My personal grade of drug

      Алья устало заходит в свою маленькую комнатку и с трудом закрывает за собой вечно заедающую и жутко скрепящую дверь, бросает слегка покрытые ржавчиной ключи на ближайший старенький туалетный столик и полностью без сил валится на кровать. Прошло всего несколько дней с того момента, как Сезер неожиданно для главы семьи Дюпен-Чен решила съехать из своего родительского поместья и жить полностью самостоятельно. Она ушла не имея чёткого представления, где будет жить, и тем более понятия не имея, как жить, ушла, собрав небольшую часть самых необходимых вещей в сумку, и оставила свою прежнюю жизнь за спиной. Передней стояли три главные, первостепенные задачи: найти жильё, найти работу и просто напросто выжить в одиночку. Из своего старого дома Алья прихватила небольшую сумму денег, скопленную ей за небольшие подработки после института, на первое время, так что омега сперва-наперва решила найти жильё, что получилось довольно непросто. В её сильно урезанный бюджет укладывалась лишь одна небольшая однокомнатная квартирка в самом неблагополучном районе Парижа на самой его окраине. И Алье пришлось взять её, ведь ночевать на улице намного опаснее. Квартира-студия с местами оторванными грязными, покрытыми жирными следами от рук, бледно-желтыми обоями, небольшим, кажется, ещё бабушкиным деревянным гардеробом, где вполне уместились все немногочисленные вещи Сезер, маленьким, ободранным круглым столиком посередине, деревянным туалетным у выхода с небольшим зеркалом на стене и полуразвалившимся диваном теперь временно принадлежало Алье.       Девушка устало выдохнула, достала из заднего кармана джинс телефон и, кажется уже просто по привычке, набрала заученный наизусть номер. Снова вне зоны... Словом, она ничего другого и не ожидала, но в душе, где-то глубоко внутри Алья все ещё хранит надежду, что в один прекрасный момент подруга ответит, скажет, что в целости и сохранности, расскажет, почему так долго пропадала. Сезер невольно улыбнулась от этих мыслей, от картинки в голове, как она отчитывает Дюпен-Чен за свои потрепанные нервы, а та мило улыбается и извиняется. Но в голове полностью осознает, если Маринетт все это время не отвечала на звонки, значит уже никогда не ответит. От осознавания этого факта на глазах Сезер появились слёзы. Она скучает, жутко скучает, даже фотографии где они вместе и счастливы не спасают, Алье не хватает подруги, особенно сейчас, не хватает поддержки, её постоянных шуток и рассказов, не хватает их прогулок по парку близ поместья Дюпен-Чен, в конце концов даже похождениями по клубам, даже их не хватает. Сейчас Сезер одна... Одна в этом водовороте жизни, одинокая слабая омега, что даже за себя нормально постоять не сможет.       Надо вставать, подниматься с дивана и вновь на улицу выходить. Девушка совсем недавно устроилась в кофейню, что в нескольких кварталах от сюда, и сегодня должна начаться стажировка. Как бы Алье не хотелось лежать дальше, копаясь у себя в воспоминаниях, нужно собрать себя и пойти уже, ведь ей очень нужна эта работа. Сезер устало поднимается с дивана и, заглянув мимолетно в зеркало и схватив ключи, выходит из дома. До кофейни идти около часа достаточно быстрым шагом, так что Алья, не мешкая, выходит их старенького подъезда своей пятиэтажки и быстро направляется на работу, в мыслях настраивая себя на общение с клиентами.

