Глава 25. Осколки памяти. Часть 1. Я запомню твои глаза
18 апреля 2018 г., 22:22
Шесть лет назад. Академия Шинигами.
— Пронзи, Дайкю!
Увернувшись от очередного выпада со стороны противника, парень быстро вытянул руку вперед. Рукоять меча начала еле уловимо вибрировать, с каждой секундой все больше набирая темп. Красные ленты духовной энергии, подобно змеям, поползли вверх, обволакивая кисть руки. Само же лезвие меча объяло ярким светом. Вспышка. Все присутствующие невольно зажмурились, прикрыв глаза ладонями. Теперь у бойца находился длинный лук. Левую руку сковал кожаный наруч, на тыльной стороне которого светилась маленькая стрела, сотканная из красной реацу. За подобный вид Шикая парня в академии в шутку прозвали «Квинси-полукровка».
— О-о, ваши ученики уже смогли достигнуть Шикая? — искренне удивился один из наблюдавших.
— Не все, капитан Кьераку, — погладив седую бороду, по-доброму усмехнулся ректор академии. — На данный момент перед нами борются Мива Сугиями и Кичиро Уэно — лучшие на своем потоке, — с некой теплотой в голосе произнес он. Внезапно Тамура вздрогнул, чуть не позабыв сказать самое главное: — Прошу отметить, это всего лишь второй курс.
— Многообещающе, — потерев подбородок, задумчиво протянул Шунсуй. — А что вы скажите по этому поводу, капитан Зараки?
Оба мужчины, не сговариваясь, обернулись на трибуну. Кенпачи, в свою же очередь, продолжал безотрывно следить за своим лейтенантом, что увлеченно переставляла маленькие камушки с одного места на другое. Немного призадумавшись, она остановилась и начала гипнотизировать каменную башню в собственном исполнении. Шунсуй с ректором невольно затаили дыхание в ожидании дальнейших действий ребенка. Напряженная пауза длительностью в пару секунд… Пинок. Маленькие камушки трагично разлетелись в разные стороны. Один из камней чуть не попал в ногу Тамуре, но тот сумел вовремя среагировать. Другой же камень ловко поймал Кенпачи и, самодовольно оскалившись, подбросил в воздух. Чуть нахмурившись, он кратко взглянул на поле битвы и вернулся к прежнему, более интересному делу — созерцанию детских шалостей.
— Ничего особенного.
Подняв лук повыше, Кичиро до предела натянул тетиву. Одними губами он прошептал заветную команду. Огненная стрела устремилась в небеса, окрасив облака в оттенки розового. Красное сияние, подобно молнии, ударило в землю, оставив после себя огромную печать. Мива как раз находилась в ее пределах. Не долго думая, она сорвалась с места, стремительно переходя на мгновенную поступь. Еще пять метров, три метра, два… На землю обрушился целый залп из многочисленных мелких стрел, подобно сильному ливню.
Успела. Девушка вовремя успела покинуть зону поражения. Всего каких-то пару сантиметров. Если бы она не выскочила раньше, то от нее сейчас ни осталось бы и мокрого места. Хотя все-таки ей досталось. На правом рукаве виднелся порез, из которого тонкой струйкой медленно сочилась кровь. Девичье личико недовольно скривилось. Госпожа Сугиями будет очень недовольна, ведь Мива снова испортила учебную форму!
— Защищай, — держа в руке один меч, девушка, не глядя, потянулась к ножнам второго, — Шуготенши!
— Парные зампакто?! — мгновенно оживился Шунсуй.
На девичьих устах застыла неподдельная улыбка. В венах забурлила кровь от порции нахлынувшего адреналина. В голубых глазах, словно пожар, начал стремительно разгораться азарт.
Тонкие лезвия зампакто медленно расплавились, растекшись серебром по рукам хозяйки, шее, затем и вовсе покрыв все тело. Пространство пронзил характерный звук лязга металла. Теперь хрупкий силуэт сковали ослепительные доспехи. В руках Мива держала громоздкий шлем, по бокам которого были высечены крылья.
Все затаили дыхание. Высвобождение Шуготенши обозначало только одно — грандиозное зрелище. В бою девушка превращалась в настоящего фанатика. Безумие охватывало ее с ног до головы. Казалось, сам боевой дух меча одерживал над хозяйкой контроль.
