Свой среди чужих

      Два дня не было вестей ни от патрульных, ни от Рауля. Сейчас шатенка могла лишь ждать, не в силах повлиять на ситуацию. На третий день, ближе к ночи, когда уже почти все детективы покинули участок, ее телефон зазвонил. Это был один из патрульных. Тот самый, который буквально за сутки до этого встречался в баре со своим другом и между делом в шутку пожаловался на детектива-выскочку, нагружающую их ненужной и неоплачиваемой работой. Вот так из-за излишней болтливости одного единственного человека Лучшие и узнали о том, что Гроувс вышла на след. Защитный механизм пришел в действие…       Едва шатенка приняла входящий звонок, Лучшие уже знали об этом, едва она закончила разговор, Шоу получила сообщение на свой телефон: «Задержи детектива Гроувс». Брюнетка не знала ничего ни о Майке, ни о том, что расследование Саманты сдвинулось с мертвой точки, но она не привыкла сомневаться в указаниях, которые ей приходили, тем более, что впервые это была не какая-то заумная цитата, с помощью которой надо было искать связного, а четкий приказ. Значит все совсем плохо. — Что ты здесь делаешь? — недоумевающе спросила шатенка, когда в крыло отдела расследований уверенной походкой вошла Шоу. — Гуляю, — с холодной усмешкой ответила брюнетка, подходя к Саманте, которая держала в руках свой бронежилет, но потом повесила его обратно на спинку кресла, решив, что не лучшая идея явиться к перепуганному подростку в полной боевой готовности. — Я спешу, — бросила Гроувс, намереваясь обойти девушку, но та сделала шаг в сторону, преграждая путь. — Шоу, у меня нет времени, — нетерпеливо повторила шатенка. — Я не задержу тебя надолго, — с абсолютно непроницаемым выражением лица спокойно ответила Самин. Внутри же ее всю коробило от того, что она собиралась сделать… что она должна была сделать. Как еще Шоу может задержать Гроувс? — Вообще-то, зная тебя, мне понадобится всего лишь минут пять, прежде чем ты кончишь. — Что? — глаза Гроувс широко распахнулись. Она не верила своим ушам. Какого черта? — Да, перестань, — вызывающе вскинув брови чуть тише заговорила Самин, медленно приближаясь еще ближе к шатенке, отчего та начала пятиться назад. — Ты целыми днями торчишь на работе, как и я, так что нам обеим нужно расслабиться. Давай, по-быстрому, пока тут никого нет, а то мне лень тащиться в бар, — Гроувс уперлась бедрами в стол, так что теперь отступать было некуда, и Шоу уже почти прижалась к ней, заглядывая прямо в глаза. Услышав подобное, Саманта почувствовала, будто ее окатили ледяной водой. Шоу играет с ней и всегда играла. Сейчас в ее глазах нет ни капли тепла или заботы, там лишь наглая уверенность в том, что она получит то зачем пришла. Секс… просто секс. В этот момент Гроувс испытала целую гамму чувств. С одной стороны, ей стало очень обидно, но с другой, она испытала некое облегчение. Да, теперь ее не терзало чувство вины за то, что она возможно могла обидеть Шоу. Какая тут обида, когда Самин вообще ничего не чувствует и, видимо, не чувствовала. Гроувс сама все это придумала: нарисовала в голове образ заботливой и ласковой брюнетки, а потом начала влюбляться в него. Но, похоже, на деле не было ничего такого. Если бы этот образ был правдивым, а не какой-то непонятной игрой, затеянной Шоу ради развлечения, то Самин бы сейчас так себя не вела. Не было между ними, выходит, никакой душевной близости, не было чего-то особенного… Гроувс все это себе напридумывала. Но, постойте, не этого ли хотела шатенка? Не убеждала ли она себя в том, что все произошедшее — просто игра с обеих сторон, что между ними лишь секс? Ну, вот теперь она в этом убедилась окончательно. — Потрахаться больше не с кем? Какая жалость, — лицо Гроувс исказилось попыткой натянуть беззаботную ухмылку, а в глазах читалась некая обида. Это слегка смутило Шоу. Шатенка же сама четко дала понять, что ей от Самин нужна только разрядка на работе и не более, а теперь психует. — Я бы могла тебе с этим помочь, но как ты уже заметила, я работаю целыми днями, и мой день еще не закончился. У меня срочный вызов. Дам знать, когда понадобятся твои услуги, — девушка оттолкнула брюнетку от себя и поспешила к выходу. Шоу же на какое-то время так и застыла, пытаясь переварить произошедшее, и понять, что творится в шатенистой головушке. Услуги? Жестковато… При других обстоятельствах Самин бы послала Гроувс ко всем чертям, но ей все еще нужно было задержать ее. Черт, во что Саманта вляпалась? — Сдурела что ли? — воскликнула шатенка, резко нажимая на тормоза, когда при выезде с парковки путь ее машине преградила Шоу. Брюнетка же как ни в чем не бывало заняла пассажирское место. — И что все это значит? — Диас, как я поняла, уже ушел домой, а у тебя мозгов не хватает даже на то, чтобы надеть броник, когда собираешься ехать по делам детектива и размахивать полицейским значком перед местными, — не глядя на Гроувс четко и спокойно произнесла брюнетка. — Одной тебе нельзя никуда соваться. С твоими-то методами работы, ты обязательно вляпаешься во что-нибудь, а расхлебывать придется всему участку. А на обратном пути завезешь меня в бар. — Надо же, как благородно, — съязвила Саманта. Она и так сильно задержалась из-за Шоу, так что не собиралась больше с ней спорить. Машина резко сорвалась с места, увозя детективов от участка. Во время звонка патрульный сказал Гроувс, что он заметил того самого паренька, дал адрес и уверил, что, он с напарником незаметно проследят за его передвижениями. Незаметно? Копы в форме и при оружии, на патрульной машине… ну, да — это совершенно не вызовет никаких подозрений у и без того напуганного подростка. По дороге, чтобы разбавить напрягающее молчание, Гроувс вкратце рассказала Шоу о сути дела, и о том, с кем именно она хочет встретиться. Самин слушала, делая абсолютно безразличный вид, и продолжая настаивать, что ей плевать на дело шатенки, она просто не хочет, чтобы потом были проблемы, если что-то пойдет не так. Мысленно же Шоу напрягалась все больше и больше. Чертова Гроувс вышла на их след, и неизвестно что задумали Лучшие, чтобы это исправить. Самин поняла, что все начинало выходить из-под контроля. Гроувс же поняла, что все выходит из-под контроля и идет не по плану, когда, подъезжая к нужному месту, увидела двух патрульных, которые прячутся за своей машиной с пистолетами на изготовке. В паре метрах от них, за припаркованной машиной сидел испуганный паренек, в руках которого тоже был пистолет. Вот тебе и проследили незаметно… — Какого хрена тут происходит? — злобно рыкнула Шоу, когда они с Гроувс пригнувшись добежали до машины патрульных. — Не знаю, как так вышло. Паренек нас заметил и дал деру, мы хотели его задержать до вашего приезда, но он вытащил пушку. Ну, а хренли нам оставалось делать? — виновато затараторил один из патрульных. — Господи, какие же вы идиоты, — воскликнула шатенка. Она сняла куртку и, оставшись в одном легком свитере, выпрямилась в полный рост. — Ты что творишь? Жить надоело? — Шоу тут же дернула девушку обратно вниз, но та проигнорировала ее, уверенно сделав шаг в сторону. — Майк, не делай глупостей, давай просто поговорим, — спокойно заговорила Гроувс. — Я ничего не видел, я никому ничего не скажу, честно. Пожалуйста, отпустите меня. Я никому не расскажу… пожалуйста, — подросток был на грани истерики, его голос то и дело срывался. Видимо, он решил, что копы перед ним — это одни из Лучших, которые пришли, чтобы убить его, ведь он все видел той ночью. — Успокойся, я не причиню тебе вреда, — шатенка сделала несколько небольших шагов в сторону машины, из-за которой выглядывал Майк. — Нет! — тут же воскликнул паренек, после чего вскочил на ноги и направил пистолет прямо на девушку. — Просто дайте мне уйти. Я не расскажу о вас никому, я просто уеду куда-нибудь и все, — руки парня заметно тряслись, да и пистолет он держал совсем неумело, не похоже, что вообще когда-нибудь пользовался им. — Даже не думайте, — рыкнула Гроувс в сторону патрульной машины, где копы, уже были готовы открыть огонь по Майку, если тот даст повод. Шоу с силой сжала рукоять пистолета, сердце ускорило ритм, ведь в таком нервном состоянии подросток мог выстрелить, испугавшись любого шороха. — Смотри на меня, — твердо сказала Гроувс, обращаясь к Майку, заметив его испуганный взгляд, направленный на патрульную машину. — Видишь, у меня нет оружия, — шатенка подняла руки и медленно покрутилась, показывая, что