Наложница принца огня

      Катаре снился Зуко. Не тот Зуко, который несколько месяцев назад преследовал их с Аангом и Соккой по всему миру, а тот, какого она в нем видела теперь. Обыкновенного парня. Приятного, благородного и очень привлекательного.       Во сне они шли через огромное поле, сплошь усыпанное крупными, ярко-красными, ароматными цветами, которые Зуко называл огненными лилиями. Зуко держал Катару за руку, и она безмятежно наслаждалась прикосновениями его ладони. Чувство защищенности и сладкого умиротворения разливались по ее телу. Ей было хорошо и очень спокойно.       Полю не было конца и края. Они шли, шли и шли, а потом, сморенные усталостью, не сговариваясь, опустились на траву. Цветы вокруг источали сладкий, приторный аромат. Тихо стрекотали насекомые, и раздавался едва слышный шелест, похожий на шелест дождя, хотя небо было прозрачным и безоблачным, и солнечные лучи мягко согревали землю.       Катара вытянулась на траве, откинувшись на спину, а Зуко лежал рядом, подперев голову рукой, и неотрывно глядел на нее. Казалось, что все вокруг было живым. Незаметное, но непрерывное движение цветов и травы. Шорохи. Шелест. Шепот. Дыхание. Катара лежала неподвижно, и с каждой минутой в ее груди нарастало смутное волнение, тихий внутренний трепет. Зуко молча смотрел на нее, и в его золотистых глазах плясало пламя. Такое живое, горячее и притягательное, что Катара просто не могла оторвать от них взгляда.       В воздухе витала тихая мелодия. Она обволакивала и заполняла все вокруг, и Катара чувствовала, что все глубже и глубже погружается в блаженную, сладкую негу. А потом Зуко медленно склонился над ней, так, что она ощутила его горячее дыхание на своей щеке. Катара закрыла глаза, сама подставляя губы под его поцелуй, и в следующее мгновение ощутила прикосновение его горячего рта, которое вдруг разом выдернуло ее из сновидения.       Вскинувшись, Катара распахнула глаза, возвращаясь в реальность. Первое, что она увидела – это лицо Зуко прямо перед собой. Пробуждение было таким резким, что она даже не могла понять, поцеловал ли он ее на самом деле, или ей это просто приснилось. Катара растерянно уставилась на Зуко, пытаясь осознать, что происходит, но вдруг краем глаза заметила какой-то темный силуэт за окном. Шпион! Она резко подалась вперед и, обхватив Зуко за шею, притянула его к себе.       Зуко буквально одеревенел. Катара почувствовала, как напряглись его плечи, как участилось его дыхание.       – Катара… – прерывисто выдохнул он.       – Тшш, – едва слышно прошептала она, прижавшись щекой к его щеке. – Он следит.       Катара изо всех сил пыталась сдержать собственный внутренний трепет. Тепло тела Зуко, его запах, ощущение его стальных мускулов – все это буквально опьяняло ее, разливаясь приятной слабостью по всему телу, так же, как это было во сне. Она понимала, что Зуко сейчас ничуть не легче, чем ей самой, но им необходимо было продолжать эту игру, чтобы не выдать себя.       Руки Зуко сперва неловко, а потом чуть увереннее обвились вокруг ее талии, и Катара медленно выдохнула. Как только Зуко обнял ее, она сразу почувствовала себя в безопасности. Даже шпион за окном не казался ей таким опасным в его присутствии.       – Спасибо, – шепнула она, уткнувшись лицом в его шею.       Зуко помедлил несколько секунд, а затем так же тихо переспросил:       – Спасибо? За что?       – За все. – Катара закрыла глаза, наслаждаясь теплом его тела. Она уже окончательно проснулась, но делала вид, что все еще находится в полудреме, чтобы понежиться в его объятиях немного дольше. – Спасибо.       Зуко медленно провел ладонью по ее волосам, путаясь пальцами в нерасчесанных прядях, а потом вдруг резко убрал руку, словно сам испугался этого жеста.       – Я сегодня был в библиотеке, – быстро прошептал он. – Думаю, я нашел то, что нам нужно.       