Случилось невероятное — Кенпачи поднял взгляд. Все его внимание устремилось на миниатюрный силуэт. Шикай действительно производил неизгладимое впечатление, но все-таки дело было не в нем. Голубые глаза, охваченные безумством, подобные тем, что он впервые увидел несколько сотен лет назад… Глаза, прямо как у той женщины, что навсегда изменила его жизнь. Он преклонялся этим глазам, этому безумному взгляду. Очевидно, что Мива — не капитан Унохана, но почему тогда Зараки не в силах оторвать от нее взгляд?
Ячиру замерла на месте, так и не поставив на землю очередной камешек. Поднеся указательный пальчик к губам, она непонимающе посмотрела на своего капитана. Что же такое должно произойти, чтобы ее Кен-чан так заинтересовался? Проследив за его взглядом, девочка медленно уселась рядом, завороженная намечавшейся битвой.
***
— Это было просто потрясающе! Вы видели их лица? Капитан Кьераку такой, — блондинка резко остановилась и, скосив к носу глаза, с глупым звуком открыла рот, — а ректор такой, — теперь же она, вытянув губы трубочкой, попыталась улыбнуться. Изящная рука энергично поглаживала воображаемую бороду. — Господи, да даже тот капитан с повязкой смотрел во все глаза, — подойдя вплотную к смеющейся подруге, девушка один глаз прикрыла ладошкой, а другой выпучила изо всех сил. — А-ха-ха, Рен, перестань! — подставив кулачок ко рту, Мива старательно пыталась подавить очередной приступ смеха. — Серьезно, ты бы видела, как он на тебя смотрел! Казалось, одним только взглядом способен был тебя сожрать, — подставив руки ко рту в виде большой челюсти, Рен зарычала, как голодный соседский Бобик. Неожиданно резкий толчок чуть не сбил артистку с ног. Все это время позади нее стояла высокая брюнетка. Схватив свою нерадивую подругу за плечи, она начала толкать ту назад. — Так, хватит, клоун. Цирк уехал, и нам пора, — Мияко незаметно обернулась к Миве и заговорщицки подмигнула. — Давай, пошли-пошли… Рен, не дерись!.. Укусить меня вздумала? Я тебе сейчас укушу!.. Два дерущихся силуэта начали постепенно удаляться, затем и вовсе скрывшись за поворотом. Мива не могла оторвать свой взгляд от той самой дороги, по которой они только что шли. В глазах искрилась безразмерная любовь. Любовь к этим двум мартышкам. Именно по этой каменной дорожке они уже вот как двадцать лет ходили вместе. Глупо хихикнув, девушка открыла ворота и вошла в маленький сад. Особой экзотикой он не отличался, но с тем уютом, который пронизывал практически каждую травинку, не могло сравниться ничто. Казалось, сами растения радушно встречали свою любимую хозяйку. Недавно дедушка смастерил качели и повесил их на большущую ветку старого дуба. Теперь, после усердных вечерних тренировок, он с удовольствием качал на них свою внучку, попутно рассказывая байки о своей лихой молодости. Кстати, о дедушке. Обычно старик Сугиями встречал Миву чуть ли не у самых ворот, дабы поскорее услышать развернутый доклад о достигнутых успехах. Но сейчас стояла тишина, никого не было, даже слуг. Подозрительно. Слишком подозрительно. Разувшись и войдя в поместье, девушка бегло прошлась по комнатам. Опять сплошное разочарование — никого нет. Неестественную тишину порой нарушал торопливый топот. Слуг не было ни на кухне, ни в гостиной, ни в саду — нигде. А дедушки не было так и подавно. Оставалась последняя комната — подсобка. Немного помявшись, аристократка все же решилась повернуть дверную ручку. Приглушенный щелчок. Тихий скрип открывающейся двери… На девушку грузно упало бездыханное тело. На подбородке у женщины поблескивали алые струйки крови. Глаза, что потеряли былой блеск, были широко распахнуты, будто спрашивая: «Почему именно я?!». Мива испуганно вскрикнула, откинув от себя труп. Чувства внутри разом перемешались: страх, боль, сожаление… От гнусного запаха неотвратимо подступала к горлу тошнота. От представшей картины казалось, что