В перспективе

- Он что-то забыл, – замечает Ханбин, указав на освободившийся столик. Бобби бросает взгляд через плечо и натыкается на оставленные на столе желтую записную книжку и ручку. Вздохнув, он откладывает свою гитару и встает, чтобы подобрать забытые вещи. Нужно отдать их Чжинхвану, у него наверняка есть какое-нибудь бюро находок или вроде того. Кроме того, как Бобби успел заметить, этот блондин появляется здесь почти каждый день. Парень забирает со стола блокнот и ручку и чисто из любопытства начинает пролистывать записи, в которых ни черта не смыслит, пока не замирает от неожиданности. - Что там такое? – интересуется Ханбин, когда его друг возвращается за столик. - Ты только глянь! – восклицает Бобби, передавая ему записную книжку. Ханбин наклоняется вперёд, но быстро теряет интерес. - Да мне всё равно. Я даже не понимаю, что это значит. Ну, 500 000 человек, - зачитывает он, - Ну, будет еда. О чём это вообще? - Нет, нет, – Бобби закатывает правый рукав своей куртки и кладет руку рядом с блокнотом, – Сюда смотри. Некоторое время Ханбин таращится сначала на исписанные страницы, а потом на надпись на запястье Бобби. - Блядь, да не может быть! – выдыхает он, хватая друга за руку и проводя пальцем по вытатуированным на ней словам, – Не могу поверить! Этот парень – твоя родственная душа! Он и впрямь произнес это? - Помнишь, пару дней назад я спросил, могу ли я одолжить у него стул? Именно это он мне и ответил! "Да, конечно. Мне всё равно." - О чём болтаете, парни? Оба подпрыгивают, услышав голос Чжинхвана. Ханбин тут же выпускает руку Бобби и неловко хватается за свою чашку. - Ты варишь прекрасный кофе, - говорит он в попытке разрядить атмосферу, - Это так, к слову. Чжинхван улыбается ему. - Спасибо. Ханбин, верно? Прости, я плохо запоминаю имена… - Он врёт, – перебивает Бобби, быстро закрывая блокнот, чтобы Чжинхван ничего не заметил. - Но я попытаюсь запомнить друзей Бобби. И не уходите от ответа. Что вы делали? - он хватает записную книжку со стола, прежде чем Бобби успевает среагировать. Ханбин начинает было слабо протестовать, но быстро утихает, понимая, что они попались, - Это записная книжка Чжунэ. Он что, забыл её? – хмурится Чжинхван, перелистывая страницы. - Да, совершенно случайно! Мы как раз собирались отдать её тебе, – пытается объясниться Бобби. Чжинхван вскидывает брови и переводит на Ханбина взгляд, откровенно говорящий, что его это не убедило. - Да ну? И поэтому ты так на неё таращился? Бобби вздыхает и решает, что ему ничего не остается, кроме как рассказать всё другу. - Я просто… Я обратил внимание на его почерк и… Он такой же, как и моя татуировка, - беспечно пожимает он плечами. Чжинхван чуть было не роняет челюсть, и Бобби кивает головой, подтверждая его догадки. - Погоди… Чжунэ? Серьёзно?! - Он произнёс эти слова! Слова, предназначенные мне судьбой! – Бобби снова закатывает рукав и смотрит на свою татуировку, – "Да, конечно. Мне всё равно". Я давно знал, что ничего романтичного мне не светит, но всё равно ожидал… Какой-то искры, что ли. - Искры? – переспрашивает Ханбин. - Ну, да, какого-то чувства. Типа, вот он, тот самый! Но меня, кажется, продинамили. - Погоди, то есть ты хочешь сказать, что Чжунэ – твоя родственная душа? – перебивает его Чжинхван, засовывая блокнот подмышку. - Похоже на то. Чжинхван хмурится и тянется за оставленной ручкой. Поперек его лица вовсю написано сожаление. - Мне жаль, Бобби. Если честно, это полный отстой. Младший интерпретирует его слова по-своему. - Вот именно! Он вообще не в моём вкусе. Мало того, что сноб, так ещё и хам. - Ты что, попутал? – Чжинхван отвешивает другу подзатыльник записной книжкой, сердито прожигая его глазами, – Это не так! Чжунэ очень милый, внимательный и красивый… - он задумывается ненадолго, возвращаясь в реальность только когда Ханбин и Бобби смеривают его подозрительными взглядами, – В общем, я хотел сказать, из него получится отличная родственная душа. Особенно для тебя, Бобби, учитывая, какой ты необузданный. Просто он… Он не верит в родственные души. Ханбин корчится. - Что это значит? Не верит в родственные души. Он думает, это сказка, что ли? - Нет, - мотает головой Чжинхван, – Просто он потерял надежду. Я на сто процентов уверен, что если ты попытаешься сказать ему, что ты – его судьба, он сбежит и будет избегать тебя до конца своей жизни. - Значит, он ссыкло,- хихикает Ханбин, но, схватив записной книжкой по голове, мудро решает отныне держать свой рот на замке. - Нехорошо высмеивать чужие слабости! - отчитывает его Чжинхван, сотрясая блокнотом Чжунэ над их головами, и снова обращает внимание на Бобби, - Так что ты собираешься делать? Бобби пожимает плечами. - Не знаю, - он врёт. Он уже знает, что хочет сделать. Его глаза находят записную книжку в руках Чжинхвана, - Могу я оставить это себе? Чжинхван смотрит на блокнот и колеблется, прежде чем неохотно передать его другу - Я делаю это только потому, что ты его родственная душа. Пожалуйста, не заставляй меня жалеть об этом. Бобби отмахивается от него, но старшему не становится от этого легче, хоть он и уверен, что отдает друга в хорошие руки. Бобби своенравный, возможно, немного проблемный, но он вежлив, добр и верен своим друзьям. Чжинхван уверен, что у них с Чжунэ срастётся. Как-нибудь. С мелкими нюансами он разберётся позже.