Белые хризантемы

Маки проводил Аюзаву до ворот, за которыми ожидал черный блестящий автомобиль. — Прошу. Вас отвезут, куда пожелаете. — Спасибо, я лучше прогуляюсь! — девушке хотелось как можно быстрее расстаться с этим местом и его обитателями. — До города далеко, а время уже позднее. К тому же вы легко одеты. Я не прощу себя, если с вами по дороге что-нибудь случится или вы заболеете. — парень улыбнулся и открыл перед ней заднюю дверь машины. — Тогда отвезите меня домой, — поняв, что он прав, Аюзава нерешительно села на кожаное сиденье. Машина с тихим шорохом тронулась. Несмотря на то, что в машине было тепло, девушка чувствовала озноб. Она вновь и вновь проигрывала в памяти недавний разговор с президентом Миябигаока. Что значило его признание? Неужели он серьезен? Или это часть какого-то его плана? Кажется, он очень много знал об Усуи. Гораздо больше, чем она. Сердце опять защемило. Она привыкла принимать присутствие Усуи как нечто должное, он всегда ошивался где-то поблизости, дурачился и подшучивал над ней, но всегда приходил на помощь. А она только ругалась и злилась на него. Почему он терпел все это? Почему он вообще оказался в школе Сейка, если он богат? Причем, если верить словам Игараси, семья Усуи очень богата и влиятельна. Так почему же он живет один? Она внезапно вспомнила другие слова недавнего собеседника: «Скажи, по-прежнему в ваших отношениях инициатива исходит только от Усуи? Это так жестоко с твоей стороны». Неужели она и правда жестока? Как себя чувствует Усуи, рассказывая о своих чувствах и не получая от нее ничего взамен? Это, должно быть, очень больно… Внезапно она поняла, что надо делать. — Остановите машину! Дальше я дойду сама! Она выскочила, едва автомобиль успел затормозить, и понеслась по пустынным ночным улицам. «Как же я могла быть такой слепой? Как я могла ожидать от него откровенности, если сама постоянно лгу?!» Подбегая к подъезду дома Усуи, девушка увидела, что из него кто-то выходит, и ускорилась. — Подождите! Не закрывайте дверь! Парочка, выходившая из подъезда, шарахнулась в сторону, пропуская несущуюся девушку. Поднимаясь на лифте, Аюзава притопывала, подгоняя медленно ползущую вверх конструкцию. Последний этаж, комната 000. Припав к кнопке звонка, она смогла, наконец, перевести дыхание. Дверь распахнулась. Усуи в штанах от пижамы и с взлохмаченными волосами удивленно уставился на нее. Не говоря ни слова, девушка бросилась ему на шею и прильнула к его губам. «Я люблю тебя! Люблю!» Оторвавшись от поцелуя, она тихо прошептала: — Пожалуйста, расскажи мне о себе… *** Усуи заварил чай, одну кружку поставил на журнальный столик перед девушкой, а с другой уселся на диван рядом. — Так ты, наконец, что-то поняла, — он посмотрел на Мисаки и тепло улыбнулся. — Что именно тебя интересует? — Все! — выпалила девушка. Парень засмеялся. — Ну, на все нам одной ночи не хватит. К тому же я собирался оставить немного времени на то, чтобы потискать тебя. Раз уж ты сама пришла ко мне посреди ночи… Аюзава залилась краской. — Ты опять дурачишься! Пожалуйста! Я правда очень хочу знать, кто такой Усуи Такуми. Увидев ее серьезное лицо, парень и сам посерьезнел. — Хорошо, тогда я выделю основные моменты, а ты спрашивай, если захочешь узнать о чем-то подробнее. Моя бабушка была японкой, а дед — англичанином. Ему-то я и обязан цветом своих волос. Мой отец… вероятно, жив. А мама умерла, когда я родился. Она была дамой из высшего общества, и меня взяли на воспитание ее богатые родственники. Они рассказывали, что мама была одержима путешествиями даже после рождения ребенка. Она хотела побывать во всех уголках планеты. И однажды, будучи в Японии, она повстречала моего папу. — Будучи в Японии? Так ты не… — Я родился в Великобритании, но рос в доме семьи моей японской бабушки. Так как я — сын своей мамы и мужчины, которого она встретила в Японии, мое существование тщательно