Белые хризантемы

Пробежав несколько кварталов и убедившись, что погони нет, Усуи и Аюзава перешли на шаг. — Кто это был? И что им нужно от меня? — девушка тяжело дышала после длительного бега. — Это люди моего брата. Кажется, он не очень доволен тем, как прошел ваш разговор. — И пытался меня похитить?! Для чего? — Аюзава, этот человек опасен! Он ни перед чем не остановится, чтобы добиться своей цели. Мне следовало предупредить тебя, чтобы не разговаривала с ним. — Кстати, а откуда ты вообще узнал о том, что я с ним говорила? Парень помолчал, раздумывая над ответом. — От президента Игараси. — Что?! Ты с ним общался? — Как и ты. Как долго ты планировала скрывать это от меня? Девушка опешила. — Я… я не скрывала… Просто… Не было возможности рассказать… — Ладно, оставим это пока. Сейчас надо обдумать план наших дальнейших действий. — Какой еще план? Я иду домой! — Нет, не идешь. Они наверняка будут поджидать тебя там. И тогда можешь пострадать не только ты, но и твоя семья. Ко мне тоже нельзя. Думаю, будет лучше, если мы уедем из города на какое-то время… — Что значит «уедем из города»? А как же школа? Работа? Я не могу вот так все бросить! Он схватил ее за плечи и развернул к себе. — Послушай, президент, все очень серьезно! Сейчас нам нужно выиграть время, чтобы все обдумать. В городе нас будут искать. На работе и в школе скажешь, что заболела. С твоей мамой проблем тоже не будет. Мисаки впервые видела Усуи таким встревоженным и серьезным. Это заставило ее задуматься о том, что он знает что-то, чего не знает она. Но, попросив его рассказать о себе, она приняла на себя ответственность за его секрет. Отступать было некуда. Она вздохнула. — Хорошо. Что ты предлагаешь? Времени на то, чтобы заехать домой, не было, поэтому беглецы отправились прямиком на автобусную станцию. Выбрав ближайший пригородный рейс, они купили билеты и заняли свои места в автобусе. Времени до отправления едва хватило, чтобы прикупить кое-какой еды и воды в небольшом станционном магазинчике. — Ух, ты, мы с Мисой-чан едем в романтическое путешествие! — Усуи подпрыгивал на сиденье. От его недавней серьезности не осталось и следа. — Никакое это не романтическое путешествие! — Мисаки залилась краской. — Нам просто нужно пару дней, чтобы ситуация улеглась. — Б-у-у! Вредина! — парень демонстративно надулся и отвернулся к окну. Мисаки не увидела, как его взгляд стал жестким, пробегая по толпе прохожих в поисках преследователей. Автобус был в пути уже часа два, и еще ни разу не остановился. Сообразив, что они понятия не имеют, куда едут, ребята стали смотреть в окно, выбирая подходящее место. Но жилые районы давно закончились, и за окном лишь мелькали деревья. — Если не ошибаюсь, эта дорога поднимается в горы, значит, впереди нас ждет только лес. — Мисаки-чан, ты и это знаешь? — Надо было внимательней слушать учителя на занятиях по родному краю! — Пф, мой-то родной край не здесь… Думаю, нет смысла ехать дальше. Он дошел до двери и нажал кнопку остановки по требованию. Через несколько минут машина остановилась и выпустила парочку. Посмотрев вслед удаляющемуся автобусу, они оглянулись вокруг. Место было тихим и безлюдным. Лишь козырек автобусной остановки свидетельствовал о том, что это место не совсем заброшено. Со всех сторон к дороге подступал густой смешанный лес. Некоторые деревья уже лишились листвы, другие же еще красовались в своих ярких осенних нарядах. От остановки в глубь леса уходила едва различимая тропинка, по ней ребята и пошли. Под сводом деревьев стало прохладнее, да и солнце уже клонилось к закату. Усуи зашуршал сумкой, которую нес в руке, и выудил из нее тонкий плед. — Вот, накинь на плечи. Ничего другого на станции не было, но это все же лучше, чем ничего, — он обернул девушку в мягкий материал. — Спасибо. А как же ты? — Обойдусь! К тому же, если я заболею, Миса-чан опять будет за мной ухаживать, — он расплылся в улыбке. — Ты что, мазохист? — пробурчала девушка себе под нос. Тропинка была узкой, так что приходилось идти по одному. Аюзава шла впереди, вглядываясь между деревьев в надежде разглядеть какое-нибудь жилище. Ведь кто-то проложил здесь тропинку? Тишина леса, нарушаемая лишь шорохом их шагов, способствовала размышлениям. На станции Усуи дал девушке телефон, чтобы позвонила домой, в школу и на работу. Мама к новости о том, что дочь уедет на пару дней, отнеслась спокойно. «Если Усуи с тобой, то мне не о чем волноваться». Ну-ну… Начальница визжала в трубку «Моэ-моэ» и сказала не