Я - Винчестер?

Глава 1

Дин Винчестер Время неумолимо бежало вперед. Прошло уже больше двух лет с тех пор, как Эрику поймали, но упустили. Больше о ней никто не слышал. Ее искали, не переставая, но девушка словно исчезла. Вот это я понимаю — конспирация. Не изменилось ровным счетом ничего. Дэмиен прочно обосновался в нашей жизни, я даже привык к парнишке. Ему уже 14. Парень быстро растет, мне уже по плечо. С возрастом разница цветов на его лице стала только заметнее. Ну, красивый пацан, ничего не скажешь. Дэмиен попросил перевести его в другую школу из-за той давней ссоры с Элизабет. Новые одноклассницы штабелями падают при виде парня. Но он лишь отмахивается от них, как от назойливых мух. Мы с Сэмми уже несколько раз обсуждали, что можно было бы взять Дэмиена на охоту. Однако брат противится, мол, ему учиться нужно. Ну нельзя же всю жизнь учиться. Я постучал в комнату Дэма и вошел. — Доброго вечера. Парень, лежавший на кровати, уткнувшись в книгу, поднял свою разноцветную голову. — Доброго. Я кинул ему мороженое. — Расслабься. Сколько можно читать. Дэмиен, улыбаясь, сел и распечатал десерт. — Спасибо. — Кушай на здоровье. Дэмиен не оставлял ту мысль, что я — его отец. Однако, после нескольких наших с ним ссор на этой почве он перестал об этом говорить. Но в его разных глазах отражается все, о чем он думает. Я сел на пол перед плазмой. Дэмиен усмехнулся. — И чего это ты собрался делать? Теперь усмехнулся я, доставая коробку с приставкой. — Иди сюда. Парень, доев мороженое, сел рядом со мной. — Спорим, что я тебя сделаю? Я презрительно сощурился. — Ой, да кого ты можешь. Всегда мне продувал, а тут сделать собрался. — Да я тактику продумал. — Вот говорил я Сэму: «Нельзя парню столько учиться», он теперь тактики придумывает. Дэмиен расхохотался. — Давай, включай. Я запустил гонку, и началась борьба не на жизнь, а на подзатыльник. Сэм Винчестер Пока Дин и Дэмиен играли в приставку, я проверил уроки парнишки. Смышлёный малый, хорошо учится. Дэмиен хотел поговорить со мной после игры, но процесс затянулся, потому что парень постоянно требовал реванша у моего брата. Я пошел спать. Едва заснул, ко мне в комнату постучались. Я ответил, и Дэм зашёл. — Ой, прости, ты спишь. Я сел на кровати. — Заходи уже. Дэмиен сел ко мне на кровать. Я запустил руки в волосы, соображая. — О чем ты хотел поговорить? Парень замялся. Видно было, что он не знает, с чего начать. Он движением руки поправил волосы. Я с удивлением заметил, что Дэм делает это в точности как мой брат. — В общем. Помнишь, я когда-то говорил про свою маму? Я нахмурился. Уже 2 года он ни слова не говорил о смерти своей мамы. Я думал, что он как-то смирился, но, видимо… — Помню. И что? Дэмиен вздохнул. — Она жива, Сэм. Я даже закашлялся. Что, простите?! Видимо, на моем лице было все ясно написано, потому что Дэм решил продолжать. — И вы ее знаете. Что происходит? Кто его мать?! Быстро перебрав в уме всех знакомых девушек и женщин, я не нашел ни одной, на которую Дэмиен был бы похож. — Ну говори уже. Парень поднял на меня свои разноцветные глаза. — Хочешь узнать мою настоящую фамилию? — Ты издеваешься?! — Я О’Коннор. Дэмиен Торетто О’Коннор. Остановите планету, пожалуйста. Моя остановочка. Я не могу. От шока я даже голос потерял. — То есть ты — сын Эрики О’Коннор? Дэм кивнул. Аут. Я сидел, схватившись руками за голову, и качался взад-вперед, в полнейшей тишине. Дэмиен понял и просто давал время осознать информацию. Как?! Черт, что?! Дин?! Дэмиен Торетто О’Коннор Я не ожидал, что на Сэма эта информация произведет такое впечатление. Вроде охотник, привык к неожиданностям. Прошло некоторое время, прежде чем Винчестер снова посмотрел на меня. Теперь в его глазах был неподдельный интерес. — А ну рассказывай. Я выложил ему всю историю своей жизни. Просто говорил и говорил. Сэм внимательно слушал, иногда перебивал, уточняя. — Ну вот, в принципе. Я закончил словами о том, что мама звонила мне на прошлой неделе. Сэм не знал, что сказать. Просто сидел и молча смотрел на меня. — Скажи уже что-нибудь. — И ты 3 года молчал? Я пожал плечами. — Получается, так. — Но почему? — Я бы выдал ее. Откуда я знал, вдруг вы будете ее шантажировать мной? — Тоже верно. Мы немного помолчали. — Это получается Дин и Эрика… Тут уже удивился я. — Ты думаешь, что Дин — мой отец? Сэм отмахнулся. — К гадалке не ходи, и так все видно. Ты же его копия. Только чуть поменьше и с правой стороны. Мы рассмеялись. Дэмиен Торетто О’Коннор От Сэма я вышел только ближе к рассвету. Но выспаться как следует мне, естественно, не дали. Школа — то ещё наказание. Едва выйдя из машины, я сразу поймал на себе взгляды девчонок, толпящихся неподалеку. Дин говорил, что моя внешность с одной стороны является наказанием для меня, но тогда я воспринимал это по-другому. Никогда не мог бы подумать, что парень с гетерохромией, причем ярко выраженной, сможет привлечь столько внимания. За партой я сидел один, поскольку в этом классе был новеньким, и ни с кем близко не сходился. Мне было больно после разрыва с Элизабет, и я решил ни с кем больше не сближаться, чтобы история не повторилась. Будучи подростком, я, конечно, интересовался девчонками. Однако не так сильно, чтобы голову терять. Меня не привлекала ни одна из толпы моих воздыхательниц. Но к той, что всегда держалась в стороне от шума, будучи этакой серой мышкой, меня влекло так, что я вовсю нажимал на тормоза. Хлоя Диккенс, тень, «заморыш», как ее дразнили девчонки. Всегда сидит одна, безошибочно отвечает на уроках, после учебы бежит домой, нигде не задерживаясь. В буфете всегда берет сок и булочку, носит очки, собирает волосы в высокий хвост. И да, Хлоя — альбинос. Ее волосы белоснежно белые, глаза — холодного голубого цвета, а кожа отливает мертвенной бледностью. Из раздумий меня вырвал звонок с урока. Хлоя быстро встала, собрала учебники и вышла из класса. Я понял, что если не сейчас, то никогда. Я догнал ее возле следующего кабинета. — Хлоя! Она вздрогнула и замерла, ожидая какой-нибудь колкой фразы в свой адрес. Я подбежал и, остановившись напротив нее, улыбнулся. — Привет. Подозрительно сощурив глаза, Хлоя осмотрела меня с ног до головы. — Привет, Дэмиен. — Отлично, ты знаешь, как меня зовут. Не против, если на алгебре я сяду с тобой? Она горделиво подняла голову, вздернув нос. — Списать не дам. Я рассмеялся. — С алгеброй у меня все отлично, можешь списывать. Так я сяду? Хлоя не знала, что делать. — Дэмиен! Я обернулся. Классный руководитель, мистер Хоббс, стоял у дверей в кабинет директора. Я же ничего не сделал. — Что? — Подойди сюда. Я повернулся к Хлое, чтобы сказать, что позже поговорим, но ее уже не было рядом. Ладно, потом. Я подошёл к Хоббсу. Тот открыл дверь в кабинет, пропуская меня вперед. Я напрягся, ведь ничего не делал. Директора в кабинете не было. Интересный поворот событий. — Дэмиен, я хотел поговорить с тобой. Началось. Я опёрся бедрами на край стола директора. — Я слушаю. Хоббсу было неловко. Он ходил из угла в угол, собираясь с мыслями. — Понимаешь… В документах из прежней школы указано, что ты живёшь с мамой. Однако она не появлялась ни на одном родительском собрании. И документы подавал какой-то мужчина. Ты можешь мне это объяснить? Ах вот в чем дело. А я уже испугался. — Дело в том, что моя мама в долгосрочном отъезде, и сама не знает, когда сможет вернуться. Я сейчас живу у своего дяди. Соврал? Нет, конечно. Хоббс кивнул. — Теперь понятно. Могу ли я побеседовать с ним как-нибудь? Это ещё зачем? — Простите, я что-то сделал? Или не сделал? — Нет, Дэмиен, все хорошо, что ты. Просто нужно обсудить несколько моментов. Я недоверчиво посмотрел на классного руководителя. — Ну, я могу попросить его завтра, чтобы, когда привезет меня, зашёл к вам. — А забирать тебя разве не он будет? Я помотал головой. — Нет. — А кто? — Не важно. Хоббс странно посмотрел на меня. — Я хочу поговорить с твоим дядей. Завтра жду его у себя. Я кивнул. Войдя в класс, я увидел, что там пусто. Это как понимать? В коридоре меня окликнул одноклассник. — Дэм, нам физ-ру поставили, математичка заболела. О-о-о, круто. Я побежал переодеваться. Хлоя Диккенс В раздевалке девочки, хихикая, бросали на меня колкие взгляды. Все из-за этого О’Коннора. С чего это ему вздумалось сидеть со мной? Он пришел к нам в класс два года назад. Высокий, но щуплый, по таким все девчонки с ума сходят. Первый год его не замечали, второй тоже, но когда он пришел в школу в этом учебном году… Дэмиен стал ещё выше, по какой-то причине контраст на его лице стал ещё выраженнее. Видно было, что он занялся спортом. Кроме того, он хорошо учится. Прозвенел звонок на урок, все вышли на улицу. Учебный год подходил к концу, весна выдалась теплая, поэтому физкультура проходила на школьном стадионе. Когда мы построились, учитель с задумчивым видом подошёл к началу шеренги. Первым по росту стоял Шелдон, главный задира нашего класса, за ним — Дэмиен. — О’Коннор и Уотс, поменяйтесь местами. Шелдон непонимающе посмотрел на учителя. — Почему это? — Потому что Дэмиен выше тебя. О’Коннор, усмехнувшись, занял место Шелдона. По шеренге прошел смешок. Урок пошел своим чередом. Разминка, комплекс упражнений. Поступило предложение сыграть в футбол. Набрали команды. Девочки остались сидеть, изображая группы поддержки. Неожиданно рядом со мной на лавочке оказался О’Коннор. — Ты чего тут забыл? Он улыбнулся. — Я не играю в футбол. Мы молча наблюдали за игрой, когда учитель окрикнул Дэмиена. — Почему не играешь? О’Коннор пожал плечами. — Не умею. — Бегом на поле, ты за красных. Научишься, тут много уметь не надо. Дэмиен подмигнул мне и побежал на поле. Девчонки, сидящие неподалеку от меня, видели это, и тут же зашептались. На Дэмиена надели красный жилет и отправили играть. Первые минуты он присматривался, но потом… Он играл так, словно всю жизнь этим занимался. Шелдон и его компания только рычать успевали, когда Дэмиен забивал им очередной гол. Странный парень. Дэмиен Торетто О’Коннор Мы выиграли со счетом 3:17. В раздевалке парни предложили присоединиться к их компании. Они играют в школьной команде, ездят на соревнования. Я взял время подумать. С одной стороны, это пойдет мне на пользу, как физически, так и морально. У меня будет компания. Все плюсы и минусы членства в футбольной команде школы мы с Дином обсуждали всю дорогу домой. — Не, Дэм, соглашайся. Я только «за». Я кивнул. Его мнение было очень важно для меня. На следующее утро, когда Сэм привез меня в школу, я проводил его к кабинету классного руководителя. Дождаться его мне было не суждено, потому что прозвенел звонок, и я побежал в класс. На биологии нас разбивали на пары для лабораторной работы. Я ждал, когда кто-нибудь останется один, сам не хотел к кому-либо подсаживаться. — О’Коннор, вы с Диккенс работаете. Я поднял голову и поймал взгляд Хлои. Она быстро отвернулась. Я взял рюкзак и сел рядом с ней. — Привет. Она улыбнулась. — Привет. Мы отлично работали в команде. С биологией у нас у обоих было неплохо, поэтому с лабораторной мы справились быстрее всех. Учитель мельком взглянул в наши тетради и одобрительно кивнул. Радостная Хлоя, не удержавшись, дала мне «пять», а потом смутилась. Я улыбнулся. — Все хорошо. В конце урока, когда все сдавали тетради, в класс постучались. В дверном проёме возник Сэм. Нашел взглядом меня и кивнул. Я напрягся. Что-то в его взгляде мне не понравилось. Учитель поинтересовался, что привело моего дядю к нам в класс. Сэм попросил меня на минуту, я вышел. — Что он говорил? Винчестер был взволнован. — О тебе стабильно, раз в месяц, интересуются сразу 2 человека. О как. — Кто? — Мужчина и женщина. Женщина всегда звонит по телефону. Спрашивает об учебе, успеваемости. Я так понял, что это Эрика. — Правильно понял, она. А мужчина? — А тут сложнее. Он приходит и выведывает, представляясь твоим дедушкой. Не, ну видали? — Такого не может быть. — Дэмиен, это Каин. Моя челюсть не удержалась на месте. — Каин?! Сэм кивнул. — Но я, конечно, подтвердил, что женщина — это твоя мама, которая в отъезде, а мужчина — дедушка по линии отца. — Даже по линии отца… — В некотором роде, это так и есть. Я вопросительно нахмурил брови. — Не понял. — Мы с Дином происходим из рода Каина и Авеля. Я сел на пол возле кабинета, держась за голову. — Что-о-о? — Да. Я думал, ты знаешь. Ну так вот. Он тоже интересуется тобой. Зачем? Я пожал плечами. — Не знаю. Он говорил, что мы ещё встретимся, но… Я не понимаю. — А мистеру Хоббсу ты сказал, что я твой дядя? Я кивнул. — А что? — Да ничего, просто не думал, что ты скажешь правду. Мы с Сэмом уже более, чем уверены, что Дин — мой отец. Осталось только доказать это ему. — Ладно, я поехал. Сегодня как обычно? Я поднялся с пола, отряхивая джинсы. — Кстати, нет. У меня сегодня тренировка по футболу. На два часа позже пусть заезжает. — О как. Ну, хорошо. Ладно, Дэм, давай, удачи. Мы обнялись, и я вошёл в класс. Озадаченно смотря перед собой, сел рядом с Хлоей. Значит, Каин за мной следит?