скрывали. Я никогда не ходил в школу — учителя приходили к нам домой. Семья решила, что до определенного момента возьмет на себя все расходы на мое содержание, а потом мне будет дана возможность жить простой жизнью. Чтобы при приеме на работу я не выглядел подозрительно, было решено, что я окончу старшую школу. Выбирал я наугад, главное было, чтобы это была обычная школа, где меня вряд ли раскроют. Так я оказался в Сейке. Он замолчал. Аюзава пыталась переварить все, что только что услышала. — Ты… расстроена? — парень заглянул ей в глаза, пытаясь понять, о чем она думает. — Как видишь, я не связан с мафией, и не богатенький наследник, и не принц из далекой страны. — А твой брат? Что ему нужно от тебя? — Думаю, он никак не может простить маму за то, что связалась с другим мужчиной. И он винит меня в ее смерти. — Но это же так несправедливо! Ты же ни в чем не виноват! Усуи грустно улыбнулся. — Я не хотел, чтобы ты меня жалела. Мисаки опустила голову. — Ты как будто специально дразнишь меня, делая такой трогательный вид, — он поставил чашку на столик и приблизился к девушке, приподнимая ее лицо за подбородок. Провел большим пальцем по ее щеке, по губам. И поцеловал. — Куда, черт возьми, ты положил свою руку?! — взгляд Аюзавы не предвещал ничего хорошего. — Тебе на грудь, — невозмутимо ответил Усуи. От его откровенности девушка разозлилась еще сильнее. Тем более, что рука парня по-прежнему сжимала ее грудь. — Убери от меня свои лапы, извращенец! — она отползла от него в противоположный угол дивана. — Ну Миса-чан, я только легонечко! Ты ничего и не почувствуешь! — Тогда зачем мне это, если я ничего не почувствую?! — А ты хочешь почувствовать? Я могу предложить тебе что-нибудь другое… — он подсел поближе. — Не приближайся ко мне, извращенец! — она прикрыла грудь руками и закинула ногу на ногу, стараясь как можно сильнее закрыться от приближающегося парня. — Миса-чан, у тебя юбка задралась, и трусики видно. Подскочив, девушка начала пятиться подальше от дивана, пытаясь прикрыть себя руками и спереди, и сзади одновременно. Однако парень не собирался отставать. Почувствовав спиной стену, Мисаки перестала сопротивляться и посмотрела в глаза Такуми. Он уперся рукой в стену возле ее головы, медленно наклонился и поцеловал. Она ответила. Положив свободную руку ей на талию и не прерывая поцелуя, парень начал медленно продвигаться выше. Дойдя до груди, он легко сжал ее. Мисаки зажмурилась и задрожала. Парень отстранился. — Извини, что давлю на тебя. Я хочу, чтобы, когда ты будешь готова, я мог смотреть в твои глаза. — он улыбнулся и взял ее за руку. — Я провожу тебя. *** На следующий день в школе Мисаки пыталась погрузиться в работу, но в памяти постоянно всплывала последняя сцена в квартире Усуи, и щеки заливал румянец. Конечно, у них с Такуми был момент и похлеще, но тогда она была под действием гипноза, и все происходило как будто с другим человеком. Сейчас же она чувствовала какую-то грусть, недовольство тем, как все закончилось накануне, а потому злилась. Конечно же, на Такуми. — Привет! — он непринужденной походкой вошел в комнату студсовета и уселся на свое обычное место. Мисаки не могла поверить своим глазам — он вел себя так, словно ничего не было! Неужели это тот же самый человек? Но… Теперь она знала его немного лучше… *** — Президент, ты с меня весь день глаз не сводишь, — он затянул девушку в пустой класс, когда та шла по школьному коридору. — Соскучилась? Или жалеешь, что ничего не было? В его взгляде плясали веселые искорки. — Ни о чем я не жалею, — Мисаки покраснела, опять вспомнив вчерашнее. — Просто… Просто я рада, что смогла что-то узнать о тебе. — Ты сможешь узнать обо мне все, что захочешь… — он наклонился и поцеловал ее. *** — Аюзава Мисаки-сан? — эта интонация, этот голос, она сразу узнала его. Именно этот голос обвинил ее в том, что Усуи в коме. Повернувшись, она ожидала наткнуться