My personal grade of drug

       — Наконец-то приперлась, — первое, что услышала младшая Дюпен-Чен, войдя в семейное поместье, — и где же ты пропадала?        — А как тебя это должно волновать? — как всегда, в своём привычном стиле ответила Маринетт, закрыв за собой входную дверь, и поздоровалась с убирающей в гостиной горничной.        — Я твоя мать! И я должна знать, где ты все это время была! — зло сказала Мишель, спускаясь со второго этажа, где находилась все это время.        — Правда? — девушка слегка усмехнулась. Она никогда не считала свою мачеху матерью, никогда не чувствовала от неё какой-либо моральной поддержки, а слышала лишь упреки и угрозы в свой адрес, — и как давно ты стала моей мамой? — продолжила Маринетт, пройдя мимо женщины в сторону кухни и не обратив своё внимание на шедшую за ней злую омегу.        — По документам я твоя мать, так что будь добра, относись ко мне уважительней. В этом доме тебе никто не рад, кроме что твоего отца, но даже у него нервы не железные. Когда-нибудь ты и ему надоешь, и вылетишь из этого дома, как пробка от шампанского, — сказала женщина, облокотившись на дверной косяк в кухонном проёме и скрестив руки на груди.        — Кстати, раз речь зашла об отце, — приговорила девушка наливая в стакан воды и, отпив немного, продолжила, — где он сейчас?        — Ох, он то тебе устроит сладкую жизнь за прогул в первый же день.       До Маринетт не сразу дошло, о чем эта женщина сейчас говорит... Не смотря на то, что таблетка избавила омегу от головной боли, помутнение разума она исправить не смогла, поэтому через несколько секунд переваривания только что полученной информации, девушка слегка бьёт себя по лбу. Сегодня же институт, как она могла об этом забыть. За прогул ей действительно достанется, но сейчас её это не сильно волновало, хотя как бы должно было.        — Я не спрашивала тебя о том, что он сделает, — повернувшись в сторону "родственницы" и слегка сузив свои и без того узкие, лисьи глаза, — я тебя спрашивала где он?        — Он на какой-то важной встрече, — яростно ответила женщина, расцепляя свои руки и резко поворачиваясь в сторону выхода.       Ещё через несколько секунд Маринетт одна остаётся стоять на кухне с наполовину наполненным стаканом воды. Как же её бесит эта женщина, она требует к себе отношения как к королеве, уважения, любви и подчинения, аргументируя это только тем, что она жена крупного бизнесмена, но тем не менее, не делая ничего для того, чтобы заслужить это самое уважение к своей персоне. Мишель — это типичный для общества оборотень, в кругу мало знакомых людей превращающийся в милого ангелочка, а на деле являющийся такой тварью, от которой нормальные родители говорят держаться подальше своим детям. И её дочь унаследовала это качество от матери. Маринетт же никогда не пыталась казаться лучше, чем является, казаться правильной и милой, когда на деле все наоборот. С этой чертой характера в обществе, среди всех этих оборотней, жить намного сложнее, но девушка по-другому не могла, не могла обманывать окружающих, но что намного важнее, не могла обманывать себя.

