(Не)любовь

Дождь только усиливается. Холодные капли стекают по моему лицу, рукам, одежде, разбиваются о твёрдую землю… Я дрожу, но совсем не от холода. Поднимаю руку и провожу дрожащими пальцами по мокрой щеке парня. Мне кажется, что всё это ненастоящее. Сейчас прозвенит будильник, и я снова проснусь. Денис обнимает меня двумя руками и прислоняется к моему лбу, делая глубокий вдох. Сердце внутри рвётся на части. - Что же ты любил во мне? – спрашиваю, чуть отстраняясь и заглядывая в его глаза. Он ухмыляется. - Покорность, беспечность, верность, - перечисляет Денис, возвышаясь надо мной. Я хмурюсь. – У тебя осталось только последнее, что отчасти противоречит кодексу школьной королевы. - Я верна своим идеалам, - говорю, помедлив. Не до конца понимаю, к чему он ведёт, - как и любая королева, которая хочет лучшего для своих подданных. - Ты верна мне, - парирует он, приподнимая мою голову за подбородок. Я качаю головой. – Скажешь, нет? Тогда почему ты до сих пор хранишь девственность? Я едва сдерживаю нервный смешок. Как же самонадеянно. В его стиле. Денис так привык, что всё в этом мире делается для него. Он совсем забыл, что у людей могут быть свои убеждения, свои ценности, которые от него никак не зависят. - Не твоё дело, - отвечаю резко, скрещивая руки на груди. Ему всё равно не понять. - Я думаю, ты хранишь её для меня, - доверительно произносит Дэн, склонившись к моему уху. Я чувствую, как его дыхание обжигает кожу. – Потому что я единственный, кого ты по-настоящему любишь, детка. - Мир не вертится вокруг тебя, - шиплю, закатив глаза. Его самоуверенность задевает меня. – Я просто верю, что когда-нибудь встречу человека, который будет верен мне на все сто процентов, который… никогда не предаст меня. Это не ты. - Но это не отменяет того факта, что ты любишь меня, - пожимает плечами Денис, ухмыляясь. Я фыркаю. – Сколько раз, думая о своём первом сексе, ты представляла меня? Я невольно краснею, отодвигаясь. Ухмылка Дениса становится только шире. Раздражает. Мне так хочется стереть её с его лица. Никто не смеет причинять мне боль и так беззаботно улыбаться после этого. - Помнишь, что ты говорил о любви? – спрашиваю после короткого молчания. Денис поднимает на меня взгляд, показывая, что внимательно слушает. - Любовь – это слабость. Всякая привязанность делает нас уязвимыми. А королева должна быть сильной. Иначе она никогда не сможет принять правильное решение… - Я ошибался, - хмыкает он, помедлив. Я скептично приподнимаю бровь. – Точнее я обманывал тебя. Просто хотел знать, что в тебе сильнее – любовь ко мне или желание заполучить этот дурацкий трон. - По крайней мере, трон не исчезал на пару долгих лет, - напоминаю, вскинув подбородок. У меня нет желания продолжать этот глупый разговор. – Поэтому сейчас я выберу его, не задумываясь. Лучше не становись у меня на пути, если не хочешь, чтобы я пошла по твоим костям. Любовь не делает нас слабыми, Соколовский. Силу забирает только слепая вера во взаимные чувства того, кому до тебя нет дела. Я не питаю таких иллюзий. Я достаточно сильна, чтобы о тебе забыть. Я поднимаю с земли свой зонтик и разворачиваюсь, чтобы уйти. Чувствую себя выжатой, беспомощной. Мне понадобится время, чтобы успокоиться и остановиться. - Тогда почему до сих пор не забыла? – ухмыляется Денис, потянув меня за рукав. Я неохотно оборачиваюсь. – Ты ведь не просто так пришла сюда сегодня. - Это вопрос времени, - хмыкаю, одарив его снисходительным взглядом. Мне плевать на насмешку в его глазах. – Я пришла, чтобы… попрощаться с прошлым. Спасибо, что дал мне такую возможность. Его хватка слабеет. Я высвобождаюсь из-под руки и ухожу, думая о том, что любовь к нему была самой глупой, но самой прекрасной ошибкой в моей жизни. Ничто и никогда не заставляло меня ощущать себя настолько живой, как любовь к нему. В глубине души я знаю, что мне будет этого не хватать. Вместо того, чтобы возвращаться в пустую квартиру, я беру такси и еду прямиком к своей единственной подруге. Сейчас мне нужен кто-то, кто залечивал мои раны ещё задолго до встречи с Денисом. Кто-то, кто любил меня до того, как я стала королевой. Кто-то, кто остался настоящим, даже когда всё вокруг потеряло смысл. - Что-то случилось? – удивляется Женя, открывая мне дверь. В последнее время мы видимся нечасто. Я слишком взволнована переездом к Алексу и предстоящим окончанием учебного года, а Женя с головой погружена в новые отношения и скорый переезд к своему парню. - Соскучилась, - улыбаюсь я, протягивая ей вишнёвый пирог из моей любимой пекарни. Пришлось ехать на другой конец города, чтобы попасть туда. – Можно войти? Женя спешно отступает, пропуская меня в квартиру. Я скидываю промокшие ботинки и иду прямиком в гостиную. Уже и забыла, как уютно в квартире Жениных родителей. - Я имею в виду, почему ты в таком виде? – хмурится девушка, выразительно посмотрев на моё промокшее платье. Я неловко улыбаюсь. – Жди здесь, сейчас принесу тебе что-нибудь сухое. Она убегает на второй этаж, а я усаживаюсь на край журнального столика, боясь промочить мягкую обивку дивана. Через полчаса я уже сижу на кухне, одетая в Женин тёплый свитер и удобные штаны, пью горячий чай с вишнёвым пирогом, и думаю о том, что сильными нас делает не обязательно любовь романтическая. Настоящая дружба тоже даёт невероятную силу. - Так что произошло? – строго интересуется девушка, когда я отставляю в сторону пустую чашку. Иногда мне кажется, что она ждёт, пока придётся вытаскивать меня из петли, вместе с Алексом. Только у Жени действительно есть на то причины. – Видели бы тебя в школе… Сплетен не оберёшься. - Я виделась с Дэном, - признаюсь честно, обнимая себя руками. Женя удивлённо открывает рот. - И что? – торопит меня она, обхватывая ладонями почти пустую чашку. Я улыбаюсь. - Думаю устроить прощальную вечеринку в честь моей погасшей любви, - смеюсь, потянувшись за очередным кусочком пирога. Любовь к еде – это ведь тоже слабость? – Ты же поможешь мне?