***

       — Здравствуй, Алья, — сказал низкий мужчина с небольшим пивным животиком и протянул свою руку.        — Здравствуйте, господин Моро, — ответила Сезер и, сдерживая своё отвращение, подала протянутую ей руку. Марис Моро — низкий, толстый альфа, с маленькими круглыми глазами, неухоженной короткой бородкой, огромными щеками и множеством складок жира на шее, и Алья даже представлять не хочет, сколько их на всем остальном его теле, которые, словом, и так видно из под его одежды, и по совместительству хозяин этой пекарни и её непосредственный начальник. Если бы не нужда, Сезер бы никогда не пошла в подобное место, особенно в нему в работники. Его пошлый до безобразия взгляд, который он даже и не скрывает, постоянно скользит по телу девушки, останавливаясь на особо "заметных" местах, мужчина глазами раздевает её, и даже пару раз пытался дотронуться своими жирными руками, но Алья умело уходила от этих касаний. В этот раз ничего не меняется, он все также смотрит на неё, а в глазах уже голой под собой видит... Алья все это замечает, но сказать ничего не решается, ведь терять такую сейчас необходимую работу, даже из-за мудака начальника, не хочется, деньги нужны как никогда, даже те копейки, что ей тут обещают. Поэтому Сезер, проглотив свое отвращение, подавив свой рвотный рефлекс и желание бросить в его противную рожу рядом стоящие пирожные, натягивает улыбку на лицо и включает милую пай-девочку.        -- Что ж, Алья, -- пошлая ухмылка, а по Сезер проходит очередная волна отвращения, -- будешь работать на кассе. Твоя задача соблазнить клиента, -- секундная пауза, -- купить побольше продукции.        -- Понятно, -- отвечает Алья, взглядом осматривая свое место работы, -- когда я могу начинать?        -- Прямо сегодня, я думаю, -- сказал мужчина, разворачиваясь в сторону выхода из кондитерской, -- и еще, в твои обязанности так же входит: уборка помещения после закрытия, обязанности официанта, так же на тебе, посуда и прием продуктов, -- уже на выходе альфа повернулся в сторону омеги, что все так же стояла на месте, убедился в том, что она все поняла и, ухмыльнувшись, вышел за дверь.       Что ж, сказать что Алья немного в шоке, это ничего не сказать. В приглашении на работу, что когда-то попалось ей на улице, была лишь работа кассира... А оказывается на её хрупких плечах будет практически все заведение, и Сезер не уверена, что проработав тут некоторое время, работы не станет больше. Но в этом есть и свои плюсы, у официанта есть чаевые и на них можно неплохо заработать. Сейчас Алья успокаивает себя лишь этой мыслью, потому что сейчас уже надо вставать за прилавок и улыбаться каждому посетителю. Как только девушка встала на свое рабочее место, показался первый клиент.       Час ночи, самый криминальный район города, славящийся своими мелкими грабежами, уличными хулиганами и иногда даже убийствами, и кареглазая омега, идущая усталая и злая по этим улицам. Надо бы опасаться подобных мест поздно ночью, но Сезер сейчас совершенно все равно на все происходящее, в её мыслях сейчас только её старенький диван, что ждет её дома, и сон. Алья даже не замечает, как доходит до своей квартиры, как открывает дверь и как прямо одетой валится на диван, не раскладывая. Она опомнилась лишь в пять утра со звонком будильника на телефоне, подошла к зеркалу и сама себе ужаснулась. На ней была вчерашняя одежда местами заляпанная кремом и жиром, с разводами муки на джинсах, макияж за ночь смазался и превратил её лицо в мордочку панды, только страшную мордочку панды. Что ж, да здравствуй новый день, а Алья побежала приводить себя в порядок и собираться в универ, ведь учебу никто не отменял.