вот-вот вывернет наизнанку. Больше не в силах терпеть, девушка соскочила с места, как ошпаренная, и со всех ног понеслась по коридору. А куда? Да какая, впрочем, разница, лишь бы больше не видеть этот ужас. Впереди показался выход, прям как свет в конце туннеля. Ослепительное солнце снаружи, словно спасительный луч, звало к себе, в теплые объятия. Вытерев подступающую слезу, девушка буквально выпрыгнула на улицу. — Опаздываете-опаздываете, госпожа Сугиями, — низкий грубый голос, с некой хрипотцой, заставил сердце встревоженно екнуть. — Где ваши манеры? Столько времени прошло! Не хорошо заставлять ждать гостей, — гаденько ухмыльнувшись, мужчина развел руками, — не прилично как-то… — Ты… — прикрыв ладошкой рот, одними губами прошептала Мива. В голубых глазах застыл нескрываемый ужас. Посреди тренировочного поля, где дедушка тренировал своих подопечных, собралась целая армия. Армия из многочисленных теней. Убийцы послушно стояли строем, не смея сделать и вздоха. Да и нужен ли им был? Дымка, сгустки скверны человеческой, что внешне были неотличимы от самих людей. Единственное, что выдавало их с головой — это глаза, точнее черное глазное яблоко. Данные существа не способны ни чувствовать, ни сопереживать, даже не могли проявить собственную инициативу. У них нет личности, они ничто, сотканное из тьмы. Убивать — единственное, с чем они справлялись лучше всего. Спереди «черной нерушимой стены» находились двое: Ивао Утияма и… дедушка Мивы. Старик был надежно связан веревками. Руки, заломанные за спину, давно затекли. На запястьях, вокруг толстого каната, виднелась застывшая кровь. Чуть ниже были еле заметны маленькие дырочки, из которых тонкой струйкой сочилась голубая реацу. Аура вокруг дедушки еле мелькала — у него практически не осталось сил. Сам же незваный гость стоял позади и сжимал в руках ту самую канатную веревку, словно держа пса на привези. На солнце иногда поблескивали его бесчисленные кольца, украшенные всевозможными драгоценностями. Мерзкая улыбка не сходила с мясистых щек. На Утияма, как всегда, красовалась пестрая одежда, так и крича о несметном богатстве своего владельца. Неожиданно толстая рука дернулась, затянув веревку еще туже. Сугиями-старший мучительно застонал, грузно упав на пыльную землю. Ивао улыбнулся еще шире и пнул лежащего. — Ну, девочка моя, — карие глаза садиста устремились на трясущийся девичий силуэт, — так дело не пойдет. Хозяйка из тебя некудышная, — поджав губу, он манерно развел руками. — Но, так уж и быть, помогу тебе по доброте своей душевной. Ведь так, Миямура? Я же у вас добрый? — чуть наклонившись назад, Ивао подставил руку к уху. Парень, что стоял позади него, решил проигнорировать нервный припадок господина. — Во-от, будем тебя, Мивочка, воспитывать. Достав из кармана позолоченную зажигалку, мужчина чрезмерно пафосно откинул крышку. Парень позади недовольно нахмурился — это было заметно даже через черную маску. Зеленые глаза с тоской и сожалением посмотрели сначала на скрюченного на земле старика, затем на испуганную девушку. Тем временем «воспитатель» не терял времени даром. В последний раз дернув «оковы», он поднес конец веревки к слабому огоньку. Та, в свою очередь, без каких-либо проблем вспыхнула, стремительно сгорая с каждой секундой. Только сейчас девушка заметила, как с седых прядей волос медленно стекают большие капли. — Нет! Не помня себя, Мива сорвалась с места. Буквально на каждом шагу она спотыкалась, пару раз чуть не плюхнувшись вниз. Ноги были словно ватные, словно не свои. От нахлынувшего ужаса все тело онемело. Еще немного, еще чуть-чуть, и она спасет его, поможет выбра… но уже было поздно. Огонек дошел до намеченной цели, мгновенно поглотив любимый силуэт в языках пламени. Грузно упав на колени, девушка схватилась за голову. Пальцы яростно сжимали волосы, норовя вырвать их с корнем. Рот застыл в немом крике. Со