Наложница принца огня

      Катара поняла, что влюбилась в Зуко.       Ей казалось, что раньше она тоже влюблялась. В Хару, в Джета, в Аанга. Только это было совсем другое. Хару был ей просто интересен. Как собеседник. Он был очень симпатичным, и ей было приятно находиться в его обществе. Но это всё. Никаких других чувств Катара к Хару не испытывала. Другое дело – Джет. Этот привлекательный наглец покорил ее сердце с первой минуты их знакомства. Впрочем, в этом не было ничего удивительного – какая девушка устояла бы перед таким парнем? Сильный, ловкий, умный, уверенный в себе. А какая обаятельная у него улыбка! А какие красивые слова он ей говорил! Жаль, только, что все это было ложью. Конечно, он искупил свою вину, и дорогой ценой, так что Катара больше не сердилась на него, хотя и влюбленности тоже больше не испытывала. Если Джет остался жив, если бы им еще довелось встретиться, они, наверное, смогли бы остаться друзьями.       Что касалось Аанга, здесь все было гораздо сложнее. Катара никак не могла определиться, что именно чувствует по отношению к нему. С одной стороны, ей было хорошо с ним. Аанг был замечательным товарищем, чрезвычайно чутким и добрым. Но, с другой, Катара не думала, что смогла бы воспринимать его как своего парня. Друга – да. Напарника. Соратника. Но никак не возлюбленного.       С Зуко все было иначе. Катару тянуло к нему, тянуло с непреодолимой силой. Она по-настоящему скучала, когда надолго расставалась с ним. Она постоянно думала о Зуко, когда его не было рядом, и наслаждалась его обществом, когда они проводили время вместе. Она чувствовала себя с ним так легко и спокойно, как ни с кем другим. От него веяло заботой. И силой. И желанием. Горячим, страстным желанием, от ощущения которого у Катары подкашивались ноги и начинала кружиться голова.       Катара даже не знала, в какой момент это произошло. В какой момент она влюбилась в Зуко. Произошло ли это тогда, когда Зуко вытащил ее из тюрьмы Аанга, на которую они совершили свой дерзкий налет? Или когда он только согласился помочь ей пробраться туда? Или даже еще раньше, когда они несколько часов провели наедине в кристальных катакомбах? Как бы то ни было, теперь Катара ясно осознавала, что влюбилась в Зуко, и это осознание довольно сильно ее пугало.       Катара весь этот день провела в раздумьях. Она пыталась разобраться в себе – и не могла. Безусловно, Зуко ей нравился, очень, но она прекрасно осознавала, как это неправильно. То, что он был человеком огня – еще полбеды. Это ведь Зуко. Тот самый Зуко, который напал на ее деревню. Зуко, который гонял их с Аангом и Соккой по всему миру. Который ради поимки Аанга вступил в сговор с пиратами. Который напал на нее в Оазисе Духов и утащил Аанга в ледяную тундру. Тот самый Зуко, из-за которого они с Аангом оказались сейчас в плену. Именно Зуко принес им так много бед. Однако чем больше Катара думала об этом, тем менее значительными казались все эти его гадкие поступки. То, что Зуко делал для Катары сейчас, целиком и полностью искупало все его прошлые грехи. Всякий раз, когда Катара думала о них, перед глазами вставала картина, как он, сидя на полу ванной комнаты в покоях гостевого крыла, держит ее на руках, встревоженно вглядываясь в ее лицо, и просто не могла на него злиться.       Настал уже поздний вечер, когда Зуко вернулся, но Катара так и не смогла понять, что ей теперь делать. Она старалась вести себя как обычно, однако видела, как сильно Зуко напряжен, и прекрасно понимала причину, по которой это происходило. И все же, когда Зуко заговорил об их поцелуе в пещере, Катара растерялась. Сперва она не хотела признаваться, но потом все-таки решилась. Ее чувства к Зуко были слишком сильными, чтобы она могла продолжать противиться им. И она решила: будь что будет. В конце концов, Зуко пообещал остановиться по первому ее требованию, и у нее не было оснований не доверять ему. А если она сама не сможет остановиться, значит… значит, так и должно случиться.       Когда Зуко потушил покорением последний светильник, Катара вздохнула с облегчением. Она немного стеснялась Зуко. Хотя, он же уже видел ее обнаженной… При одной этой мысли щеки Катары разом вспыхнули, но, к счастью, темнота полностью скрыла это, и она, немного приободрившись, сама подалась вперед и коснулась губами губ Зуко.       