за спиной пистолета тоже нет. Шоу мысленно выругалась, поняв, что эта ненормальная оставила оружие вместе с курткой. — Послушай меня внимательно, я не из Лучших. Ты слышишь? Мы не с ними, никто из нас. Мы здесь, чтобы помочь тебе. Расскажи мне все, что ты видел той ночью, а я обещаю, что смогу защитить тебя от чего угодно, — шатенка говорила четко и уверенно, шаг за шагом приближаясь к подростку. Шоу видела, что паренек начинает колебаться… он все расскажет, даст зацепку, за которую Гроувс сможет уцепиться. — Вы правда не с Ними? — все еще недоверчиво спросил Майк, но было ясно, что он сдается. Ему нечего терять, так что почему бы не попытаться довериться? Тем более, что шатенка говорит так искренне, а в ее взгляде лишь забота и никакой вражды. — Правда. Я веду расследование против Лучших. Расскажи, что ты видел той ночью, чтобы я смогла защитить тебя от них, — Гроувс была уже около машины, за которой стоял подросток, все еще направляя на нее пистолет. Его рука уже расслабилась, что свидетельствовало о том, что он не собирается стрелять, а пистолет держал скорее для собственного успокоения, будто отгораживаясь от остального мира. — Хорошо. Я вам верю, — выдыхает Майк, принимая окончательное решение. — Той ночью я пришел рисовать слишком рано, поэтому видел, как они убивали тех людей… все видел… — Ты запомнил их? Сможешь узнать, если увидишь? — с надеждой спрашивает шатенка. В ответ Майк лишь уверенно кивает, а затем его взгляд перемещается ей за спину, лицо искажает гримаса ужаса. Шоу, проследив за взглядом паренька, замечает человека на противоположной стороне улицы… Хантер. Выстрел.       Шоу вскакивает с места и через мгновение оказывается рядом с шатенкой. Лучшие решили устранить проблему сразу и убить Гроувс? Но шатенка не кричит от боли, не падает, на ее лице лишь непонимание. А в следующее мгновение ноги подкашиваются… ноги Майка. Он оседает на землю, пистолет выпадает из его рук, а на светлой куртке в районе груди начинает растекаться темно-алое пятно. Патрульные, придя в себя начинают осматриваться вокруг в поисках стрелявшего, но на улице уже никого нет. — Держись! Слышишь, держись, — Гроувс расстегивает куртку Майка и пытается зажать рану, из которой обильно вытекает кровь. — Мне так страшно…не хочу умирать, — тихо произносит подросток, неотрывно глядя в глаза шатенке. Шоу стоит рядом с ними, с ужасом глядя на все это и пытаясь понять с каких пор Лучшие убивают детей. — Найди их… — из последних сил выдавливает из себя Майк. — Ты не умрешь! Слышишь меня? Ты не умрешь, — тараторит Гроувс, судорожно пытаясь понять, что делать. — Сэм, помоги мне, помоги донести его до машины. Мы довезем его до больницы быстрее, чем приедет скорая, — шатенка просунула руки под тело Майка, пытаясь оторвать его от земли. — Помоги же мне! Сэм! — ей явно не хватало сил, но она не прекращала попытки подняться на ноги с подростком на руках. — Он уже мертв, — тихо сказала Самин, положив руку на плечо шатенке, но та словно не слышала ее. — Помоги же! Мы должны отвезти его в больницу, — Гроувс уже не замечала, что Майк перестал дышать, что его глаза смотрят потухшим безжизненным взглядом, что его уже не спасти. Она обещала защитить его, а вместо этого стала причиной смерти. — Гроувс, остановись! Он умер, — Шоу присела рядом с шатенкой и начала говорить громче, но та была словно в трансе. Отчаявшись поднять тело парня, она начала снова зажимать его рану, кровь из которой уже не текла. Гроувс без остановки твердила, что они должны отвезти Майка в больницу. — Рут! — вскрикнула Самин, хватая девушку за плечи и разворачивая к себе. — Хватит… ему уже ничем не помочь.       Саманта будто пришла в себя. Она посмотрела сначала в глаза Шоу, которая с силой сжимала ее плечи, затем на тело Майка, а после перевела взгляд на свои окровавленные руки. — Что же я наделала, — тихо прошептала шатенка. — Этого не должно было произойти.

***

— Как ты? — своим привычно тихим и хриплым голосом спросил Джон, изучающе глядя на сестру. Со дня смерти Майка прошла почти неделя и каждый день все задавали Гроувс этот вопрос. — Я? Я отлично, ведь не я получила незаслуженную пулю, — спокойно ответила девушка. За прошедшее время все эмоции прошли, сменившись неким опустошением и диким желанием отомстить за смерть подростка. — Я хочу, чтобы ты передала все свои наработки по делу банды Хиос отделу по борьбе с наркотиками, — твердо сказал Риз. — Что? Какого черта, Джон? — непонимающе отозвалась шатенка. Ей и так не позволили объединить убийство Майка с делом по убийствам в церкви, сославшись на то, что никаких доказательств связи между двумя преступлениями нет. Даже расследовать смерть подростка поручили другому детективу, так как для всех основной была версия того, что убить хотели Гроувс, но случайно попали в Майка. Шатенка ни капли в это не верила, но не могла убедить остальных, что стреляли целенаправленно в подростка, который слишком много знал. Ей парировали тем, что преступники не могли бы вычислить местонахождения парня и оказаться на месте так вовремя. По мнению остальных, это была либо случайность: какой-нибудь местный упырь увидел копа, который докапывается до подростка и решил подстрелить стража порядка. Либо те, кто устроил бойню в заброшенном здании действительно к этому причастны, но опять же убить хотели Гроувс, так как она была детективом по этому делу и за ней было легко проследить от участка. Не рассказав о Лучших, убедить остальных в своей правоте Саманта не могла, только вот говорить о них она не собиралась. У нее не было доказательств, кроме слов Рауля, но этого паренька она решила не подставлять, испугавшись, подставить его так же как Майка. Лучшие или их часть — копы, теперь она в этом не сомневалась, а значит разумнее молчать до того момента, пока не станет ясно кому можно доверять, а кому нет. Но теперь Джон забирает дело, лишая ее возможности докопаться до правды и отомстить. — Ты просила у меня это дело, и я его тебе дал, но, Саманта, ты слишком зациклилась на нем. Так не пойдет. Ты детектив, мне нужно, чтобы ты занималась расследованиями и улучшала раскрываемость, а не изводила себя, — спокойно ответил мужчина. — Кто его забирает? — сжимая челюсть спросила шатенка. — Это не важно. Я просто хочу, чтобы ты передала его в другой отдел. — Кто, Джон? — твердо повторила Гроувс. — Шоу, — сдался Риз, понимая, что сестра не успокоится, пока не узнает. — Ох, ну конечно… кто же еще, — процедила сквозь зубы шатенка, переводя взгляд за спину брата, где неподалеку за барной стойкой сидела брюнетка, рядом с которой щебетала какая-то блондиночка. — Она не просила этого, — тут же заговорил Джон. — Я просто хочу, чтобы ты оставила это расследование, а Самин толковый детектив. Да, и будем честными — это дело висяк, так что, думаю, что скоро мы его закроем. — Так ты за этим позвал меня в бар? Мог бы сказать все это и в участке, — недовольно отозвалась Гроувс, и без того мрачное настроение которой, заметно ухудшилось. — Нет, я позвал тебя сюда, чтобы ты хоть немного развеялась. Последние пару месяцев я тебя совсем не узнаю. Думаю, это все из-за того, что ты слишком много работаешь и тебе нужно расслабиться, — пояснил Риз, печально глядя на поникшую сестру. Даже ее взгляд стал другим: если раньше он искрился, то последние пару месяцев словно потух, как будто внутри шатенки больше не горит то пламя, которое согревало ее, и тепло которого ощущалось даже на расстоянии. — Расслабиться говоришь? — взгляд Гроувс непроизвольно снова скользнул на Шоу. Блондинка все так же щебетала рядом с ней, наклонившись непозволительно близко и положив свою ручонку брюнетке на колено. Самин, не особо-то и сопротивлялась всему этому, просто сидела, потягивая пиво и безучастно слушая болтовню собеседницы. — Что же ты мне предлагаешь? Хочешь, чтобы я начала пить? — казалось бы, настроению уже не куда ухудшаться, но это было заблуждение. Теперь, ко всему прочему, прибавилась еще непонятная злость, объяснить которую шатенка не могла. — Мы оба знаем, что будет, если ты выпьешь, так что об этом и речи быть не может, — усмехнулся Риз. — Я завтра улетаю в командировку в Чикаго на пару недель, так что просто пообщаемся, отдохнем… О, а вот и он, — облегченно выдохнул мужчина. Гроувс проследила за его взглядом и увидела вошедшего в бар мужчину. Харви Кейн… гребаный Харви Кейн. Вот только его для полного счастья и не