Darling

Когда ключи зазвенели в замке, Дазай как раз набирал сообщение. Он быстро отложил телефон, и испытал странное желание броситься Чуе на шею, ведь он принес ему еды. Есть хотелось ужасно, остатки хлеба совсем не насытили несчастного омегу. Он слегка тряхнул головой и заставил себя сдержаться от этих сопливых порывов. - О, Дазай, ты не спишь? - Чуя чуть не выронил шляпу, увидев Осаму сидящим на диване в одной рубашке. - Я очень хочу есть, - не глядя на рыжего, гордо произнес Дазай. - а ты оставил меня одного и без грамма пищи! Я смотрю, ты так и не научился быть нормальным альфой. Чуя грубо поставил пакеты с покупками на стол. Такие фразы очень задевали его, и он посмотрел на Осаму очень сурово. Потом его взгляд упал на телефон. - Кому-то звонил? - Что? - Твой телефон на столе, ты звонил кому-то? - Я... нет, но я писал. - Ему? Дазай пару раз моргнул. - Ему - кому? - тупо переспросил он. - Кому-кому, альфе своему, - зарычал Накахара. Дазай на мгновение замер, потом хихикнул и начал смеяться. Чуя почувствовал, как задвигались сами собой мышцы челюстей. Хотелось рвать зубами этого урода, с которым решил замутить Дазай. - Да, Чуя, я писал именно ему, своему альфе, - всё ещё смеясь, ответил омега. - Дай посмотреть, - хмуро потребовал Накахара, потянувшись к мобильнику. - Вот ещё, лапы прочь! - Осаму быстро среагировал, тут же схватив телефон и спрятав его себе под задницу - единственное место, куда его можно было спрятать здесь. - Дазай, - провелительным тоном прорычал Чуя, но омега был умнее. - Чуяяяяя, - заныл он. - Чуя, я так хочу кушать, я кажется сейчас упаду в обморок, - он лег на стол, на самом деле чувствуя себя совсем без сил. Выражение лица Накахары моментально изменилось с агрессивно-раздражённого на испуганно-заботливое. Эта хрень всегда работала. Чуя даже ничего не сказал, он просто поставил перед Осаму шоколадное молоко и мармелад, а сам принялся распихивать продукты по полками холодильника, часть оставляя на столе, чтобы из них сварганить ужин. - Крабы? - весело спросил Осаму, протыкая пакетик молока трубочкой. - Креветки, креветки, глупышка, - пробормотал Чуя, набирая воды в кастрюли. - Я могу помочь! - Сиди! - Чуя выставил перед Дазаем руку в останавливающем жесте. Он часто делал так. - Сидеть, Дазай. Раз падаешь в обморок, сиди на попке ровно. - Что за выражения, блин, - заныл омега, слегка краснея. - Глупышка, попка - ты кусок гопника, Чуя. - Я вроде выражался нежно-ласкательно. За время готовки Накахаре пришлось ещё несколько раз приказать Осаму 'сидеть', на что омега возмущённо ныл 'я же не собачка!' Когда довольный Дазай принялся уплетать готовые вкусняшки, Чуя просто сел рядом и разлил алкоголь по бокалам. Осаму радостно замычал с набитым ртом, явно одобряя наличие саке. Вино окрашивало стол в рубиновые блики, пропуская через себя слабые солнечные лучи. Накахара посмотрел на омегу через бокал, чуть приподняв его на уровень глаз. Он заставил себя отогнать все мрачные мысли насчёт их вероятного расставания, и жадно вдохнул запах Дазая, который витал в воздухе даже несмотря на ароматы готовых блюд. Сейчас он чувствовал, что все отдал бы, чтобы этот суицидальный засранец смотрел только на него, выражал без всяких масок искреннюю любовь и нежность. Хотелось зарыться в его загривок лицом, собственнически укусить и не выпускать из своих лап. Чуя сделал большой глоток из бокала. - Дазай, - позвал он. - М? - Осаму уже вылакал прилично саке, и его немного испачканный соусом рот чертовски соблазнял. Чуя облизнулся. Его язык проник в рот Осаму ещё до того, как кто-то из них сообразил, что происходит. Точно так же произошел их первый поцелуй. Рядом с Дазаем вообще сложно было соображать и сохранять хоть какую-то ясность мышления. Чуя грубо толкался в его рот, жадно вылизывая нёбо и язык, вбирая в себя стоны омеги, который трогательно цеплялся за его жилетку