Он ответил ей немедленно. Со всем присущим ему напором и страстью. Этот поцелуй был совсем не похож на вчерашний. Тогда Зуко целовал ее медленно и очень-очень нежно, сейчас же его поцелуй был страстным, жадным, почти отчаянным. Катара едва не задохнулась от накрывшей ее волны чувств. Жар от ладоней Зуко, поглаживающих ее спину, разливался по ее коже, а его возбуждение дрожью отзывалось во всем ее теле.       – Зуко, стой, – беззвучно выдохнула она в его губы.       Зуко тут же замер и чуть отстранился.       – Прости, – прерывисто прошептал он. – Прости, Катара. Просто я так давно об этом мечтал… Я постараюсь быть более сдержанным.       Он вновь притянул ее к себе, но на этот раз гораздо нежнее. В темноте все чувства Катары обострились, став практически осязаемыми. Она чувствовала, как отчаянно бьется сердце Зуко. Чувствовала его мужской, невероятно притягательный запах. Чувствовала грубоватую кожу его ладони на своем плече. Она ощущала его тело, такое большое по сравнению с ее собственным, такое жесткое, такое сильное. С ним она чувствовала себя совсем маленькой и беззащитной, и это одновременно пугало и дико возбуждало ее.       Губы Зуко коснулись виска Катары. Она невольно закрыла глаза, подставляя лицо под его ласки.       – Ты так приятно пахнешь, – прошептал он.       Катара не смогла ответить. Удовольствие от его прикосновений было настолько мощным, настолько всепоглощающим, что она едва могла дышать.       Его поцелуй сместился ниже. На щеку. Подбородок. Шею. Катара почувствовала быстрое прикосновение его языка, и новая вспышка удовольствия жаром разлилась у нее в животе. Зарывшись пальцами в волосы Зуко, она еще несколько секунд наслаждалась его поцелуями, а затем склонила голову, притянула его к себе, нашла его губы и принялась сама его целовать.       Сквозь слегка затуманенное сознание Катара ощутила, как Зуко просунул руки под ее сорочку. Он осторожно провел ладонями по ее талии, по спине, а потом, не чувствуя сопротивления, уже смелее поднялся выше и коснулся края ее нагрудной повязки.       Катаре показалось, что ее сердце сейчас вырвется из груди. Все ее нервные окончания воспламенились, голова закружилась, и она, разорвав поцелуй, бессильно уткнулась лицом в шею Зуко.       Зуко замер.       – Ты не хочешь, чтобы я… трогал тебя?       Катара промолчала. Она просто не могла ответить из-за охватившего ее волнения.       Зуко тяжело сглотнул. Видимо, приняв ее молчание за отказ, он помедлил несколько секунд, а затем убрал руки.       – Прости, – прошептал он.       – Нет. – Катара скользнула рукой вниз и, поймав его ладонь, легонько сжала его пальцы. – Ты неправильно понял. Я… хочу.       Дыхание Зуко прервалось. Перехватив руку Катары, он медленно поднес ее к своему лицу и прижался губами к ее ладони.       – Хочу тебя, – тихо выдохнул он.       Ухватившись за подол сорочки Катары, Зуко одним движением стащил ее и отбросил куда-то в сторону. Катара не осталась в долгу, и его туника полетела следом. Катара практически не видела Зуко в темноте, только неясный силуэт его тела, но чрезвычайно остро ощущала его и трепетала от странным образом сплетающихся чувств страха и предвкушения.       Зуко вновь приблизился к ней, обхватил ладонями ее лицо и притянул к себе. Катара вновь ощутила вкус его губ на своих губах. Болезненная чувственность разлилась по ее телу. Не в силах сдерживаться, она скользнула руками по его плечам, по груди, вниз, наслаждаясь прикосновениями к его ощущающейся горячим шелком коже. Зуко коротко застонал, по телу его пробежала дрожь. Катара чуть не задохнулась от восторга. Она поняла, что Зуко испытывает такое же удовольствие, как и она сама, и осознание этого было настолько же упоительным, как и его поцелуи.       Не разрывая поцелуя, Зуко принялся торопливо развязывать узел нагрудной повязки на ее спине. Катара не сопротивлялась. Каждое его прикосновение отзывалось приятным покалыванием внизу живота.       Прохладный ночной воздух коснулся обнажившейся груди Катары. Зуко слегка отстранился. Катара, зажмурившись, закусила губу, ожидая, что же будет дальше. Внутренне она вся дрожала от возбуждения и с нетерпением ждала. Горячая ладонь Зуко скользнула по ее животу вверх. Катара затаила дыхание. Ее кожа стала настолько чувствительной, что каждое движение, каждое касание Зуко доставляло ей необычайное чувственное удовольствие. Его рука на мгновение остановилась, а потом решительно обхватила ее грудь.       