***

      Маринетт устало лежит на своей большой двухспальной кровати, уткнувшись лицом в подушку, эффект от выпитой у подруги таблетки уже спал, и головная боль потихоньку возвращались на своё положенное место. В мыслях девушка проклинала себя за эту ночь. Но прокручивая в голове отрывки воспоминаний, соединяя их в полную картинку, вспоминая все прошедшее, мимо её внимания в который раз не мог пройти тот спонтанный поцелуй с тем красивым светловолосый парнем, не смог пропасть в её голове и его запах. Девушка никогда не любила этот горький напиток, но сейчас, если бы её кто-нибудь спросил: "кофе или чай?", она бы не задумываясь ответила бы "кофе". Ей жутко хотелось вновь почувствовать этот терпкий запах, заставить насытиться им каждую клеточку тела, сохранить его в себе и не выдыхать... Но каков шанс в столице Франции вновь встретить одного красавчика, с которым виделась всего раз? Правильно, этот шанс практически равен нулю. Поэтому девушка остаётся лежать на кровати с прикрытыми глазами от головной боли и надеяться, что скоро эти зелёные глаза растворятся и их место займёт что-то другое. Через некоторое время, возможно через час или через два, Маринетт услышала тихий говор с первого этажа. Это был её отец, как давно он пришёл, девушка не понимала, ведь время, когда ты находиться в своём подсознании, пролетает незаметно... Судя по стуку на лестнице, мужчина поднимался наверх и, скорей всего, направлялся именно в эту комнату, где мило мучилась от головной боли Маринетт.        — Маринетт, — раздался громкий голос Тома, как раз когда он открыл дверь, входя в нежно-розовую комнату, — почему ты сегодня не пришла на пары?        — Потише, пожалуйста, — прошептала девушка, поворачиваясь на кровати так, чтобы видеть отца. Он сегодня выглядел не совсем обычно, на нем одет тёмно-синий костюм поверх белой рубашки, хотя всегда альфа носил только костюм чёрного цвета. Маринетт слегка приподняла брови, осматривая отца, как бы показывая своё удивление, — я вчера немного загуляла, поэтому забыла, что мне сегодня куда-то надо.        — Забыла значит? — сказал мужчина, хмурясь, создавая ещё больше морщин на своём лбу, после медленно подошёл и присел на край кровати рядом с дочерью, — Маринетт, — устало выдохнул он, слегка прикрывая глаза, — я понимаю. Тебе совсем не хочется туда идти, но, пожалуйста, ради меня закончи ты этот чертов институт. Ты же понимаешь, что для такого человека, как я, не пристало, чтобы дети не имели высшего образования. Поверь, мне самому и не очень то хочется, чтобы ты туда шла против своей воли, но этого требует общество, и мы, как его части, обязаны подчиниться.        — Хорошо, отец, — девушка пододвинулась к мужчине и крепко его обняла. Обычно от Маринетт практически невозможно дождаться таких проявлений чувств, но именно сейчас ей захотелось прижать к сердцу самого дорого человека в её жизни, почувствовать его тепло и его запах. Ведь это так приятно, когда твой любимый человек находится так близко.

***

      Адриан как всегда сидел в своём кабинете в самом центре Парижа и разбирался с новой партией документов на поставки наркотиков за границы страны, как в помещение буквально влетает смуглый парень с зелёной папкой в руках и, подойдя к столу Агреста, кидает её поверх всех лежащих документов, показывая всем видом, что это срочно нужно рассмотреть.        — Что это? — спокойно подняв глаза на слегка запыхавшегося друга, не отрываясь от какого-то документа, спросил Адриан и вернул свой взгляд на бумажку в своих руках.        — Это то, что ты просил меня найти сегодня днём, — слегка отдышавшись, ответил Нино, поправляя одним пальцем чёрные очки на своих глазах, — это отчёт о главе Дома Чен.       Услышав последнюю фразу, Адриан сразу бросает документ, находящийся в его руках, и берет в руки ту самую зелёную папку.        — Не думал, что ты сделаешь его настолько быстро, — удивленно говорит Агрест и вновь смотрит на друга, — я же дал тебе это задание только сегодня, а сейчас всего лишь полночь.        — Мне самому стала интересна эта личность, поэтому я напряг всех своих людей, и сделал это, — говорил Нино, показывая всем свои видом, как он горд за быстрое выполнение столь сложного задания, — но мне пришлось потрать огромную сумму денег и даже сделать тест ДНК, чтобы проверить свои догадки.        — Мне плевать, сколько денег ты потратил, главное – чтоб это было не зря, — ответил Агрест, открывая одним пальцем папку. Внутри было много бумажек, фотографий и личных дел. Адриан быстро водил по листам глазами, и с каждой новой строчкой на его лице все больше и больше расползалась некая зловещая улыбка. Дойдя до нескольких фотографии, парень бросил на них взгляд и после ткнул пальцем на одну из них.        — Мне втройне повезло, — усмехнулся Агрест, не убирая палец с фотографии девушки, — приведи мне её.