Наложница принца огня

      Зуко, затаив дыхание, молча смотрел на отца, пытаясь понять, какая причина заставила того самолично явиться в его спальню. Покои Зуко и Азулы располагались неподалеку друг от друга, однако апартаменты отца находились в другой части жилого крыла, так что вероятность того, что он просто проходил мимо и по дороге решил заглянуть в комнату сына, была исключена.       Краем глаза Зуко видел, как Катара, вскочив на ноги, тоже склонилась перед Лордом Огня в почтительном поклоне, и мысленно взмолился, чтобы отец не счел это проявлением неуважения. Конечно, при его появлении наложница должна была бы пасть ниц, но Катара еще не была знакома со всеми тонкостями дворцового этикета, а Зуко как-то не предусмотрел предупредить ее об этом. Он вообще не думал, что отец зайдет в его покои – с момента возвращения Зуко домой после изгнания он встречался с отцом далеко не каждый день и только на нейтральной территории. Зуко никак не мог знать, что отец решит навестить его лично.       Отец между тем неторопливо приблизился к Зуко. На нем уже не было королевской мантии, облачен он был в простой темно-красный халат, а волосы его были собраны в низкий конский хвост. Видимо, он собирался готовиться ко сну.       – Рад видеть тебя в добром здравии, сын мой, – проговорил отец и, демонстративно оглянувшись, смерил Катару насмешливым взглядом. – Вижу, тебе действительно удалось укротить эту голубоглазую бестию. Хорошая работа.       Зуко осторожно покосился на Катару. Та стояла, смиренно опустив голову и сложив руки перед собой. Ну просто олицетворение покорности и смирения!       – Да, отец, все в порядке, – как можно более ровным тоном ответил он. – Просто поначалу она была немного взволнована из-за тюремного заключения. Но теперь все хорошо.       Отец едва заметно кивнул и, опустившись в стоящее возле кровати кресло, поманил Катару рукой.       – Подойди.       Хоть Зуко никак не выдал этого внешне, внутри него все похолодело. Ни для кого не было секретом, что после исчезновения леди Урсы Лорд Огня Озай стал менять женщин так часто, что явно уже потерял им счет. Среди удостоившихся чести стать любовницей Лорда Огня были как одинокие, а, порой, даже замужние дворянки, так и обычные простолюдинки, которые просто приглянулись ему. Зуко понимал, что ни одна из этих женщин не могла отказать Лорду Огня в близости, хотела она того или нет, и вдруг осознал, что Катару вполне может постигнуть та же участь. Если только отец возжелает заполучить ее, то ни она, ни Зуко никак не смогут предотвратить это. В худшем случае, они лишь навлекут на себя его гнев, но Катару все равно принудят к близости с Лордом Огня силой.       Судя по испугу, отразившемуся в глазах Катары, она подумала о том же самом. Впрочем, повела она себя правильно. Никак не выдав страха, она безропотно приблизилась к креслу, в котором сидел Лорд Огня, и замерла в шаге от него.       – Посмотри на меня, – приказал тот.       Катара подняла голову и решительно, даже с каким-то вызовом, посмотрела ему в лицо. Отец вновь оценивающе оглядел ее с головы до ног.       – Как твое имя?       – Катара, – выдохнула Катара слегка изменившимся голосом.       У Зуко от ужаса даже живот подводило. Он стоял в двух шагах от Катары и ничем не мог помочь ей. Сердце его бухало с такой силой, что, казалось, этот стук эхом отдавался по всей комнате.       – Ты родом из Южного Племени Воды?       – Да, господин.       – А сколько тебе лет?       – П-пятнадцать, – слегка запнувшись, выдавила из себя она.       – О, так ты уже практически достигла брачного возраста. – На губах отца заиграла удовлетворенная улыбка, и он снова повернулся к Зуко. – Прекрасный выбор, сын мой. Я даже не представлял, что девушки с Южного Полюса обладают такой… интересной, я бы даже сказал, притягательной внешностью. – Он снова усмехнулся. – Признаюсь, будь она лет на десять старше, я бы даже позаимствовал ее у тебя на пару дней… или ночей.       