торопиться с возвращением. И о чем это она подумала? Только Юкимуре пришлось соврать, притворившись больной. Он выслушал распоряжения президента с заметным беспокойством в голосе. Ну да, он же вице-президент, ему будет даже полезно постоять у руля. Однако, как она вообще умудрилась оказаться в такой ситуации? Вот так внезапно сорваться в лес, без плана, без подготовки. На улице осень, и если днем еще было относительно тепло, то ночью им придется несладко. А тропинка все петляла между деревьев, уводя глубже в лес. Хоть бы скорее найти людей. Девушка надеялась, что удастся договориться с ними о ночлеге. — Смотри, смотри, Миса-чан, сколько я грибов нашел! — радостный голос вывел Мисаки из задумчивости. Она обернулась и застыла. — Идиот, это же поганки! Они несъедобные! — девушка заорала на парня, сжимавшего целую охапку грибов. — Но они такие красивые! Посмотри, у этого красная шляпка с белыми точками. — Это мухомор! Его тоже нельзя есть. — Даже если пожарить на костре? А я так старался, собирал… Миса-чан, ты такая жестокая! Аюзава зашагала дальше, не обращая внимания на обиженные вопли парня, идущего позади нее. — Уже почти стемнело, а мы так и не вышли к людям. Видимо, придется заночевать в лесу. — Что-о-о-о? Но здесь нет ни душа, ни кровати. Мисаки закатила глаза и вздохнула. Перспектива ночевать в лесу и так ее не прельщала, а тут еще этот, постоянно ноющий, попутчик. — Послушай сюда! Это была твоя идея — уехать из города. Так будь добр, веди себя адекватно! — Но, Миса-чан, я никогда не жил в подобных условиях. И меня никогда не водили в походы. Я даже не знаю, как разжечь огонь. Девушка опять вздохнула. — Тогда делай то, что я скажу. Во-первых, надо собрать дров. Выбирай сухие и не очень толстые поленья. И щепок набери! Во-вторых, надо наломать еловых веток, сложить их в кучу и насыпать сверху сухих листьев — на этом мы будем спать. Отдельно приготовить сухие листья, чтобы ими укрыться. Крупных животных тут быть не должно, поэтому сигнализацию можно не ставить. Для нас сейчас главная проблема — это холод. Еды и воды у нас достаточно, но они не помогут, если мы замерзнем. — Ух ты, так мы собираемся раздеться догола и прижаться друг к другу, чтобы согреваться теплом наших тел?! — И не мечтай! Будешь согреваться работой! — Б-у-у! Миса-чан — зануда! — парень надул губы и скрылся за кустами. Аюзава посмотрела ему вслед, а затем принялась за обустройство поляны для ночлега. Раньше ей не приходилось выживать в диких условиях, но она имела представление о том, как это делается. А раз на спутника особо положиться в этом вопросе нельзя, придется самой все организовывать. Она нашла густой кустарник, который образовывал небольшое убежище. Если постелить что-нибудь на землю, то вполне сойдет для ночевки. К счастью, в последнее время не было дождей, поэтому сухих дров было достаточно. Мисаки попыталась тереть между ладоней палочку, чтобы вызвать огонь, но в телепередачах это выходило лучше. У нее же даже дыма не появилось. Без костра их шансы замерзнуть и заболеть были очень высоки. Что же делать? Она продолжала тереть, злясь все больше и больше. Внезапно она почувствовала, как чьи-то руки обняли ее сзади и сжали грудь. — Ничего, если ты не сможешь разжечь огонь, я согрею тебя в своих объятиях. — Да что ты себе позволяешь?! — она начала тереть палку еще сильнее, едва сдерживаясь, чтобы не врезать обнимавшему ее парню. Сначала показалась тоненькая струйка полупрозрачного дыма, который вскоре стал гуще и белее. «Так, теперь подложить соломы и аккуратно дуть!» Маленький алый огонек возвестил о том, что ее усилия увенчались успехом. Теперь можно и с этим извращенцем разобраться… — А ну иди сюда, трус несчастный! Решил воспользоваться моментом, пока у меня руки заняты?! Сейчас я тебе твои поотрываю! — Аюзава бегала по поляне, пытаясь схватит убегающего парня. — Миса-чан, ты так кричишь, что сюда скоро сбегутся дикие звери! — Ну и пускай, заодно и поужинаем. Я сейчас так зла, что кабана бы завалила! — Кстати, а ты когда-нибудь пробовала кабанятину? Если ее сначала вымочить в красном вине, то мясо становится нежным и сладковатым на вкус. Ошарашенная такой неожиданной информацией, Мисаки прекратила погоню. — Ты что, ел кабана? — Конечно! И лягушек, и черепах, и скорпионов. Ты же знаешь, что я гений на кухне! Принеси мне тушку животного, и я его приготовлю так, что тебя за уши не оттащишь. — Никого я тебе не понесу! На сегодня еды у нас хватит, а завтра мы наверняка выйдем к людям. Она