хватало. — Добрый вечер, — поздоровался подошедший мужчина, пожимая руку Джону. — Безумно рад вас видеть, мисс Гроувс, — он галантно взял в свою ладонь руку шатенки и прислонил к своим губам, задержавшись в таком положении дольше чем положено. Саманта натянула милую улыбку, мысленно проклиная этот вечер, который с каждой секундой становился все хуже и хуже. Она ведь искренне верила в то, что после торжественного приема, устроенного Департаментом на Рождество, ей больше не придется встречаться с Харви, но, видимо, у судьбы, а лучше сказать Френка Риза, другие планы. Шоу же в этот момент окончательно перестала обращать внимание на блондинку рядом с собой, переместив хмурый взгляд назад. Что это еще за слащавый тип, которому Гроувс так строит глазки? Этот слащавый хмырь, как мысленно назвала мужчину Шоу, явно не подходил для этого места, слишком сильно выделяясь на фоне остальных посетителей. На нем было легкое пальто, с поднятым воротом. Сняв его, он явил свету свое, и вовсе неуместное для бара, одеяние: клетчатый облегающий деловой костюм-тройка серо-синего цвета, да еще и галстучек на шее, а на ногах до блеска начищенные черные дерби. Ну, вот кто ходит в таком виде в бар? Кто вообще ходит в таком виде ночью по Южному Бронксу? Что не так с этим снобом? — Не думала, увидеть вас в подобном заведении, мистер Кейн, — сказала Гроувс, мягко вытаскивая свою ладонь из руки мужчины. — Признаться, я и сам не думал, что когда-нибудь окажусь в таком месте, — пренебрежительно осматриваясь, ответил мужчина, который привык посещать шикарные рестораны, а не простенькие бары. — но, что только не сделаешь, чтобы провести время рядом с вами. И прошу, зовите меня Харви. — В таком случае, зовите меня Саманта, — пытаясь выглядеть дружелюбной, мило улыбнулась Гроувс. — Я смотрю вы еще ничего не заказывали, позвольте мне угостить вас. Что тебе взять, Саманта? — спросил Кейн, делая акцент на имени девушки, словно смакуя его на вкус. Обольстительная улыбка вновь была устремлена в сторону шатенки. — Черный кофе, — ответила она. — Не знал, что в таких заведениях подают кофе, — усмехнулся Харви. — Скажи, что заказ для детектива Гроувс, здесь знают мои предпочтения, — терпеливо ответила шатенка, понимая, что ее все больше и больше начинает раздражать навязчивость мужчины и то, каким взглядом он на нее смотрит. — Хорошо, — учтиво кивнул Кейн. — Джон? — Я сегодня ограничусь пивом, — подал голос Риз. — Ты зачем его сюда позвал? — яростно зашипела Гроувс, едва Харви ушел к бару, чтобы сделать заказ. — Ой, вот только не надо на меня так гневно смотреть, — защищаясь вскинул руки Джон. — Я его не звал. Он сам позвонил, а я просто сказал, где мы будем этим вечером. Видимо, ты ему очень понравилась, раз он приехал сюда. Это же уму не постижимо, что такая важная шишка как он, оказался здесь. Думаю, что его костюм стоит дороже этого бара, — усмехался Джон. — Не упусти свой шанс. — Ох, да… сплю и вижу, как закручу роман с политиком вроде него, чтобы потом таскаться по нудным банкетам и делать заинтересованный вид. Я больше чем уверена, что все это дело рук отца, — обреченно отозвалась шатенка, тут же снова принимая беззаботный вид, так как Кейн уже подходил к ним, неся две бутылки пива и кофе.       Гроувс старалась. Она изо всех сил пыталась поддерживать разговоры ни о чем, отвечать на нескончаемый поток вопросов Кейна, который к тому же не упускал случая, чтобы пофлиртовать с ней. Шатенка вежливо улыбалась, делая заинтересованный вид, когда Харви рассказывал очередную историю, но на деле с каждой секундой ей становилось все труднее притворяться что все хорошо. Все не хорошо! Как они все могут спокойно сидеть и смеяться, когда совсем недавно умер Майк, когда за его смерть все еще никто не понес наказание. Как Шоу может сидеть и обжиматься с какой-то девкой, когда она тоже была там и все видела. С каждой новой фразой Харви, с каждым новым взглядом в сторону Самин, с каждой новой выдавленной из себя непринужденной улыбкой внутри Гроувс нарастало давление, требующее вырваться наружу. Ей хотелось кричать, хотелось стереть эту слащавую улыбку с лица блондинки, которая вилась около Шоу, хотелось что-нибудь сломать, чтобы выплеснуть накопившееся внутри напряжение, а вместо этого она продолжала играть роль беззаботной девушки, которая весело проводит время. В конце концов Гроувс не выдержала и, сославшись на то, что у нее жутко разболелась голова покинула бар, оставив Джона и Харви беседовать о политике Департамента полиции.       На улице было совсем темно. Тусклый месяц на небе не был способен подарить достаточное количества света, а фонарь на парковке бара давно сломался и чинить его никто не планировал. Сейчас Гроувс была даже рада этому. Прохладный февральский воздух и кромешный мрак вокруг немного привели ее мысли в порядок. Подсвечивая себе телефоном девушка уверено шла к своей машине, когда услышала быстрые шаги сзади. — Что-то быстро ты сбегаешь со свидания, — раздался усмехающийся голос из темноты. — Следишь за мной? А твоя блондиночка не против? — язвительно ответила Гроувс, подходя к своей машине. — Я хотела поговорить насчет дела Хиос. Джон сказал тебе, что теперь я его веду? — заговорила Шоу, проигнорировав вопросы шатенки. — Мне плевать. Делайте что хотите: забирайте дело, закрывайте, отправляйте на Луну — я все равно не перестану его расследовать, — рыкнула Гроувс. Злость, которая копилась внутри нее начинала выплескиваться через края. Даже в темноте Шоу заметила, как яростно блеснули глаза Саманты. Это было плохо, очень плохо. Нельзя, чтобы шатенка продолжала лезть во все это, иначе ее ожидает плачевный исход.   — Да, что с тобой не так? Раскрываемость участка и так упала, а ты зациклилась на этом гребаном расследовании, — Самин понятия не имела как убедить Гроувс отступить, нужно было пробовать любые варианты. — Ты в зеркало на себя давно смотрела? Ты уже как зомби: осунулась, круги под глазами и не думаешь больше ни о чем, кроме этого дела. Вон, мужиком своим лучше займись, ты же так хотела личную жизнь наладить. — Как зомби? С твоей-то блонди мне, конечно, не конкурировать, — сжимая челюсть выдавила Гроувс. Ее начинало накрывать. Шоу как катализатор для всего, что происходит внутри шатенки. — Просто оставь меня в покое, — четко по словам проговорила Саманта, трясущимися от злости руками пытаясь в темноте открыть дверцу машины. — Иди развлекайся дальше, как будто не у тебя на глазах убили невинного ребенка. Поторопись, а то твою шлюшку кто-нибудь уведет, — голос Гроувс начинал срываться на крик. — Что ты несешь? — Самин тоже начинала злиться. Во-первых, с какого перепуга шатенка позволяет себе так с ней разговаривать. Во-вторых, она не имеет права говорить, будто Шоу плевать на того подростка, она понятия не имеет, что Самин чувствует из-за произошедшего, особенно если учесть, что знает виновника преступления, но ничего не может с этим сделать. — А что я несу? Вам же всем плевать на то, что происходит вокруг! Плевать вы все хотели на то скольких людей убили, сколько жизней искалечили! Вам же раскрываемость, простые цифры на бумажках важнее людей. Сложное дело? Давайте забьем на него, чтобы не тратить время и не отрывать свои задницы с места, ведь можно арестовать парочку карманников и статистика будет выровнена, — с каждым словом Гроувс делала небольшой шаг, наступая на Самин, словно разъяренный зверь. Глаза уже привыкли к темноте, поэтому Шоу видела с какой злостью и ненавистью шатенка высказывала все это. Ее голос словно острое лезвие резал слух. Саманту прорвало, вся тьма, скопившаяся внутри стремилась наружу. Брюнетка в свою очередь тоже начинала закипать, потому что Гроувс понятия не имела, о чем говорит.       Остановить этот поток бреда простыми словами Шоу даже не пыталась, просто с размаху залепила шатенке пощечину, которая должна была привести ту в чувства. Саманта ошарашено схватилась за щеку, пытаясь понять, что произошло. Разум действительно прояснился, а вот злости стало только больше. Брюнетка видела, какой яростью наполнились глаза девушки и ожидала ответный удар, но вместо этого Гроувс несколько секунд просто испепеляла ее взглядом, а потом жадно впилась в ее губы своими. Шоу даже не успела понять, что происходит. Поцелуй шатенки был необычайно жестким и напористым, девушка то и дело прикусывала губы брюнетки, с силой пытаясь протолкнуть язык в ее рот, пока руками до боли сжимала девушку за талию и притягивала еще ближе к себе. Между ними была не страсть, между ними было нечто дикое и необузданное, нечто, соединившее в себе все негативные эмоции и преобразовавшее в это пламя, охватившее их.       