от старосты, что как и все ученики сел за парту по просьбе учителя. Дни шли быстро, перетекая в недели и месяцы. Омега уже и не помнил, когда стал убегать быстрее из класса из школы после уроков, а на переменах пропадать в учительской или туалете, не желая встретить на своём пути О Сехуна, что настойчиво стал лезть в его размеренную жизнь. Могло казаться, что они просто дурачатся. Отбирают деньги, не смотря на то, что сами из обеспеченных семей, а Лухан не каждый день мог позволить себе после школы лишнюю железную баночку колы. Рвали рюкзак, который был уже перештопан в сотый раз. Он пытался стоять за себя, но что сделает омега против альф? Он ничто по сравнению с ними. Маленький и бесполезный. Именно тогда, после очередного издевательства, он плелся домой, проходя мимо уже знакомого здания, где висела недавно прикрепленная афиша, что здесь открылась школа боев. Все желающие могли прийти, но почему-то Лухан боялся. Он боролся своими силами, отчего хорошо отгребал. Они кидали друг другу едкие слова в спины, сжимали в кулаки пальцы, даже, наверное, желали смерти, но никто не знал, какая именно этому послужила причина, не знал именно Лухан. Для Сехуна же это было весело, школьные дни стали красочней, а разбавлял эту скуку именно Хань. Альфа не знал, что такого нашёл в неприметном старосте, но что-то точно тянуло в нем Сехуна. Может невинность? Или эта его сильная сторона, что он до сих пор может дерзить компании альф? Или что-то другое? Это было неизвестно, скрыто глубоко внутри, но все равно рвались наружу, желая…

***

Лухан вышел из машины, припарковав ту около больницы. На улице уже шустро стемнело и только яркие фонари освещают улицы неспящего Сеула. Пройдя совсем немного и останавливаясь примерно за три метра от входа в больницу, омега услышал знакомый голос позади и обернулся. Из темно-красной иномарки, что припарковалась рядом с машиной Ханя, вышел Бэкхен, переменная в руках лямки кожаного портфеля. Брюнет быстро нагнал коллегу, легко улыбаясь. — Ночное дежурство? — заходя в светлое здание за Луханом, спросил Бён. Русоволосый немо кивнул, на ходу снимая кожаную куртку. Дел на сегодняшнюю ночь было слишком много, поэтому Хань решил заняться ими не откладывая. Зайдя в открывшиеся двери лифта, Бэкхен уже нажал на кнопку этажа выше, как в последний момент в кабину забежал Чонин. — Эй, Ким, ты заполнил те бумаги, что дал тебе на прошлой неделе? — дернув альфу за рукав белого халата, спросил Бён, вопросительно изогнув бровь. — Какие ты мне бумаги давал? — повернувшись к коллеге, переспросил брюнет. — Не тупи! Ты их заполнил? Мне завтра утром их нужно Кёнсу передать! — Нет, не заполнял… — Что? — воскликнул Бэкхен, отчего в ушах неприятно зазвенело. — Смерти хочешь?! — Сори, но я реально не специально, на этой неделе было слишком мало свободного времени.– тянул альфа, будто оправдываясь перед крикливым Бёном. Лухан молча наблюдал за этой картиной, не решаясь вмешаться, ведь жить то ещё хотелось… — Давай я тебе их завтра к обеду принесу? У меня времени в обрез! — продолжил Чонин, смотря на то, как темноволосый омега тихо вскипает. Кима спасают только открывшеся дверцы лифта, в которые пулей вылетает альфа, пока Бэкхен не успел сообразить. — Вот засранец! Мне завтра утром нужны эти бумаги! — выбежав из лифта, кричит уже в след отдаляющейся фигуре. Парни ещё недолго смотрят в конец коридора. — С каждым разом все больше и больше убеждаюсь, что тут весело…– тянет Лухан, обходя со стороны помощника Бэка. — Конечно, весело, попробуй найди таких отбитых придурков-врачей! — смеясь, подтвердил брюнет, направляясь вдоль коридора. Яркие лампочки на потолке освещали тёмные коридоры и палаты больницы, изредка подрагивая и грозя внезапно отключиться. Они шли в звенящей тишине, пока Бэкхен внезапно не прокашлялся, чистая горло и не спросил.– Кстати, раз уж мы одни, давно интересовал вопрос, — начал омега, смотря вперёд. — Какой? — Ты и Сехун, вы были знакомы раньше? — с лукавой улыбкой, задал вопрос брюнет. Лисьи глаза сузились, темными щелочками следя за тем, как Лухан неосознанно побледнел. — Ведь, да? Казалось, будто если Лухан соврет, Бэкхен все равно не поверит. Казалось, что он читал мысли только глянув на тебя одним глазом. Врать было бесполезно. — Мы были одноклассниками в старшей школе.– отведя взгляд в сторону, прохрипел русоволосый. — Да? Это наверное, классно — встретить старого приятеля.– воскликнул Бён, улыбаясь своим же словам. — О, да… Ещё как… — Это так странно, что вы вновь встретились.– протянул брюнет, озадаченно закусывая губу. — Если бы вы были тогда парой, а сейчас бы встретились вновь! Вспыхнули чувства! Прям сюжет для фильма в жизни! — Мы не были парой.– замахал руками Лухан, пытаясь опровергнуть пустые догадки коллеги. Почему-то только от этих слов Бэкхена, сердце Лухана зашлось настолько быстро, будто грозя пробить ребра. Омега громко засмеялся на метания Ханя, прикрывая рот рукой. — Успокойся, это мои мыслишки не от мира сего… Не влюбись ненароком, все-таки Сехун ещё тот сердцеед! — похлопав ошарашенного Лухана по плечу, улыбался Бэк. — Я не влюблен в него! — кричал уже вслед Бёну русоволосый, чувствуя странный жар и мурашки по всему телу. — Ага…– кивнул, будто не веря словам омеги Бэкхен, исчезая за поворотом очередного коридора. Лухан стоял в коридоре, пытаясь успокоить проклятое сердце, которое все не могло перестать биться с башенной силой. Мысли заполнял альфа и русоволосый был готов взвыть. Сехун будто повсюду был рядом, даже в мыслях Лухана. «Я не знаю, что чувствую к тебе, О Сехун, но в любом случае это нужно прекратить.»