Зуко опустил взгляд. Отец не мог говорить такие вещи всерьез, Зуко просто отказывался верить в это. Катара была ровесницей Азулы, его дочери. Он не должен был думать о ней таким образом. Это было бы очень, очень неправильно.       – Надеюсь, в постели она так же хороша?       Зуко чуть не поперхнулся. Отец сейчас не смотрел на Катару, но Зуко видел, какая злость отразилась на ее лице. Еще бы. Ее, прямо в ее присутствии, обсуждали просто как какую-то вещь. Зуко было больно за нее, но он ничего не мог поделать и был вынужден просто принимать эту игру.       – Она… быстро учится, – стараясь не смотреть на Катару, ответил он.       Отец довольно громко хмыкнул и удовлетворенно кивнул.       – Оставь нас, – бросил он через плечо.       Катара еще раз поклонилась и, сверкнув в сторону Зуко злым взглядом, торопливо скрылась в коридоре, плотно притворив за собой дверь. В груди Зуко вновь зародилась легкая тревога, когда Катара исчезла из его поля зрения, но перечить отцу не рискнул. Оставалось только надеяться, что никто не посмеет покуситься на нее сейчас.              – Присядь, Зуко, – проговорил отец, кивнув в сторону кровати, когда дверь за Катарой затворилась, и они остались одни. – Ты перенес тяжелую болезнь, нечего растрачивать силы попусту.       Зуко удивленно нахмурился. Видеть хоть какое-то проявление заботы от отца было так странно, что даже вызывало подозрения. Когда-то все было по-другому, но это было очень, очень давно.       – Спасибо.       Он опустился на край кровати, напряженно ожидая, что же будет дальше. Меньше всего этот разговор с отцом походил на их привычные полуофициальные встречи, но поверить в то, что на этот раз отец зашел просто чтобы проведать его, не мог.       Отец изогнул губы в легкой улыбке и машинально побарабанил пальцами по подлокотнику кресла.       – До меня дошли слухи, что ты расстался со своей девушкой.       – Откуда?.. – невольно вырвалось у Зуко.       Отец пожал плечами.       – Слухи по дворцу распространяются быстро. Ну и, конечно, у меня есть доверенные люди, которые сразу же докладывают мне обо всем, что здесь происходит. Ну, так что же стало причиной вашей размолвки?       У Зуко голова шла кругом. Отец проявляет к нему внимание? Вызывает его на разговор? Интересуется его жизнью? Да когда такое вообще происходило в последний раз? Зуко даже подумалось, что все это просто какой-то очень странный сон, и он незаметно ущипнул себя, надеясь проснуться. Стало больно. Это был не сон.       – Мэй попыталась оспорить кое-какие мои решения, – как можно более холодным тоном ответил он. – Я посчитал, что это недопустимо, и не стал идти на поводу ее прихотей.       Если бы Зуко сейчас смотрел на себя со стороны, то просто бы не узнал. Слова, которые он произносил вслух, были словами того принца Зуко, которого Лорд Огня Озай хотел в нем видеть. Сейчас он играл роль идеального сына, и, судя по одобрению, отразившемуся в глазах отца, она ему удавалась.       – Что ж, понятно, – кивнул отец, моментально теряя к Мэй всяческий интерес. – В любом случае, твоя наложница не даст тебе заскучать.       Зуко настороженно смотрел на отца, не зная, что тот хочет от него услышать. Тот, видимо, заметив его взгляд, вновь усмехнулся.       – Думаю, ты догадываешься, что я зашел поговорить вовсе не о твоих любовных похождениях. – Он чуть откинулся назад, расправив плечи и приняв более величественную позу. – Мои доверенные люди доложили мне еще об одном твоем разговоре, который состоялся сегодня утром. С твоей сестрой.       Холодный страх предательски сковал внутренности Зуко, моментально парализуя его способность трезво мыслить. Опасность разоблачения замаячила на горизонте уже не призраком, но вполне материальным силуэтом. То, что отец, узнав об его разговоре с Азулой, лично явился разобраться с этим, было неспроста.       – Отец, Азула… – начал было Зуко, но тот властно вскинул руку, призывая его к молчанию.       – Знаешь, Зуко, – холодно проговорил он, – когда три года назад ты отправлялся в путешествие, я не верил в твой успех. Ты был мальчишкой. Глупым, дерзким и, что хуже всего, очень слабым. Я позволил Айро присоединиться к тебе только потому, что понимал, что сам ты очень быстро сгинешь. – Отец слегка повел бровью. – Хоть ты и стал тогда моим позором, все же оставался моим сыном. Наказание наказанием, но смерти тебе я не желал. – Он резко тряхнул головой, возвращаясь к прежней мысли. – Так вот, что я хочу сказать: я очень рад, что тот мой суровый урок прошел не напрасно. Годы странствий изменили тебя, сын мой. – На его губах неожиданно заиграла одобрительная улыбка. – Ты вырос, набрался опыта и очень возмужал. Но, что самое важное, ты стал гораздо жестче. А это именно то, чего тебе так не хватало раньше. Посмотри на себя! – повел он рукой в сторону Зуко. – Ты выглядишь как принц, рассуждаешь как принц, говоришь как принц. В споре с сестрой ты повел себя как истинный монарх. Именно это я и хотел в тебе всегда видеть. Именно о таком наследнике я всегда мечтал.       Зуко округлившимися от изумления глазами смотрел на отца, не в силах выдавить из себя ни слова. Он просто не мог поверить в то, что услышал: отец только что официально признал его. Невероятно! С того момента, как мама исчезла, Зуко с Азулой только то и делали, что соревновались между собой за признание отца. И, что и говорить, Зуко откровенно проигрывал. Проигрывал во всем: в покорении огня, в знаниях, в личностных качествах. Он пытался быть жестким, но все эти его попытки выливались лишь в грубую, глупую дерзость. Он пытался отстаивать свою точку зрения, но имел слишком слабое влияние на окружающих, чтобы его слово в действительности что-то значило. Он пытался соответствовать отцовским ожиданиям, а в итоге все вылилось в презрение и изгнание. Но стоило ему лишь один раз одержать превосходство над Азулой, как отец признал его. Действительно признал.       – Мои люди пересказали мне ваш разговор с Азулой, – продолжал тем временем отец. – Ты имел неосторожность оставить дверь открытой, так что они слышали каждое ваше слово. И они слышали твое заявление о том, что ты – будущий Лорд Огня.       Зуко насторожился.       – Отец, я не…       – Я знаю, Зуко, что ты имел в виду, – вновь перебил его отец. – И я ничего не имею против. Ты же знаешь, несмотря на твой серьезный проступок на военном совете, я не стал лишать тебя права первородства, так что, раз ты, в итоге, сумел восстановить свою честь, когда я отойду от дел, именно ты станешь новым Лордом Огня и достойно продолжишь мои начинания. Я прав?       – Да, отец. – Зуко смиренно склонил голову. – Я готов преданно служить тебе и нашему народу и сделаю все от себя зависящее, чтобы добиться для Страны Огня благополучия и процветания.       Отец удовлетворенно кивнул.       – Очень хорошо. В таком случае, у меня есть для тебя одно поручение, – проговорил он, поднимаясь с кресла. Зуко тоже хотел вскочить на ноги, но отец жестом велел ему оставаться на месте. – Ты уже знаешь о нападении на тюрьму, в которой содержат Аватара. – Последняя его фраза прозвучала скорее утверждением, чем вопросом.       Зуко вновь напрягся.       – Да, – кивнул он. – Азула рассказала мне.       – И выдвинула довольно странную теорию насчет твоей наложницы. – Отец громко хмыкнул. – Вот кто-кто, но она? Да я ни за что не поверю, что эта хрупкая крошка могла ворваться в тюрьму, размахивая кинжалом. Сила покорителей в управлении стихиями, а не в физической мощи. Так что в этом я согласен с тобой: если бы это была твоя наложница, то наверняка бы использовала в сражении покорение воды.       Зуко незаметно выдохнул. Подозрения отца не пали на Катару, и это было главное.       – Однако факт остается фактом: в тюрьму к Аватару проникло двое налетчиков. Они добрались до его камеры и отперли ее. Если бы они успели снять с Аватара цепи, то вряд ли бы тюремщики сумели его остановить.       Зуко быстро прокрутил в голове свой разговор с Азулой. Она ни разу не упомянула, что Аватар пришел в сознание.       – Так, Аватар же все еще без сознания, – изобразив на лице недоумение, произнес он вслух.       