Не беспокоясь о том, что их могут услышать или машина, въезжающая на парковку, осветит их фарами, Гроувс стянула с Шоу куртку, отбросив ее на капот машины. Самин никогда не видела шатенку в таком диком состоянии. С одной стороны, ей нравилось все происходящее, брюнетка будет последней лгуньей, если скажет, что не скучала по их быстрым и страстным встречам. Но, с другой стороны, все происходящее было неправильным, Гроувс была не в себе.       Шоу попыталась оттолкнуть шатенку, сказать ей что-то, но тут же была прижата к машине и вовлечена в еще более грубый и требовательный поцелуй. Ловко подхватив Самин под бедра, Гроувс усадила ее на капот, поверх так кстати лежавшей там куртки, которая спасла Шоу от встречи с холодным металлом авто.       Гроувс не разрывая поцелуй нетерпеливо расстегнула джинсы Шоу, после чего слегка их приспустила, облегчив себе дальнейшие действия. Самин, под таким напором шатенки, даже не успела выразить свой протест тому, что она оказалась на вторых ролях, тому, что ею так пользуются. Все происходило так стремительно, что брюнетка и глазом моргнуть не успела, как холодные пальцы Саманты уже яростно ворвались в нее. Чувство дискомфорта и наслаждения перемешались, принося двоякие ощущения. Шатенка переместилась поцелуями на шею Шоу, сильно прикусывая нежную кожу, пока ее пальцы продолжали увеличивать темп. Она не беспокоилась о Самин в этот момент, не думала о том, что может причинять ей боль. В каждое движение Гроувс вкладывала все, что накопилась внутри за последнее время: чувство вины за смерть Майка, злость из-за неспособности раскрыть дело, ярость к самой себе за то, что неспособна разобраться в том, что происходит у нее в жизни. Вкладывала все, позволяя себе полностью освободиться от пожирающих ее эмоций и чувств. — Черт! Ногти! Сука! — рычала Самин, ощущая, как шатенка царапает ее. Гроувс лишь сильно укусила ее в район ключицы сквозь майку и ускорила темп, вызывая еще больший дискомфорт. Шоу вцепилась в ее плечи, начиная помимо своей воли получать своеобразное удовольствие от этих необычных чувств. Она понимала, что приближается к разрядке, но мысленно была в ярости от подобного беспардонного поведения Саманты. После того, как Шоу кончила, грубо выругавшись, сквозь сжатую челюсть, Гроувс просто отошла от нее, поправляя свою одежду. Ей не нужен был секс, чтобы получить физическое удовлетворение, он нужен был именно для эмоциональной разрядки, которую она и получила. Теперь же шатенка была просто опустошена. Она села в машину и дождавшись, пока Самин слезет и отойдет от капота, молча уехала. — Какая же ты сука, — прорычала брюнетка в след удаляющейся машине. Шоу готова была убить шатенку в этот момент. Гроувс тупо трахнула ее прямо на улице, а потом уехала как ни в чем не бывало. Это унизительно…

***

— Шоу, ты не видела Гроувс? — встревоженно спросил Диас. — С чего бы я должна ее видеть? Носитесь все с ней как курица с яйцом, — раздраженно буркнула Самин. Пошел уже четвертый день с момента инцидента на парковке, за это время они так ни разу и не встретились. Гроувс, кажется, вообще в участке не показывалась. А если бы Самин увидела ее, то пришлось бы использовать все силы самоконтроля, чтобы не свернуть той шею. — Черт! Я ее вторые сутки найти не могу, — нервно поправляя бейсболку на голове, отозвался Сальвадор. — С ней такого никогда не было, жопой чую, что опять влезла куда-то. Дома ее нет, Джон в командировке, так что ему звонить смысла нет… — Меня это как касается? — не выдержала Шоу. О шатенке ей сейчас слушать и думать совсем не хотелось. — Я опаздываю, — отмахнулась она, стремительно уходя от Диаса. Мужчина лишь посмотрел ей в след, подозрительно сузив глаза. Он давно заметил странности в отношениях между Шоу и Гроувс. Они то загадочно поглядывают друг на друга, пока другая не видит, то вместе исчезают, а потом неожиданно появляются, теперь вот шипят как вурдалаки, облитые святой водой, лишь при упоминании имени другой… странно все это.       У брюнетки действительно была запланирована встреча с Гудвином. Они все еще не виделись после всего произошедшего, и у Самин скопилось много вопросов, а вернее претензий. Хотя, стоит отметить, что Эд сам назначил эту встречу, сказав, что надо решить какое-то важное дело. — Ой, кажется кто-то не в духе, — театрально изображая испуг, заговорил Гудвин, подходя к хмурой брюнетке, сидящей на скамейке в парке. — Ой, прости, забыл, что это твое обычное выражение лица, — продолжил Эд, начиная широко улыбаться. — Все? Твоя очередная бездарная попытка родить шутку закончилась? — холодно отозвалась Шоу, бросая на друга злобный взгляд. — Оу, ты и правда злая… окей, — мужчина сразу стал серьезнее, прекрасно зная, что, когда Самин вот такая с ней лучше не шутить. — Я так понимаю, ты мне хочешь что-то сказать? — Сказать? Нет, я хочу оторвать тебе голову, чтобы заглянуть внутрь и посмотреть, что с твоими мозгами, — злобно прошипела Шоу. — С каких пор ты отдаешь приказы убивать детей? Новая политика что ли такая? Если да, то я не собираюсь в этом участвовать. — Успокойся, Сэм, — уверенно начал Гудвин. — Я не отдаю таких приказов, не я так решил. Я узнал о случившемся, когда было слишком поздно на что-то влиять. — А кто тогда решил, если не ты? Ты главный, значит ты отвечаешь за своих людей, — продолжала наседать на Эда брюнетка. — Я не главный. Все люди при рождении равны, поэтому никто не имеет права называть себя важнее кого-то, считать себя выше другого. Я лишь доношу до людей свою точку зрения, а они решают принимать ее или нет — это их выбор, я не заставляю и не управляю, лишь предлагаю, — в своей излюбленной глубокомысленной манере ответил мужчина, с серьезным видом уверенно глядя в глаза Шоу. — Оставь всю эту хрень для остальных, — недовольно буркнула Самин. — Я тебя всю жизнь знаю, если бы ты захотел, то этого бы не произошло. — Ты права, — спокойно пожал плечами Гудвин. — Но и я прав. У нас у обоих есть истина, но видим мы ее по-разному. Тебе лишь нужно попытаться взглянуть на бытие моим взглядом. — Так, бытие, давай уже попроще, — обреченно сжала переносицу Шоу. Она терпеть не могла, когда Эд начинал толкать свои заумные фразочки. — Хорошо, — снисходительно улыбнулся мужчина. — Смысл таков, что я бы действительно мог не допустить смерть подростка, если бы знал о том, что происходит. Хантер взял все в свои руки и решил проблему, не поставив меня в известность о ее существовании. В его защиту скажу, что убивать подростка он не собирался. Детская жизнь особенно свята, но теперь нет смысла говорить о том, что уже не исправить. Главное, что так или иначе, Хантер частично решил нашу проблему. Но с остальным я уже разобрался сам. — Как это он не хотел убивать Майка? Зачем тогда стрелял в него? И что значит «частично»? — непонимающе спросила Шоу. Гудвин лишь молча продолжал смотреть ей в глаза, вскинув бровь, давая время на то, чтобы она сама догадалась. Он с детства обожал так делать, и брюнетка давно привыкла к этому. Шоу потребовалось несколько секунд, чтобы выстроить логическую цепочку у себя в голове, и эта цепочка ей совсем не нравилась. По всему выходило, что Хантер хотел убить Гроувс, но попал в Майка. Этим он решил проблему частично, так как Саманта с ее неуемным рвением довести дело до конца все еще оставалась в игре. Тут же Шоу вспомнились недавние слова Диаса о том, что шатенка вторые сутки не выходит на связь… Гудвин сказал, что разобрался с проблемой сам… — Что ты с ней сделал? — Шоу сама не поняла, когда успела подскочить и схватив Эда за ворот пальто вжать в скамейку. В голове что-то просто щелкнуло и тормоза отказали. — Да, успокойся, Рембо, — испуганно затараторил мужчина, который впервые видел такой бешеный взгляд Самин, направленный на него. Краем глаза Шоу увидела, как к ней стремительно приближаются двое парней в патрульной форме. — Все нормально, мы просто беседуем, — остановил их Гудвин, прежде чем те, успели попытаться оттащить брюнетку. — Я всего лишь предложил ей присоединиться к нам.       