***

— Так вас беспокоят боли в животе? — переспросил альфа, выслушав пациента, что слегка дрожащей рукой держался за больное место. Альфа в годах согласно кивнул, жмурясь от боли. Чанёль предложил мужчине лечь на кровати и ощупать его. — Больно? Казалось, эти слова он произносит сто раз на дню, будто на автомате выполняя движения руками, повторяет одни и те же слова и проводит различные операции. Пак не отдыхал довольно долго. Примерно два месяца без выходного… И совсем не потому что не устаёт или ему скучно, просто в месте, что он с комком в горле называет «дом» — никто не ждёт. Холодная кровать пустеет от ночи к ночи, а на кухне еда не готовилась прилично долго, брюнет уже и не помнит, когда последний раз бывал там. Собственный кабинет намного уютнее и теплей чем просторная квартира, где так одиноко одному. Возможно, он остаётся в этом месте только в надежде увидеться с Бёном. В свою очередь омега просто убегает, ускользает. Ещё с самой младшей школы альфа чувствовал, что Бэкхён значит для него нечто большее, чем просто друг-сосед-одноклассник. — Болит? — ещё раз задал вопрос Чан, надавив в другом месте. Пациент болезненно заскулил, кивая. — Хансоль, сделайте гастроскопию* и результаты ко мне в кабинет. — интерн, что стоял рядом с койкой, где лежал пациент, согласно кивнул и набрав чей-то номер, предупредил о своём появлении в другом отделении. Чанёль вышел из палаты, устало потирая шею. Как бы он сейчас хотел упасть на своё большее кресло в кабинете и заснуть, но работа не ждёт и альфа, утробно рыча от досады, идёт вдоль коридора. Высокий рост и длинный белый халат, что от быстрого шага поднимается, заставляют всех омег от медперсонала до пациентов нервно скулить. Красив, хорош собой. Он нервно прикрывает глаза и чувствует сильный удар в грудь, будто кто-то решил слепого и врезаться в уставшего хирурга. — Ох, Чан, извини… — размазано кидает Чонин и удаляется быстрым шагом по коридору, несколько раз оборачиваясь, и скрывается за очередным поворотом. Пак задерживается, озадаченно смотря коллеге в след, пока коридор не рассекает чьё-то рычание и бешенный топот. Альфа сразу почувствовал прожигающий взгляд и обернулся. — Ким Чонин! — разносится по помещению, заставляя несколько людей обернуться. — Смерти хочешь?! Я тебя догоню! Самому же хуже будет! — Бэкхён несся по коридорам, даже не заметив Пака. Омега был зол так, как лицо его покраснело, а тело так и излучало гнев. Неожиданный звонок заставил альфу откинуть ненужные мысли в сторону, отвечая: — Да… — Доктор Чан, срочно подойдите в гастроскопическую, это на счёт пациента. — тараторил Хансоль. Даже не ответив, Пак рванул с места, уже через минуту оказавшись в нужном месте. На экранах были изображения двенадцатипёрстной кишки, что так болела у престарелого альфы. — Что думаете? Мне же не кажется? — поглядывая на брюнета, спросил интерн. — На стенках кишки скопление раковых клеток. — будто говоря сам с собой, бурчал Пак, — а с чем он к нам поступал? — Аппендицит. — Странно… — вновь буркнул Чанёль, не отводя взгляда от мониторов двух приборов, — готовьте операционную.