Глава 2

Эрика О’Коннор Вы когда-нибудь видели восход солнца над горным озером? А я наблюдаю это великолепие каждое утро. За два года с моей последней поимки я изменила тактику. Теперь я живу не на другом конце материка, а в горах через 3 штата от того, где жила до начала охоты на меня. Больше меня не ловили. Ни разу. Потому что не каждый человек способен жить и выживать в горах. Я тут недавно задумалась, что же у меня есть? Кто я? Ради чего живу? Ответы давай пришлось самой, ведь я живу одна. У меня есть свобода, маленький домик в горах. Я — Эрика О’Коннор, чертовка, беглянка, охотница. Меня искали, ищут и будут искать все охотники страны. А живу я ради своего сына, моего маленького мальчика. Дэмиену уже 15 лет, он также живёт с теми двумя охотниками. Их имен я знать не хочу, ведь тогда у меня, в случае поимки, могут их выпытать и найти моего сына. Мне самой интересно, как я так смогла за два года привести в порядок те руины, которые я нашла однажды на рассвете. Я, как обычно, о чем-то думала, когда споткнулась о какое-то бревно. Старая хижина, полуразвалившаяся от сырости и времени, оставляла желать лучшего. Но меня тут же посетила мысль, что я вполне смогла бы тут жить. Людей в округе нет в радиусе пяти-семи километров, охотники (на животных, разумеется) забредают сюда очень редко, из-за высоты и спертости воздуха. В общем, я решила облагородить это место. Времени на практику в строительном деле у меня было навалом. Я дважды чуть не отрубила себе руку топором, пару раз падала с крыши, но делать было нечего, и, после гневной тирады, я вновь принималась за работу. Теперь на полянке, спрятавшись в густых ветвях деревьев, стоит мой домик. Одна большая комната, служащая и кухней, и спальней, и гостиной, прилично оборудованная ванная. Чувствую себя героем, лучшим в мире сантехником и плотником, когда смотрю на дело рук своих. Такого водопровода, как у меня, точно ни у кого нет. Жизнь текла своим чередом. Раз в неделю я звонила сыну, раз в месяц ездила в ближайший город за продуктами и всем необходимым. Моя машина — старенький пикап — была спрятана под самодельным навесом. Возможно, так бы я и провела ещё несколько лет здесь, в тишине и покое, если бы не один вечер и человек, которого я тогда встретила. Дин Винчестер Я не удержался и закатился хохотом, когда увидел, как Дэмиен и Сэм испуганно смотрят на меня, только что вышедшего из кустов. Да, видок соответствующий — с ног до головы в темной крови только что убитого оборотня, волосы торчком. Сэм насупился и подошёл ко мне. — Хватит смеяться. Как все прошло? Я усмехнулся. — Если бы к вам вышел оборотень в моей крови, вот тогда было бы плохо, а так — шикарно. Дэмиен, уже подросший парень, облегчённо выдохнул и рассмеялся. Дэм растет. Я с удивлением наблюдаю за его развитием, как он меняется. Внешне и внутренне. Если говорить о внешности, то контраст на его лице стал просто невыносимым. На меня с его лица смотрели два абсолютно разных человека. Но, черт, он был красив. Может, от меня это и странно слышать, но он реально красив. Девчонки штабелями падают. Сэм пару раз пытался со мной поговорить насчёт мальчишки. Мол, подумай, он твой сын. И я думал. Много думал. Не спал ночами, мучительно пытаясь вспомнить хоть одну девушку, на которую он был хоть немного похож. Но не мог. Видимо, мое напряжённое сознание пыталось мне помочь, потому что я однажды видел ее во сне. Да-да, мельком, буквально на секунду, я увидел ее. Она сидела на кровати, обнимая Дэмиена. Я не запомнил ни ее лица, ни каких-либо ещё внешних признаков, по которым мог бы узнать. Однако эти признаки были на лице Дэмиена. Воспитательный процесс завлек меня, мне нравилось проводить время с подрастающим Дэмиеном, разговаривать с ним, болеть за него на футбольных матчах, понимать, что он действительно мой родной человек. Я не был до конца уверен, но я чувствовал, что он — часть меня. В юном, ещё зелёном Дэмиене я видел себя. Ну, с правой стороны. А с левой на меня смотрела незнакомка, являющаяся его матерью. В нашей мужской компании Дэмиен стал своим после первой охоты. Парень сам выследил и убил ведьму. Получилось интересно, ведь эта ведьма мучала его подругу, Хлою Диккенс. Между ними, как говорил мне Дэмиен, не было отношений, даже намека, но была дружба. Искренняя дружба, сблизившая двух отщепенцев, выделяющихся из толпы своей внешностью. Дэмиен учил Хлою справляться со своими комплексами по поводу внешности, она учила его готовить, помогала в учебе. Они вдвоем часто зависали в его комнате за приставкой, пили чай на кухне. Девчонка быстро перестала стесняться нас с Сэмом, общалась на равных и, честно признаюсь, мне она нравилась. Нет, вы не подумайте, что я склонен к чему-то противозаконному. Хлоя нравилась мне как человек, как подруга моего… сына? Черт, я не знаю. Мы сидели на капоте Импалы и обсуждали следующее дело. Мне даже дали салфетку, лицо вытереть, чтобы я стал более-менее похож на себя. В разгар наших обсуждений неподалеку послышался выстрел. Мы втроём, как по команде, схватились за пистолеты и прислушались. — Так, папа-Дин пойдет проверит, что случилось. Сидеть тихо и не высовываться до моего возвращения. Не вернусь в течение часа — можете ехать домой. Дэмиен вопросительно приподнял бровь. — Почему так? — Потому что я, похоже, не всех оборотней добил. Парни кивнули, и я двинулся в чащу леса. Держа пистолет наготове, я мучительно старался вспомнить, с какой стороны услышал выстрел. Местность была гористой, неподалеку возвышались каменные глыбы, закрывая мне небо. На секунду мне показалось, что на одном из выступов что-то мелькнуло, но я отмахнулся. Не до этого сейчас. Через полкилометра я наткнулся на следы крови, уходящие дальше по тропе. Но, едва я присел, рассматривая его, как резкая боль в районе затылка заставила вскрикнуть. Я потерял сознание. Эрика О’Коннор Находясь в бегах, я не переставала охотиться. Даже обретя какой-никакой дом, иногда выбиралась в город, узнать новости и спасти кого-нибудь. Так получилось и в этот раз. Я выследила стаю оборотней, шла за ними до самого леса, но они, пронюхав, что за ними слежка, разбежались в разные стороны. Я выругалась и побежала за вожаком. Поняв, что он направляется в лощину, я срезала путь и, застав его врасплох, всадила серебряную пулю в сердце. Оттащила его с тропы и забралась повыше, так как услышала приближающиеся шаги. На тропу вышел парень, держа пистолет наготове. Высокий, крепкий, темные русые волосы. Красив, чертяка. Парень увидел кровь убитого мной вожака на тропе, присел, рассматривая. Я так увлеклась наблюдениями за ним, что не заметила выскочившего из чащи леса оборотня. Порождение темноты решило устроить себе ужин, и поступило довольно мудро, со своей стороны. Оборотень взял камень с тропы и, подкравшись сзади, ударил парня в затылок, да так быстро, что я и пикнуть не успела. Естественно, после этого я выстрелила, и мертвый оборотень упал рядом с бесчувственным парнем. Я слезла с выступа и подошла к раненому. Насколько это было возможно, осмотрела рану. Жить будет. Хотела уже повернуться и уйти, но что-то внутри ёкнуло. Нельзя его бросать. Стая может собраться здесь и славно поужинать, так что… Хотя, какое мне дело. Тем более охотники для меня сейчас вообще не друзья. Я развернулась и пошла прочь.