Шоу разжала хватку, ошарашенно глядя на друга. — Что ты сделал? — она просто не верила своим ушам. — А потом ты еще спрашиваешь почему это я решил назвать тебя Берсерком, — поправляя воротник, съязвил Гудвин, но заметив злобный взгляд Шоу тут же начал объяснять. — Чему ты удивляешься? Я давно к ней присматривался. У нее есть все качества, которые нам нужны, к тому же ее отец большая шишка в Департаменте, ее связи и рычаги влияния не будут лишними. Я бы связался с ней еще после дела, когда она лихо прищучила того паренька — Круз, кажется. Но, тогда она понятия не имела о существовании Лучших, и я решил, что не буду пока лишать ее этого блаженного неведения. Теперь же, Гроувс сама вышла на наш след. Хантер хотел убить ее, но промахнулся. Понимаешь? Это знак судьбы. Вселенная дала ей шанс, поэтому я попросил Проповедника заняться своей работой. — Так он уже завербовал ее? — в голосе Шоу скользнул легкий испуг, что насторожило Эда. Самин меньше всего на свете хотела, чтобы Гроувс присоединилась к Лучшим… только не она. Пусть хотя бы шатенка держится в стороне от всего этого дерьма. Но Проповедник… Шоу лично не знакома с ним, но от Гудвина наслышана о талантах этого человека, который вербует для Лучших новых копов.       Вообще Гудвин создал очень запутанную структуру, в которой даже Шоу особо не разбиралась, считая эту информацию лишней. Брюнетка делала то, что говорил Эд, полностью доверяя ему, а все организационные вопросы ее не касались. Она знала, что изначально Лучших было всего семеро, включая ее саму и Гудвина. Так они и начинали, разбираясь с мелкими барыгами, пытаясь достать для себя незасвеченное оружие, машину и собрать деньги на прочие мелочи. Постепенно они развивались и становились совершеннее. Среди этих семерых каждый отвечал за что-то свое. Шоу была одним из главных советников Гудвина, так как никогда не боялась высказывать все что думает, и он это ценил. Еще среди них был отличный хакер, который вместе с Эдом разработал запутанную систему связи, а помимо этого добывал много полезной информации по преступникам, с легкостью взламывая их телефоны, компьютеры, электронные почты, базы данных и прочее. Для общения между собой Лучшие использовали запутанную схему: с помощью защищенной программы на телефон тому, с кем хотели связаться присылали сообщение с фразой. Обычно это была какая-нибудь заумная философская хрень, в которой Шоу не смыслила и не пыталась, со стороны же, в случае чего, это выглядело как простой спам или интернет рассылка. Эта фраза нужна была для того, чтобы связаться со связным. Вот тут как раз и проявлял свои таланты Глашатай, который умело склонял на сторону Лучших подростков и обычных гражданских. Они были идеальным способом связи: рисовали граффити, в которых, если знать как, можно было увидеть нужный адрес, либо передавали записки, иногда просто говорили что требуется. Все решала та самая фраза: произнес ее в беседе с нужным человеком и получил информацию или другую фразу, для связи с другим связным. Чем запутаннее, тем сложнее выйти на их след — так размышлял Гудвин. Шоу же плевать на это хотела. Получая сообщения с фразами, она просто звонила Эду, ибо считала глупым бегать по всему району в поисках каких-то там знаков. Она не ребенок, чтобы в игры играть. Самин единственная кому Гудвин позволял подобное, так как она была его подругой, хотя, скорее всего, и остальные, входящие в первую семерку тоже имели свои привилегии. С каждым годом людей вербовали все больше. Проповедник знал свою работу. Сначала он с Эдом изучал кандидата, пытаясь понять подходит ли он и согласится ли, а затем уже с ним связывались. Подробностей того, как все это происходит Шоу не знала, как и не знала точно, сколько сейчас человек входит в число Лучших. В последнее время она не слишком часто участвовала в их делах, то ли Гудвин боялся, что она может пострадать и не хотел рисковать подругой детства, то ли в организации было кому выполнять поручения и без нее. — Проповедник пока в процессе, насколько я знаю. Он связался с ней пару дней назад, дал пищу для ума, а теперь ждет ответ, — пояснил Гудвин, все еще не понимая такую бурную реакцию Шоу, которую обычно танком не прошибешь, а тут так завелась. — Ты должен прекратить это, — твердо сказала Самин. — С чего бы? — Гудвин совсем перестал что-либо понимать. — Она из моего участка, — расплывчато ответила Шоу. — И? В 42-м участке помимо тебя уже есть Лучшие, и ты, насколько я помню, всегда говорила, что с ними тебе удобнее обмениваться информацией и работать на операциях. Тоже самое и с Гроувс будет… — Я с ней сплю! — не выдержав рыкнула Самин. — Оу… так вот оно что, — широкая улыбка стала расползаться по лицу мужчины. — Ну, так это же еще лучше. У вас будет больше общего, а значит и секса больше. — Ты бы хотел, чтобы твоя Кортни вступила в Лучшие? Чтобы она узнала, что ты состоишь в подобной организации, — глядя прямо в глаза другу спросила Шоу, прекрасно зная, как мужчина оберегает свою девушку ото всего этого. — Причем здесь Кортни? — вмиг став серьезным спросил Гудвин. — Ты прекрасно знаешь, что я люблю ее больше жизни и не позволю, чтобы она пострадала или чтобы она переживала из-за всего этого. Ох, постойте… у тебя не просто секс с Гроувс? Верно? — Не говори ерунды, — недовольно рыкнула Шоу, отводя взгляд. — Просто, меня с ней многое связывает, я не хочу, чтобы она влезала в это дерьмо. Я прошу тебя… — Я все понял. Ее больше не тронут и не побеспокоят, даю слово, — серьезно произнес Эд. Чтобы там Самин не говорила, он видел, что та переживает за Гроувс. Гудвин не помнит, чтобы Шоу переживала за кого-то кроме него, а раз так, значит Саманта теперь неприкасаемая. - Но если она начнет представлять реальную угрозу, тебе придется разбираться с ней самой. — Так ты завел себе охранников? — попыталась перевести тему Шоу, которая и сама смутилась из-за своей реакции на то, что шатенку хотят втянуть в этот Ад. Что это было? Испуг? Да. Определенно Самин испугалась того, что Гроувс либо тоже завязнет во всем этом, либо откажется и ее убьют. Но Эд дал слово, значит все будет хорошо. — Ах, это, — Гудвин бросил взгляд на патрульных, которые стояли неподалеку, озираясь по сторонам. — Меры предосторожности. Как раз это одна из тех вещей, которые я хотел обсудить. Думаю, ты и так понимаешь, есть много недовольных тем, что Лучшие наводят порядки на улицах. За наши головы готовы платить огромные деньги, так что нужно быть предельно осторожными. Вчера нашли тело патрульного из нашего участка, который был одним из Лучших, похоже, перед смертью его пытали. Конечно, возможно, что это никак не связано с охотой на нас, но все же, я хотел тебя предупредить. — Всегда были те, кто желал нашей смерти, — спокойно пожала плечами Шоу. Ее такими вещами не удивишь. — Ты сказал, что это одна из вещей, есть еще какое-то дело? — Да, это касается твоей недавней работы под прикрытием… — Что-то не так? — встрепенулась Самин. Она слишком много вложила в то расследование. — Все в порядке, всех, кого удалось задержать посадят, улик более чем достаточно, — поспешил успокоить подругу мужчина. — Дело в другом. Ты создала определенную репутацию, пока играла свою роль под прикрытием. О твоих навыках начали расходиться слухи, тем более, что мы вывели тебя из игры перед задержанием банды, так что никто не в курсе что ты коп. В общем, кое-кто желает воспользоваться твоими услугами. Мой шеф думает, что это отличная возможность прижать еще пару говнюков, не прикладывая особых усилий, ведь легенда у тебя уже есть. — Так в чем проблема? Я в деле, — уверенно отозвалась Шоу. — Не спеши, — осек ее Гудвин. — Что если кто-то все же догадался, что ты была копом и все это ловушка? В твоих услугах заинтересован Мистер Рос. Слышала о таком? — Хм, только глухой не слышал о нем, — хищно усмехнулась Шоу, уже чувствуя, как начинает поддаваться некому азарту от возможности прижать главную шестерку итальянской мафии Бронкса. Об этом Мистере Росе мало что известно: ни настоящего имени, ни четких фото. Лишь слухи и рассказы информаторов о том, что этот загадочный тип выполняет множество поручений для различных банд. Эдакий фрилансер преступного мира, у которого есть свои помощники, которые верны ему, как ручные песики. По слухам, методы работы Мистера Роса весьма радикальны, хотя достоверной информации нет, ведь после встречи с ним мало кто выживает. В любом случае, это было идеальное дело, чтобы отвлечься от ненужных мыслей и успокоить злость к Гроувс после произошедшего на стоянке.