и был определенно пьян. Рука Чуи медленно опустилась на бедро Осаму, потом ухватила того за зад и... - Так, посмотрим, кому ты там пишешь, - довольно прорычал Накахара, выуживая телефон. - Что? Чуя! Чуя, нет! - запротестовал Дазай, слабо пытаясь отобрать мобильник. Накахара пытался разобраться с блокировкой, но ничего не получалось - Осаму был тем ещё конспиратором. - Черт возьми, ты же сам хочешь, чтобы я прочитал, - нахмурился Чуя. - Ты хочешь, чтобы я брал тебя, поэтому ты здесь, ты хочешь вернуться ко мне, потому что другой альфа тебя не удовлетворяет и никогда не удовлетворит, ты ведь хочешь только меня, хватит уже себя обманывать! Взгляд Дазая заставил Чую резко замолчать, проглотить остатки слов, которые хотели вырваться из него. Щеки Осаму были красными, а глаза внезапно наполнились влагой. - Ты думаешь, кого-то хоть раз волновало, чего хочу я? - вдруг закричал он дрожащим голосом, в котором слышались слезы. Накахара опешил. - Отдай мне мобильник, хватит насиловать меня, хватит, хватит, - в отчаянии Дазай кинул через всю кухню рюмку саке. Та звонко врезалась в шкафчик и отлетела в сторону с неприятным звуком. С Осаму такое бывало иногда. Если Чуя говорил лишнего, если вел себя грубо - омега терял всякий контроль. Он мог впадать в действительно опасные состояния, и Накахаре становилось за него страшно. В таких состояниях они не раз дрались. Чуя сглотнул. Спокойно, сказал он себе. Только не доводи его ещё больше. Дазаю нужно успокоиться. Отчаяние в душе Осаму ощущалось в воздухе, почти физически. Слезы катились градом против его воли, совсем как после пробуждения. Силуэт из сна снова стоял перед глазами. Опять, опять, это все постоянно повторяется, эта боль, эта грязь. Дазай закрыл лицо и зарыдал в голос. Не зная, что предпринять (такого исхода вечера он точно не планировал), Чуя метнулся в ванную, взял полотенце и немного смочил его теплой водой. Вернувшись за кухню, он налил в стакан свежей воды и протянул Дазаю. - Эй, - голос альфы слегка дрожал, но он очень старался контролировать себя. - Эй, Дазай, - он сделал шаг навстречу. - Дазай, это я. Ты меня узнаешь? - Я не сумасшедший, хватит говорить со мной так! - не своим, полным ненависти голосом выкрикнул Осаму. - Нет, ты не сумасшедший, мой хороший, - как можно более ласково прошептал Чуя, ставя стакан на стол. - Тебе нужно выпить воды, ты наверняка хочешь пить. Их обоих заметно трясло, и Дазай не особенно стремился выпить живительную влагу, он смотрел как будто в пустоту, с мокрым от слез лицом, находясь сейчас явно не здесь. Чуя понятия не имел, как к нему сейчас пробраться. На слова Осаму реагировал не слишком положительно. - Вот, - тихо сказал альфа, положив телефон Дазая на стол рядом со стаканом. - Я ничего не буду смотреть, я уважаю твои границы. - Ты не уважаешь мои границы, Чуя, - голос Осаму вдруг стал совсем детским. - Ты все время причиняешь мне боль. Я просил тебя об одном - не делай мне больно, не души меня, не делай мне больно, - Дазай сморщился и снова горько заплакал. От его слов внутри Чуи все сжалось, но он старательно держался. И только когда Дазай вдруг покачнулся и начал падать, Накахара не выдержал и рванул к нему. В этом состоянии омегу было небезопасно трогать и приближаться, но Чуя не мог иначе. Он не был пьян, и это было несомненно плюсом. Ослабевший, беспомощный Дазай вызывал внутри странные, сильные и немного пугающие чувства. Чувства, которые отдавали вкусом садизма и страшного собственничества. Когда он наконец уложил пьяного омегу в постель, тот лишь тихонько всхлипывал. Чуя наклонился к нему и прошептал: - Сюдзи, ты хороший мальчик, поспи, все пройдет. На экране телефона, который лежал рядом с Дазаем, светился текст сообщения. 'Чуя, где ты??? Я такой голодный, что умру, пожалуйста, давай скорее' - Идиот ты, - усмехнулся Чуя, прикрыв глаза ладонью, обращаясь к самому себе.