Глава 3

Эрика О’Коннор — С другой стороны, хоть не скучно будет, триста лет ни с кем не разговаривала. Это я вслух размышляла, искала плюсы, пока тащила этого парня к своему дому. Тяжёлый, с ума сойти. Когда я сгрузила эту тушу на кровать, почувствовала себя Гераклом. У парня не прекращалось кровотечение, придется врачевать. Я стянула с него куртку и ботинки. Пока грелась вода на процедуры, я обшарила его карманы. Знаю, плохо, но я не могла рисковать. Мало ли, кем он окажется. Но никаких документов, удостоверяющих личность, при парне не было. Странный тип. Я просто сидела и смотрела на него. Красивый. Вот правда красивый. Нос в веснушках, пухлые губы. Шрам на щеке. Я поймала себя на мысли, что он на кого-то похож. Вот только на кого, решить я не успела, потому что закипела вода. Я промыла ему рану, сделала все, что могла, наложила повязку, и стала ждать. Если все будет хорошо, через пару часов должен очнуться. Однако он не очнулся ни через пару часов, ни даже через пару дней. Парень дышал, однако почти не шевелился. Я начала переживать, что он вообще не очнётся. Вдруг задет какой-то важный отдел мозга, и он вообще не сможет больше двигаться? Таким невеселым думам я предавалась, сидя в своем кресле-качалке. Парень занял мою кровать, а она у меня одна, поэтому пришлось доставать раскладушку. Не скажу, что рай, но спать можно. Кто же ты, неведомый парень со шрамом на щеке? На кого ты так болезненно похож? Дин Винчестер Вот же чёрт… Голова болела так, словно ее разрывало изнутри. Я не решался открыть глаза, боясь умереть от боли. Нужно вспомнить. Что произошло? Так. Я был на охоте. Один? Не-е-ет. Со мной были… Сэм и Дэмиен, точно. Так. Потом оборотень, выстрел, кровь… Ага. Кто-то неслабо вмазал мне по голове. Найду — убью. До меня не сразу дошло, что лежу я далеко не на тропе в горах. Подо мной было что-то мягкое. Кровать? Возможно. Я дома? Меня нашли? Сэм? В нос ударил запах еды. Кофе? Да. Откуда у меня в комнате кофе, если я сам его не заваривал? Похоже, открыть глаза все же придется. Я медленно, очень медленно, на пару миллиметров приподнял веки. Понял, что я не дома. Я приоткрыл глаза и из-под ресниц оглядел помещение, насколько это было возможно. Бревенчатый дом. Довольно большая комната, очевидно, является и спальней, и кухней. Холодильник, плита, раковина, шкафчики на стенах. Помимо запаха еды я уловил ещё один запах, заставивший мурашки пробежать по коже. Запах женщины. И, судя по едва слышным шагам, она здесь. Только почему-то не в поле моего зрения. Я попытался тихо и осторожно перевернуться на бок, чтобы исправить это, но резкая боль в затылке вынудила меня застонать. Быстрые шаги в мою сторону. — Какого чёрта ты вообще зашевелился без моего ведома? Какие мы строгие. Сам открыть глаза я боялся, но она это сделала за меня. Послышался щелчок, после чего она пальцами открыла мой глаз и посветила фонариком. Я зажмурился. — С ума сошла что ли? Я чуть не ослеп. — Реакция есть. Хорошо. Я продолжал ворчать, не открывая глаза. — Конечно, есть, себе в глаз фонариком посвети, я посмотрю на тебя. Она усмехнулась. — Открывай глаза. Я не буду больше светить. Я почувствовал, как она села на край кровати, и открыл глаза. Лучше бы я этого не делал. Организм сразу же правильно отреагировал на красивую девушку, повезло, что она сидела спиной к моему недоразумению. Я думал, таких не бывает. Впервые в жизни я видел настолько красивую девушку. На ее лице не было ни грамма косметики. Естественная красота была настолько поражающей, что я не мог отвести взгляд. Русые волосы до лопаток, огромные голубые глаза, рассматривающие меня с неменьшим интересом. — Как я здесь оказался? Кто ты? Девушка усмехнулась. — Кто я, тебе знать не обязательно. Тебя вырубил оборотень, я, как добрая самаритянка, притащила тебя к себе. Я огляделся, насколько это было возможно. — Ты здесь живёшь? Она кивнула. — Теперь не только я. Я усмехнулся. — Не-е, дорогая, я здесь не задержусь, меня дома ждут. Прошло пару часов, брат уже панику поднял, по-любому. Девушка иронически изогнула бровь. — Серьезно? Пару часов? Парень, ты неделю в отключке провалялся. Я резко сел, за что тут же поплатился невыносимой болью в голове. Пришлось откинуться на подушку, схватившись за затылок. — Ско-о-олько?! — Неделю. Сегодня восьмой день. Я застонал. Теперь уже Сэмми должен продавать душу за меня. Привычка у нас такая. — Хватит стонать. Не умрут без тебя. А отсюда ты не выйдешь ещё пару дней, если не недель. Я нахмурился. — Все так плохо? Девушка пожала плечами. — Точно не знаю, ты был в отключке, я сильно не лезла. Можно я посмотрю? Так и сверлит меня своими глазюками. Я махнул рукой. — Валяй. Она помогла мне сесть и приступила к осмотру. Иногда фыркала, когда что-то шло не так. Нужно все-таки узнать, как ее зовут, ну или хотя бы пусть придумает себе имя, чтобы я мог обращаться к ней. Я озвучил свои мысли. Девушка за моей спиной усмехнулась. — Кира. — Это настоящее имя? — Конечно, нет. — Ну да, мог бы догадаться. А оно похоже на настоящее или вообще нет? Кира рассмеялась. — Чёртов Шерлок. Не скажу. Много будешь знать — плохо будешь спать. Я передразнил ее, за что тут же получил по лбу. Кира, Кира. Что же ты за создание? Эрика О’Коннор После перевязки я предложила парню сходить в душ. Он рассмеялся, но согласился. Нужно покормить этого страдальца. Как он мог не услышать оборотня? Тетеря. Когда парень вышел из ванной, на столе уже стояли тарелка с супом, свежий салат и горячий чай. Я, стоя спиной к своему постояльцу, указала на стол. — Все готово, можешь садиться. — Кир, у тебя есть какая-нибудь одежда? А то моя грязная… Я обернулась. Парень стоял в центре комнаты в одном полотенце, держа в руках свои вещи. Вот, казалось бы, я взрослая девушка, да. Но голый мужской торс — красивый голый мужской торс — заставляет меня краснеть, как маленькую. Я быстро взяла себя в руки и отвела взгляд. — Сомневаюсь, что у меня есть футболка на тебя, но спортивные штаны должны быть. Я полезла в шкаф и вытащила оттуда серые треники. — Не совсем свежие, но на первое время пойдет, пока я твою одежду постираю. Парень замялся. — Да я сам постираю, и так себя неудобно чувствую. Я приподняла бровь. — Из-за чего? Он опустил глаза. — Ну, стесняю тебя, кровать твою занял, постельное кровью замарал, кормишь меня, а теперь ещё и одежда. — Ну-ка цыц. Одевайся и садись кушать. Я взяла у него из рук его вещи и унесла в ванную. По возвращению я обнаружила, что парень переоделся и во всю уплетает мой суп, прихрустывая салатом. Я села напротив и закинула ногу на ногу. — Ну рассказывай. Парень поднял голову от тарелки. — Что рассказывать? — Для начала, как тебя зовут. Он хитро прищурился. Где-то я видела такой прищур… — Так я тебе и сказал. Я рассмеялась. — Ладно, давай ненастоящее имя. — Стив. Я передразнила его. — Это похоже на настоящее имя или вообще нет? В ответ он передразнил меня. — Много будешь знать — плохо будешь спать. Мы рассмеялись. Дин Винчестер После обеда Кира показала мне свои владения. Небольшой дворик, навес, пикап. Идти сам я не мог, приходилось опираться на нее, за что мне снова было неудобно. Где это видано, чтобы такой лось, как я, опирался на такую хрупкую девушку, как Кира? Я сказал ей об этом, за что снова получил по лбу. Может, не стоит озвучивать ей все свои мысли? Едва мы зашли в домик, и я сел на кровать, как почувствовал, что снова хочу спать. Устал так, как будто на мне пахали. Кира ушла в ванную, и я, не дождавшись ее возвращения, заснул. Когда я открыл глаза, солнце уже село. В доме горел камин, приятно пахло сваренным какао и какой-то стряпней. Повернувшись на бок, я увидел Киру. Девушка сидела в кресле-качалке, поджав под себя ноги, и читала при свете камина. Кружка с какао стояла на столике около кресла. Я долго смотрел на Киру, прежде чем она подняла голову и взглянула на меня. Улыбнулась и закрыла книгу. — Как ты себя чувствуешь? Я не мог отвести от нее взгляд. Почувствовав, что пауза затянулась, я опустил глаза. — Лучше. Она поднялась с кресла и подошла ко мне. Положила руку мне на лоб, проверяя температуру. Нахмурилась и, что-то проворчав, прикоснулась к моей голове губами. Меня как будто током ударило. Я никогда не замечал за собой такого. — Повышена, но не смертельно. Кира отошла и села обратно в кресло. — Сбивать нельзя, будет только хуже. Подождем до утра. Видимо, она почувствовала, что со мной что-то не так, и мягко улыбнулась. — Я всегда так измеряла температуру своему… Осекшись, она отвернулась к окну и замолчала. Я ждал. Я не мог заставить ее говорить. Кира вздохнула и, сжав в руках кружку с какао так, что костяшки побелели, попыталась улыбнуться. — Забудь. Я молча смотрел на нее. Видимо, в ее жизни что-то произошло. Не просто так молодая и красивая девушка живёт одна в горах. Может, она кого-то потеряла? — Ты расскажешь мне? Она опустила взгляд и помотала головой. — Нет. Я понимающе кивнул. — Прости. — Не извиняйся. Это мои проблемы. Повисло неловкое молчание. Я не решался прерывать тишину первым, просто лежал и наблюдал за тем, как эмоции сменяют друг друга на лице Киры. Вот она задумчиво смотрит в стену, поджав губы, затем хмурится, вспоминая что-то, шепчет, прикрывает глаза и начинает улыбаться. — Будешь какао? Я улыбнулся. Я не мог не улыбнуться в ответ. — Буду. Она встала и подошла к плите. — Я редко его варю. Но сегодня особенный день. Я, принимая кружку из ее рук, посмотрел Кире в глаза. — И чем же он особенный? — Ты очнулся. По телу пробежала волна тепла. Что за черт? Кира снова села в кресло, а я сидел на кровати и, отпивая какао мелкими глотками, смотрел, как отсветы огня в камине играют в ее волосах. Неужели я влюбился? Дэмиен Торетто О’Коннор Это была ужасная неделя. Просто невыносимо ужасная. Дин пропал. Мы обыскали весь этот чертов лес, но даже следов его не нашли. Сэм сходил с ума. Он обзвонил всех охотников, кого только знал, даже всех бывших девушек Дина нашел, но безрезультатно. Мой отец словно испарился. На восьмой день его исчезновения мне позвонила мама. Она пыталась вызнать у меня причину грустного голоса, но я молчал. Не хотел ее расстраивать, да и зачем ей лишняя информация? Но то, что она рассказала о себе, заставило мою челюсть покинуть законное место. — А тут такое… В общем, я была на охоте, наткнулась на человека, его оборотень по голове шарахнул камнем. Неделю без сознания был, сегодня очнулся, вон, спит опять. Поел и лег. Неделю… Значит, сегодня восьмой день… — Мам, он охотник? — Да, Дэм. Причем довольно неплохой, но такая тетеря, неужели нельзя было не услышать оборотня? — И правда. Слушай, а как он выглядит? Может, я его знаю? Мама описала мне своего постояльца, и я понял, что мои родители наконец-то встретились, впервые за пятнадцать лет. — Знаешь кого-нибудь похожего? Я спохватился. — Неа, мам. По таким приметам никого не знаю. — Жаль. Он пока ничего больше о себе не рассказал. Даже имя не своё назвал, а выдуманное. — Да, действительно жаль. Если будет что-то интересное, звони и рассказывай, может, он будет говорить о ком-то из охотников, тогда и узнаем, кто он. — Хорошо, буду звонить. Он пока придет в норму, ещё неделя пройдет, наверное. Только потом можно будет отвезти его в ближайший город. Мы бы ещё долго разговаривали, но у меня неожиданно сел телефон. Я поставил гаджет на зарядку и со всех ног побежал к дяде. Едва не сбил его с ног у входа в кухню. Волосы Сэма стояли дыбом, он не спал несколько ночей, пытаясь хоть что-то узнать о брате. — Дэм, ты куда так несешься? — Я знаю, где Дин! Дядя там и сел. Прямо на пол. — Где? Я выложил ему все, что мне рассказала мама. Глаза Сэма с каждым моим словом становились больше. — То есть сейчас твоя мама и твой отец вместе? Я, улыбаясь, кивал. — Только ты ничего не знаешь. Сэм задумчиво смотрел в стену. — Да-да. Я могила. Я сел рядом с ним на пол и заплакал от счастья. Дин Винчестер Ночь прошла без происшествий. Утром Кира разбудила меня, чтобы поменять повязку. Я покорно сел, не открывая глаз. Она, смеясь, что-то делала с моей головой. — Слушай. Ты ложись, спи дальше, а я пойду. Я даже глаза открыл. — Куда? — По делам. Вернусь ближе к обеду. Из дома не выходить. Ничего не ломать. Еда на плите, там лапша на молоке, тебе сейчас полезно. Ну, чай, молоко, может, чего захочешь. Холодильник к твоим услугам, ванная тоже. Жди меня, там придумаем, что делать будем. Понял? Я согласно кивал на каждое ее слово. Я хотел быть покорным ей. И не хотел, чтобы она уходила. — Кир, стой. Девушка замерла около двери и обернулась. — У тебя есть телефон или ноутбук? Я хотел связаться со своими. Кира как-то странно на меня посмотрела, после чего помотала головой. И ушла. Нацепила на плечи рюкзак, взяла дробовик и скрылась за дверью. Я встал и, подойдя к окну, отодвинул занавеску. Девушка огляделась, накинула капюшон на голову и побежала. А машина тебе на что? Но бежать у нее получается красиво, согласен. Я сел на кровати, держась руками за голову. Черт. Я влюбился, как мальчишка. И в кого? В девушку, которая просто притащила меня к себе, желая помочь. Я должен узнать, кто она. Почему она живёт здесь? Почему одна? И кто этот человек, которому она мерила температуру губами? С трудом я поставил рассудок выше чувств и решил обыскать дом. Похвалил сам себя за вполне трезвую идею. Начал с кровати. Ничего особенного. Догадался залезть под нее, и даже головой ударился, когда увидел то, что и ожидал. Тайник. Отодвинул кровать, чуть не потерял сознание от нагрузки. То, что я увидел внутри, заставило меня шарахнуться и замереть. Оружие. Профессиональное, и очень много. — Кто же ты, черт тебя побери? Убрал все на место и, все ещё пребывая в лёгком шоке, двинулся дальше. Под креслом был ещё один тайник, вот только открыть я его не смог, потому что он был заперт на замок. А ключ, очевидно, был у Киры. Несмотря на размер комнаты и простоту обстановки, обыск занял у меня несколько часов. У меня постоянно темнело в глазах, болела голова. Я добрался до кровати и отключился. Эрика О’Коннор Телефон ему и ноутбук. Ага, сейчас. Чтобы ты спалил мне всю контору? Нет, родной, не дождешься. Телефон у меня, конечно, есть, и ноутбуком я обзавелась, вот только Стиву об этом знать не обязательно. Если быть честной, то причина была не только в том, что я боялась за сохранность тайны своего существования. Я не хотела, чтобы он уходил. Застенчивый парень с большими зелёными глазами начинал нравиться мне, и это настораживало. Я видела, как он смотрит на меня, когда притворяется, что спит, как быстро опускает веки, когда я смотрю на него. Как мальчишка, честное слово. Определенной цели ухода у меня не было. Просто нужно было проветриться, остаться наедине (и оставить его) с собой. Поэтому я задумчиво брела куда-то дальше и дальше от дома. Естественно, я не могла не думать о сыне. Он просил держать его в курсе. Вот только зачем ему это? Хитрый жук, весь в мать. Домой я вернулась, как и обещала, ближе к обеду. Стив спал. Судя по тому, что кровать стояла не на отметках, он всё-таки обыскал мой дом. Ещё один хитрый жук. Интересно, как он отреагировал на ящик с оружием? Я разогрела обед и разбудила парня. Тот, сонно морщась, сел на кровати. — Как голова? — Болит, как еще-то. Что нового? Я отмахнулась. — Да ничего. Садись обедать. Он кивнул и прошел в ванную. Стив молча ел. Было видно, что парень о чем-то думает, причем усиленно. Я не ела, поскольку привыкла к двухразовому питанию — завтрак и ужин. Видимо, думы Стива были настолько тяжёлыми, что требовали подкрепления, и парень два раза просил добавки. Когда он окончательно отставать от себя пустую тарелку, я усмехнулась. — Да ладно. — Да-а. Пока парень пил чай, я вымыла посуду. — Стив. — Никак не могу привыкнуть к этому имени. Что? — Ты мне так и не расскажешь о себе? Он замолчал. Я ждала. — Сомневаюсь, что тебе нужна эта информация. — Хотела побольше узнать о тебе. — Думаю, не стоит. Я пожала плечами. — Как хочешь. Повисла неловкая тишина. — Кир. — Да? — У тебя есть какие-нибудь настольные игры? Я улыбнулась. — Детство где-то заиграло, да? Вроде что-то было. Надо посмотреть. Я подошла к шкафу и, встав на стул, заглянула на антресоли. — Да, есть пару коробок с чем-то. — Доставай, играть будем. Я, взяв игры, спрыгнула со стула. Стив сел на пол, скрестив ноги, я просто поджала их под себя. — «Монополия», карты, «Твистер». — Для «Твистера» я не в форме, давай в «Монополию». Мы развернули поле, рассортировали деньги по кучкам и, выбрав фишки, начали играть. Дин Винчестер За окном уже стемнело, а мы все ещё не могли закончить игру. Уже все предприятия были скуплены, у обоих по миллиарду на счету, но к соглашению прийти мы так и не могли. — Это мой порт! Плати давай. Я рассмеялся и отсчитал Кире нужное количество бумажек. Девушка усмехнулась. — Тебе не надоело? — Честно? Надоело. — Давай тогда закончим. К черту это все. И так полдня потеряли. Я лег на пол, закинув руки за голову. — Не потеряли, а хорошо провели время. Она улыбнулась. — Это да. Кира собрала все в коробку и убрала обратно на антресоль. Встав в центре комнаты, потянулась. — Ужинать будем? Я прислушался к себе. — Да, можно. — Яичница с беконом? — Отлично. Девушка подошла ко мне и, с улыбкой глядя на меня сверху вниз, легонько толкнула ногой. — Ты вроде оздоровел, пойдем, поможешь. Я последовал за ней. Соорудив лёгкий ужин, мы поели при свете горящего камина. Кира молчала весь ужин, задумчиво глядя куда-то за мою спину. Я не выдержал и обернулся, желая понять, что же так приковало ее внимание. Девушка рассмеялась. — Да нет там ничего. Я задумалась просто. Ты поел? Давай, я вымою посуду. Я встал из-за стола. — Кир, я сам. Ты и так все делаешь. Она тоже поднялась со стула. — И что? С тем же успехом могу продолжать дальше. Поняв, что с этой упертой не поспоришь, я предложил компромисс. — Давай вместе. Впервые за много времени Кира посмотрела мне в глаза. Обычно она избегала зрительного контакта, причина чего была мне не понятна. Кира была ниже меня, что заставляло ее приподнимать голову, а меня чуть склонять ее. Я замер, смотря в ее глаза. Серьезные, спокойные. Хотелось бы посмотреть на нее в гневе… — Давай. Девушка поспешно отвернулась к раковине и начала мыть посуду. Я чувствовал себя мальчишкой. Мне хотелось смотреть на нее все время, замечать этот вспыхивающий на ее щеках румянец, который Кира так усиленно прятала за распущенными волосами. Вымыв посуду мы, все ещё чувствуя лёгкое смятение, быстро пожелали друг другу доброй ночи и легли на свои места. Всполохи догорающего огня в камине отбрасывали суетливые тени, словно танцевали сальсу. Я, лёжа на боку, смотрел, как Кира засыпает. Некоторое время она тоже смотрела на меня, думая, что я этого не вижу. Потом усталость взяла своё — девушка все реже приоткрывала веки, вскоре и вовсе заснула. Я не смог сдержать улыбку, когда она во сне несколько раз морщила нос. Пытаясь хотя бы ненадолго отвлечься от Киры, я лег на спину и подумал о своих домочадцах. Сэм уже сто пудов всю округу на уши поднял. А Дэм? Мне было интересно, переживает ли за меня парнишка. Как вернусь, обязательно узнаю у брата. Но когда я смогу вернуться? И смогу ли вообще уйти от нее? Непроизвольно я снова посмотрел на Киру. Укрывшись пледом по самые уши, она, свернувшись калачиком, тихонько сопела. Мысль о том, что ей холодно, дошла до меня не сразу. Проклиная себя, я твердо решил следующие ночи спать на раскладушке. Надо же, фон барон, по голове его шарахнули, вот он на кровати и отлеживается, а девушка вынуждена на твердой раскладушке спать, при этом ещё и мёрзнуть. Я не выдержал. Встал и укрыл ее сверху своим одеялом. Я могу и под ее махровым халатом спать. Я видел, он висит в ванной. Как можно бесшумнее сходил за своим импровизированным «одеялом» и, также свернувшись калачиком, чтобы полностью под ним поместиться, снова посмотрел на Киру. Она уже не дрожала, выпрямилась под одеялом и пледом, согревшись. Я улыбнулся и, натянув ее халат до самых глаз, вдохнув ее пьянящий запах, вскоре заснул.