на тот же холодный взгляд, но позвавший ее человек лучезарно улыбался. — Простите, кажется, наша прошлая встреча была не очень удачной, и я позволил себе некоторую грубость. Но я так волновался за братишку, что просто потерял голову. Приношу свои глубокие извинения. Он поклонился. — Позвольте представиться, меня зовут Джерард Волкер. Как вы, наверное, уже поняли, я — старший брат Усуи Такуми. Сводный брат. Мисаки никак не могла оправиться от первоначального шока. Тем более, что человек совсем не походил поведением на того, которого она встретила в больнице. Однако, не было никаких сомнений, что перед нею тот же человек с холодными изумрудными глазами. — Вы позволите пригласить вас куда-нибудь? Я бы хотел обсудить некоторые вопросы касательно моего брата. «И почему надо было выбрать такое роскошное место?» Аюзава чувствовала себя скованно, сидя за столиком дорогого ресторана, куда ее привел Джерард. Она все еще не могла забыть его слова, сказанные в больнице. «Надеюсь, вы понимаете, что все произошедшее — это ваша вина? Что из-за вас он оказался в том подвале». Девушка по-прежнему не понимала, почему он сказал это. И если семья матери отказалась от Усуи, то что же от него надо брату? — Позвольте сначала поинтересоваться, что Такуми рассказал вам о себе? — перед ним стояла чашка с кофе, но он даже не притронулся к напитку, пристально глядя на Мисаки. — Не особо много. Только то, что у него есть сводный брат, — девушка решила пока не рассказывать, что знает тайну рождения Усуи. — Вот как? — Аюзаве показалось, или собеседник как будто вздохнул… с облегчением? — Тогда вам, наверное, будет интересно узнать, что в скором времени Такуми предстоит занять свое место в семье. Уверен, такой выдающийся молодой человек сможет с достоинством носить фамилию Волкер. Однако, сам он не понимает, какие надежды все на него возлагают. И основная причина, почему он сопротивляется — это вы, Аюзава-сан. Я наслышан о ваших способностях: вы успешны в учебе, являетесь президентом школьного студсовета. Под вашим руководством имидж школы Сейка начал меняться в лучшую сторону. Уверен, мне нет необходимости объяснять вам, что ради блага Такуми вам лучше отказаться от него. Последняя фраза была произнесена тем же ледяным тоном, который Мисаки слышала в больнице. Собеседник по-прежнему улыбался, но его тяжелый взгляд пронизывал девушку насквозь. Ей стало трудно дышать. — Вы хотите, чтобы я… — … разорвала любые отношения с Усуи Такуми! Кажется, вы все верно поняли. И я надеюсь на ваше благоразумие — Такуми не обязательно знать о нашем разговоре. Пожалуйста, обдумайте все как следует. Мне было бы очень неприятно, если бы нам пришлось повторить этот разговор. В следующий раз я не буду столь любезен, — он опять лучезарно улыбнулся и поднялся с места. — Пожалуйста, заказывайте все, что пожелаете, я угощаю. А меня ждут другие дела. Он слегка поклонился и направился к выходу. Аюзава резко поднялась из-за стола и выкрикнула ему вслед. — Вам не кажется, что ваш брат сам в праве решать, как ему жить? Молодой человек остановился, но не обернулся. — Я так понимаю, это и есть ваш ответ? — не дожидаясь, пока она еще что-нибудь скажет, он удалился. Аюзава выскочила из ресторана и смогла, наконец, сделать вдох. Нет сомнений — этот человек сдержит свое обещание, если она не выполнит его требование. Стоит ли рассказать Усуи? Она не хотела беспокоить его, но решила, что ему следует знать о произошедшем. *** — И? О чем ты хотел поговорить? — Усуи стоял в комнате президента студсовета школы Миябигаока, засунув руки в карманы брюк. — Кажется, нам раньше не доводилось как следует пообщаться, Усуи Такуми. Или мне следует называть тебя Такуми Волкер? — Игараси Тора встал из-за своего стола и приблизился к гостю. Усуи не подал вида, что его удивили познания Игараси о его семейных делах. — Как и следовало ожидать, ты хорошо информирован. — Информация