***

Омега уверенным шагом направляется к аллеи за больницей, где любят гулять днём пациенты и некоторые работники. Его пальцы сжаты в кулаки, а лицо не выражает кажется, никаких эмоций. «Я не могу! Я так больше не могу» — кричал разум и Лухан его слушался. Завидев в полумраке тёмный силуэт альфы, русоволосый невольно замедлился и сам не заметив за собой этого. В голове метались разные мысли и в какой-то момент он хотел даже убежать, скрыться, исчезнуть, но Сехун обернулся на стук подошвы, еле заметно ухмыльнувшись. Лухан и сам не понимал, когда успел подумать о том, что привык к Сехуну. А ведь это всегда происходит именно так! Откуда берётся эта химия между людьми, такая прозрачная и неощутимая на первый взгляд? Случайно брошенный взгляд, касание руки…оно схоже с наваждением. Загорается как спичка, горит ярко и горячо. И пусть, возможно, эта искра проскользнула между ними, они ничего не значилась, или Лухан просто не хотел это осознавать? — Хотел поговорить? — смотря сверху вниз на омегу, спросил блондин. Его белый халат развивался на слегка ощутимом ветерке, а непослушные пряди волос выбивались из общей массы, падая на лоб. — Я хочу прекратить это.– уверенно произнёс Лухан, не разжимая кулаки. Где-то далеко внутри него сидел тот самый маленький омежка-Хань, что любил читать и учиться, делая это с удовольствием. Тот, что был приветлив и не мог ударить, тот, что боялся Сехуна. Этот страх липкими пальцами забирался под кожу, заставляя дрожать. От альфы можно ожидать всего, что угодно. — А мы что-то начинали? — скептически хмыкнул блондин, засунув в карманы черных брюк руки, — и ты для этого меня позвал? — Не строй из себя дурочка… Просто давай прекратим это.– на выдохе произнёс русоволосый. — Читай по губам, меня все устраивает, — наклонившись к Лухану, почти касаясь своими губами омежьих губ, прошептал альфа.– Хотя в постели ты бревно, Лухан, но мне это даже нравится.– шипел Сехун. Их глаза были на одном уровни. — Что даже за такое долгое время не нашёл кого-то чтобы «наверстать» упущенное? — продолжал можно сказать смеяться в лицо альфа.– Мне это льстит… Звук удара. Красный отпечаток ладони остался на бледной щеке Сехуна. Они оба знали, что этот разговор ничего не даст, но надежда умирает последней… — Место забыл своё, омега?! — выкрикнул О, схватившись за воротник белой рубашки русоволосого и потянул его вверх, заставив омегу встать на цыпочки. Глаза в глаза и слышно только утробный рык этих двоих. Как восемь лет назад… Ничего не изменилось с тех пор… — Зато смотрю тебе было с кем «навыки оттачивать»! — плевался ядом Лухан, в ответную вцепившись в халат Сехуна. — Завидуешь? — криво ухмыльнулся второй, вопросительно изогнув бровь. — Не дождешься…– Лухан неосознанно поддался вперёд и рывком выдернул себя из мёртвой схватки. — Сехун, Лухан! — неожиданно послышались со стороны и оба обернулись, замечая недалеко запыхавшегося Бэкхена, что опираясь двумя руками о колени, пытался ловить ртом свежий воздух.– Там… Вон Юкхэй очнулся… — показывая в сторону больницы, хрипел омега.