Глава 4

Дэмиен Торетто О’Коннор Прошло уже 2 недели, как Дин пропал. Сэм выбился из сил, разыскивая старшего брата, несколько раз порывался продать душу, но я останавливал его. Мы оба знали, что мой отец сейчас у моей мамы, но это не успокаивало дядю. День ото дня он все больше переживал. Лично я был спокоен. Абсолютно. Я знал, что мама не даст Дина в обиду, если он до сих пор плохо себя чувствует, равно как и отец не даст ее в обиду. Зная о маминой способности воздействовать на мужчин, я был убежден, что Дин уже попал под ее чары. Снова. Временами я задумывался о том, как жизнь повернется дальше. Вернутся ли они вместе или Дин придет один? Узнают ли они друг друга? Расскажет ли мама ему правду? Вспыхнет ли то чувство снова? Столько вопросов, и ноль ответов. Несмотря на семейную трагедию, школу мне никто не отменял. Я все также сидел с Хлоей, ловил взгляды одноклассниц, играл в футбол. Я наконец-то нашел свой спорт. Дин говорил, что, в принципе, я могу заниматься любым видом спорта, но раз уж мне по душе футбол, пусть будет футбол. Я числился в нападающих, редко промахивался и стал талисманом команды. Шла подготовка к межшкольному матчу по волейболу. Наша футбольная команда ждала, когда волейболисты покинут поле, чтобы потренироваться. На школьных уроках, когда играли в волейбол, я старался не светиться, а то ещё и сюда загребут. Но о том, что я прекрасно подаю, знал весь класс. И когда злой тренер волейболистов не выдержал и попросил кого-нибудь из нашей команды показать подачу, с трибун вытолкали меня. Я встал в угол поля и отточенным жестом отправил мяч в полет. — Вот, видели? Олени безухие. Парень, а ты откуда? — Из футбольной команды. — Так, я тебя беру, будешь играть на матче. Вот сейчас я не понял. — Но я не могу, у меня футбол. — Не бойся, ты мне нужен на один день, сыграть пару игр, потом гоняй свой мяч по травке сколько влезет. Если ты им не поможешь, им не поможет никто. Времени на раздумья не было, и я согласился. Почему бы нет? Эрика О’Коннор Уже неделю Стив живёт у меня. Парень поправляется, рана уже не кровоточит. Мы очень много разговариваем, но какую-либо информацию друг о друге разглашать никто не собирается. Я понимаю, что так будет лучше. Кроме того, была ещё одна проблема, из-за которой я не хотела знать о нем ничего. Я влюбилась. Как маленькая девочка в старшеклассника, честное слово. Ему я своих чувств не показывала вообще, но в душе все кипело. Меня тянуло к этому чёрту, как магнитом. А я «вовсю нажимала на тормоза», как говорит мой сын. Кстати, о сыне. Дэм звонил пару дней назад, говорил, что теперь играет ещё и в волейбол, по биологии у него «отлично» за самостоятельную. Говорил, что сомневается насчет личности Стива. Я успокоила его, ведь в скором времени я отвезу парня в ближайший город, и он навсегда исчезнет из моей жизни. Дин Винчестер — Да сиди ты спокойно! Кира расхохоталась, пытаясь удержать мою голову на месте, но я мотал ею так яростно, что у девушки ничего не получалось. — Стив! Ты сейчас сам будешь перевязываться! — Ладно, все, сижу. Я успокоился, Кира сменила мне повязку и напоследок влепила подзатыльник. — К вечеру можно будет совсем снимать, а завтра утром отвезу тебя в город. Меня словно обухом по голове шарахнули. В город? От нее? Зачем? Я замолчал, перестав улыбаться. Кира заметила перемену моего настроения и понимающе молчала. Я не хочу уезжать. Понимаю, что так нельзя, жить на птичьих правах у совершенно незнакомой мне девушки. Чёрт… Посетила навязчивая мысль навредить себе ещё каким-нибудь образом, чтобы остаться подольше, но, почувствовав себя идиотом, я рассмеялся. Кира, стоящая около холодильника, обернулась. — Ты чего? — Да я так. Дурак. — Согласна. — Ах ты. Она показала мне язык, я ответил тем же. Я не встречал ещё такой девушки. Именно в ней я чувствовал что-то родное, моё. Я сел на кровати. — Кир. — Мм? — Ты меня ни разу не выпускала гулять. — Потому что тебе нельзя, ты все ещё шатаешься при ходьбе. Я улыбнулся. — А если я не один пойду? Кира рассмеялась. — Хорошо, сходим вечером, тут есть, на что посмотреть. Осталось дожить до вечера. Эрика О’Коннор Я сама давно хотела прогуляться со Стивом. Ему полезно будет. Закончив с делами по дому, я начала собираться. Одежда парня уже давно была выстирана и выглажена, поэтому он, высунув нос на улицу, определил, что одной рубашки и джинс ему хватит. Я же залезла в толстовку с капюшоном и узкие спортивные штаны. Закрыла дом и, пока Стив наслаждался чистотой горного воздуха, проверила округу. Тишина, благодать. — Куда пойдем? Парень ожил. Заулыбался, глаза светятся. Вот что с человеком делает природа. — Не скажу. Иди за мной. Я пошла вперед по узкой тропинке, идущей вправо от моего домика. Стив покорно шел за мной. — Подожди. Я обернулась. Он стоял, прислонившись к дереву и часто дышал. Я подошла к нему и заглянула в глаза. Стив медленно бледнел, зрение не фокусировалось. — Говорила же, что лучше не ходить никуда. — Да я нормально… — Да я вижу. Мне-то не ври. Посмотри на меня. Взгляд зеленых глаз замер на мне. Только спустя некоторое время я поняла, что он наконец-то увидел меня. — Все? Он кивнул. Я протянула ему руку. — Идем дальше? Стив взял мою руку и кивнул. Когда тропинка стала шире, мы пошли рядом, по-прежнему держась за руки. Шли медленно, наслаждаясь моментом и обществом друг друга. — Кир. Я повернула голову. — Да? — Почему ты живешь в горах? Провокационный вопрос. Я вздохнула, пытаясь правильно составить ответ. — Понимаешь, в жизни бывает так, что в том месте, где ты живешь, тебя не принимают. Не понимают причин твоих поступков, твоих мыслей. Да, эти поступки могут быть не совсем верными, но это не повод изгонять человека из его родных мест. Парень мягко сжал мою руку. — Я понимаю. Дальше шли молча. Стив постоянно чесал правую щеку, где красовался широкий шрам. Я не могла оставить это без внимания, тем более мне давно было интересно, как он его получил. — Стив. — Что? — Откуда у тебя шрам? Он усмехнулся. — Интересная история. Давай сядем где-нибудь, я расскажу. Я огляделась. — Почти пришли, вот за этим поворотом. Мы вышли на мое любимое место. Я почти каждый вечер сидела здесь. Из леса тропинка вывела нас на небольшую полянку, за которой следовал резкий обрыв на сотни километров вниз. Вокруг возвышались горные вершины, вдалеке шумел водопад. Стив замер. Я понимала его. Сама так же отреагировала в первый раз. Он шагнул вперед, потянув меня за руку. Мы подошли к краю обрыва. Парень осторожно посмотрел вниз. — Ого… Земли внизу не было видно, все закрывал туман. Страшно завораживающее зрелище. — Ты сесть хотел. — Да. Стив сел прямо на краю обрыва, свесив ноги над пропастью. Я, усмехнувшись, села рядом с ним. Я ждала начала истории, но парень все молчал, задумчиво смотря вдаль. Эрика О’Коннор — Шрам, говоришь… Я даже вздрогнула, так неожиданно он начал говорить. — Ты охотница, должна понимать. Один охотник совершил не очень хороший поступок, навлек беду. На него несколько лет назад объявили охоту. Я участвовал в облаве на него, и, когда мы остались один на один, он выстрелил, намеренно задев щеку, после чего усмехнулся и скрылся с моих глаз. Я забыла, как дышать. Ведь тем охотником была я. Стараясь не выдавать себя, я молча смотрела перед собой, приводя в порядок мысли. Стив тихонько толкнул меня в бок. — Чего молчишь? Я улыбнулась. — А чего говорить? Сам знаешь, что ты неудачник. — Иди ты. Мы рассмеялись. — Я рассказал немного о себе, твоя очередь. Я, приподняв бровь, посмотрела на парня. — Моя очередь? Он пожал плечами. — Ну да. Расскажи что-нибудь о себе. Я долго перебирала в голове информацию о себе, которую можно было бы рассказать ему. Не найдя ничего подходящего, тяжело вздохнула и отвернулась от Стива. — Прости, но нет. Тебе лучше не знать ничего обо мне. После того, как завтра я увезу тебя, мы больше не увидимся. Он улыбнулся. — С чего ты взяла? Может, я найду тебя? Я усмехнулась. — Не найдешь. Меня толпа народа 2 года найти не может, а тут ты… Поняв, что сболтнула лишнее, я резко замолчала. — Не расскажешь? Я помотала головой. — Нет. Прости. — Да ладно, понимаю. Солнце клонилось к закату. Мы сидели на краю обрыва и болтали ногами, созерцая красоту природы. В такие минуты я забываю обо всем: где я, кто я, что со мной было и что будет дальше. — Кира. Я машинально повернула голову на голос, ещё не включив мозг, и встретилась взглядом со Стивом. Что-то знакомое было в его взгляде. — Никогда не увидимся? Я помотала головой. — Никогда. — Тогда я не могу не сделать этого. Это начинало меня пугать, и я немного отодвинулась от парня. — Не сделать чего? Он пододвинулся ближе, заговорщически улыбаясь. Я, оперившись на локти, отползла назад. Стив навис надо мной, горячо дыша в лицо. — Я уже две недели жду… И, наклонившись ниже, коснулся губами моих губ. Чувства захлестнули меня с головой, я медленно выдохнула. Встретилась с этим чёртом взглядом. Забыв обо всем, мы задохнулись в поцелуе. Дин Винчестер Я понятия не имел, о чем думал в тот момент, когда решился поцеловать её. Возможно, вся эта обстановка — обрыв, закат, тишина — так повлияли на меня. Но прерываться я определенно не хотел. Не знаю, как описать, что я чувствовал, целуя Киру. Тело дрожало, словно в лихорадке, кожа горела, скулы сводило от желания целовать эту девушку. Никогда ещё такого не было. Помнится, я как-то задавал себе вопрос, когда же найду «моё». Кажется, нашел. Изначально я хотел поговорить с ней о том, что, может быть, она уедет вместе со мной. Но, увидев отражение заходящего солнца в ее голубых глазах, потерял голову. Когда мы наконец оторвались друг от друга, скулы уже болели от напряжения, губы припухли, но разум так и не вернулся. Перед глазами все плыло, я не мог сфокусировать взгляд на лице Киры. Она лежала подо мной, закрыв глаза, и часто дышала. Все ещё нависая над ней, я почувствовал, как на спину мелко капает дождь. Кира медленно выдохнула. — Пошли домой. Мой затуманенный взгляд остановился на ней. Я мог смотреть вечно, как она устало улыбается, ладонью растирает напряжённые скулы и, стесняясь, из-под ресниц смотрит на меня. — Пошли. Я помог ей подняться. В лес зашли молча, держа дистанцию. Когда мозг встал на место, я почувствовал некое смятение. Что я сделал? Зачем? Я ведь понятия не имею, кто она такая. Нашел ее руку на ощупь, Кира не отдернулась, лишь опустила голову, смотря под ноги. Уже в домике затопили камин, согрели чайник. В полной тишине Кира сняла с моей головы повязку и, продемонстрировав, что та чистая, выбросила ее. За окном вовсю шумел дождь, изредка сверкали молнии. Мы молча сидели за столом и наблюдали за буйством природы, согреваясь чаем. Я не мог не думать о ней и о том, что было на обрыве. Судя по тому, что щеки Киры вспыхивали при одном моем взгляде, она думала о том же. Девушка встала из-за стола, собрала кружки и, отвернувшись от меня, вымыла посуду. В свете камина и вспышек молний она, в своей домашней футболке и серых спортивных трико в обтяжку, была особенно красива. Разум затуманился. Я медленно поднялся из-за стола и подошёл к девушке со спины. Она замерла. Я, не осознавая, что творю, целовал ее шею, плечи, опьяняя сам себя. Развернул ее лицом к себе и, заглянув невидящим взглядом ей в глаза, увидел танцующих чертей. Взял ее за бедра и, посадив на стол, впился в губы требовательным поцелуем. Она не сопротивлялась ни секунды, с жаром ответила и, обняв меня за шею, притянула ещё ближе к себе, обвила мой торс ногами. То, что происходило дальше, я не забуду никогда. Горячие прикосновения маленьких пальчиков, поцелуи, царапины… Я выучил ее наизусть. Сколько бы у меня ни было девушек, ни одна из них не сравнится с этой. Ведь та, с которой я был сегодня ночью, украла мою душу одним своим взглядом, отражающим багровые лучи закатного солнца. Эрика О’Коннор Камин давно потух, за окном стояла непроглядная ночь, тихо моросил дождик. Мы, два придурка, лежали в обнимку на кровати, обнаженные, под пледом. Рука парня медленно скользила по моей спине вверх-вниз, вдоль позвоночника. Мы молчали. Каждому было, о чем подумать. Где вообще были мои мозги, скажите пожалуйста? Он мне кто? Никто. Вот именно, что никто! Тогда какого лешего я сейчас лежу с ним в чем мать родила в одной постели? Согласна, ночь была волшебной, просто слов нет. Я не сопротивлялась, тут тоже верно. Стало быть, я этого хотела. Ну да, в глубине души может и хотела. Но в глубине, понимаете, в глу-би-не! Чёрт, чёрт, чёрт! Вот дура-то где, вот дура! Таких изолировать надо от общества к бабушке вышеуказанного засранца. Но то, что сердце у меня колотится как бешеное при одной только мысли, что я была с этим парнем, это не шутки, господа. Понятия не имею, о чем он там под своими закрытыми глазами думает, но точно не о том, что через несколько часов я увезу его отсюда. Увезу… Все мое естество было против. За эти ничтожные две недели я влюбилась в этого зеленоглазого дьявола по макушку. Поэтому сейчас следует только наслаждаться тем, что я могу ближе прижаться к нему и почувствовать его поцелуй в висок. Я уже задремала было, когда он вздохнул и что-то прошептал. Я не услышала, попросила повторить. — Дин. Мозг не хотел работать. — Что «Дин»? Он усмехнулся. — Мое настоящее имя. Дин Винчестер. Я вздрогнула так, как будто меня ударило все 1200 вольт. Так вот на кого ты похож, сукин сын! Так это я твою наглую морду шрамом украсила?! Твою мать! Опять попалась! Я-то думаю, почему я при взгляде на тебя сына вспоминаю! Вот почему я без разговоров отдалась тебе так же, как в прошлый раз… Огромнейшим усилием воли я взяла себя в руки, чтобы не заорать. — Впервые слышу. Он усмехнулся. — Странно. А ты не откроешь своё имя? Черта с два тебе мое имя! — Нет. Тебе не нужно этого знать. — Как хочешь. Вскоре он заснул. Я лежала на его груди, обнимая его, и плакала. Не столько от боли, сколько от злости на себя и свою судьбу. Почему он? Почему именно его шарахнули булыжником по голове? И что удивительно. Он ведь меня не помнит… От этого стало ещё хуже. Вот ведь сукин сын. Других слов даже нет для него. Внутри все полыхало от гнева, боли и обиды. Я собралась было встать и уйти на раскладушку, но Дин во сне обнял меня сильнее и притянул к себе. — Не отпущу… Сердце отказалось подчиняться мозгу, разогнав по телу волну тепла и нежности. Чёрт с тобой, Дин Винчестер. Ты так и не узнаешь, с кем ты был сегодня ночью.

Глава 5

Дин Винчестер Утро наступило настолько быстро, что мне показалось, будто я вообще не спал. С одной стороны, так и было. И от этого становилось невыносимо хорошо. Стоило вспомнить все, что произошло сегодня ночью, и меня накрыло чувствами с головой. Боже, за что мне это счастье и мучение? Открыв глаза, я не сразу понял, почему лежу один в постели. Только после того, как в ванной что-то упало, до меня дошло, где виновница моего учащенного сердцебиения. Я покорно ждал ее возвращения и думал. Думал о том, смогу ли я дальше жить без нее, без ее тепла и взгляда. Едва она вышла из ванной, я понял — не смогу. Кира не знала, что я проснулся, поэтому вылетела из ванной в одном полотенце, с улыбкой до ушей и горящими глазами. Встретившись со мной взглядом, она смутилась, подтянула полотенце и скромно опустила взгляд. Глупышка, неужели не понятно, что я видел все, что ты сейчас так старательно прячешь? Я закинул руки за голову. — Доброе утро. — Доброе. Громкость ее голоса была убавлена на минимум, поэтому я едва расслышал приветствие. Сел на кровати, взъерошив волосы движением руки. — Что-то случилось? Я чем-то обидел тебя? Она помотала головой и тенью скользнула к шкафу с одеждой. Скрылась за его дверью, давая понять, что разговаривать со мной она не собирается. По крайней мере, сейчас. Я пошел в ванную. Приводя себя в порядок, взглянул в зеркало. А болезнь неплохо высушила меня. Глаза казались огромными на похудевшим лице, скулы торчали острыми клиньями, шрам на щеке поблек и контрастировал с цветом кожи. Неожиданно я вспомнил Дэмиена. Усмехнулся, закрыл полотенцем левую половину лица. Возникшее сходство с парнем пугало меня. Я одернул полотенце и ещё раз умылся, намочив голову. Стало легче. Может, я просто соскучился по нему, поэтому вспомнил? Предаваясь невеселым думам, вышел из ванной. На меня сразу налетела Кира. — Прием с Юпитера! Одевайся, завтрак на столе, я пойду проверю пикап, через сорок минут выезжаем. Хлопнула входная дверь, и только тогда я вспомнил, что сегодня уезжаю. Чёрт. Я не хочу. Я не могу. Кира вернулась, когда я завтракал. Фурией пронеслась по дому, собирая необходимые в дальней поездке вещи, сорокой протараторила о продуктах, которые ей нужно купить в городе, о том, что бензина ещё навалом и пикап в полном порядке. Я смотрел на эту девушку и не находил сходства между ею и той, которая вышла из ванной утром. Эта Кира стояла передо мной в спортивных штанах и черном свитшоте с капюшоном, собрав волосы в высокий хвост. Блеск в ее глазах был вызван отнюдь не прошедшей ночью и мной, а внутренним шилом, которое всегда сидело в ней, предвкушением поездки и просто бьющей фонтаном энергией. — Чего сидим? Давай-давай, шевелись, мне нужно до темноты домой вернуться. Я послушно встал и пошел собираться. Как две абсолютно разных личности могут уживаться в этой девушке? Она ни разу не намекнула на прошедшую ночь, ни словом, ни движением, ни взглядом, тогда как я не мог не думать об этом. Она взяла свой рюкзак и подошла ко мне. — Готов? Я кивнул. У меня из вещей была только одежда. — Тогда пошли. И вышла из дома. Как она так легко это делает? Я даже говорить с ней без нежности в голосе не могу, а она только и делает, что командует! На прощание окинул взглядом комнату. Я был уверен, что вернусь сюда. Только уже для того, чтобы забрать Киру с собой. Эрика О’Коннор Надев маску безразличия, я старалась скрывать свои истинные эмоции. Пыталась быть собой. Шарики заезжали за ролики, сердце едва ли не лопалось от напряжения. Ему хотелось петь, а я грубо затыкала его. Ехали молча. Каждый думал о своём. Не трудно догадаться, что наши мысли были схожи. Я все ещё не могла поверить, что это действительно он. Тот самый Дин Винчестер, предмет моего девичьего обожания, первая любовь и отец моего ребенка. О котором он даже не подозревает. Зачем судьбе было угодно свести нас снова? Ответа на этот вопрос у меня не было. Даже если бы и был, то я рушила все планы, уготованные мне свыше, и хотела избавиться от этого дьявола, сидящего сейчас на пассажирском сиденье. Он снова появился тогда, когда его не ждали. Привычка у него такая, хобби. Если в твоей жизни появился Дин чёртов Винчестер — жди беду, гласит пословица. Автор пожелал остаться неизвестным. К полудню мы были в городе. Я надвинула капюшон по самые глаза, чем вызвала неподдельный интерес Винчестера. Но на его вопросительный взгляд я не ответила. Припарковалась у ближайшего мотеля. Отсчитала несколько купюр и протянула Дину. Тот приподнял бровь. — Зачем? Я пожала плечами. — Снимешь номер, купишь поесть, на дорогу ещё. Он усмехнулся и помотал головой. — Я не беру денег у девушек. Принцип. Принцип у него, поглядите! А бросать меня беременную тоже было принципом? Так, все. Тихо. Он не знал, что я беременна. Взяли себя в руки. — Не возьмёшь? — Прости, но нет. Я и так больше двух недель сидел на твоей шее. Я сморщилась. — Перестань. Помолчали. Винчестер первым нарушил тишину. — Кир, спасибо тебе за все. За заботу, еду, время, потраченное на меня… Он хотел что-то добавить, но осекся. Кажется, я прекрасно поняла, о чем он умолчал. — Не благодари. Вдруг Дин наклонился и поцеловал меня. Уткнулся в шею, шепча. — И за ночь спасибо. Я найду тебя, где бы ты ни была. И уже не отпущу. Я лишь усмехнулась, хотя внутри все ликовало и бесновалось. — Не найдешь. Но парень уже выпрыгнул из машины и, хлопнув дверью, пошел в сторону мотеля, не оглядываясь. Я ехала в потоке машин, стараясь не привлекать к себе внимания. На автомате купила нужные продукты, села в машину, поехала домой. Все мои мысли были с ним, и я ненавидела себя за это. За эту слабость, безвольность в его присутствии. Один раз я уже пережила его уход. Переживу и ещё.