всей силы зажмурив глаза, Мива тихо заскулила. Горячие слезы текли ручьем, обжигая покрасневшие щеки. Все внутри разом перевернулось, мир перевернулся… нет, мир просто исчез! Хотелось сосчитать до трех и открыть глаза, узнать, что все это было лишь плодом больного воображения. Оказаться около ворот поместья, где уже в дежурной стойке ждал любимый дедушка. Поделиться с ним яркими событиями, и вместе посмеяться над очередной проказой одногруппника. Почувствовать теплую, чуть шершавую руку на плече. Ощутить знакомый запах апельсинов, что так любил дедушка. Так хотелось… Так невыносимо хотелось еще раз увидеть его и сказать: «Я тебя люблю!». — Эй! — из воспоминаний вырвал веселый голос. — Пойдем, ручки тоже погреешь, — игриво махнув, Ивао нарочито наигранно пристроился около огня и подставил к нему ладони. Затем, вытянув руки вверх, мужчина начал скакать вокруг него. — Гори-гори я-ясно, чтобы не пога-асло! Мива сидела в немом шоке, не в силах поверить в происходящее. Она даже в самом страшном сне не могла себе представить такого редкостного отморозка. — Эй, солнышко, — Утияма резко остановился, повернувшись к девушке, и вытянул руки вперед, — пойдем к дедушке? Слезы хлынули новой порцией. Зажмурив глаза, шатенка закрыла рот ладошкой и начала вертеть головой из стороны в сторону. Нет, это все происходит не с ней, это не она, это не реальность. «Пожалуйста, пусть это будет сон!» — мысленно молила Мива. Оставалось только сосчитать до трех. Звучало чересчур глупо, но это единственная ниточка, маленькая надежда, за которую можно было зацепиться. Один. Девушка рукавом вытерла мокрые щеки. Два. Она тяжело подняла голову, словно та была сделана из свинца. Три. Через силу открыла веки. На нее на всех скоростях неслась огромная темная туча, армия из нежити. На черных глазных яблоках всплыли красные зрачки — цель была установлена. Вскрикнув, шатенка резко подскочила и побежала к дому. Оставалось каких-то пять метров, но ее на полном ходу сбили с ног.***
Мива что есть мочи зажмурилась в страхе распахнуть глаза, предстать перед неизвестностью. Она ощущала, как ее крепко держали, прижав к горячей груди. Сердце незнакомца билось ровно, что не предвещало никакой беды. Стоп! «У него есть сердце?!» — от данной мысли девушка чуть не подавилась воздухом. Но дышать и без того было трудно — широкая ладонь закрывала добрую половину лица. Немного осмелев, шатенка осторожно приоткрыла один глаза, затем и второй. Перед взором предстало огромное зеркало. Они находились в комнате матушки. Теперь Мива в полной мере могла осмотреть своего похитителя. Это был мужчина, может даже молодой парень, тело которого облегала черная форма. Лицо закрывала того же цвета маска. Они вдвоем стояли прямо у двери. Голова его была повернута чуть в сторону — видимо, убийца к чему-то прислушивался. Зеленые глаза сосредоточенно изучали косяк. Мива невольно засмотрелась, совсем позабыв о конспирации. Одно неловкое движение. Зеленые глаза уставились на красную макушку. От такого неожиданного выпада горе-шпионка испуганно пискнула. Парень нахмурил брови и посмотрел в зеркало. Их взгляды встретились — искра, буря, укус! Девушка от всей своей широкой души впилась зубами в мужскую ладонь. Похититель резко запрокинул голову назад. Из глаз прыснули болезненные слезы. Отскочив от угрозы, он схватил свою поврежденную руку и прижал к груди, затем опомнился и в один присест сократил между ними дистанцию. — Подожди-подожди! — он схватил за плечи кусачую женщину. — Я свой! Эй-эй, — очередные попытки увернуться от новых атак. Укус. — А-АЙ! — Фмыфле фсвой? — девушка удостоила своим вниманием незнакомца, но челюсть разжать так и не решилась. — Вот, смотри, — парень ловко стянул маску вниз и одарил собеседницу дружелюбной улыбкой. В изумрудных глазах стояли тепло и умиротворение. Он смотрел на нее с некой заботой. — Я тебе помогу, Мива.