Сердце Катары вновь переполнилось безграничной благодарностью. Она слегка отстранилась, чтобы заглянуть Зуко в глаза. Среди всех этих шпионов, врагов и недоброжелателей он был единственным, кто на самом деле хотел помочь ей. Он был единственным, кому она могла довериться.       – Ты узнал про реку?       Зуко утвердительно кивнул.       – Да. Я узнал, как попасть в ту пещеру. Осталось только добыть снотворное, и сделать это так, чтобы ни у кого не вызывать подозрений.       Катара нахмурилась. А ведь действительно, согласно их с Зуко плану ей нужно будет подмешать снотворное в питье тюремщиков Аанга. А если Зуко накануне прикажет принести ему снотворного, то подозрения, конечно же, сразу падут на него.       – Так… что ты придумал?       – Еще ничего. – Он отвел взгляд в сторону. – У меня не было времени. Азула… – Он запнулся на секунду. – В общем, она не дала мне возможности поработать над планом.       При одном упоминании Азулы настроение Катары разом испортилось. Она угрюмо опустила голову, но в этот момент Зуко неожиданно подхватил ее на руки и вскочил с пола.       – Ай! – Катара судорожно вцепилась в его плечи, когда ноги внезапно лишились опоры. – Что ты делаешь?       – Несу тебя спать на кровать, – уже довольно громко ответил Зуко. – С чего это ты вдруг удумала спать в гардеробной?       – Я не собиралась там спать. Мне просто хотелось посидеть в уголке, подумать. Ну вот я как-то и заснула… Отпусти!       Зуко тихо хмыкнул в ответ, однако рук не разжал. В несколько шагов преодолев расстояние до кровати, он низко склонился, аккуратно опустил Катару на покрывало и замер, нависнув над ней. У Катары даже дыхание перехватило. Все происходило совсем как в ее сновидении. Они, застыв на месте, несколько секунд пристально смотрели друг другу в глаза, а потом Катара отвела взгляд и, ужом соскользнув с кровати, поднялась на ноги.       – Мне нужно… приготовиться ко сну, – пробормотала она и, не отрывая глаз от пола, поспешила к ванной комнате.       Войдя в ванную, Катара задвинула за собой дверь, но, помедлив, снова чуть отодвинула ее и осторожно выглянула в образовавшуюся щелочку.       Зуко сидел на краю кровати, упираясь локтями в колени и закрыв лицо ладонями. Он не знал, что Катара смотрит на него, и она, чуть склонив голову и поджав губы, пристально наблюдала за ним некоторое время. Духи, что же это такое с ними творится?              Эту ночь Катара и Зуко вновь провели в одной постели. Как и накануне, Зуко лег на самый край кровати но, в отличие от предыдущей ночи, тут же уснул. Катара же заснуть не могла. В памяти ее то и дело всплывал недавний сон, и сердце тут же начинало колотиться, как сумасшедшее. Она лежала неподвижно, слушая ставшее глубоким и спокойным дыхание Зуко, и боролась с отчаянным желанием придвинуться к нему, прижаться, обнять, провести пальцами по его плечу… Катара то жмурилась, прижимая веки ладонями, то, наоборот, распахивала глаза и подолгу глядела в темноту. А потом как-то незаметно уснула.              Проснувшись утром, Катара не обнаружила Зуко рядом с собой – видимо он, как обычно, проснулся на рассвете и сразу ушел. Зажмурившись, она сладко потянулась, окончательно просыпаясь, и отбросила одеяло в сторону.       – Доброе утро.       Катара даже вскрикнула от неожиданности, схватилась за одеяло, натянув его до самого подбородка, и испуганно оглянулась. Зуко стоял в дверях ванной комнаты и с преувеличенным удивлением смотрел на нее.       – Что с тобой?       – Ты зачем меня так пугаешь? – огрызнулась Катара, рассердившись сама на себя за такую бурную реакцию.       Здоровая бровь Зуко изумленно взлетела вверх.       – Пугаю? Тем, что поздоровался? А как у вас, на Южном полюсе, принято приветствовать друг друга по утрам? Отплясывать ритуальный танец?       Катара тем временем уже выбралась из кровати и принялась натягивать халат.       – Моим соплеменникам, в отличие от тебя, плясать некогда. У нас же нет толпы слуг, которые все делают за нас, – не осталась она в долгу. Подойдя к Зуко, она демонстративно заглянула в ванную через его плечо. – Что ты там делал? Умывался? А где же служанки?       Зуко недоуменно вытаращился на нее.       – Какие служанки?       – Ну, как же? В их же обязанности входит помочь тебе вымыться и переодеться.       – Ах, так вот ты о чем! – Зуко коротко рассмеялся, чем разозлил Катару еще сильнее. – То-то твоя прислужница говорила, что ты отказываешься от ее услуг.       Катара раздраженно фыркнула.       – Что тут смешного? Может, для тебя это и нормально, что тебя моют и одевают служанки, но я…       – Да никто меня не моет и не одевает! – перебил ее Зуко, нетерпеливо махнув рукой. – Во-первых, в штат моей личной прислуги входят только мужчины. Так же, как в штат прислуги женщин – только женщины. Это закон. А, во-вторых, ты все неправильно поняла. Слуги просто могут приготовить ванну, ну или помочь с прической или верхней одеждой. В этом нет ничего ненормального. Ты когда-нибудь пробовала самостоятельно закрепить на себе наплечники или доспехи? Поверь, это совсем непросто.       Катара угрюмо зыркнула на него исподлобья. Ну, да, судя по всему, что-то такое, предлагая свою помощь, служанка и подразумевала. А она-то, дурочка, напридумывала себе всякие глупости.       Зуко еще секунду внимательно смотрел на нее, а затем чуть посторонился, пропуская ее в ванную.       – Проходи.       – А ты что же, останешься здесь? – недоверчиво поинтересовалась Катара.       Зуко кивнул.       – Да. Я хочу это утро провести с тобой. Ты ведь не против?       Катара как можно небрежнее пожала плечами, стараясь не выдать охватившей ее радости.       – Конечно, не против.              Завтрак проходил в молчании. Зуко, в отличие от Катары, которая облачилась в одно из своих дневных платьев, не переодевался. Из-под его черного шелкового халата виднелась темно-красная туника, в которой он сегодня спал. Он сидел в кресле, откинувшись на спинку, и потягивал чай из большой белой чашки тонкого фарфора, задумчиво глядя в пространство перед собой. Катара то и дело бросала на него вопросительные взгляды, но он на это никак не реагировал, и, наконец, она не выдержала.       – О чем думаешь?       Зуко слегка встрепенулся, обернулся к ней, и в этот момент Катара вдруг поняла, почему он всегда выглядит таким серьезным. Из-за взгляда. Его левый глаз из-за шрама не открывался полностью, и потому казалось, что он постоянно смотрит на собеседника с каким-то холодным прищуром. Но если не обращать на левую половину его лица внимания, то можно заметить, что он вовсе не всегда такой суровый. Вот как сейчас. Сейчас он выглядел задумчивым, отстраненным и даже немного растерянным. Самым обычным парнем.       – О дяде, – тихо признался Зуко.       Катара опустила взгляд. Она прекрасно помнила, как дядя Зуко пытался помочь им с Аангом сбежать из кристальных катакомб, и как за это его арестовали и обвинили в предательстве. Зуко тогда ничего не сделал, чтобы помочь ему, и Катаре было очень странно это видеть, зная, как Зуко по-настоящему к нему относится.       – Что с ним сделали? – так же тихо поинтересовалась она. Не потому, что ей нужно было это знать. Просто она видела, что Зуко нуждается в этом разговоре.       – Отец приказал заточить дядю в тюрьме. Не в той. В другой. – Зуко поставил чашку с недопитым чаем на стол и угрюмо уставился в нее. – Я навещал его один раз, но дядя даже не стал со мной говорить. Он… ненавидит меня.       Катара промолчала. Она отчасти понимала дядю Зуко. И она прекрасно понимала, что тот вовсе не ненавидит племянника. Если бы, например, Сокка отнесся к ней так же, как Зуко отнесся к своему дяде, возненавидела бы Катара его за это? Конечно же, нет. Она бы испытывала глубочайшую обиду. Огорчение. Боль. Но точно не ненависть.       – Если бы я только мог вымолить у него прощение…       – Так поговори с ним еще раз, – мягко отозвалась она. – Скажи ему, что ты чувствуешь.       – Не могу. – Зуко отрицательно покачал головой. – Если я снова приду к нему, меня обвинят в заговоре.       Катара ошеломленно уставилась на него, когда понимание внезапно, слово удар молнии, поразило ее. Она вдруг осознала, как сильно Зуко рискует, помогая ей. Он был изгнан из собственной страны, долгое время считался предателем и даже после своего триумфального возвращения все равно оставался опальным принцем. Куда бы он ни пошел, что бы ни делал, его в любой момент могут обвинить в заговоре и предательстве. И вновь волна горячей, идущей из самой глубины сердца благодарности затопила ее. Она инстинктивно протянула руку и, накрыв его кисть ладонью, мягко сжала его пальцы.       Зуко медленно поднял голову, и в его глазах отразилось какое-то странное выражение. Он несколько секунд неподвижно смотрел на Катару, а затем сглотнул и едва заметно кивнул.       – Все в порядке. Спасибо. – Он осторожно высвободил руку и вновь взялся за свою чашку. – А теперь – молчи. Ничего не делай, просто сиди на месте и молчи.       Катара удивленно вскинула брови. О чем он говорит?       Зуко повернулся так, чтобы из окна, если за ним сейчас сидел шпион, не было видно, чем он занимается, залпом допил остатки чая, а потом вдруг неожиданно грохнул чашку об край стола.       Раздался оглушительный звон. Чашка разбилась вдребезги. Катара вздрогнула и недоуменно вытаращилась на Зуко, который, схватив один из осколков, с силой резанул себя по ладони, а затем вскочил на ноги и рявкнул во всю мощь голоса:       – Прислуга!       Дверь моментально распахнулась, на пороге показалась Кама.       – Принц Зуко! – ахнула она, ошарашено уставившись на его руку.       Катара и сама едва сдержалась, чтобы не вскрикнуть, глядя, как кровь, струясь из раны, быстро заливает ковер и валяющиеся на нем осколки.       – Не стойте столбом! – гаркнул Зуко. – Дайте мне полотенце или что-нибудь, чем можно перевязать руку, и принесите болеутоляющую настойку, а потом уберите тут все.       – Да-да, конечно.       Кама, очнувшись от ступора, бросилась в коридор и уже через пару секунд вернулась с небольшим полотняным полотенцем, которое, сложив в несколько раз, плотно прижала к ране Зуко.       – Сейчас, принц Зуко, я принесу бинты и лекарство, – протараторила она. – Присядьте, пожалуйста. Я быстро. – И она снова испарилась из комнаты.       В воздухе повисла тишина. Зуко опустился обратно в кресло, осторожно устроив пострадавшую руку на колене и придерживая полотенце второй рукой. Катара недоуменно подняла взгляд на его лицо, но он предупреждающе прищурился, и она, проглотив срывающийся с языка вопрос, промолчала.       Кама вскоре вернулась в сопровождении еще одной служанки. Та принялась молча собирать с ковра осколки, а Кама протянула Зуко моток бинта и небольшой флакон с каким-то лекарством.       – Могу я помочь вам, принц Зуко?       – Нет, спасибо, – бросил Зуко, отставляя пузырек на стол. – Оставьте нас.       Обе женщины синхронно поклонились и, ни слова не говоря, покинули комнату, плотно затворив за собой дверь.       Катара вопросительно уставилась на Зуко, ожидая объяснений. Тот, перехватив ее взгляд, криво усмехнулся.       – А это довольно неприятно. – Он размотал окровавленное полотенце, осторожно сжал пострадавшую руку в кулак и болезненно поморщился. – Ничего, эта настойка быстро избавит от боли.       – Что это вообще было?! – воскликнула Катара, вскакивая на ноги. – Зачем ты…       – Тихо, Катара, – осадил ее Зуко, тоже поднимаясь с места. – Может, вместо того, чтобы кричать, поможешь мне промыть и перевязать рану?       Не глядя больше на нее, он бросил полотенце на стол и, захватив с собой бинт и лекарство, пошагал в ванную комнату. Катаре ничего не оставалось, как последовать за ним.       – Ты вообще с ума сошел? – яростно зашипела она, как только они переступили порог ванной комнаты. – Что за представление?       – Вот именно. Представление. – Подойдя к умывальнику, Зуко открутил вентиль и, с болезненным шипением втянув воздух сквозь зубы, подставил руку под струю воды. – Зато я добыл обезболивающую настойку.       – Зачем она тебе понадобилась?       – А затем, что эта настойка – очень хорошее снотворное.       Катара нахмурилась. Она, наконец, начала понимать.       – То есть, ты хочешь использовать ее…       – Именно, – кивнул Зуко. – Кроме обезболивающего эффекта она еще и усыпляет. Это как раз то, что нам нужно.       Катара шумно выдохнула. Выходит, Зуко сознательно решил покалечить себя просто для того, чтобы, не вызвав подозрений, достать снотворное для тюремщиков Аанга. Она перевела взгляд с лица Зуко на его руку и покачала головой.       – Неужели нельзя было обойтись без всего этого?       Он пожал плечами.       – Я не успел придумать ничего другого.       Тихо хмыкнув, Катара приблизилась к Зуко, покорением собрала немного воды и перекрыла вентиль.       – Давай сюда руку.       Зуко недоверчиво покосился на водяной пузырь в ее руке, однако все же протянул к ней ладонь.       – Нужно просто перевязать ее, чтобы остановить кровь.       – Я могу сделать кое-что другое.       Катара, придержав его за запястье свободной рукой, поднесла воду к ране, а затем прикрыла на секунду глаза, медленно выдохнула и сконцентрировалась на исцелении. Вода, наполненная силой покорения, ярко засияла. Зуко вздрогнул и слабо попытался вырваться, но Катара его не отпустила.       – Потерпи. Сейчас.       Зуко замер, ошеломленно следя за ее действиями. Катара же, не обращая на него внимания, сосредоточенно направляла потоки воды, которые быстро восстанавливали поврежденные ткани и уменьшали боль. Несколько секунд – и края раны затянулись, оставив после себя лишь небольшой красноватый след.       – Всё. – Катара выплеснула остатки воды в умывальник и отпустила руку Зуко. – Не больно?       – Нет. – Зуко зачарованно смотрел на свою ладонь. – Спасибо… Я и не думал, что ты умеешь так…       Катара непонимающе уставилась на него.       – Ты же знал, что я умею исцелять.       – Да, конечно, знал. – Зуко встрепенулся и поднял на нее взгляд. – Я слышал, что среди покорителей воды есть целители, и видел, как ты исцелила Аватара, но не представлял, что это происходит так… – Он запнулся и замолчал.       Катара улыбнулась и мягко кивнула ему.       – Не за что.              *              День длился бесконечно. Катара вся извелась в ожидании Зуко и еле сдерживалась, чтобы не начать метаться по комнате, как лоселев по клетке. Зуко оставил ее вскоре после завтрака, предупредив, что, если все получится, то сегодня ночью он отведет ее к Аангу. Катару буквально трясло от волнения и нетерпения, но время шло, а Зуко все не появлялся. А что, если он передумал? Или что-то пошло не так? Вдруг кто-то что-то заподозрил, и Зуко уже самого арестовали? Все эти переживания так ужасно измотали Катару, что когда дверь, наконец, отворилась, и в комнату вместо прислужницы вошел Зуко, то она не сдержалась и буквально бросилась к нему на шею.       – Ты пришел!       Зуко, похоже, здорово растерялся от такого пылкого проявления чувств. Он поймал Катару, приобняв ее за талию, но она, сама испугавшись своей несдержанности, тут же мягко отстранилась и, опустив голову, виновато покосилась на него.       – Прости. Я просто… соскучилась.       – Я тоже соскучился, – неловко отозвался он, выдавив из себя улыбку. – Все в порядке?       – Да, все хорошо. – Судя по тому, как взгляд Зуко метнулся к окну, он имел в виду шпионов. – Я никого сегодня не видела, только Каму. – Катара раздраженно хмыкнула. – Я отослала ее.       