***

      Лучший клуб города, что принадлежит AEntertainment находится в самом центре города, трехэтажное здание среди небоскребов, место, где ад и рай соединились, место похоти и разврата, алкоголя и наркотиков, желания и веселья, место, свободное от всего, всех проблем и осуждения со стороны, где можно на полную отдохнуть. Еще только утро, но Нино уже сидит в своем VIP-ложе и выпивает из стакана свое любимое виски. Прошло уже больше недели, как он в последний раз видел ту темноволосую девушку с запахом, раньше не очень любимого, но сейчас до не возможности желанного, шоколада. Омега не выходит из мыслей, лишь окунувшись с головой в работу, она там не появляется, но после обязательно возвращается, так манит своим запахом и медовыми глазами, своими полными губами, что так и хочется искусать. От этой мании не спасает даже алкоголь в стакане, лишь ухудшает ситуацию, воспаленный мозг лишь больше и больше подкидывает картинок с этой девушкой. Пару раз альфа даже порывался к её дому. Первый раз всю дорогу убеждал себя, что едет лишь отдать забытый ею розовый смартфон, и только приехав, окончательно понял, что только ради этого запаха, он готов каждый день приезжать сюда, смотреть через эти ворота на здание, где находится его омега. Но лишь выйдя из машины, понял, что не выдержит, если только этот шоколад так крышу сносит, доводя до чувства эйфории, что после очередной дозы наркотиков получает, что будет тогда, когда он увидит его носителя... Поэтому парень, кое-как сдержав себя от непоправимых дел, отдал его охраннику, что в будке у входа сидел, а сам сел в машину и, через раз дыша, с рыком движка уехал. Второй раз он уже намеренно поехал, желание хотя бы просто мельком увидеть девушку нарастало с каждым днем, с каждым пройденным в работе часе, в каждой минуте, что за алкоголем и шлюхами проводил, и альфа поддался своему зверю, что все это время в голос выл, требовал и жаждал, но приехав на нужное место, своего не обнаружил. Оказывается, девушка уже как несколько дней съехала из этого места, а само поместье выставлено на продажу за довольно таки крупную сумму. После этого у него словно вырвали тот маленький кусочек души, что только недавно нашел, зверь не успел наиграться им, не успел сделать все то, что хотел, а омега просто пропала, растворилась без следа, словно и не было, и лишь воспоминания говорят о том, что это все было, что зверь почувствовал свое, попробовал и так быстро потерял. Альфа со злостью бросает стакан, еще с янтарной жидкостью внутри, в стену, разбрасывая осколки по комнате. Он было уже потянулся за бутылкой, чтобы и ту отправить туда, но резкий звонок на телефон его отвлекает. Его фаворитка желает встретится с ним... Так он не откажет ей в этом желании. Коротко и сухо согласившись на встречу, он забирает свою коженку с кресла рядом и идет на выход. Сегодня он развлечется, забудется в горячем податливом теле, в стонах и криках, и лишь завтра утром вернется в свое обычное состояние.       Встреча Ляифа с Аликс быстро переходит в горячий секс прямо в машине у альфы, после в отеле, что в центре города в одной из высоток и заканчивается лишь к ночи, когда потные и уставшие они валятся на кровать.       -- Нино, -- жалобно тянет девушка, поворачиваясь лицом к курящему прямо в кровати парню и невинно хлопает ресницами, -- пошли в какую-нибудь кондитерскую. Я хочу что-нибудь свеженького, только испеченного...        -- Аликс, -- парень закатывает глаза и делает затяжку, -- если ты хочешь поесть, я могу тебе это просто заказать на дом.        -- Но я хочу посидеть именно где-нибудь не дома, -- продолжает просить омега, все так же хлопая ресницами и, как бы случайно, закусывая нижнюю губу. На что Ляиф просто выдыхает и, затушив сигарету о пепельницу, встает с кровати.        -- Ну раз ты так хочешь, то пойдем, -- говорит альфа, параллельно натягивая на себя джинсы. Если честно, его уже достали странные замашки этой избалованной омеги. Он прекрасно знает, что девушка надеется в скором будущем на его фамилию, из-за чего возможно и появляется эта вседозволенность, но сам он об этом даже не думает. Его устраивает Аликс в постели, за что он ей дал свою карточку и иногда исполняет её подобные просьбы, но более она его не интересует. Нино уже просто устал от беспорядочных половых связей, хочется хоть где-то в его жизни стабильности, и она появилась, правда искусственная, поддерживаемая лишь ложью и деньгами, но есть.       В этом городе так поздно работает лишь одна кондитерская, и та находится на окраине, да и не славится очень хорошей выпечкой, но они все таки идут туда. Ведь девушке очень срочно нужна именно кондитерская и не важно, что на улице почти полночь. А Нино откровенно пофиг, он скучает с ней и даже этого не скрывает, в то время, пока она пытается как-то наладить разговор, он лишь сухо отвечает на её вопросы. Аликс внутри, конечно, обижается на некую отстраненность альфы, но игнорирует это, говоря, что не зря он именно её выбрал.        -- Здравствуйте, -- первое, что слышит пара, пройдя в заведение, что явно качеством не особо отличается. Нино садится за первый столик, не обращая внимания на все вокруг, включая даже свою собеседницу, не замечая кареглазую девушку, что за его спиной стоит как вкопанная, не может глазам поверить, что тот парень, что помог не так давно, что в самое сердце сразу залез и вылезать отказывается, прямо перед ней, причем с совершенно другой парой.        -- Что желаете? -- кое-как оторвав себя от пола, Алья подходит к единственному сейчас занятому столику, смотрит на альфу, но поверить все ещё не может, и, кажется, чувствует уколы ревности, что далеко под кожу забираются, и ведь даже не понятно почему. Почему она появилась, ведь он даже не принадлежал ей никогда, да что уж, они практически даже не знакомы.       Этот голос... Нино все таки возвращается в эту реальность, зверь внутри силой выкидывает его сюда, заставляя прийти в себя. Он так долго ждал его, представлял, и лишь сейчас, совершенно неожиданно, слышит, а внутри чувствует, как зверь хвостом машет, приветствуя. Аликс говорит что-то на заднем плане, но никто из этих двоих её не слышит, смотрят друг на друга, и не верят, что все это реальность, не очередной сон, что каждый день им обоим снится. Нино в сладком меду глаз напротив тонет, а Алья себя распятой видит, сожранной зверем и выплюнутой обратно. Эта печаль, что внезапно на Сезер накатила, ревность, что впервые дала себя попробовать, душат, но она первая нарушает зрительный контакт, что между ними появился и, кажется, был почти осязаем, и переспрашивает заказ. А потом уходит, стараясь не замечать взгляда, что спину прожечь пытается, и свободно выдыхает лишь когда на кухне за дверями оказывается.