Глава 6

Дэмиен Торетто О’Коннор Я только пришел домой со школы. Сэм уехал на дело, чтобы развеяться, я был сам себе хозяином вот уже 2 дня. Дядя обещал вернуться к вечеру. Тренировку отменили из-за неполного состава команды, причем как футбольную, так и волейбольную. Домой я шел около полутора часов, почти как тренировка, так что не сильно расстроился. Поел и хотел было пойти в гараж, покопаться в старом мотоцикле, который нашел неподалеку от бункера, в лесу, но мне позвонили. С незнакомого номера. Мама, наверное. — Да? — Разноцветный? У меня чуть челюсть об стол не ударилась. — Дин?! — Да, малой, это я. — Ты вообще где?! Как? Что? Ты в порядке? Ты где был вообще? По-моему, у меня получалось делать вид, что я понятия не имел, где он был. — Тише-тише, все дома расскажу. Сам как? — Да нормально, вот, со школы пришел. — Молодец, а где Сэм? Я дозвониться не могу, гудки идут, а трубку не берет. — Он на дело уехал, развеяться. — Что-то случилось? Не, ты дурак или да? — Да, представь себе, у него брат пропал! Дином кличут, не знаешь, где бы он мог быть? Винчестер расхохотался. — Понял, прости. Когда вернётся? — Сказал, ближе к вечеру. — Ага. В общем, так. Я сейчас буду спать, почти не спал ночью, меня не трогать. Завтра ближе к обеду буду дома. Понял? Я усмехнулся. — Расскажешь, где пропадал? — Обязательно, но завтра. — Хорошо, понял. — Ладно, бывай, разноцветный. Сэмми скажи, что я нашелся. — Скажу. — Давай, до завтра. — До завтра. Послышались гудки. Я заблокировал телефон и, крутя его в руках, задумался. Значит, чуть больше двух недель он был у мамы. Есть вероятность, что у них что-то было. Но ровно столько же вероятности, что не было. Узнала ли она его? А он ее? Телефон в моих руках снова завибрировал, от неожиданности я выронил его, но быстро поднял и взял трубку. Снова незнакомый номер. — Да? — Привет, сынок. Вспомнишь солнце — вот и лучик. Только с ее голосом что-то не так. — Привет, мам. — Как ты, малыш? — Замечательно. А ты? — Ну такое себе. Да ладно. Интересно, и из-за чего же? — Что-то случилось? Она замялась. — Ну, да. В общем, я увезла этого тетерю в город. — И поэтому тебе грустно? Серьезно? — Просто скучно теперь будет одной. Так хоть с ним разговаривала. Похоже, не только разговаривала. Зная их обоих… — Да не переживай ты так. Ты даже его имени не знаешь. Она тяжело вздохнула. — В том-то и дело, что знаю. Вот это поворо-о-от. — И как его зовут? — Не суть важно, Дэм. Это просто человек из прошлого, которого я никак не ожидала увидеть. И не хочу больше даже вспоминать о нем. Так. Вот сейчас не понял. — Он тебя чем-то обидел? — Да, но это давно было, не важно. Я сделал строгий голос. — Мама. — Что? — Не скажешь? — Нет. Тебе не нужно этого знать. Ах ты тихушница. Ничего-ничего, все равно узнаю. — Ну как хочешь. Главное — не заморачивайся, забудь вообще. Было и прошло. Она как-то странно усмехнулась. — Да уж, прошло… — Мам. — Да все, все. Забуду. Тем более тут дел невпроворот. Переезжать надо. Интересно. — Зачем? — Теперь один из охотников знает, где я живу. Конечно, отвозила я его обходными путями, петляла, как могла, но не факт, что он не запомнил дорогу. Лучше подстраховаться. — Разумное решение. — Вот и я тоже так думаю. Так что буду потихоньку оборудовать новый дом. Пока до него дойдет, кто я такая, я уже уеду. — Он не понял, кто ты? — Нет. — Уверена? — Более чем. Иначе застрелил бы сразу. — Ну да. — Ладно, малыш, я пойду. — Давай, мне надо уроки делать. — Учись, родной. — Учусь. — Люблю тебя. — И я тебя. Вот такие пироги, значит, с котятами. Вот как с ними с обоими жить, а? Естественно, ни в какой гараж я не пошел, а уж тем более не сел за уроки. Лучше всего мне всегда помогали видеоигры. Сэм Винчестер Я вернулся домой за полночь. Устал, как тягловая лошадь. Из комнаты Дэма доносилась музыка. Это ещё что за нарушение режима? Я тихонько постучал в дверь и вошёл. Парень лежал на кровати, раскинув руки и закрыв глаза, и едва слышно подпевал. Махнул мне рукой, приглашая сесть на кровать. — Ты чего не спишь? Он сморщился. — Здравствуй, дядя. — Привет, Дэмиен. Он сел на кровати, взял пульт от усилителя и убавил музыку. — Как охота? Я почесал голову. — Неплохо. Продуктивно. У тебя как дела? — Супер. Телефон проверял? Я насторожился. — Нет. А что? Дэм улыбнулся. — Мне Дин звонил. Я облегченно вздохнул и закрыл лицо руками. Я уже и не надеялся. — Когда? Что говорил? Где он? Дэм пожал плечами. — Где он, я понятия не имею, не удосужился сообщить. Сказал, что в порядке и завтра к обеду будет здесь. Я откинулся на кровать. — Ну слава всем богам. Нашелся. Дэмиен загадочно улыбнулся. — Ещё мне мама звонила. Я приподнялся на локтях. — А вот это уже интересно. И что? Я кратко передал ему содержание нашего разговора. Вот оно, значит, что. Интересно, что же происходило эти 2 недели там, где жили эти двое? Дин Винчестер Только собравшись спать, я почувствовал, как ноет все тело от усталости. Не смог сдержать улыбку, вспомнив, от чего именно оно устало. Я не мог избавиться от присутствия Киры в голове. Надеялся отвлечься разговором с Дэмиеном, но тот своими вопросами опять вернул меня в домик в горах и объятия Киры. Как влюбленные люди вообще могут дышать без второй половинки? Я не отрицал того, что влюблен. Причем безбашенно. Нужно спать. Хоть на время отвлечься от нее. Так я и поступил. Утром мне стало ещё хуже. Ее не было рядом. Господи, я чувствую себя сопливым мальчишкой! Ною, как не знаю кто. Ужас какой. Мне срочно нужно к моим парням. На охоту. В бар. На штрафстоянке взял машину и поехал домой. По радио не крутили ничего из того, что мне нравилось, пришлось развлекать себя пением. При ком-то я никогда не пою, а наедине с собой, когда скучно, иногда бывает, каюсь. К обеду, как и обещал, я подъезжал к бункеру. Тихо вошёл внутрь и окунулся в домашнюю атмосферу. Дэмиен, в одних шортах, зевая, сидел за столом в ожидании завтрака. Сэмми копошился на кухне, пытаясь разговорами приободрить парня, но тот никак не хотел просыпаться. Я улыбнулся, наблюдая за ними. Это моя семья. Сошёл вниз по лестнице. — Эй, разноцветный! Не понял, чего спим? Солнышко, то есть я, уже давно проснулось и проехало 3 штата, добираясь до дома. Дэмиен поднял голову на мой голос и, увидев его обладателя, улыбнулся. Я не мог не улыбнуться в ответ. Парень подскочил со стула и побежал ко мне. Я поймал его и, прижав к себе, почувствовал, что скучал. Из кухни, вытирая руки полотенцем, вышел мой брат. Я не мог оставить его хозяйственный вид без внимания. — Что за женщина у меня дома без моего ведома? Сэмми, улыбаясь, обнял нас с Дэмиеном и прижал к себе. — Иди к черту. Я усмехнулся. — Там и был. Разноцветный хохотнул. — Да ладно. Я взъерошил ему волосы. — Не веришь? Он помотал головой. — Что ты забыл у Кроули? Теперь усмехнулся я. — Эта чертовка похлеще всех Кроули будет. Издав дружное «О-о-о», парни рассмеялись. Я отвесил каждому по подзатыльнику и пошел на кухню. Мелкие засранцы. Совсем от рук отбились. Сэм Винчестер Я знал, что мой брат выберется отовсюду, куда бы он ни попал. Даже из чар Эрики О’Коннор. Но Дин изменился. Очень. Даже внешне. Он похудел, глаза стали казаться больше, занимали чуть ли не пол-лица, и в них появилось что-то новое, невиданное мной там раньше. В области затылка сияла затягивающаяся рана. Он по-другому разговаривал, изменилась сама манера речи, тембр голоса стал мягче, что ли. По-другому улыбался, смотрел по-другому. Только аппетит не изменился. А жаль. — Добавки? Я собрался было положить ему третью тарелку омлета, но брат помотал головой. — Не, спасибо. Мы с Дэмиеном, как по команде, уставились на него в ожидании рассказа. Дин усмехнулся. — Сидят, ушки на макушке. Ладно, слушайте. Пошел я за оборотнем, меня сзади шарахнули булыжником по голове, я отключился. Очнулся уже в домике. Хороший домик, кстати. Хозяйка его, Кира, ну, это не настоящее имя, притащила меня к себе после того, как убила оборотня. Кстати, это она стреляла тогда, когда мы собирались уезжать. Вот. Неделю я пролежал без сознания. Вторую неделю восстанавливался. Она мне перевязки делала, кормила, стирала мою одежду. Мне было так неловко, что я ничего не могу дать взамен, что в первые дни я думал уйти, а потом она сказала, что это был ее выбор, она вообще могла меня там на тропинке оставить. Мол, сама выбрала. Ну ладно, сама так сама. Он замолчал, видимо, решая, что сказать дальше. Но Дэмиен, прищурившись, спросил. — Ты видел ее раньше? Дин помотал головой. — Нет, никогда. Парень кивнул, пряча улыбку. — Ну, собственно, все. Тихо-мирно жили неделю. Мне стало легче, я мог сам ходить, и она отвезла меня в ближайший город. Я ее поблагодарил, она послала меня, мы улыбнулись друг другу и разошлись. Дин развел руками, подводя итог. — Вот и все. Я слишком хорошо знал своего брата, чтобы просто так в эту сказку поверить. — Все? Он чуть прищурил глаза. — Все. Врёт. Как пить дать, врёт. Дэмиен, также, как и я, не поверив рассказу Дина, молча, но с улыбкой, ушел на улицу, мяч погонять за бункером. Едва он вышел, Дин обмяк и закрыл лицо руками. Вот и начинается все самое интересное. — Сэмми… Я подпер рукой голову, приготовившись слушать. — Да? Дин убрал руки с лица, явив мне огромный, полный тоски, зелёный омут своих глаз. — Сэм, она нереальная. Я думал, таких не бывает. А если и бывают, то точно не со мной. Мы пили чай, готовили еду, играли в карты и «Монополию». Просто, как будто всю жизнь друг друга знаем. Мы гуляли, сидели на краю обрыва, свесив ноги в пропасть. Она такая красивая в лучах заката, Сэмми… С каждым его словом мои глаза увеличивались. Это мой брат? Вот этот помешанный лирик? Он улыбнулся, словно пьяный. — А потом я ее поцеловал. Она как воздух, знаешь: дышишь и не можешь надышаться. По-моему, у него температура. Его лихорадит. — А потом мы провели такую ночь, Сэмми-и-и… Он откинулся назад на стуле и снова закрыл лицо руками. Потом резко облокотился на стол, наклонившись по мне, и продолжал. — Мы не спали вообще. Всю ночь. Эта чертовка… Я помню её всю. Каждый шрам, каждую проклятую родинку на ее теле. А утром она вела себя так, словно ничего не было. Командовала мной, собирала вещи в поездку, а меня трясло, мать твою, как припадочного. Мне стало страшно. Что с ним? Дин продолжал уже с болью в голосе. — Я постоянно о ней думаю, она везде, все о ней напоминает, даже твоя рубашка, потому что ее любимая кружка такого же цвета. Я не могу, Сэм. Со мной никогда такого не было, я не знаю, что это и как от этого лечиться. Видя, с каким выражением лица я на него смотрю, Дин встал из-за стола и пошел по коридору к себе в комнату, запустив руки в волосы. — Я не могу-у-у! Господи, спаси. Спаси его от болезни под названием «Эрика О’Коннор».