Катара практически задохнулась от захвативших ее ощущений. Она даже не представляла, что может испытывать нечто подобное. Зуко же, не убирая ладони, обхватил ее второй рукой за талию и бережно уложил ее на спину.       Катара, закрыв глаза, полностью отдалась ласкам Зуко. Она буквально утопала в его невыразимой нежности и желании. Он гладил ее, обнимал, целовал. Его руки безостановочно блуждали по ее телу, а губы вновь и вновь ласкали поцелуями ее шею, ее плечи, ее грудь, ее живот, и тело ее трепетно отзывалось на каждое его прикосновение. Катара слышала его тяжелое дыхание, чувствовала, как дрожат его пальцы, и непроизвольно выгибалась ему навстречу. Трогать Зуко оказалось так же приятно, как ощущать его прикосновения. Она ласкала его спину, плечи, зарывалась пальцами в его волосы на затылке и просто не могла от него оторваться. Он что-то ласково шептал ей, но она не понимала ни слова и просто мурлыкала ему в ответ. Ей было несказанно хорошо.       Вся эта любовная игра так захватила Катару, что она на какое-то время выпала из реальности и очнулась только тогда, когда что-то твердое упруго уперлось в ее промежность.       Катара испуганно замерла и распахнула глаза. Она вдруг поняла, что ее ноги широко раздвинуты, а Зуко лежит между ними, тяжело навалившись на нее и всем весом вжимая ее в кровать. И на Катаре, и на Зуко все еще было белье, но она так отчетливо ощущала его напряженный, пульсирующий член, словно они были полностью обнажены, и уже совсем было угасший страх разом сковал все ее тело.       – Зуко, стой, – быстро прошептала она.       Зуко издал тихий полустон-полурык и еще сильнее притиснулся к Катаре. Сжав ее ягодицы, он слегка потерся членом об нее. Катара вскрикнула: ощущение, которое она испытала, было настолько острым, настолько приятным, что в животе у нее взорвался настоящий фейерверк.       – Зуко! – умоляюще воскликнула она, упершись руками в его плечи, прекрасно понимая, что у нее не хватит сил не то, чтобы оттолкнуть его, но даже сдвинуть хотя бы на дюйм. – Пожалуйста, остановись.       Зуко замер.       – Пожалуйста, – тихо повторила она. – Я не могу… Я не готова. Не надо…       Зуко как-то рвано выдохнул, и вдруг разом отстранился и, скатившись с Катары, грузно повалился на кровать.       Катара резко села, поджав ноги и обхватив себя руками за плечи. В комнате царила кромешная тьма, она не видела Зуко, но хорошо слышала его тяжелое дыхание рядом с собой. Тело ее горело от его ласк и поцелуев, но возбуждение постепенно проходило, а на смену ему приходило острое чувство вины. Катара прекрасно понимала, что Зуко совсем не ожидал ее отказа после всей этой чудесной прелюдии. Она понимала, что ему было очень трудно остановиться. Но она не смогла переступить через себя. Она действительно не была готова. Ей было с Зуко очень хорошо, но окончательно отдаться ему она так и не смогла.       Катара почувствовала движение рядом с собой: похоже, Зуко перевернулся на бок. Она еще несколько секунд сидела без движения, а затем робко спросила:       – Зуко, ты обиделся на меня?       – Что? Нет. Конечно, нет.       Катара выдохнула с облегчением: в его голосе действительно не было слышно никакой обиды.       Зуко приподнялся и, придвинувшись к Катаре, приобнял ее за плечи. Катара изо всех сил постаралась остаться неподвижной: прикосновения его обнаженной горячей кожи вызывали в ней такой глубокий, чувственный трепет, что Зуко мог почувствовать его и, расценив эту реакцию как согласие, продолжить начатое.       – Все в порядке, Катара. Я же обещал остановиться, – прошептал он, опалив горячим дыханием ее шею.       Катара, закрыв глаза, склонила голову к его плечу.       – Мне показалось, что ты обиделся.       – Мне просто нужно было пару минут, чтобы прийти в себя.       Катара поджала губы. Наверняка, прийти в себя ему было гораздо сложнее, чем ей. Зуко был так возбужден, что даже удивительно, как он нашел в себе силы остановиться по первому ее требованию. Катара невольно вспомнила ощущение его жестко эрегированного члена, прижатого к ней, и в животе ее тут же вновь возникла приятная, тянущая тяжесть. Духи, ну почему она так испугалась?       – Прости, – едва слышно шепнула она.       – Это ты прости меня, – так же тихо отозвался он. – Я знаю, что слишком тороплю события. Поверь, я не собирался ни к чему тебя принуждать, просто… Просто я… – Он запнулся и судорожно вздохнул. – Я не должен был. Прости.       Все это было очень глупо и неуклюже. Катара чувствовала себя виноватой, Зуко чувствовал виноватым себя. Их обоих неудержимо тянуло друг к другу, но обстоятельства их сближения были такими странными, что теперь каждый из них боялся, что любое его действие может быть воспринято партнером превратно.       Зуко откинулся на спину, увлекая Катару за собой, и она вновь почувствовала, как кровь приливает к ее щекам. Ее сорочка, как и туника Зуко, валялась где-то на полу, и найти ее в темноте сейчас не было никакой возможности. С одной стороны, спать полуголой в объятиях Зуко было как-то слишком уж бесстыдно, но, с другой, если учесть, чем они занимались несколько минут назад, стесняться ей, наверное, было уже нечего. Да и, кроме того, соблазн еще раз ощутить тело Зуко, прижаться к его обнаженной коже, оказался слишком велик, чтобы она могла противиться ему. Так что, поколебавшись лишь секунду, Катара все же заставила себя расслабиться и опустила голову ему на плечо.              *              Когда Катара проснулась, Зуко был рядом. Он лежал позади нее, тесно прижавшись к ее спине. Она чувствовала его ровное дыхание на своей шее, его расслабленную руку на своей талии. Его тепло. Его запах. Давление его члена на своем бедре. Восхитительное пробуждение.       Вновь прикрыв глаза, Катара еще несколько минут лежала неподвижно, нежась в его теплых объятиях, а затем приподняла веки и огляделась.       Спальня утопала в тусклом утреннем свете, однако, судя по всему, время было не ранним. Катара удивленно нахмурилась. Она помнила, что Зуко всегда просыпался на рассвете. Почему же он до сих пор спит? Может, опять почувствовал себя хуже?       Осторожно, стараясь не потревожить Зуко, Катара повернулась и вгляделась в его лицо.       – Привет.       Катара даже вздрогнула от неожиданности, когда Зуко вдруг распахнул глаза и встретился с ней взглядом.       – Привет, – робко пролепетала она. – Прости, я не хотела тебя будить.       – Ничего страшного, – улыбнулся он. – Я и так почему-то заспался. Хотя, кажется, знаю, почему.       Катара вдруг сообразила, что все еще наполовину раздета, только теперь темнота не скрывает ее наготу, и Зуко может беспрепятственно разглядывать ее.       – Ой. – Она торопливо нашарила край одеяла, которым они с Зуко были укрыты, и натянула его до самого подбородка.       В глазах Зуко на мгновение отразилось разочарование, однако он не подал виду. Притянув Катару к себе, он запечатлел на ее губах быстрый, целомудренный поцелуй, а затем выбрался из кровати и энергично потянулся.       – Хочешь есть? – поинтересовался он, подбирая с пола сорочку и протягивая ее Катаре.       Катара кивнула.       – Да, я жутко проголодалась.       Отвернувшись, она принялась натягивать сорочку.       – Хорошо. Я тогда распоряжусь принести тебе завтрак.       Катара удивленно обернулась через плечо.       – А ты не будешь завтракать?       – Попозже. – Зуко тоже надел свою тунику и небрежно пригладил растрепанные волосы рукой. – Сперва схожу в тренировочный зал. Утро – лучшее время для тренировок покорения огня.       Катара вспомнила, как Зуко, рассказывая ей о дворце, упомянул тренировочный зал. Наверное, там все было оборудовано для тренировок покорения огня, но это же не значит, что там невозможно заниматься покорением воды. Катара уже хотела было напроситься на тренировку вместе с ним, но в последний момент передумала. Наверное, Зуко хотелось потренироваться в одиночестве, иначе бы он сам предложил ей составить ему компанию, как это обычно делал Аанг.       – Хорошо, – вздохнула она. – Тогда я подожду тебя здесь.       Зуко как-то странно взглянул на нее, но промолчал.              *              Дождь так и не прекратился. Катара стояла у окна, задумчиво глядя на стекающие по стеклу капли, когда с тихим щелчком отворилась дверь. Катара сперва не придала этому значения, решив, что это Зуко вернулся со своей тренировки, но, услышав громкий стук каблуков по мраморным плитам пола, резко обернулась и невольно отступила на шаг, встретившись с холодным взглядом янтарных глаз.       – Где Зуко? – не утруждая себя приветствием, высокомерно бросила Азула.       – В тренировочном зале. – Катара постаралась, чтобы ее голос прозвучал как можно спокойнее.       – Ах, в тренировочном зале. – Азула неторопливо прошлась по комнате туда-сюда, задержав взгляд на застеленной кровати, и вдруг бесцеремонно опустилась в одно из стоящих у стола кресел. – Да, у него с детства выработалась привычка тренироваться в одиночестве. Наверное, до сих пор комплексует. Неприятно, когда кто-то видит, как ты раз за разом не в состоянии выполнить простейшие приемы покорения огня, вот он и старается спрятаться, чтобы не позориться лишний раз.       Катара сердито нахмурилась.       – Вообще-то, Зуко очень сильный покоритель огня! – неожиданно даже для самой себя рявкнула она. – Нам неоднократно приходилось сражаться с ним, когда он преследовал Аанга, а в кристальных катакомбах… – Катара, внезапно сообразив, что говорит лишнее, прикусила себе язык и замолчала.       – О, да ты, выходит, защищаешь его? – Азула демонстративно рассмеялась. – Ну, надо же! Нашего крошку-Зузу защищает девчонка-простолюдинка из Племени Воды. Вот это неожиданность!       Катара сверкнула в ее сторону злым взглядом. Азула в ответ только усмехнулась.       – Ну ладно, ладно, – неожиданно сменила она тон. – Признаю, Зузу в последнее время неплохо поднаторел в покорении огня. Конечно, до настоящих мастеров ему еще далеко, но, по крайней мере, базовыми приемами он успешно овладел.       Катара скрестила руки на груди.       – Ты решила обсудить дела своего брата с девчонкой-простолюдинкой из Племени Воды? – Она постаралась, чтобы ее голос прозвучал как можно более язвительно. – Не боишься запятнать свою репутацию таким общением, ваше высочество?       Азула демонстративно закатила глаза.       – Слушай, этот твой сарказм совершенно ни к чему. – Она откинулась на спинку кресла и принялась с усиленным вниманием разглядывать свои ногти. – Ты тоже должна меня понять. Зуко неожиданно заболел, ты была главной подозреваемой, вот я и пыталась надавить на тебя, чтобы ты во всем созналась. Мы с Зуко, конечно, не всегда ладим, но он все же мой брат, и я очень переживала за него. Согласна, я перегнула палку. – Азула вдруг поднялась на ноги и серьезно заглянула Катаре в глаза. – Принцессы тоже умеют признавать свою неправоту.       Катара ошеломленно уставилась на собеседницу. После всего того, что Азула ей наговорила, после того, как она вела себя с ней, было слишком неожиданно слышать подобные слова от нее. Однако взгляд Азулы был совершенно спокойным, а в чертах лица появилось непривычно мягкое выражение. Похоже, она говорила искренне.       – Меня, конечно, по-прежнему немного угнетает, что именно ты стала избранницей Зуко в качестве его наложницы. Но, в конце концов, он – взрослый парень, и это его право, – пожала плечами Азула. – Так что мне ничего не остается, как просто принять его выбор. А, раз уж нам с тобой придется некоторое время так или иначе контактировать, лучше это делать цивилизованно, согласна?       Катара несколько секунд помедлила, совершенно огорошенная тем, какое направление принял этот разговор, а затем неуверенно кивнула.       – Не могу сказать, что воспылала к тебе любовью, подобной той, которую испытывает мой брат. – Азула иронично, однако беззлобно, усмехнулась. – Так что на слишком многое не рассчитывай.       Катара мрачно зыркнула на нее. В отличие от Зуко, Азула не сделала ничего, чтобы расположить Катару, так что испытывать к Азуле дружеские чувства у нее повода не было.       – Хорошо, что мы все уладили. – Азула снова приветливо улыбнулась. – Ладно, пойду, поищу своего брата. У меня к нему серьезный разговор. А ты не скучай. – Она обвела комнату еще одним быстрым взглядом и покачала головой. – Зуко, конечно, настоящий овце-свин. Держит тебя в этой комнате практически как в тюрьме. Надо бы подсказать ему, как следует обращаться с девушками.       Она все с той же улыбкой вежливо кивнула Катаре и неторопливо покинула комнату, а Катара так и осталась в недоумении стоять у окна.