Узнав от Зуко, что Кама тоже шпионит за ней по приказу Азулы, Катара радикально изменила свое отношение к ней. Однако явно показывать этого было нельзя. Кама пыталась сегодня завязать с Катарой разговор, но та практически сразу пресекла это общение, сославшись на плохое самочувствие и желание подремать. Наверное, в дальнейшем Катаре, чтобы не вызвать подозрений, все же придется время от времени поддерживать со служанкой беседу, но только не сегодня. Сегодня все ее помыслы были заняты совершенно другим.       Зуко тем временем подошел к окну.       – Здесь холодно. Я закрою окно.       Катара утвердительно кивнула. Погода сегодня действительно разыгралась не на шутку – дождь и ураганный ветер напоминали настоящее стихийное бедствие, – но им с Зуко это было только на руку: вряд ли шпионы будут всю ночь следить за комнатой из-за окна при такой буре.       Закрыв раму и задернув штору, Зуко обернулся к Катаре.       – Уже поздно. Давай ложиться.       Катара покосилась на разостланную кровать. Она давно приготовилась к якобы сну, чтобы, как только появится возможность, сразу улизнуть из комнаты, однако не представляла, что именно Зуко планирует делать.       Зуко, неотрывно глядя Катаре в глаза, медленно приблизился. Она настороженно замерла. Он подошел к ней вплотную и тоже остановился. Помедлил секунду, а затем протянул руки и ласково приобнял ее за плечи.       – Я погашу свет.       Катара видела, как он на мгновение прикрыл глаза. Видела, как глубоко вдохнул. А потом все светильники разом погасли, и комната погрузилась в темноту.       Руки Зуко все еще лежали на ее плечах. Сильные, горячие. Катара чувствовала их тяжесть и напряжение и едва сдерживалась, чтобы не податься вперед и самой не прильнуть к нему.       Внезапно теплое дыхание Зуко опалило ей щеку.       – Сними халат.       Катара оцепенела. Словно ледяной стержень пронзил ее от живота до самого затылка. Дыхание перехватило, а ноги внезапно стали ватными.       – Ч-что? – срывающимся шепотом переспросила она.       – Халат положи под одеяло. Чтобы казалось, будто это мы спим.       Катара выдохнула с облегчением. Духи, да что же это с ней творится? Она ведь превосходно знает, что Зуко только притворяется ее любовником, так почему же так чувственно реагирует на его игру? У нее даже голова закружилась, но она быстро взяла себя в руки, не позволяя собственной слабости помешать задуманному.       Зуко увлек Катару за собой к кровати. По его движениям она поняла, что он снимает халат и, скомкав его, сует под одеяло, и последовала его примеру.       – Готова? Пошли.       Зуко взял Катару за руку и снова увлек за собой. Неслышно ступая, они добрались до двери и, совсем чуть-чуть приоткрыв ее, выскользнули наружу.       Коридор гостевого крыла был пуст. Света здесь было мало, но Катара хотя бы могла разглядеть, что происходит вокруг. Зуко был облачен только в ту одежду, в которой он обычно спал, да и на Катаре, кроме обуви, осталась только ночная сорочка. Неужели они пойдут прямо в таком виде?       – За мной, – шепнул Зуко и торопливо, почти бегом, пошагал по коридору, только почему-то не к выходу, а наоборот, вглубь гостевого крыла.       – Куда мы идем? – решилась, наконец, спросить Катара, с небольшим трудом догнав его.       Зуко одарил ее слегка раздраженным взглядом.       – Нам нужно незаметно покинуть дворец, – соизволил объяснить он. – Все переходы и выходы охраняются. Кроме тайных, о которых никто не знает.       Они уже дошли до конца коридора, который заканчивался тупиком с большой мраморной панелью на стене с выгравированным на ней символом огненной нации. Зуко поднес руку к этому символу, и тот внезапно вспыхнул красноватым светом. Панель вздрогнула и медленно, с тихим скрежетом, сдвинулась с места, открывая в стене новый проход.       Катара изумленно выдохнула.       – Тут есть тайные проходы?       – И много. – Снова взяв Катару за руку, Зуко нырнул в темный проем. – Этот мы с Азулой обнаружили еще очень давно, когда были совсем детьми. Он ведет прямо в оранжерею.       Катара быстро шагала вслед за Зуко, всецело доверившись ему. В проходе царила кромешная тьма, но Зуко зажег небольшой огонек, который удерживал на ладони, и этого света хватало, чтобы видеть, что происходит вокруг. Им пришлось спуститься по длинной темной лестнице, преодолеть довольно длинный, мрачный коридор, который закончился еще одной дверью, и, в конце концов, они вышли в огромный, усаженный цветами, павильон.       Катара даже застыла на месте и изумленно огляделась по сторонам. В оранжерее было очень темно, а ее стены и потолок были сделаны из прозрачного стекла, позволяющего видеть стекающие по ним потоки дождя, так что казалось, что они с Зуко находятся в стеклянном куполе под водой.       – Сюда, – громким шепотом позвал Зуко. Он, опустившись на колени, вытаскивал что-то из-под низкой каменной скамьи.       – Что это? – поинтересовалась Катара, подойдя к нему.       – Одежда, – ответил Зуко и, не оглядываясь, бросил ей прямо в руки небольшой сверток. – Одевайся.       Катара немного помедлила, но Зуко, отвернувшись, уже начал переодеваться, и она решила последовать его примеру.       Одежда, которую Зуко приготовил для Катары, оказалась мужской. Рубашка и штаны из ткани очень темного цвета были ей великоваты, однако с помощью ремней и подвязок ей удалось как следует закрепить ткань, так что новый наряд ощущался вполне комфортно. Одежда не стесняла движений, а легкая мешковатость неплохо скрывала ее фигуру, что в данной ситуации было ей только на руку.       Покончив с одеванием, Катара обернулась и обнаружила, что Зуко уже готов. Он был облачен в точно такие же темные одежды, а в руках держал ножны с мечами.       – Спрячь волосы. – Зуко протянул ей капюшон. – И нужно будет закрыть лицо.       – Но зачем? – пожала Катара плечами. – Нас же все равно никто не увидит.       – Всякое может случиться. А теперь слушай меня внимательно. – Он слегка нахмурился и быстро заговорил, серьезно глядя Катаре в глаза: – Нам необходимо вернуться до рассвета. Идти придется пешком. До пещеры, через которую можно пробраться к тюрьме Аватара, не так далеко, но я не знаю, что нас ожидает внутри. Если не будем успевать – нам придется вернуться. Без возражений. Ты поняла меня?       Катара молча кивнула. Она осознавала всю опасность их с Зуко миссии и не собиралась подводить его.       – Разбираться будем на месте. Вот снотворное. – Он подал Катаре тот самый пузырек с настойкой, которую Кама утром принесла ему. – Я не представляю, как ты собираешься это провернуть, но охранники должны ее выпить. Наша задача – пробраться к Аватару незаметно. Но если нас вдруг все-таки обнаружат, ни в коем случае не вздумай выдать себя и начать покорять воду у всех на виду, иначе тебя сразу узнают.       Катара медленно выдохнула.       – Хорошо.       – Вот. – Зуко протянул ей небольшой кинжал с очень тонким лезвием. – Это на случай, если нам придется защищаться.       Она покосилась на ножны с мечами, которые он все еще держал в руке. Зуко тоже не собирался выдавать свои способности к покорению огня. Только оружие.       – Ты когда-нибудь раньше делал что-то подобное? – тихо поинтересовалась она.       Зуко помедлил секунду, а затем серьезно кивнул.       – Да. Мне доводилось заниматься шпионажем.       Катара окинула его еще одним внимательным взглядом. Сейчас перед ней стоял не огненный воин в пугающих темно-красных доспехах. Не самоуверенный, властный принц в роскошной королевской мантии. Сейчас, в своих черных, сливающихся с темнотой, одеждах, со своими мечами, он действительно больше всего походил на шпиона-диверсанта и наемного убийцу. И, судя по всему, он прекрасно знал, что делает.       Катара медленно подняла руку и взяла протянутый ей кинжал.       – Я так и поняла.