Глава 7

Эрика О’Коннор Нужно жить дальше. Снова забыть его, как в тот раз. Было и было. Больше не будет. Я сидела на кровати, завернувшись в плед, держа в руках кружку с какао. Выплакала уже столько, что можно новое озеро образовать наподобие Байкала. Почему все повторилось? В точности, как в тот раз. Он неожиданно появился в моей жизни, подарил мне лучшие воспоминания, и исчез. С того раза воспоминанием остался Дэмиен. А с этого — синяки на теле в форме отпечатков его пальцев. Но они сойдут, пропадут и воспоминания. Главное — отвлечься. Не думать о нем. Я занялась переездом. В течение недели я искала подходящий домик, потом ещё 2 недели перевозила туда свои вещи. Новый домик был не так уж и далеко от старого, гораздо глубже в чаще леса, под склоном горы. Под конец моего переезда я вспомнила, что не звонила сыну уже месяц. Проклиная себя, нашла телефон в куче вещей и какую-то старую сим-карту. Однако Дэмиен не брал трубку. Я написала ему СМС, чтобы перезвонил на этот номер в течение дня, завтра будет уже другой. Где он пропадает? Дэмиен Торетто О’Коннор — О’Коннор! Твоя подача! Я поймал мяч и отошёл в угол площадки. Сердце колотится, как в первый раз. Вдох — мяч поднимается в воздух, летит обратно, удар — выдох. Мяч красиво спикировал на площадку противника, ровно в середину. Все вжали головы в плечи. Я зажмурился, шепча. — «Синие», мать вашу… Тренер взорвался. — «Синие», мать вашу! Я усмехнулся в кулак. Тренер, маленький толстый мужичок, колобком покатился к команде «синих». — Почему не отражаем атаку?! Все «синие», как по команде, пожали плечами. — Смысл, если подаёт О’Коннор? — Там проще разбежаться в стороны, чем отбить… — Его подачи никто не может принять… Я смотрел на носки своих кроссовок, улыбаясь. Спасибо, приятно. Тренер был готов взорваться. — И что мне с вами делать? Завтра матч, а вы не принимаете! Капитан «синих» усмехнулся, скрестив руки на груди. — Давайте завтра О’Коннора сразу на подачу поставим. Его идею подхватили все. — Да, тогда мы можем вообще просто на лавочки сесть и сидеть… — Пока он будет методично мячик туда кидать. Я рассмеялся и подошёл к ним. — Не, ребят, так не годится. Давайте я вообще подавать не буду. Заорали все, включая тренера. — Ладно-ладно, понял, все! Первым встаю на подачу, понял! Дверь спортивного зала открылась, явив растрепанную голову вратаря футбольной команды. — О’Коннор! Я обернулся. — А? — Только тебя ждём, давай быстрее! Там такое! Я застонал. — Да знаю я, иду! — Быстрее, О’Коннор! — Иди отсюда, а! Он скрылся за дверью, а тренер подошёл ко мне и хлопнул по плечу. — А ты, парень, нарасхват, я смотрю. По команде прошел смешок. — Ладно, Дэмиен, иди, тебя ждут. Завтра к 9 часам утра быть тут, понял? Я кивнул и, взяв рюкзак, побежал на футбольное поле. Там уже собралась вся команда. Кстати, забыл сказать: волейбольная команда — смешанная, то есть состоит как из парней, так и из девчонок. Они стояли кучкой вокруг тренера. На трибунах сидели девчонки нашего класса и не только. Я с удивлением отметил присутствие старшеклассниц. На бегу швырнув рюкзак Хлое, подбежал к команде. — Чего вы тут? Тренер поднял на меня глаза. — О’Коннор, явился. Я кивнул. — Есть такое. — В общем, слушай. Джерри сломал ногу… Джерри — капитан нашей команды. — Нам нужен новый капитан. Ребята единогласно решили, что это будешь ты. Джерри, сволочь! Не мог попозже-то, не? Я взъерошил разноцветные волосы рукой, выдыхая. — Ну, раз решили… Я согласен. Но только до восстановления Джерри. Все кивнули. Ну, хоть так. — Завтра к одиннадцати часам, сразу после волейбольного матча, все должны быть тут! Ровно в одиннадцать начнется игра. Не опаздывать. Поняли? Мы кивнули. Придется галопом бежать из спортзала на поле, чтобы успеть. — Родителей зовите, пусть посмотрят на вас, красавцев. Ага, обязательно. — Так, а теперь — на поле! Сегодня генеральная тренировка! Парни, покажите мне игру! Дэмиен — ты капитан, не забудь. Я кивнул. Забудешь тут. Дэмиен Торетто О’Коннор После изнурительной тренировки я еле дополз до раздевалки. Даже переодеваться не стал. Позвонил Дину, попросил забрать меня. После возвращения он изменился. Сэм рассказал мне все. Абсолютно. Я, в принципе, так и думал, что они проведут ночь вместе. Оба красивые, как черти, к тому же ещё и в прошлом были вместе. Вот если бы они не переспали, вот тут я бы удивился. Дядя сначала не хотел мне все рассказывать, но я напомнил, что мне скоро 16 лет. Ну как «скоро», через пару месяцев, но это не важно. Позвонил Дину, после чего увидел пропущенный с неизвестного номера и СМС с него же. Прочитав, перезвонил маме. — Привет. — Привет, сынок. Ты где был? — На двух тренировках. Что-то срочное или просто поговорить? — Просто поговорить. — Давай. У нас есть примерно полчаса, пока за мной приедут. — Что нового? Не знаю, зачем, но я решил кое-что сделать. — Мам, у меня завтра два матча. Может, придёшь? Она замолчала. Я не верил в возможность всего происходящего, поэтому ждал. — Приду. Я чуть с лавочки не упал. — Придёшь? — Приду. Я не видела тебя почти 6 лет, имею право. Слезы навернулись мне на глаза. — Я так соскучился… — Я тоже, малыш. У тебя будет свободная минутка, поговорим где-нибудь подальше от людей? — Господи, конечно, мам. Только… — Что? — Мои «опекуны» тоже придут. — Ну, я же не буду стоять там с табличкой, на которой будет написано мое имя, правильно? Постою на задних рядах трибуны, посмотрю на тебя. Номер на майке у тебя какой? Я назвал свои номера, но то, что я теперь капитан футбольной команды, не сказал. Как-то не вспомнил. — Хорошо, я приду. Только ты не крути сильно головой в поисках меня, хорошо? — Конечно, я понимаю. — Ко скольки? Я назвал время. — Сынок, я успею только на футбол. Потому что пока доеду, сам понимаешь… В раздевалку, не постучавшись, кто-то вошёл. Я поднял голову с лавочки, на которой лежал все это время. Дин! Твою мать, как говорит наш тренер! — Разноцветный! Я должен тебя по всей школе искать? Мама усмехнулась. — Кто это там такой смелый? Я не знал, как выкрутиться из ситуации, но, как всегда, моя импровизадница меня спасла. — Ладно, Хлоя, за мной приехали. Мама рассмеялась. — Поняла. Давай, пока. Завтра приду. — Пока, буду ждать. Я засунул телефон в карман трико, когда Дин подошёл ко мне. — Ты чего тут развалился? Я прикрыл глаза. — Я устал. Он усмехнулся. — Понимаю. Сам в юности в волейбол играл. Давай, пошли. Вот это поворо-о-от. Я встал и, закинув сумку на плечо, пошел за Винчестером. Уже в бункере за столом я позвал их на матчи. Братья переглянулись. — Почему бы нет. Во сколько? — Волейбол с девяти до одиннадцати, футбол с одиннадцати до двух часов дня. Дин нахмурился. — Мы только на футбол успеем, Дэм. У нас дело, через час уезжаем, но к утру должны успеть. Сэм посмотрел мне в глаза. — Ты, главное, не обижайся на нас. Это работа. Я улыбнулся. — Да я же понимаю, ну. Мне не 10 лет. Дин усмехнулся. — Да ты и в 10 все понимал. До меня дошло, что я живу с Винчестерами уже больше пяти лет. С ума сойти… Как я жив вообще? Дэмиен Торетто О’Коннор Утром я, быстро собравшись, успел добежать до ближайшей остановки и ехал до школы на автобусе. Братья уехали еще вчера, везти меня некому. К девяти я успел, я молодец. Тренер собрал нас в своей каморке перед игрой, провел инструктаж. Только вот список школ, играющих с нами, я прослушал, потому что переобувался. Прозвенел звонок, мы выбежали на поле. И началось… Меня поставили на подачу первым. На своем месте я оставался до конца первого тайма. Смеялись уже все. Противник просто не успевал или не мог отбить мою подачу. Девчонки визжали каждый раз, как только я подавал, причем как нашей команды, так и противника, не говоря уж и трибунах. На перерыве тренер их команды поговорил с нашим тренером, чтобы меня убрали с подачи и позволили ребятам нормально поиграть. Спасибо, приятно. Игра пошла. Мы, естественно, выиграли, потому что нападающие у нас тоже хорошо играют. Таким образом прошло три матча, с тремя школами. Мы держали первенство. Осталась последняя школа. Свисток, мы на поле. Я не обращал особого внимания на состав команды противника, лишь искал слабые зоны. В середине матча я оказался у сетки. Пока мяч передавали с одной стороны поля на другую, решил обернуться, рассмотреть того, кто стоит со мной через сетку. Лучше бы я этого не делал. Так же с удивлением рассматривая меня, там стояла … Элизабет Роадс Смитт. Я не нашелся, что сказать. Она тоже молча смотрела на меня. Воздух кипел. Свисток, подача. Игра продолжалась. Но я не мог думать о чем-либо, кроме девушки, стоящей со мной спина к спине. Мы часто встречались взглядами сквозь сетку, но молчали. Мы выиграли. Капитану команды вручили кубок, переходящий из школы в школу каждый год. Едва прозвенел звонок, я ринулся из зала. Только не говорить с ней, только не видеть ее больше… Тем более, мне нужно бежать на футбол. Там уже стоит гул на трибунах. Там мама… Эрика О’Коннор Пришлось выехать ночью, чтобы успеть на игру сына. К одиннадцати часам утра я уже заходила в здание школы, чтобы через запасной вход выйти на футбольное поле. На мне были черные рваные джинсы, большие белые кроссовки (вдруг придется бежать), черная спортивная толстовка с большим капюшоном и рюкзак на плечах. Там лежал пистолет, бутылка воды и лекарства первой необходимости. Накинув капюшон на голову, быстро прошла по школьным коридорам, нашла спортзал, оттуда — на поле. Трибуны уже были заполнены. Я, найдя свободное место с краю в третьем ряду, села, стараясь не привлекать к себе внимания. Справа от меня сидела девчонка лет пятнадцати, альбинос. Интересно. Дэмиен говорил, что у него есть подруга Хлоя и что она альбинос. Это она что ли? Я, осмотрев зал и не увидев никого подозрительного, хотела снять капюшон, но передумала. Потом, когда игроки выйдут на поле, чтобы он обратил внимание. Вскоре прозвенел звонок, и на поле вышли две команды. Я поинтересовалась у девушки, сидящей рядом. — Ваша команда носит майки какого цвета? Та, улыбнувшись, ответила. — Синего. — Спасибо. — Не за что. Я заметила, что после нашего короткого разговора она принялась рассматривать меня. — Можно вопрос? Я кивнула. — А вы… случайно не мама Дэмиена О’Коннора? По телу прошла дрожь, я улыбнулась. — А что? — Понимаете, левая половина его лица как будто ваша копия… Я усмехнулась. — Да, я его мама. Только тс-с-с. — Я понимаю, он говорил. — А ты Хлоя? Она смущенно улыбнулась. — Да, а что? — Он говорил. Тем временем на поле что-то происходило. Команда в синем цвете беспокойно оглядывалась, разводила руками. Я спросила у Хлои, что происходит. Она сказала, что, видимо, кто-то опаздывает. Сзади по трибунам раздались визги девчонок. Я обернулась. По лестнице между рядами сидений несся… очевидно, мой сын. На бегу снял с себя футболку волейболиста и, пока доставал из рюкзака синюю майку футболиста, давал всем прекрасную возможность рассмотреть его со всех сторон. Господи… Высокий, крепкий, уже с аккуратными кубиками пресса и бицепсами… Мой мальчик повзрослел… Дэмиен, наконец, достал нужную футболку и на бегу надел ее. Нашел взглядом Хлою и, пробегая мимо нашего ряда, кинул ей рюкзак. Перепрыгнул через заборчик, отделяющий поле от трибун и, взъерошивая волосы, подбежал к своей команде. Только сейчас, когда он стоял ко мне спиной, я увидела на его футболке рядом с номером букву «К». Капитан. Меня переполняла гордость. Такой красавец… Он стоял ко мне боком, раздавая указания команде, а я не могла насмотреться на сына. С возрастом контраст на его лице стал таким выразительным, что просто невозможно. Две половины лица и волос настолько различались по цвету между собой, что можно подумать, что он состоит из двух человек. По сути, так и было. Поскорее бы увидеть его вблизи, поговорить с ним… Раздался еще один свисток, вышел судья с мячом в руке. Позвал капитанов к себе. Дэмиен побежал в центр поля, разыгрывать мяч. Я не могла отвести от него взгляд. Игра началась. Трибуны вопили, и я вместе с ними. Дэмиен изредка осматривал трибуны, искал меня, но я не снимала капюшона. Рано. Третья игра. Тайм-аут. Игроки собрались в кучки, обсуждали с тренерами дальнейшие действия. Дэмиен, вытирая пол со лба, отошел от своих. Ему дали воды. Он жадно пил. После чего, откинув бутылку в сторону, пробежался взглядом по трибунам. Я скинула капюшон. Дэмиен замер. По его лицу медленно расползлась счастливая улыбка. Я улыбалась ему в ответ. Он готов был ринуться через все поле ко мне, но я помотала головой. Рано. Дэмми понял и, запустив руки в волосы, пошел к своим. Игра продолжалась. Дэмиен носился по полю, как заведенный, отбирал мяч и один за другим забивал голы в ворота противника. Снова тайм-аут. Дэмиен старался не смотреть на меня. Отвернулся к противоположной трибуне. Вдруг он помахал кому-то рукой и подбежал к первому ряду. Два молодых мужчины, склонившись к нему через заборчик, что-то говорили моему сыну. Похлопали Дэмиена по плечам и, выпрямившись, сели. Я чуть не сползла вниз со стула. На противоположной трибуне, на месте, откуда только что отбежал Дэмиен, сидел Дин Винчестер. Эрика О’Коннор С такой скоростью, с которой меня сдуло с трибун, я не убегала даже от преследующих меня охотников. Выбежала в коридор школы и, найдя пустой кабинет, химии, вроде, забежала туда и, закрыв дверь, прижалась к ней спиной. Какого черта?! Что?! Опекуны Дэмиена — братья Винчестеры?! Твою мать! Мой сын растет со своим настоящим отцом, и об этом не подозревают ни тот, ни другой! Я, держась за голову, скатилась вниз по двери. Что-о-о происходит? Так. Стоп. Паника будет потом. Где мой сын? Я выглянула из-за двери как раз вовремя. Дэмиен только что прошел мимо, опустив голову. Я схватила его за воротник футболки и затащила в кабинет. — Что… Увидев меня, он замер. По его щекам потекли слезы, он кинулся ко мне и обнял так сильно, что где-то в спине что-то хрустнуло. Я обнимала его, целовала в вихрастую макушку и плакала. Вся моя серьезность, жёсткость и холодность, выработанные за 6 лет, рухнули в тартарары при ощущении прикосновений к сыну, при вдыхании его запаха, который я не в силах забыть никогда. Его сердце колотилось быстро-быстро, как и мое. В памяти почему-то всплыло, как я, совсем зелёная, впервые во время беременности почувствовала, как сын толкнулся у меня в животе. Тогда-то все и перевернулось. Нежеланный до того момента ребенок стал таким долгожданным, что я мечтала, как возьму его на руки, как он будет расти у меня на глазах. Но мой сын становится человеком не со мной, а со своим, мать его, отцом. Я вытерла слезы тыльной стороной ладони и, взяв Дэмиена за плечи, мягко отстранила его от себя. Сын, шмыгнув носом, тоже вытер слезы и, улыбаясь, поднял на меня свои разноцветные глаза. — Мама… Я готова была растаять. Впервые за много лет я услышала это слово не по телефону, а вживую, глядя в глаза. — Ты так вырос… Так… Изменился… Я изучала взглядом лицо своего сына. Он уже не был похож на мальчика. Дэмиен взрослел. Изменился взгляд, ломается голос, ну, а про контраст я молчу. Я провела рукой по его щеке и, как всегда это делала, щёлкнула его по носу. Дэм рассмеялся. — Как с маленьким. — Для меня ты всегда будешь маленьким. Мы не знали, о чем поговорить, просто стояли и молча смотрели друг на друга. — Когда ты вернёшься? Меня саму волновал этот вопрос. — Не знаю. Охотники по-прежнему ждут, когда я появлюсь в поле их зрения. Если кто-нибудь решится закрыть врата Ада, может, они и успокоятся. Дэмиен понимающе кивнул. — Эти два парня, к которым ты подбегал… Сын поднял на меня взгляд и чуть прищурился. С правой стороны его лица на меня смотрел Дин Винчестер, и это сильно отвлекало. — Да, что с ними? Мой голос предательски дрогнул. — Ты с ними живёшь? Дэмиен кивнул. — С ними. Классные парни. Особенно тот, что повыше. О как. Интересно. — А тот, что пониже? Дэмиен усмехнулся. — Когда как. Во мне родилось подозрение. — Он тебя обижает? Сын рассмеялся. — Не-е-ет. Мы хорошо общаемся. Играем в видеоигры, он забирает меня со школы, мы классно проводим время. Вот как, значит. Классно время проводите, значит. Я смотрю, он со всеми классно время проводит. Козел. Дэмиен Торетто О’Коннор У меня просто не было слов. Я смотрел на маму и понятия не имел, что говорить, о чем, я просто не сводил с нее глаз. Хотелось запомнить все, ведь нам вновь предстояла долгая разлука. Когда она спросила про Винчестеров, я не смог сдержать улыбку. Учитывая то, что она не подозревает о том, что я знаю, кем приходится мне Дин, ситуация была довольно комичной. Я невольно вспомнил то время, когда мы жили с ней вместе. Как завтракали по утрам, кидаясь печеньем, с каким волнением за меня она возвращалась домой после каждой охоты, как помогала мне делать уроки. Она была лучшим человеком в моей жизни, и я никогда не полюблю кого-то также сильно, как люблю ее. Вдруг у меня зазвонил телефон. Винчестеру неймётся. — Да? — Долго ещё тебя ждать? Или прийти и настучать твоему тренеру по голове? — раздражённо спросил Дин. — Нет, мы почти закончили, — успокоил его я. — Давай быстрее, мы устали, — буркнул он и бросил трубку. Я показал дисплею язык и спрятал телефон в карман. Мама, улыбаясь, смотрела на меня. — Уже? — Да, они всю ночь не спали, на охоте были, и сразу на матч. Мама кивнула. Повисло неловкое молчание, как всегда бывает перед прощанием. Она отмерла первой. — Долгие проводы — лишние слезы, как говорится, — с этими словами мама обняла меня и прижала к себе. Я обнял ее в ответ, чувствуя, как снова теряю дорогого человека. — Все равно ты у меня самый красивый и самый лучший, — с улыбкой прошептала мне на ухо мама. — Ты у меня тоже, — сдерживая слезы, выдавил я из себя. — Я знаю, солнце, — усмехнулась она. Мягко отстранила меня от себя и подтолкнула к выходу из кабинета. — Ты первый. Я взял сумку с вещами и, оглянувшись на нее в последний раз, вышел из класса. Уже сидя в машине Винчестеров я заметил, как со стороны запасного выхода из школы выбежала фигура в черной одежде, с огромным капюшоном на голове. То, что это моя мама, я понял по белым кроссовкам. Винчестеры молчали всю дорогу, Сэм даже успел заснуть. В бункере мы разошлись каждый к себе. Я сходил в душ и, вернувшись мыслями к встрече с мамой, неожиданно вспомнил про ещё одну неожиданную встречу. Элизабет. Она-то что забыла в волейболе? Интересно, как она вообще живёт? Изменилось ли что-нибудь в ее жизни? Загруженный этими вопросами, на которые у меня, увы, не было ответа, я не заметил, как заснул.