Отец смерил его внимательным взглядом, и Зуко заметил промелькнувшее в его глазах удовлетворение.       – Аватар пришел в себя. Как раз во время нападения. – Отец неторопливо прошелся по комнате туда-сюда. – Понимаешь, Зуко, во всей этой истории слишком много странностей. Налетчики проникли через канализационный сток, который ведет в подземную реку. Но от поверхности воды до решетки канализации несколько метров. Как они сумели подняться на такую высоту? Почему тюремщики не заметили их появления? Почему Аватар очнулся именно в этот момент? – Он покачал головой. – Эта история слишком неоднозначная. Все слишком явно указывает на внутренний заговор. Очень мало кому я могу всецело доверять. Именно поэтому я хочу поручить это расследование тебе.       У Зуко даже дыхание перехватило.       – Мне? – не веря своим ушам, переспросил он.       Отец снова обернулся к нему и чуть улыбнулся.       – С момента твоего возвращения прошло уже достаточно времени. Думаю, ты вполне отдохнул и готов приступить к своим обязанностям как принца и моего доверенного лица.       В голове Зуко все перемешалось. Его даже в жар бросило, и в висках застучало от волнения. Краем сознания он понимал, что вляпывается в очень непростую ситуацию, выбраться из которой, не обжегшись, будет крайне сложно, но осознание того, что отец окончательно принял его, привело его в такой головокружительный, экзальтический восторг, что Зуко попросту лишился способности здраво рассуждать.       – Конечно, отец! – воскликнул он, вскакивая на ноги.       – Очень хорошо, сын мой, – кивнул отец. – Мне нравится твой энтузиазм. Азула хотела сама этим заняться, но я считаю, что это дело тебе подойдет больше. В конце концов, ты столько времени занимался поимкой Аватара, и именно ты обнаружил место, где он скрывался целый век, так что наверняка знаешь о нем больше, чем кто-либо из нас.       Зуко смиренно опустил взгляд.       – Я понимаю, что дело это непростое, – продолжал говорить отец. – Мы ничего не знаем о нападающих. От Аватара тоже не удалось ничего добиться: он сказал, что не видел их лиц. Были найдены следы крови на выходе из пещеры, через которую налетчики проникли в тюрьму, но это все. Тебе придется понять, как они связаны с Аватаром, как они узнали о месте, где его держат, как подготовились к нападению. Полагаю, в этом замешана целая группа предателей. Я хочу, чтобы ты вычислил их.       – Я постараюсь, – негромко отозвался Зуко. Эйфория, охватившая его несколько секунд назад, рассеялась, и теперь он лихорадочно пытался понять, что же ему делать. – Если никаких следов нет, то, возможно, придется ждать повторного нападения, чтобы выйти на них.       – Боюсь, что это так, – согласился отец. – Но я хочу, чтобы на этот раз мы были готовы. Проведи расследование. Попытайся предугадать их дальнейшие шаги. Уверен, одной попыткой они не ограничатся. – Он приблизился к Зуко и остановился прямо перед ним. – Все офицеры внутренних войск отныне попадают в твое непосредственное подчинение, можешь распоряжаться ими так, как посчитаешь нужным. Утром я отдам соответствующий приказ.       Неожиданно Зуко ощутил тяжесть отцовской ладони на своем плече и, подняв голову, встретился с ним изумленным взглядом.       – Отдохни еще несколько дней. – Лицо отца было спокойным, однако в голосе прозвучала сталь, дающая понять, что это не рекомендация, а приказ. – Полностью восстановись и только потом приступай к делу. Я не хочу, чтобы твоя болезнь усугубилась. Ты нужен мне здоровым, сын.       Зуко помедлил секунду, проникаясь таким непривычным, но таким захватывающим чувством единения с отцом, а затем вновь покорно склонил голову.       – Да, отец.              *              – И что ты теперь будешь делать?       Зуко оторвался от созерцания потолка балдахина кровати и, медленно повернув голову, встретился с Катарой взглядом. Та лежала на боку, подложив сжатую в кулак руку под голову, и внимательно смотрела на него. Время уже перевалило за полночь, но сон ни к Катаре, ни к Зуко не шел, и они просто лежали в полумраке комнаты, освещаемой лишь одним тусклым светильником, думая каждый о своем.       