***

— Мистер Рос? — Шоу пожала протянутую ей руку, изучающе глядя на мужчину перед ней. — Полагаю, что вы и есть та самая Вега. Простите, не знаю — это ваша фамилия или имя? — утвердительно кивнув заговорил Мистер Рос, так же одаривая Самин заинтересованным взглядом, ведь благодаря ее легенде о ней стало ходить немало слухов среди преступного мира. — Просто Вега, — коротко произнесла Шоу, входя в роль хладнокровного наемника. — Что же, уважаю вашу конфиденциальность, я ведь и сам — просто Мистер Рос, — усмехнулся мужчина.       Сейчас Самин была на каком-то полуразрушенном заводе. Она встретилась с человеком Роса в неприметном переулке, после чего ее обыскали, забрали оружие, завязали глаза и привезли в это место. Самин не ожидала такой радушной встречи, поэтому ей пришлось избавиться от прослушки. Такие люди как Рос потому и остаются всегда в тени, что щепетильно подходят к вопросу работы с незнакомцами. Шоу лишь надеялась, что маячок в подошве ее ботинка передает сигнал и ее команда где-то неподалеку. Только вчера Самин говорила на счет этого дела с Эдом, а сегодня уже снова в шкуре Вега. С одной стороны, у них было мало времени на подготовку операции, но с другой стороны нельзя было медлить, ведь Мистер Рос вполне мог найти кого-то еще для этой работенки. К тому, же легенда у Шоу была, так что оставалось лишь вступить в игру. Вега — это лучшее прикрытие, какое только могло быть у Самин, ведь это реально существующая преступница. Изначально, внедряя Шоу в банду полгода назад, детективы долго думали над тем, кем ее представить. А потом хакер Лучших совершенно случайно вышел на след Вега — скрытной наемницы, которая имела очень специфическую направленность своей работы, а именно пытки. Женщина знала сотни способов, как вытащить информацию из человека, поэтому к ее услугам часто прибегали банды Чикаго. О, да, эта дамочка орудовала в Чикаго, а в Нью-Йорке была лишь проездом, поэтому здесь о ней мало кто знал, тем более не было тех, кто был бы с ней знаком. Вега оказалась на дне Ист-Ривер, а ее личность стала прикрытием Шоу. Самин пришлось подтверждать репутацию, какое-то время выполняя грязную работу для местных группировок, втираясь в доверие к нужной банде. Это было малоприятно, но такова работа под прикрытием. Шоу пришлось полностью отказаться от своей жизни, начать думать, как преступница, делать вещи, которые бы в прежней жизни никогда не сделала. Чтобы справиться с подобным ей потребовалось приложить все силы, подавляя в себе прежние мысли и чувства, полностью перевоплощаясь в другого человека. Это сложно и даже мерзко, ведь ей приходилось пытать людей, но иначе никак. В этом и заключается смысл такой работы — ты должен перестать быть собой, забыть все, отдаться делу, иначе кто-то может почувствовать слабину в тебе и понять, что ты не та, за кого себя выдаешь. И в таком случае исход один — смерть. Хотя, Шоу по сути провалила задание, ведь она не смогла забыть обо всем. Наплевав на все рванула к Гроувс… это было глупо, но вряд ли она об этом жалела. — Могу я узнать, чем была вызвана ваша заинтересованность мной? — следуя за Мистером Росом в сопровождении его людей внутрь здания, спросила Шоу. — У вас есть определенные навыки, которые мне необходимы. Признаться, никогда не думал, что потребуется прибегать к чужой помощи в таком вопросе, ведь пытки, казалось бы, простое занятие, любой справится, — начал отвечать мужчина, пока Самин пыталась запомнить все комнаты, через которые они проходили. — Однако, мои люди не всегда знают меру. Мне очень нужна информация, которой обладает этот человек, поэтому я не хочу, чтобы он умер раньше положенного. — Все стандартно, — спокойно отозвалась Шоу, обращая взгляд на идущего рядом мужчину. Примерно так она и представляла себе таинственного Мистера Роса. Пожилой итальянец в черном деловом костюме, слегка прихрамывающий на правую ногу, поэтому пользующийся тростью. Единственное, Самин думала, что он все же моложе, а на деле ему было около 50, может чуть больше. По нему сразу было видно, что сам он руки не марает, зато его люди, вполне были способны на такое. Незаметно изучая каждого из сопровождающих, коих всего было четверо, Шоу в который раз убеждалась насколько итальянская мафия отличается от латиносов. Есть у итальяшек какой-то свой особый стиль. Все эти отглаженные брюки, туфли, идеально подобранные рубашечки, ухоженные волосы, да, и поведение в целом: обходительные и манерные. Они словно сошли с экранов фильмов 40-х годов. — С кем мне предстоит работать? — коротко спросила Шоу, деловито закладывая руки за спину. — Это самая интересная часть, мисс Вега. Надеюсь, вы не против, что я буду обращаться к вам «мисс»? — Как вам удобно, Мистер Рос, — спокойно кивнула Шоу, мысленно добавляя: «Называй хоть чертом, главное не тяни резину». — Так вот, полагаю, что сегодняшняя работа принесет вам не только солидную оплату, но и искреннее наслаждение, — продолжая неторопливо идти вглубь здания, минуя несколько просторных комнат, довольно произнес мужчина. — Я всегда получаю удовольствие от своей работы, — хищно усмехнулась Шоу, продолжая играть роль кровожадной и бессердечной наемницы. — Почему-то так я и думал, — во взгляде Роса проскользнуло некое уважение в ответ на слова брюнетки. — Но это особый случай. Думаю, что вы в курсе всего, что происходит в этом районе, а конкретнее, вы, наверняка, слышали о некой организации, которая именует себя никак иначе, чем Лучшие, — сердце Шоу пропустило удар. Этого она точно не ожидала услышать от Мистера Роса. — Мои наниматели весьма обеспокоены активностью деятельности этих субъектов. Больше всего смущает то, что Лучшие не пытаются захватить власть в районе, подмять под себя остальные банды или нажиться на своей деятельности. Они просто методично убивают нас одного за другим, — с неким возмущением произнес мужчина, как бы говоря: «Где это видано? Они что, просто хотят навести порядок на улицах и им за это ничего не надо? Что за беспредел?». Самин мысленно усмехнулась словам Роса, внешне оставаясь все так же непроницаемой. — Так же есть слухи о том, что Лучшие состоят из полицейских, что и вовсе кажется абсурдным. Меня наняли, чтобы я во всем этом разобрался, проверил слухи и, по возможности, нашел способ добраться до этих мстителей. — И как успехи? — все больше напрягаясь спросила Шоу. — Удача на моей стороне, мисс Вега. Представляете, совершенно случайно, один паренек на улице проболтался, что помогает Лучшим передавать информацию с помощью граффити и каких-то фраз. Это информация дошла до меня, и я заинтересовался всем этим. После небольшой беседы с этим юношей, мне удалось убедить его работать на меня. Он помог мне выйти на одного из членов организации. Но, к сожалению, мои люди не обладают вашими талантами и попусту забили его до смерти, так и не узнав ничего полезного. Но, видимо, я рожден под счастливой звездой, ведь мне удалось выйти на еще одного из Лучших. И вот теперь в дело должны вступить вы, — мужчина так воодушевленно обо всем этом говорил, пока у Самин внутри все переворачивалось. Гудвин был прав, на них открыли настоящую охоту, а хуже всего, что охота это проходит слишком успешно. Хваленая запутанная схема Эда начала давать сбой.       