Глава 8

Сэм Винчестер Прошло больше полугода с того дня, как Дэмиен видел свою маму. Парень все мне рассказал. Я не осуждаю его, не имею права, да и за что? По сути, она не виновата в том, что открыла врата Ада. Дин оправился после своего двухнедельного «отпуска», перестал бредить той «Кирой», но с девушкой я своего брата с тех пор не видел ни разу. Дэмиену пару месяцев назад исполнилось 16 лет. Парнишка растет, как на дрожжах, ровно как и число его воздыхательниц. От них, по словам Дэма, «вообще отбоя не стало». Ему постоянно звонят, пишут, возле школы встречают целой толпой, но мой племянник (я уже на 100% уверен в нашем родстве) не обращает на них никакого внимания. Прошлая ночка не задалась, началась бессонница, и я всю ночь смотрел сериалы. Зато утром бесценные часы без сна дали о себе знать — я был в таком отуплении, что сам поражался своей заторможенности. Просто сидел и, помешивая ложечкой чай, смотрел в одну точку уже полчаса. Мимо меня давно промчался Дэмиен, на ходу зажевывая бутерброд и ворча, что он опаздывает. Парень заметил мое состояние и, не став беспокоить, попросил Дина отвезти его в школу. Брат уже бодрствовал и, великодушно согласившись, увез Дэма на занятия. Дин уже давно приехал и смотрел телевизор в своей комнате, а я все ещё сидел на кухне с этой несчастной кружкой чая, который давным-давно остыл. Где-то в глубине бункера раздалась мелодия звонка, затем голос Дина. Брат поговорил по телефону и вскоре явился перед мои очи. — Сэмми, сколько можно? Ты разогнал все молекулы сахара, которые только могли быть в этом чае. Я не ответил ему ничего внятного, но шевелить ложечкой не прекратил. Дин заглянул в холодильник, достал оттуда упаковку с апельсиновым соком и сделал пару глотков. — У нас дело. Только вот я не знаю, способен ли ты на подвиги. Я задумчиво поднял на него взгляд. Брат рассмеялся. — Кажется, я понял. Так, ты, давай, иди спать, — с этими словами он помог мне встать и фактически на себе дотащил до моей комнаты. — А как же дело? — уже засыпая, спросил я. — Дэмиена возьму, — где-то далеко-далеко прозвучал голос Дина. Я провалился в сон. Дэмиен Торетто О’Коннор — Правоведение ставит перед собой следующие задачи… Раздался стук в дверь. Хлоя толкнула меня локтем в бок. Я, чуть было не заснув, поднял голову. В проёме возникла мощная фигура Винчестера-старшего. — Прошу прощения за прерванный урок, можно мне одного из ваших подопечных, Дэмиена? Смотрите, вежливости научился. Это где же? Преподаватель с подозрением, поверх очков, посмотрел на Дина. — А зачем, позвольте спросить? Дин слегка прищурился. — Семейное дело, — в его голосе звучала сталь. Я уже потихоньку начал собирать вещи. — Так вы — его отец? Я даже поднял голову, чтобы видеть реакцию Винчестера на этот вопрос. Дин сжал губы и, стрельнув в меня взглядом, делано улыбнулся. — Да. Я усмехнулся. Когда же ты уже поверишь, а? Преподаватель поправил очки. — Должен сказать, вы удивительно похожи. Особенно… -… с правой стороны, — закончили мы с Дином в один голос. Учитель кивнул и сделал широкий жест рукой. Я вышел из кабинета. Дин пошел вперёд по коридору. Я, обратив внимание на то, что он в костюме агента ФБР, старался не отставать. — Что произошло? Винчестер открыл мне дверь машины. — Дело нарисовалось. Он сел за руль. — А как же Сэм? — я перебрался назад, где начал переодеваться из школьной одежды в джинсы и толстовку. Дин усмехнулся. — Ты видел, в каком он состоянии? Думаю, ему лучше отоспаться. Тем более, у меня есть ты. Мы встретились взглядами в зеркале заднего вида. Дин улыбнулся. Я перелез обратно на переднее сиденье. — А что за дело? Винчестер уверенно вел машину. — Вампир. Держи, уже напечатали, — он достал из кармана куртки свёрнутую газету. Я развернул прессу и пробежался по строкам. — Ночью… Крики… Соседи вызвали полицию… Кровь… Двое погибших… Ну, все как всегда. Дин как-то странно усмехнулся. — Посмотри на фото и прочитай адрес, чудо. Я послушно уставился на снимок. Где-то я уже видел этот дом. Так, а адрес? Я замер, смотря на такое знакомое сочетание слов и цифр. Это дом Элизабет. Дэмиен Торетто О’Коннор Пока Дин находился в доме, опрашивая выживших, я сгорал от нетерпения, сидя в машине. Кто выжил? Она или кто-то из ее родителей? А я ведь знал, что этот вампир, живший через дорогу, рано или поздно покажет клыки. Из-за него мы тогда и прекратили общение. Когда вернулся Дин, я готов был на голове стоять. — Ну? Что? Кто выжил? — Выжила Элизабет. Все произошло, когда она ночевала у подруги. Вернулась, обнаружила полный дом полиции. Девчонка в шоке, в таком, что даже меня не узнала. Вот это да. — И что будем делать? — Нужно узнать, кто это, выследить и убить, все как всегда. Я усмехнулся. — А я знаю, кто это. Дин удивлённо посмотрел на меня. — И кто же? Я перевел взгляд за спину Винчестера. Он тоже повернулся и посмотрел в направлении моего взгляда. Спиной к нам, тот самый сосед невозмутимо стриг свои кусты. Как и в прошлый раз. Дин повернулся ко мне. — Почему он? Я рассказал ему о том дне, когда мы с Элизабет поссорились. Винчестер молча выслушал и по окончании моего рассказа задумчиво уставился на окна дома Элизабет. — Мне кажется, он придет сегодня ночью. За ней. По моей коже пробежал холодок. Нельзя за ней. — Мы должны этому помешать. — Вы не общаетесь? Я помотал головой. Дин поправил полы черного пальто. — Самое время начать все сначала. Пошли. Я вышел из машины вслед за ним. Ступени крыльца все также скрипят, а звонок по-прежнему заедает. Немного погодя за дверью послышался шорох, и она чуть-чуть приоткрылась. Оттуда на нас одним глазом смотрела Элизабет. — Агент? Дин кивнул. — Нужно поговорить. Эл открыла дверь и впустила нас. Только когда я вошёл, она узнала меня. — Дэмиен? Что ты тут делаешь? Она перевела взгляд на Винчестера. — А вы… Вы же Дин? Он усмехнулся. — Узнала наконец-то. Девушка была не в лучшем состоянии. Красные от слез глаза, растрёпанные волосы, домашняя одежда. — Проходите. Уже в гостиной, за кружкой чая, она спросила нас, о чем мы хотели поговорить. Начинать разговор пришлось мне, потому что Дин невозмутимо смотрел в окно. Я сжал кружку в руках, пряча взгляд от Элизабет. — Помнишь тот день, когда мы поссорились? Она криво усмехнулась. — Кто же его не помнит. — Ну так вот. То, что я тебе говорил тогда, «подрастешь — расскажу»? Она кивнула. Мне стало легче. Элизабет не сводила с меня глаз, и это как-то успокаивало. Я откинулся на спинку дивана. — Сейчас как раз то время, когда нужно рассказать. И я рассказал ей все. О монстрах под кроватью, об охоте, об охотниках, даже вскользь упомянул, что моя мама тоже этим занималась, поэтому я ничего не рассказывал о ней Элизабет. Эл не выглядела слишком потрясенной. — Значит, мистер Уолли всё-таки вампир? И ты был прав тогда? Я, поджав губы, кивнул. — Выходит, что так. Элизабет плотнее закуталась в кофту. — И что теперь делать? Дин очнулся. Все время моего рассказа он словно ушел в свой мир. После возвращения от мамы с ним такое часто бывает. — Ну наконец-то вопросы по делу. Он рассказал нам план дальнейших действий. Элизабет долго не соглашалась на ту роль, что ей отводилась, но после заверений в том, что мы так делали десятки раз, она решилась. Ей предстояло быть приманкой. Элизабет Роадс Смитт Как я могла не узнать Дина? Эти два красавца, появившиеся у меня на пороге, так похорошели, что я не могла отвести глаз ни от того, ни от другого. Дэмиен вообще превзошел все мои ожидания. Ещё на волейбольном матче я заметила, что он красив, как черт, а сейчас и вовсе. Белозубая улыбка, зачесанные вверх волосы, большие разноцветные глаза. Он стал ещё выше, стоя рядом с Дином, он уже был на уровне его носа. Я ровно на голову ниже Дэмиена, как и всегда, впрочем. После того, как убили моих родителей, я не знала, как буду жить дальше. Они были всем для меня. Всю ночь я проплакала, а утром наступила апатия. На автомате я прибралась, отмыла кровь с пола, постирала постельное белье. Бесконечные звонки из полиции, от родственников, друзей. И ни одного от Дэмиена. Я знала, что он не должен был звонить, мы ведь не общались, но мне хотелось, чтобы позвонил именно он. Но он пришел. В глубине души я понимала, что они правы. Что все монстры реально существуют. Но разум никак не хотел этого принимать. Когда парни предложили мне роль приманки, я взбунтовалась. Мало того, что мою семью и так почти истребили, так ещё и меня добить решили, да? Спасибо, приятно. После заверений в том, что у них есть опыт в этом деле, я согласилась. Дин собрался ехать домой. — Надо проведать Сэмми, да и оружие взять, у меня в багажнике только один комплект. И переодеться было бы кстати. Дэмиен, останешься с Элизабет, ей нельзя одной быть. Дэм кивнул. Дин, о чем-то переговорив с Дэмиеном в прихожей, вышел из дома. Дэмиен вернулся в гостиную и сел рядом со мной на диван. — Ну, рассказывай. Он усмехнулся. — Что рассказывать? «Какого черта ты такой красивый?» — подмывало спросить, но я сдержалась. — Все. Как живёшь? Где мама? Он слегка нахмурился. — Мама по-прежнему в отъезде, уже два месяца не звонила. Живу с Винчестерами, ничего нового. Я прищурилась. — Да ладно? А как же спорт? Дэмиен поправил волосы. — Ну если только спорт. Футбол, волейбол. Все. А у тебя что? Я пожала плечами. — Ничего особенного. Спорт, танцы. Родители вот… умерли… Предательский ком в горле. Дэмиен взволнованно посмотрел на меня. — Эл? Но слезы уже бежали по моим щекам. — За что?.. Я не знала, как поведет себя Дэмиен в этой ситуации, но он поступил также, как делал это шесть лет назад. Сел ближе и, обняв меня, прижал к себе. Гладил по спине, успокаивал. Я дежурно всхлипывала, а сама пыталась понять, что со мной происходит. Я не могу отвести глаз от этого парня, не могла забыть его все эти шесть лет, краснею, как не знаю кто, в его объятиях. Я влюбилась? Дэмиен Торетто О’Коннор Уже давно стемнело. Мы с Элизабет, как в детстве, сидели в ее комнате и битый час смотрели ее любимый сериал. Что интересно, она выросла, а сериал не изменился. Только актеры чуть постарели. Я зашёлся хохотом при виде того, как главный герой пытается, потеряв память, перезарядить пистолет. Вдруг дверь комнаты открылась, на пороге стоял Дин. Мы с Элизабет одинаково вздрогнули. — Ну тебя, напугал, — я поставил сериал на паузу и встал навстречу Винчестеру. Тот был хмур, как дождевая туча. — Я зашёл через черный вход. Мы с Элизабет переглянулись. — Что-то случилось? — разведывая обстановку, спросил я. Дин полез в сумку, перед этим бросив ее на кресло. — У нас в бун… — запнулся, посмотрел на Элизабет, — в доме кто-то был. Я подошёл к нему ближе, спиной закрывая лицо Дина от Элизабет. — Я сейчас не понял, — уже шепотом спросил у него. — Чего непонятного? В бункере кто-то был, — Дин был раздражен. — Но там же Сэм. — Он спит, как проклятый, — Винчестер выругался, поцарапавшись о проволоку, торчащую из сумки. Я через плечо посмотрел на Элизабет и лёгким кивком головы попросил ее выйти из комнаты. Она кивнула и на цыпочках вышла. Дин выпрямился. — Дверь была открыта, в твоей комнате полный… — смачно выругавшись, Дин провел рукой по лицу, — из холодильника пропали консервы, из кладовой — кипятильник. Что к чему, я вообще не понимаю. В глубине разума шелохнулись подозрения, но я отмел их сразу же. Откуда маме знать, где я живу? И зачем ей кипятильник? И что она могла искать в моей комнате? Да, такой «беспорядок» (язык не поворачивается повторить ругательство Дина даже в мыслях) был делом моих рук. Ну некогда мне было прибираться, и так опаздывал. Нет, это не она. Дин стоял, уперев руки в бока. — Кто-нибудь знает, где ты живёшь? Я отрицательно помотал головой. — Нет. Даже в школьном журнале и личном деле указан старый адрес. — Неприятели есть? Я задумался. Ну, я не вернул Конору его диск с игрой, но срок возвращения — месяц — ещё не вышел. Да и он не конфликтный, мог просто позвонить и попросить вернуть. Я снова помотал головой. — Нет. Винчестер скрипнул зубами. — Тогда я вообще ничего не понимаю. Вдруг с первого этажа дома послышался истошный, полный ужаса, крик Элизабет. Мы переглянулись и, достав мачете из сумки, кинулись вниз. — Элизабет, твою… Неужели из-за мыши стоит так орать? Я ржал в открытую, Дин негодовал, а Элизабет стояла, скромно опустив взгляд в пол. Мы снова поднялись наверх. Обстановка была более-менее разряжена появлением несчастной мыши, на которую мы с Дином, два бугая, чуть было не кинулись с мачете. Мы пили чай в комнате Элизабет и мирно о чем-то беседовали. Мачете лежали прямо на столе. Элизабет вздрагивала, если нечаянно дотрагивалась до них и просто смотрела. Я лишь усмехался. Привыкнет. В середине задушевной беседы послышалась трель дверного звонка. Мы с Дином, как один, прислушались и, не сговариваясь, на цыпочках вышли из комнаты. Элизабет, по уговору, как ни в чем не бывало, пошла открывать дверь «дорогому» гостю. Эрика О’Коннор Вот ведь Винчестер, а. Нет чтобы хоть раз нормально уйти, ничего и никого после себя не оставив. — А кто у нас такой красивый? Иди к маме. Я взяла месячную дочку на руки и, расстегнув воротник рубашки, кормила ее грудью. — Эрроу Одетта О’Коннор… О беременности я узнала лишь через месяц после встречи с сыном. И то, когда решила покурить, и меня тут же вырвало. Все 9 месяцев я регулярно проклинала Винчестера. Это стало чем-то вроде молитвы. И опять же, как в прошлый раз, о нежелательности ребенка я думала лишь до первого толчка. Казалось бы, зачем мне, охотнице в бегах, живущей в домике среди гор и леса, ребенок? Но никто меня, естественно, не спросил о том, хочу я или, может, не хочу. Сделал и ушел, молодец. Родила я сама, как и в прошлый раз. Мне не привыкать, как бы, да. И понеслась. Пелёнки, подгузники, присыпки. Всем этим я закупилась ещё на первых месяцах беременности. Теперь я была опытнее и ко всему