подошла к сумке с провизией и начала в ней рыться. — Это что еще за хрень?! Чипсы, шоколадки, леденцы… А где еда? — А это не сойдет? О-бенто у них не было, поэтому я покидал в сумку то, что обычно люблю грызть перед сном. — От соленого и сладкого нам захочется пить, а воды и так мало… Девушка обессиленно опустилась на землю, сил ругаться на этого идиота у нее больше не было. — Спать придется вместе — так теплее. Но руки свои держи при себе, иначе свяжу! Надо накидать побольше дров в костер, но все равно ночью придется подкинуть еще, чтобы огонь не потух… — она еще не успела договорить, а Усуи уже залез на их самодельную постель и похлопывал рукой по месту рядом с собой. Как же Аюзаве хотелось сбить с его лица эту довольную ухмылку! Но сил хватило только на то, чтобы лечь рядом, накрыться пледом и забросать себя сухими листьями. Со стороны спины чувствовалось тепло тела Усуи, и девушка быстро погрузилась в сон. — Молодец, Аюзава… — Такуми убрал прядь волос с лица девушки, поцеловал ее в щеку и обнял сзади, зарывшись лицом в волосы у нее на затылке. *** Солнечный луч робко осветил верхушки деревьев, пробежался по кустам и скользнул по лицам спящих парня и девушки. Его движение заставило девушку поморщиться и открыть глаза. Сначала она соображала, почему вместо привычной комнаты ее взгляд уперся в основание какого-то куста. Потом заныло тело, жалуясь на неудобную постель. Однако тепло обнимающего ее парня, его ровное дыхание заставило ее затаиться не шевелясь, наслаждаясь близостью любимого человека. Усуи зашевелился и сильнее прижал к себе Аюзаву. — Это еще что за фигня?! — вопль вспугнул птиц с близлежащих деревьев и затерялся между деревьями. Аюзава резко села и начала пятиться в сторону. — Миса-чан, ну что ты так кричишь с утра пораньше? — пробормотал Усуи сонно. — Ты, извращенец, чем ты там в меня тыкал? — Ничем таким уж страшным. Это нормальная утренняя реакция мужчины. — Постарайся лучше контролировать свои реакции! — она поднялась и зашагала в сторону кустов. Когда она вернулась, Усуи сидел на их лежаке и зевал. Мисаки протянула ему еловую ветку. — Вот! Разжуй один конец, чтобы получилась кисточка. Так можно почистить зубы и освежить дыхание. — Ого, правда? Миса-чан, ты столько всего знаешь, словно всю жизнь в лесу прожила! — Просто хорошо усваиваю информацию. Поторопись, нам пора двигаться в путь. — А ты разве не приготовишь завтрак? — Какой завтрак? Печеные на костре леденцы? Благодаря твоей пустой башке завтрака у нас нет! — она со злостью начала складывать их скромные пожитки в сумку. В путь они тронулись в тишине. Мисаки злилась, а Усуи старался не попадаться ей под руку. Погода была солнечная, по лесу разносились трели птиц, тропинка весело бежала впереди и не собиралась заканчиваться. Через пару часов пути пара решила сделать привал. Желудки сводило от голода. Ребята попытались обмануть их водой, но это слабо помогло. — Если мы скоро не найдем людей, нам несдобровать. Еды нет, вода на исходе, а этот чертов лес все не заканчивается, — Аюзава сидела на камне, уставившись в землю у своих ног. — Какая же я была идиотка, что понеслась за тобой неизвестно куда. — Можно подумать, что если бы люди Джерарда добрались до тебя, ты бы сейчас жареных рябчиков ела! — Зачем я вообще связалась с тобой?! — прошептала Мисаки тихо. — Аюзава, ты это… серьезно? — Такуми грустно посмотрел на нее. Повисла тишина. — Аааааггггрррррр! — зарычала Мисаки. Она схватила большой камень, валяющийся у ее ног, подняла его над головой и бросила в сторону со всей силы накопившихся за последние пару дней эмоций. Раздался писк. Изумленно посмотрев друг на друга, парочка пошла к тому месту, где упал камень. Рядом с ним лежало безжизненное тело белки. — Миса-чан, ты убила белочку? А-а-а! Не зря тебя называют демоном в юбке. Жестокая, жестокая Миса-чан! Оправившись от изумления, Аюзава потрогала неподвижное животное носком ботинка, потом ткнула пальцем и, наконец, подняла за хвост. — Ты же сказал принести тебе тушку. На, показывай, на что ты способен. — Ты хочешь, чтобы я приготовил… белку? Боюсь, такой рецепт в обычной поваренной книге не встретишь. — Ну так придумай что-нибудь, гений ножа! — А вдруг она больная? В этот момент животное в руке у девушки начало дергаться, пытаясь вырваться. Мисаки разжала руку и отпрыгнула в сторону. Белка побежала к кустам, растущим неподалеку, взобралась на плечо мужчины в балахоне и сердито затрещала на ребят. Парень с девушкой уставились на незнакомца.