АГАТОВЫЙ БРАСЛЕТ

В свой кабинет Штольман вернулся задумчивым – точнее, могло показаться, что он пребывает в рассеянном состоянии, но мысль его работала напряженно и лихорадочно... Анна, лежа на диванчике, с надеждой подняла на него глаза. Она ничего не спросила, но взгляд ее был красноречивее слов. - Сейчас я отправлюсь в редакцию, прикажу написать заметку, далее – на телеграф, с тем, чтобы телеграфировать моему начальнику запрос на разрешение ее публикации– к несчастью, он уехал в Самару... - О боже, - прошептала Анна и закрыла глаза. - Ну, ну, дорогая, держитесь, - подбодрил ее Штольман, прижимая к себе, - мы с вами выбирались из худших передряг. В это мгновение – прильнув щекой к шейке жены - он уловил слабый аромат пряных духов, и что-то словно щелкнуло, замкнулось в его сознании... Конверт. Ну да – дорогой конверт в комнате убитого телеграфиста. От него тоже исходил этот сладковато-горький, приятный запах... Именно этот! То-то он тогда пытался что-то вспомнить, и вот теперь... Но точно ли? - Анна – вот конверт, - Штольман лихорадочно потрошил свой саквояж – да, вот конверт... Не кажется ли вам, что это те же духи, что и у вас? - Несомненно! - Где вы покупали свои духи? - О, в маленькой лавчонке арабских товаров... там продаются всякие смешные мелочи... - Где она находится?! Через полчаса, договорившись с редактором «Петербургских ведомостей» о заметке и отправив телеграмму в Самару своему шефу, Штольман входил в маленькую лавочку на углу..... Продавец, забавный старичок, был словоохотлив. Духи? О, покупательниц на эти духи немного... постоянных так и вовсе две... В описании одной Штольман немедленно узнал свою супругу, и торопливо спросил: - А вторая? - О! Вторая дама сама не заходит – то есть, она была здесь всего один раз... Красавица, и при этом – к ней слуга ее обращался «ваше сиятельство»! Княгиня, не иначе... Мы ей каждый месяц доставляем духи домой, курьером-с... - Ее адрес?! Легко спрыгнув с пролетки, Штольман остановился перед роскошным особняком. Чей это особняк, нетрудно узнать было у швейцара. В другом случае Штольман подготовился бы к визиту более основательно, но ... его дочка! Речь шла о жизни драгоценной его малышки... Действовать он должен решительно. Пусть придется идти напролом – у него просто нет ни времени, ни плана. Хозяйка особняка, одетая в элегантный туалет из китайского шелка цвета слоновой кости, встретила его в гостиной, устланной роскошным персидским ковром. Модная дорогая мебель, обстановка самая изысканная, словом – есть на что полюбоваться, но Штольману было не до того. - Следователь Штольман, Яков Платоныч, - представился он. – Сударыня, я хотел бы поговорить с вами конфиденциально о странных событиях... речь идет о жестоких и загадочных убийствах шести человек... Далее ему пришлось остановиться, так как дама совершенно изменилась в лице. Кровь отхлынула от него так, что лицо приобрело цвет дорогой рисовой бумаги... Штольман понял, что он на верном пути. - Сударыня, я не знаю, насколько вы замешаны в происходящем, - заметил великий сыщик, - но у вас сейчас уникальный случай. Если даже вы в чем-то виновны – я даю вам честное слово, что все, вами сказанное, останется между нами. Я обещаю вам закрыть глаза на все – но при условии вашего как можно более подробного рассказа... Дама смотрела на него испуганными круглыми глазами, как птичка, попавшая в западню. Похоже, она не совсем понимала, что ей говорят. - Сударыня, дело в том, что похищен ребенок. Жертва - моя дочь, ей всего 11 лет. Я получил от похитителя вот это письмо, - с этими словами Штольман вручил княгине листок бумаги... - Я узнаю этот почерк, - хрипло прошептала женщина. - Вот моя дочь – Штольман вынул из бумажника фотографию, которую всегда носил с собой – прелестная Верочка, в белом кружевном платьице, рядом с любимым папой. - О боже, - вздохнула княгиня, - бедная малышка... - Помогите мне, и я помогу вам, - закончил Штольман. - Вы правы, я нуждаюсь в помощи, - простонала дама. - Вы говорите – ваше честное слово? Слово полицейского? – она горько усмехнулась. - Слово Якова Штольмана. - Все равно у меня нет выхода, - лепетала она, как бы в забытьи. - Поймите – меня загнали в угол! – вскричала она, - вот вы - вы сейчас готовы на все, чтобы спасти самое дорогое, что у вас есть – так поймите и женщину, которая была в том же положении, что вы сейчас. Ведь я спасала самое дорогое, что было у меня! - И что же с вами случилось? - О, это все началось давно... мне так надоела вся эта история! - Так я вас слушаю, мадам...