относилась менее волнительно. Если с Дэмиеном я понятия не имела, почему он плачет, то с Эрроу таких проблем не возникало. Почему Эрроу? Да чёрт бы знал. Тут должна быть красивая сказка о любимой бабушке, в честь которой я назвала дочь, но нет. Я действительно не знаю, почему выбрала это имя. До меня только через месяц после ее рождения дошло, что вторые имена моих детей похожи: Торетто и Одетта. Несмотря на обстоятельства, дочку я любила всей душой. Она была частью меня. Я целовала ее маленькие ручки, ножки, любила смотреть в ее глаза и видеть там себя. Через пару месяцев будет ясно, на кого она похожа. Я боюсь, что у нее будет то же, что и у Дэмиена — гетерохромия. Ведь ни я, ни ее отец не изменились. Такие же упертые ослы. Да, это я побывала в гостях у Винчестера и сына. Да-да, я. Каюсь, виновата. Проследить за Дэмиеном не стоило особого труда. Трудно было выждать момент, когда в бункере никого не останется. Консервы нужны для еды, это понятно. С появлением Эрроу ходить на охоту и ездить по магазинам, да ещё и под прицелом охотников, особо некогда. Кипятильник упал на меня в кладовой и, решив, что это полезная в хозяйстве вещь, я забрала его с собой. В конце концов, у меня маленький ребенок, его надо купать, стирать его одежду и пелёнки, все должно быть стерильно. Малышка все время, проведенное мною в бункере, сладко спала в переноске на моей спине. А в комнате Дэмиена, которую несложно было определить по спортивной сумке, зажатой между дверью и косяком (видно, торопился мой мальчик), я искала его фотографию. Это и было основной целью моего визита. О том, что у меня нет ни одного снимка сына, я думала давно. Эрроу скоро подрастет, нужно будет держать ее в курсе насчёт наличия брата. А вот сообщать Дэмиену о появлении сестры я пока не стала. Тогда он точно расскажет все своим сожителям. Над рабочим столом сына висели пару десятков фото, прикрепленных на иголочки к стене. Снимок я нашла, причем свежий. Дэмиен понял, что он красив, как чёрт, и не стеснялся фотографироваться. Я решила взять его одиночный снимок, где он фотографировался, очевидно, в новой рубашке. Синяя в зелёную клетку, она безукоризненно шла к его разным глазам. Сын улыбался и смотрел прямо в камеру. Я уже положила было фотографию рядом с кипятильником, но наткнулась взглядом ещё на одно фото. Дин и Дэмиен. Фотографировал сын, рядом с ним сидел Винчестер. Оба улыбаются (одинаково, чтоб их). Подумав, я решила взять оба снимка. Даже если сын заметит их отсутствие, навряд ли огорчится. Вышла я оттуда, никем не замеченная. Когда Эрроу соизволила проснуться и оповестила меня об этом громким криком, я уже подходила к дому. Накормила и искупала дочь, с ней же на руках приготовила себе поесть. Ела я очень мало в последнее время, потому что времени нет. Двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю я занята Эрроу. По этой же причине я не звонила сыну вот уже два месяца. Месяц до родов и месяц после. Я была более чем уверена, что новость о сестре он не примет. Если расскажу о ней, придется рассказывать и о Винчестере. А я этого не хочу. Пусть живёт так, как живёт. Но позвонить нужно. Дин Винчестер Мы с Дэмиеном разбежались в разные комнаты, по левую и правую сторону коридора. Вскоре послышались голоса внизу, в гостиной. — Слышал о твоём горе, Элизабет. Вот, пришел поддержать… Держи тортик, чаю попьешь. Вот урод. Ещё и тортиком подслащает, чтобы вкусно было. Я крепче сжал рукоятку мачете. Пока что никто ни на кого не нападал. Я прислонился спиной к стене и, уперев кончик мачете в пол, задумался. Кто мог пробраться в бункер? У меня даже вариантов нет. Просто ноль. Мы с Сэмми врагов, вроде, последние годы не наживали. Дэмиен вообще чудо, а не парень, у него не может быть врагов. По сути, ничего существенного не пропало. Все оружие на месте, книги, даже Сэм живой и храпит там, как паровоз. Я бы, на месте таинственного гостя, убрал возможных свидетелей, да простит меня брат за такие мысли. Прислушался к голосам внизу. Тихо, спокойно, без криков. Значит, пока все хорошо. Вдруг послышался звон разбитого стекла и приглушённый хрип. Я приоткрыл дверь и успел увидеть только вихрастую голову Дэма, слетевшего вниз со скоростью света. Я побежал за ним. Мне навстречу выбежала Элизабет, зажимая рукой запястье другой руки. Девчонка от страха моргнуть не могла, не отрывала взгляда от кухни. Я зашёл туда как раз вовремя: Дэмиен зажал вампира в угол и, коротко замахнувшись, одним ударом снес ему голову. Кровь хлынула на паркет. Дэмиен повернулся ко мне, невозмутимо вытер кровь с мачете о рукав толстовки и, словно вспомнив что-то, кинулся в коридор. Точно, там же Элизабет. Я выволок тело вампира на задний двор дома и, облив его бензином, кинул спичку. Красиво горит. Когда я вернулся к машине, Дэмиен выходил из дома, неся на руках бесчувственную Элизабет. Он был суров, как никогда. — Ее укусили? — если это так, то дело плохо, вампира-то я уже сжег. Парень помотал головой. — Порезалась осколком, от шока потеряла сознание. Через пару часов придет в себя. Поехали домой. Стоп-стоп-стоп. — А она? — я кивнул на девчонку на его руках. — Она с нами. Ей нельзя сейчас быть одной, — с этими словами он аккуратно устроил Элизабет на заднем сиденье машины. Не, ну вы видали? Борзота растет, ужас. В кого он такой? Решив не спорить с посерьезневшим Дэмиеном, я сел за руль и отъехал от дома Элизабет. Всю дорогу до бункера в салоне стояла тишина. Домой мы приехали уже за полночь. Парень вытащил свою все ещё бесчувственную подружку из машины и, кивком попросив открыть дверь, прошел внутрь бункера. Что-то мне подсказывает, что тут все не просто так, ох как не просто… Дэмиен Торетто О’Коннор Дин сделал Элизабет перевязку и, спросив об ужине, оставил меня дежурить около нее. Я переоделся в домашнее трико и майку-борцовку и сидел на стуле около кровати Эл, откинув голову назад и безучастно смотря в потолок. Она должна жить с нами. Кроме родителей, у Элизабет никого не было. Я ничего не знаю о ее нынешних друзьях, но после сегодняшнего вечера, когда мы смотрели сериал и пили чай, все вернулось на круги своя. Между нами была та же теплая дружба, что и раньше, до ссоры. Я задремал. Дин разбудил меня лёгким толчком в плечо. — Пошли, поедим. Я бросил взгляд на наручные часы. Третий час ночи. Мы ужинали, шепотом разговаривая. Сэм до сих пор спал, даже не вставал ни разу. — Что-то ещё пропало? — я поднял взгляд на Дина, сидевшего напротив. — Нет, кроме того, что я называл, ничего, — он уже не был зол так, как раньше. — Думаю, стоит забыть об этом. Винчестер согласно кивнул. — Тоже так думаю. Ничего существенного не пропало. Но мне интересно, что это за вор-домушник такой. Я откинулся на спинку стула, поглаживая живот. — Забей. В следующий раз, если он будет, Сэм будет бодрствовать, и тогда… Дин улыбнулся. — Да-а. Ладно, разноцветный, надо спать. Хорошо поработали сегодня. А что делать с твоей подружкой, мы решим завтра. Я кивнул и еле выполз из-за стола. Дин готовил сытно, вкусно, много. Прям как моя мама. По дороге в свою комнату заглянул к Элизабет. Она спала, откинув перевязанную руку на соседнюю подушку. Уже у себя в комнате я почувствовал, что здесь кто-то был. Едва уловимый запах женских духов. А в последний раз так пахло от мамы. Я сел на кровати и ещё раз придирчиво окинул комнату взглядом. Вроде, все на… Стоп. Встал и подошёл к рабочему столу. Чего-то не хватало. Пропали две фотографии, моя и наша с Дином. Я сделал их буквально на прошлой неделе. Так. А теперь пытаемся думать. Зачем маме мои фотографии? Ну, в принципе, понятно. Память, все дела. Но. Зачем ей ещё и Винчестер? Если это любовь-морковь, то тоже все понятно. Беда с этими взрослыми. Сошлись бы уже да жили нормально, и мне душу не мотали. Элизабет Роадс Смитт Я резко села на кровати после приснившегося странного сна. Мне снился Дэмиен. Вокруг него все горело, а он стоял в самом центре пламени и обезумевшими глазами искал кого-то. Что бы это значило? Огляделась. Огромная комната, не менее огромная кровать, дверь, очевидно, в ванную, во всю стену шкаф-купе. Где я? Вспомнила события прошлой ночи и тяжело вздохнула. По-моему, у меня бежала кровь… Я посмотрела на свою руку. Перевязка. Интересно. Так. А где, собственно, мои герои? И где, собственно, я? Встала с кровати, голова чуть-чуть кружится. Держась за стену, дошла до двери. Открыла ее и оказалась в коридоре со множеством других дверей. С обеих сторон, казалось, нет конца этому коридору. Но запах еды шел справа, куда я и направилась. Живот сводило от голода. Из коридора я попала в большой зал. В этом здании есть что-нибудь не большое? И, кстати, что это за здание? Общежитие? Больше всего на него и похоже. Справа от зала была кухня, на которой кто-то хозяйничал. Я осторожно выглянула из-за косяка. Спиной ко мне около плиты стоял Сэм. Я узнала его по длинным волосам. — Доброе утро. Парень оглянулся. — Доброе-доброе, — улыбнувшись, сказал он. Я села за стол. Очевидно, здесь он стоял для одиночных чаепитий, потому как в зале был ещё один, длинный. — Как спалось на новом месте? Я зевнула. — Спасибо, хорошо. — Пойдем в зал. Сэм поставил на стол большую сковороду с чем-то вкусным. Я тут же решила это попробовать. — Знаешь поговорку: «На новом месте приснись жених невесте»? — он снова улыбнулся, заглядывая мне в глаза. Я поперхнулась и закашлялась. Сэм похлопал меня по спине. — Эй, ну ты чего? Не торопись, никуда не убежит. Легко сказать. — Я пойду парней разбужу, — он пошел было в коридор, но замер на пороге и, улыбаясь, спросил, — так кто тебе снился? Я показала ему язык. — Ты мне снился. Все, замуж выхожу. Сэм расхохотался и скрылся в коридоре. Все ему расскажи ещё, ага. Я почти закончила со своей порцией, когда в зал, потирая глаза, вышел Дин. — О, доброе утро, — улыбнулся и сел по диагонали от меня. — Доброе, — улыбнулась в ответ. — Как рука? — спросил он, быстро орудуя вилкой. — Спасибо, ничего. — Ну и хорошо. В зале появился Сэм, сел напротив Дина, рядом со мной. — А где разноцветный? — не очень внятно спросил Дин, жуя хлеб. — Сейчас придет. Тяжко парню после почти бессонной ночи, — разливая всем чай, сказал Сэм. Я осмелилась подать голос. — Вы же братья? Парни кивнули. — Дин старше меня на 4 года, — уточнил Сэм. — Так что я тут папа-Дин, — усмехнувшись, произнес старший. Из коридора вышел Дэмиен, на ходу застегивая ремень джинс. Футболки на нем не было, что заставило меня сначала широко раскрыть глаза, а потом покраснеть. — Всем доброе утро, — увидев меня и мою реакцию, он смутился, — прошу прощения, я сейчас. Через минуту он вернулся уже в футболке. Когда он успел? Такой торс… Дэмиен сел рядом с Дином. Тот передал ему кружку с чаем. Все усердно стучали вилками по тарелкам. Дин, закончив со своей порцией, решил помочь Дэму и, ткнув вилку в его тарелку, забрал оттуда кусок колбасы. Дэмиен от удивления даже рот открыл. — Я не понял. Дин, улыбаясь, дожевывал колбасу. — Я ничего не видел. Провалиться мне на этом месте. И тут же упал назад вместе со стулом, вызвав взрыв хохота. Первые минуты я искренне верила в карму, пока Сэм не подмигнул Дэмиену. Ну да, с такими длинными ногами можно и брата со стула опрокидывать. Дин, сам не переставая смеяться, сел обратно. — Сэмми, я ж тебе оторву кое-чего. И снова хохот. Дэмиен сидел напротив меня, Дин — рядом с ним. Я наблюдала за парнями. Они одинаково улыбаются, смотрят одинаково, даже морщинки возле глаз во время улыбки, словно лучики солнца, у обоих одинаковые. И Дин все ещё не верит? Даже я поверила, что он отец Дэмиена. Сэм Винчестер После завтрака, допивая чай, Дин задал вопрос, волнующий нас всех. — Что теперь будем делать с Элизабет? Девчонка подняла на него взгляд. — А что? Дэмиен решили вмешаться. — Есть два варианта развития событий: либо ты живёшь с нами, либо живёшь в своём доме. Мы посмотрели Элизабет. Перед ней стоял непростой выбор. Я уверен, что парни сейчас тоже сидят и взвешивают все «за» и «против». Лично я не против. Она неплохая девчонка, остра на язык, как Дэмиен же, застенчива только слегка, но это быстро пройдет. У Хлои прошло за два часа. Потом она уже не стеснялась подшучивать над Дином по поводу пятна на джинсах. Да и женская рука в доме всегда пригодится. Ясное дело, что ее никто не заставляет драить полы день и ночь, но так, по мелочи, когда посуду помыть, может, приготовить чего, если сами не можем. В общем, я не против. — Я хочу остаться с вами, — еле слышно сказала Элизабет, — там мне будет совсем тоскливо. Я посмотрел на парней. Дэмиен чуть улыбнулся, Дин же, смотря куда-то за меня, ещё думал. Все ждали его решения. Как-то негласно получилось, что его мнение — решающее, ведь он старше. Однако шесть лет назад, когда я решился оставить Дэмиена на пару дней, его старшинство не прокатило. Наконец, его взгляд прояснился и остановился на Элизабет. — Я не против. Только имей ввиду: ты теперь не гость. В очереди на мытьё посуды ты — следующая после Дэмиена. А он как раз сегодня дежурный. Дэм показал Дину язык, тот ответил ему тем же. Дети детьми. — После обеда поедем к тебе, заберём необходимые вещи. Вы в разные школы ходите? Дети кивнули. Дин постучал пальцами по столу. — Нехорошо. Надо вас в одну согнать. Эл, завтра заберёшь документы и переведёшься к Дэму в класс. На месте Элизабет я бы возразил, но она с таким восхищением смотрела на брата, что я понял — дело дрянь. — С тренировок я вас буду вместе забирать. Сэм у нас водитель на утро, я — на вечер. Я без звука передразнил брата, за что тут же получил пинок под столом. — Кстати, можешь выбрать любую комнату, которая тебе нравится. Ну, кроме занятых, конечно. Девчонка кивала на все. По ее взглядам на Дэма я понял, что причина не только в «там мне будет совсем тоскливо». Не могу я с них. У всех любовь. Как хорошо, что меня эта холера не достала.