Зуко рассказал Катаре о поручении, которое ему дал отец. В конце концов, она была замешана в этом деле ничуть не меньше, чем он сам, так что под удар, в случае провала, они попадали оба.       – Не знаю, – признался он, очень тихо, так, чтобы, кроме Катары, его никто не мог услышать. – Все это очень странно.       Странно – это еще очень мягко сказано. Вести расследование против самого себя – настолько идиотскую ситуацию Зуко и представить себе не мог.       – Твой отец очень рассердится, если ты ничего не найдешь?       – Нет. – Зуко отвел взгляд, обратив его в сторону окна. – Налетчики не оставили никаких следов, выйти на них сейчас невозможно. Единственный способ: ждать еще одного нападения. А еще одного нападения не будет, – жестко добавил он.       Катара кивнула.       – Я понимаю.       В воздухе вновь повисло молчание. Зуко тоже перевернулся на бок, устраиваясь поудобнее. Если подумать, все складывалось совсем неплохо. Поручив Зуко такое важное дело, отец тем самым дал ему понять, что абсолютно доверяет ему и признает его как своего наследника. Все, что Зуко нужно будет сделать – это создать видимость расследования. Просто действовать так, как он действовал бы, если бы не знал, кто на самом деле стоит за этим преступлением. Обследовать тюрьму и близлежащую местность. Допросить тюремщиков. Выдвинуть пару теорий, возможно, совершить несколько коротких путешествий, чтобы проверить их. Ничего особенного. Отец будет видеть его старания, и это главное. Ну, а в том, что поймать преступников так и не удастся, вины Зуко не будет. Если те не объявятся вновь, то шанс выйти на них в любом случае будет очень близок к нулю.       – Ты сердишься на меня?       – Что? – Зуко растерянно моргнул и перевел взгляд на Катару. – Сержусь? С чего это ты взяла?       – Ну… – Катара слегка потупилась, закусив губу. – У тебя из-за меня столько неприятностей. Ты так серьезно заболел. Поссорился со своей невестой. Поругался с сестрой. Лжешь отцу, чтобы прикрыть меня. А теперь еще и это…       – Катара, прекрати, – оборвал ее Зуко не терпящим возражений тоном. – Я все это делаю только потому, что сам этого хочу. – Он чуть приподнялся на локте. – Смерть Аватара не была бы выгодна никому, потому это только хорошо, что ты сумела привести его в сознание, и его жизнь теперь вне опасности. Заболел – сам виноват, нужно было лечиться вовремя. Наши отношения с Азулой всегда такие. Насчет Мэй… Я же тебе сказал, что, наверное, даже хорошо, что все сложилось таким образом. И для меня, и для нее. Так что все в порядке, слышишь? – Он чуть склонил голову, чтобы заглянуть Катаре в лицо. – Все в порядке. Я просто хочу помочь тебе. Сам хочу.       Катара слушала его, пристально глядя ему в глаза. В ее взгляде читалась и печаль, и усталость, и тревога, но, самое главное, сквозь эту дымку проглядывала искренняя благодарность, и другой награды за все свои старания Зуко и желать не мог.       – Спасибо, – едва слышно прошептала Катара и вдруг, приподнявшись, неожиданно запечатлела на его щеке быстрый, нежный поцелуй.       У Зуко внутри все перевернулось. Еще мгновение назад все его помыслы были лишь о новой миссии, но едва Катара дотронулась до него, едва он ощутил прикосновение ее мягких, прохладных губ, как тут же вновь потерял голову. Вихрь чувств и жгучее желание разом охватили его, и он с большим трудом заставил себя остаться неподвижным.       – Ложись спать, Зуко, – прошептала Катара, и в ее голосе прозвучала такая забота, что сердце Зуко защемило. – Тебе нужно восстанавливать силы. Ложись.       Зуко послушно опустился на подушку, стараясь унять пылающее в его груди волнение. Катара тоже легла, но, вопреки его ожиданиям, не отодвинулась к дальнему краю кровати, а, наоборот, придвинулась к нему, обхватила его руку и прижалась щекой к его плечу.       – Доброй ночи, Зуко.       – Доброй ночи, Катара, – хрипло отозвался Зуко, превосходно осознавая, что теперь ему заснуть точно не удастся.