в нашем мире решает все, а мне предстоит стать наследником Игараси Групп, поэтому я стараюсь быть в курсе того, с кем мне предстоит иметь дело в будущем. — Кажется, в этот раз твоя информация не верна — я не имею ничего общего с семьей Волкер. — И ты действительно надеешься, что тебе позволят жить обычной жизнью? С этой девушкой… — Игараси протянул Усуи лист бумаги, который до этого держал в руке. Это была фотография, на которой была изображена спящая Мисаки. Она была в той же одежде, в которой пришла на свидание с Усуи, а интерьер комнаты походил на интерьер, который окружал их сейчас. Усуи ошарашенно уставился на фото, сжав кулаки. — Что ты с ней сделал? — его голос звучал угрожающе. — Она была у меня прошлой ночью, — спокойно ответил Игараси с ехидной улыбкой. — И сказала интересные вещи. Он вернулся к столу, взял с него небольшой предмет и включил запись. Послышался голос Аюзавы. — Боюсь, мы с вами принадлежим к разным мирам. — Прошу, не беспокойся об этом! Я приложу все необходимые усилия, чтобы ты смогла войти в мой мир и занять в нем достойное место. Разве любовь не сметает все преграды на своем пути? — Это невозможно… нам с вами… быть вместе. Нас разделяет пропасть, которую так просто не преодолеть. — Ты хочешь сказать, что богатые и бедные не могут быть вместе? Даже если любят друг друга? — Нет. Рано или поздно разница в их положении проявится. Они с самого рождения растут и воспитываются в разных условиях, которые создают вокруг каждого из них высокую стену. Тот, кто решит ее преодолеть, неминуемо пострадает и уже не будет прежним. — Мне жаль разочаровывать тебя, но, похоже, она не собирается составить тебе компанию, — Игараси злорадствовал, с любопытством поглядывая на собеседника. — Какая интересная девушка! Может, тебе стоит прислушаться к ее словам и оставить бессмысленное барахтанье? Против вас выступают могущественные силы. Неужели ты действительно веришь, что вы сможете им противостоять? А захочет ли она этого? — Ты так ничего и не понял, — Усуи пристально уставился на президента Миябигаока. — Когда речь идет об Аюзаве, ни в чем нельзя быть уверенным. Он улыбнулся. — Она отшила тебя, не так ли, президент? Улыбка исчезла с лица Игараси, сменившись злобным выражением. — Прямо сейчас у нее происходит интересный разговор с твоим братом. Для ее же блага будет лучше, если она не выкинет чего-нибудь необдуманного. Но это же Аюзава! Как думаешь, что он с ней сделает? Усуи подскочил к Игараси и схватил того за отворот пиджака. — Где они? — прошипел он. — В ресторане «Маэстро». Тебе лучше поторопиться! — Тора зловеще рассмеялся. Усуи вылетел из комнаты и помчался по коридорам Миябигаока. До ресторана было недалеко. Ворота школы, улица с редкими прохожими, которые шарахались в стороны от несущегося парня. Перекресток со светофором… не дожидаясь зеленого света, парень выбежал на проезжую часть, лавируя между машинами, которые сердито гудели ему вслед. Еще одна улица — здесь людей было больше. Усуи налетал на них и, не оборачиваясь, бежал дальше. Остался последний поворот! Выбежав за угол, он увидел Аюзаву, стоящую у выхода из ресторана на противоположной стороне улицы. Внезапно перед нею затормозил черный автомобиль с тонированными стеклами. Двое людей в черных костюмах накинулись на девушку и потащили в машину. Она пыталась сопротивляться, но эти люди были профессионалами. Усуи бросился наперерез тронувшемуся автомобилю и встал перед ним. Водитель нажал на тормоз, не рискуя ехать дальше. «Так я и думал, вы знаете, кто я такой!» Из машины опять выскочили те двое, что схватили Мисаки. Внутри у Такуми пылала ярость. Он смел их, не задумываясь о том, насколько они пострадали от его ударов, и открыл заднюю дверь машины. — Аюзава, бежим! Нужно торопиться, пока не подоспела подмога! Ей не надо было повторять дважды. Они понеслись по улицам, стараясь убежать как можно дальше.