Тем временем вся делегация спустилась вниз по лестнице и подошла к большой железной двери, войдя в которую они оказались в практически пустом просторном помещении. Обстановка здесь соответствовала лучшим традициям киношных мест пыток. Классика жанра: тусклый свет ламп, ржавые трубы по потолку, с которых местами капала непонятная темная жидкость, бетонные стены и несколько квадратных колонн, потемневшие от времени и сырости, стул у стены, небольшой столик как в операционной, на котором лежали привычные для Шоу, а вернее Вега, ножи, скальпели, иглы, пилы и прочие прелести профессиональных садистов. Так же в помещении находился мужчина, белая рубашка с закатанными рукавами, которого почти насквозь промокла от пота. Видимо, веселье начали не дождавшись Самин. Сейчас Шоу беспокоило два вопроса: кого из Лучших схватили и как подать знак Гудвину, чтобы он поторопился с началом операции, если прослушку ей пришлось скинуть еще в переулке. — Что же, вы можете приступать, мисс Вега. Вот ваш клиент, — мужчина указал в глубь помещения. Самин пришлось пройти чуть дальше, обходя колонну закрывавшую обзор, чтобы, наконец, увидеть кого, ей возможно придется слегка покалечить, прежде чем удастся связаться с группой. Может ли у живого человека, находящегося в сознании остановиться сердце, так, что при этом он останется в сознании? У Шоу оно остановилось, ей еле удалось сдержать рык, срывающийся с ее губ и оставаться внешне абсолютно хладнокровной. Посреди помещения с потолка свисала цепь с железным крюком, зацепленный за веревку, связывающую руки… руки Гроувс. Цепь была высоко поднята, так что шатенка едва могла дотянуться до пола носками своих ботинок, вытянувшись как струна. На ней были надеты синие джинсы, стертые на коленях от волочения по асфальту, легкая серая футболка была перепачкана кровью. Видимо, Саманта провела в таком положении немало времени, так как на ее запястьях были видны четкие кровоподтеки из-за веревок, сильно врезавшихся в кожу. Лица девушки видно не было, так как ее голова безвольно висела, опущенная вниз, и ее прикрывали спутавшиеся волосы.       Шоу изо всех сил пыталась унять панику, которая нарастала внутри все больше и больше. Почему она? Как здесь могла оказаться Гроувс? Почему они думают, что она одна из Лучших? Черт! Как этой занозе в заднице удается вечно находить неприятности? — Вы ее чем-то накачали? — пытаясь говорить, как можно более безразлично спросила Шоу, приближаясь к девушке. — Нет, просто отрубилась, — отозвался мужчина в белой рубашке. Он взял ведро с водой, которое предусмотрительно стояло в углу, и плеснул на Гроувс. Та резко вдохнула, вскидывая голову вверх. Ледяная вода отлично бодрит. В глазах до сих пор все было размыто, тело проснулось, а сознание пока не совсем. — Опустите ее ниже, — до боли сжимая кулаки, чтобы сдержать себя, спокойно попросила брюнетка. Нужно было вернуть Гроувс опору, чтобы той было хоть немного легче. — Это еще зачем? — Если вы не заметили, то я не Гуливер, так что я не собираюсь вставать на стул, чтобы дотягиваться до нее, — изображая раздражение буркнула Шоу. Гроувс уже открыла глаза и смотрела на нее непонимающим затуманенным взглядом. На ее лице было несколько отчетливых следов от ударов. — Рауль, просто сделай то, о чем просит мисс Вега. Она профи, ей лучше знать, как нужно делать свою работу, — подал голос Мистер Рос, который сел на стул, стоявший у стены, словно занял место в первом ряду театра и ожидал начала спектакля, опираясь на свою трость. — Мисс Вега, я хочу, чтобы вы узнали ее имя, кто она такая, а также имена ее подельников.       Шатенка не смогла сдержать болезненный стон, когда ее ноги коснулись пола, и давление на руки спало. Она провисела в таком положении почти сутки, хотя для нее они показались вечностью, а до этого еще сутки просидела пристегнутой к трубе, безуспешно пытаясь освободиться. Как она во все это вляпалась? Человеческая глупость — страшная вещь.       На следующий день, после происшествия с Шоу на стоянке, Гроувс позвонил странный человек. Его голос звучал очень необычно, словно был изменен какой-то программой. Он сказал, что ее выбрали для особой миссии, что она действительно, может помочь очистить улицы от преступности. Конечно, она сразу поняла, что ее пытаются завербовать. Человек в трубке много и красиво говорил о справедливости, о том, что нужно взять все в свои руки, что копы должны навести порядок. Если бы не смерть Майка и не та гора трупов в церкви, которые до сих пор преследуют ее в ночных кошмарах, то она скорее всего заинтересовалась бы всем этим. Речь была увлекательной, и звонивший говорил много по-настоящему правильных вещей, с которыми Саманта могла бы согласиться. Но, она поклялась самой себе, что отомстит за Майка, так что она должна была упечь всех этих подонков за решетку, какими бы благими намерениями они не прикрывали свои зверства. Звонивший дал Гроувс адрес, сказав, что если она заинтересовалась его предложением, то может найти подробности на месте. По плану там ее должен был ожидать связной, который бы передал ей флешку с информацией, которая ее могла заинтересовать, что-то типа агитации Лучших. Этот связной был простым посредником, получавшим задания от другого посредника и так далее, такая схема полностью защищала Лучших, но вот Гроувс не защитила. Связным оказался тот самый паренек, который согласился помогать Мистеру Росу. Он понятия не имел какую информацию передает, не знал и того, что шатенка не одна из Лучших, а ее лишь пытаются завербовать. Придя по адресу, самонадеянно решив втереться в доверие, а затем разрушить организацию изнутри, Саманта получила лишь удар в челюсть от незнакомого мужчины в переулке. Она упала на асфальт прямо около мусорных баков. Единственное, что она успела сделать, прежде чем ее схватили — незаметно отбросить под бак свое удостоверение и значок. Зачем? Она и сама не знала, просто какое-то чутье заставило ее это сделать. И, видимо, не зря, раз уже несколько дней из нее пытаются выбить ее имя и информацию о Лучших, и только благодаря молчанию девушка все еще жива. Хотя и сказать ей по сути нечего.       Шоу подошла вплотную к Гроувс, сжав ее челюсть в своей ладони и изображая пренебрежение повертела лицо из стороны в сторону, как бы оценивая клиента. Находящимся сзади мужчинам не было видно ее лица, не было видно с какой горечью она смотрит в глаза шатенке. Та лишь едва заметно кивнула. Из того что услышала, Саманта поняла, что брюнетка здесь чтобы выбить из нее информацию. Что же, так тому и быть. Самин тянула время как могла. Она подошла к столику с инструментами, начиная перебирать их в руках, пока мысленно пыталась понять, как ей дать знак Гудвину. Пытаться без оружия самой вытащить отсюда Гроувс — чистое самоубийство. Нужно потянуть время и что-то придумать. — Так ты начнешь или как? — раздался недовольный голос Рауля, который заставил брюнетку вернуться в реальность. Шоу бросила в его сторону испепеляющий взгляд, после чего положила скальпель обратно на столик. — Вчера мне пришлось провести восемь часов в самолете, а сегодня я так и не выспалась, приехав сюда, так что, с вашего позволения, я для начала немного разомнусь, — хладнокровно произнесла Шоу. Она решила, что лучше парочка синяков и ушибов, чем надрезы и иголки под ногтями. Из двух зол выбирают меньшее. — Можно? — Самин указала на резинку на голове Рауля, которая держала его волосы в небольшом пучке. Рос кивнул, давая понять, чтобы его человек исполнил желание брюнетки.       Шоу подошла к шатенке и начала неспешно убирать ее волосы назад, склонившись к ней и прикрывая собой. — Какого черта ты тут делаешь? — еле слышно спросила Самин. — То же могу спросить у тебя, — так же тихо, чтобы находящиеся в нескольких метрах от них мужчины, переговаривающиеся о чем-то своем, не услышали ее, ответила Гроувс. — Я под прикрытием, — быстро шепнула брюнетка, потянувшись руками за голову Саманты, чтобы сделать ей высокий хвост, при этом почти прижимаясь к ней телом. — Так вот чем ты пару месяцев занималась — людей пытала, — попыталась съязвить Гроувс. Нашла время… — Я не знаю, как вытащить тебя отсюда, у меня нет связи, — уже заканчивая собирать волосы шатенки, призналась Шоу, надеясь, что у Гроувс есть идеи. Но та лишь обреченно выдохнула. Она посмотрела Самин прямо в глаза, в ее взгляде читалась какая-то странная решимость и в тоже время сожаление. В последний момент перед тем, как Шоу убрала свои руки от ее головы, шатенка подалась вперед, вжимаясь в ее тело, словно на прощание. Это движение было почти мимолетным, а после Гроувс отпрянула назад. На ее лице красовалась непонятная ухмылка. — Ты должна сделать то, что они от тебя хотят, иначе они убьют нас обеих, — уверенно прошептала Гроувс, не секунду не колеблясь. — Ну, что там? Сеанс у парикмахера закончился? — снова подал голос Рауль, из-за чего Шоу пришлось отойти от Гроувс.       Теперь не было отговорок, нужно было начинать. Еще пару часов назад, при одной мысли о шатенке Шоу начинала злиться. Она мечтала прописать ей пару ударов в челюсть за ее недавнее поведение. И вот он, казалось бы, — реальный шанс отомстить за все, но Шоу никак не может заставить себя сделать это. Даже мысль о том, что ей надо бить Саманту противна. Она должна стать Вега, должна отбросить все сомнения, но не может. Слишком долго Шоу думает, все становится подозрительным, нельзя показывать слабину. — Назови свое имя, — зажмурив глаза и до боли сжав челюсть, Самин нанесла первый удар, а за ним еще несколько. Они пришлись куда-то в челюсть Саманты, но были не особо сильными. Сзади послышался снова недовольный голос Рауля. Мистер Рос продолжал молчать, наблюдая за брюнеткой, которая находилась к нему спиной. Видел бы он ее лицо, на котором отражалась такая боль, будто Самин наносила эти удары самой себе. В этот момент Шоу четко осознала, что Гроувс ее слабое место, ахиллесова пята, которая способна ее погубить.       Самин одной рукой взялась за плечо девушки, а второй с силой ударила в живот, отчего ноги Гроувс подкосились, и она повисла на руках, прицепленных к крюку. Шоу воспользовалась близостью к шатенке, чтобы снова заговорить с ней. — Я не знаю, что делать, — в голосе Шоу впервые отчетливо слышалась паника. Но Гроувс уже решила, что не позволит из-за своей неосторожности пострадать еще и Самин. Она сама виновата в том, что пошла одна по тому адресу, сама виновата, что попала в заложницы. Если кто-то и умрет, то только она, но никак не Шоу. — Мда, трахаешься ты лучше, чем дерешься и работаешь, — едва слышно шепнула шатенка, не поднимая головы. — Наверное, поэтому вечно и будешь торчать в отделе торчков, — шатенка хотела разозлить Шоу, чтобы та начала вкладываться в удары, чтобы ей поверили. Самин отошла от Гроувс, заглядывая той в глаза. Она поняла какую игру затеяла девушка и не хотела в нее играть, вот только выбора особо не было. Да, и Саманта слишком настаивала на своем. — Это все на что ты способна? Жалкое зрелище, — сплюнув кровь к ногам Шоу, громко произнесла шатенка. — Назови свое имя и расскажи все, что ты знаешь, — снова повторила брюнетка, игнорируя Гроувс. — Ты похожа на злобную овчарку, которую еще в щенячьем возрасте выбросили на помойку, поэтому она теперь грызет всех подряд, — ответила Гроувс. Ей самой было противно от этих слов, учитывая, что Шоу росла в приюте, но только так она могла заставить брюнетку делать то, что она должна.       Самин шумно выдохнула, почувствовав укол где-то в груди. Когда Шоу делилась с Гроувс историей о своем детстве, она и представить не могла с какой целью та ею воспользуется. Рауль сзади продолжал бухтеть о том, что так и он бы мог пытать, а то и пожестче. — Бьюсь об заклад, что ты готова отдаться любому за двадцатку прямо на грязном капоте посреди парковки, — последняя капля. Хоть Шоу и понимала, что Гроувс намеренно ее злит, но у нее отлично получалось. — Начинай говорить по делу, иначе ты лишишься своего языка, — прорычала Шоу, обрушивая на Гроувс шквал ударов. Вот только на много ее не хватило, спустя пару минут мозг снова включился и стало еще больнее в груди. Шатенка снова обессиленно повисла на крюке, сплевывая кровь и пытаясь набрать в легкие воздух, ведь каждый вдох начал причинять боль. — Так я и сам бы мог. Мы разве за это тебе платим столько денег? — этот мужчина окончательно достал Шоу. Она быстро развернулась и спустя мгновение уже стояла рядом с ним, а спустя еще одно мгновение брюнетка безжалостно избивала не ожидавшего такого поворота событий Рауля. И вот тут-то она не сдерживалась, давая волю чувствам, от души вкладываясь в каждый удар. — Прошу прощения, Мистер Рос, — отойдя от лежащего на полу мужчины и переведя дыхание, заговорила Шоу. Рос же спокойно продолжал сидеть на месте, даже не поведя бровью. — Не люблю, когда кто-то ставит под сомнения мою работу. — Я вас понимаю, мисс Вега. Приношу глубочайшие извинения за поведение Рауля, он бывает слишком импульсивен. Мы покинем вас и дадим спокойно поработать, — мужчина встал и вышел из помещения, а после вошли двое других и вынесли Рауля, который сам идти не мог. — Гроувс? Саманта, ты меня слышишь? — Шоу подлетела к шатенке, осторожно приподнимая ее голову. Все лицо было в крови: губа разбита, бровь рассечена, нос, кажется, сломан. — Боже… что я наделала… — до боли сжимая челюсть прошептала брюнетка. — Ты сломала мне ребро, а так все нормально, — Гроувс попыталась усмехнуться, но лицо исказила гримаса боли. — Потерпи, я опущу тебя, — Шоу метнулась к стене и отмотала цепь, чтобы крюк опустился ниже. Шатенка обессиленно упала на колени, вскрикнул от пронзившей тело острой боли. Казалось, что болит абсолютно все. — Нужно выбираться отсюда, пока есть шанс, — Самин осторожно разрезала веревку скальпелем. Гроувс как не пыталась не смогла сдержать болезненные стоны, когда Шоу освобождала ее запястья, в которые глубоко впивались веревки, отчего там появились кровоточащие раны. Когда руки оказались свободны и тело больше ни на что не опиралось, Саманта едва не упала вперед, благо брюнетка вовремя ее поймала. — Я не смогу идти, — заговорила Гроувс. — Уходи, а потом вернешься с группой захвата. — Ага, а Рос и его люди будут сидеть и играть с тобой в картишки, дожидаясь меня, — буркнула Шоу, пытаясь поднять Гроувс. Болезненный вскрик дал понять, что ребро у шатенки и правда сломано, а может и не одно. Вот только Самин не знала ее ли это заслуга или Рауля, но ей все равно было паршиво на душе от того, что пришлось навредить девушке. — Пожалуйста, Сэм, — тихо шепнула Гроувс, пытаясь держаться на ногах, перекинув одну руку через плечо Шоу, пока та бережно придерживала ее за талию. — Я не хочу, чтобы ты пострадала из-за того, что я не смогла вовремя остановиться и не послушала тебя и Джона, когда вы говорили, что не надо мне лезть куда не следует. — Заткнись и иди, — медленно двигаясь вперед и практически таща на себе шатенку буркнула Шоу. Все и так хуже некуда, не хватало еще, чтобы Гроувс включала тут свой режим героя. — Нет, — из последних сил Саманта оттолкнула от себя Шоу, тут же сползая по колонне вниз и оседая на пол. — Как только мы выйдем за дверь, нас убьют. У тебя одной больше шансов. Ты можешь сбежать и дать сигнал началу операции, — голос шатенки становился все слабее. Она двое суток не спала, плюс серьезные травмы давали о себе знать. Сил не было совсем. — Послушай, Шоу… я должна тебе что-то сказать, на тот случай, если ничего не выйдет, и я… — Даже не думай делать из себя мученицу, мы выберемся вместе, — рыкнула Самин, снова предпринимая попытку поднять Гроувс, но та совсем обмякла. — Сэм, я так виновата перед тобой. Мне так жаль, — из последних сил шептала Гроувс глядя в глаза брюнетке. По ее щекам начали скатываться слезы, которые смешивались с кровью на лице. — Замолчи! Слышишь? Мы выберемся, не знаю, как, но выберемся, — Шоу протянула ладони к лицу девушки и большими пальцами осторожно стерла слезы. В этот момент наверху послышались крики и выстрела, а спустя мгновение дверь распахнулась и в помещение вошли несколько бойцов из группы захвата. — Матерь моя иудейка! Это что ж вы тут устроили? — усмехаясь заговорил один из бойцов, снимая с лица маску. — Сука, Гудвин, как же я рада тебя видеть, — устало опустившись на пол рядом с Гроувс, выдохнула Шоу. Можно расслабиться. — Как вы поняли, что надо действовать? — Твой маячок вырубился, я обрадовался, решив, что тебя наконец загасили и теперь я смогу забрать твой плейстейшен себе, но надо было все-таки точно убедиться в твоей смерти. Вот мы и залетели, а тут вот такая срань творится, — театрально размахивая руками объяснил мужчина. Как же Шоу повезло, что маячок сломался пока она выбивала всю дурь из Рауля. — А ты нахрена детектива Гроувс избила? — Не знаю, — спокойно пожала плечами Шоу. — Пришла, а она тут. Ну, думаю, не зря ж я перлась в такую даль, вот и размялись с ней немного, — с каким же облегчением она сейчас иронично отвечала своему другу. — Не хочу прерывать вашу юмористическую минутку, но может кто-нибудь вызовет скорую? Я тут как бы страдаю, — тихо подала голос Гроувс, привлекая к себе внимание. Шоу перевела взгляд на девушку, которая пытаясь улыбаться изо всех сил старалась не потерять сознание. — До свадьбы заживет, — задорно произнес Гудвин, пока девушки продолжали неотрывно смотреть друг другу в глаза. Главное, что все позади…