Парасомния

На взгляд Тео, Лиам реально долго держался. То есть – ему всего 16, у него достаточно долгое время была девушка (которая якобы есть и сейчас, но на энном количестве километров от него), он оборотень, и у него проблемы с самоконтролем. Девушка уехала, они победили Анук-Ите, Скотт и стая разъехались, он стал капитаном команды по лакроссу, Тео перебрался к нему жить, и вот, только спустя два месяца, Лиаму приснился первый эротический сон. Два месяца! Лиам заслуживает аплодисментов и цветов. Вместо этого он получает нарастающее возбуждение, не способность сосредоточиться и уснувшую было агрессию. Тео просыпается одновременно с Лиамом. Не может понять, что именно их разбудило. Потом доходит – их разбудило не одно и то же. Потому что Лиам пытается давить лихорадочное дыхание, а в комнате неуловимо пахнет… возбуждением. Тео знает, что Лиам знает, что он проснулся. Лиам знает, что Тео знает, что он проснулся. Оба ничего не говорят. С того момента прошла неделя. Лиаму больше не снятся сны. Тео вообще не уверен, что ему что-то снится – так Данбар выматывает себя. Учителя на каждом уроке уточняют, что с Лиамом не так – настолько настойчиво тот рвется отвечать. Тренер бьется в экстазе от восторга, потому что Лиам выкладывается на 150, а то и 200 процентов. Миссис Данбар каждый вечер с умилением говорит, что ее сын стал просто чудесным помощником. Лиам ходит с синяками под глазами, которые не способна убрать даже волчья регенерация. Лиам использует любой шанс, чтобы выплеснуть собственную энергию и агрессию. Лиам дерется с Ноланом. Тео бесится. Нолан – не ровня Данбару, блять, да он даже не оборотень! С ним Лиам не дерется. И хотя Тео прекрасно понимает, почему это происходит (потому что Лиам знает, что Тео знает) это не мешает ему беситься. Поэтому он выходит на поле для лакросса, когда смеркается. Лиам показывает Нолану, как лучше защищаться. Тео щурится и думает, что тоже готов дать Нолану пару советов. Основной – прекратить пялиться на Данбара во время боя. Волчонка это явно отвлекает, но сказать что-то настолько грубое он не может. Даже Нолану. Как интересно. А ведь Тео был в опале гораздо более долгое время. Да, он и хуйни навертел побольше, но - давайте вспомним! - Нолан не «отрабатывал» свои грехи в Аду. Рейкен останавливается в паре метров от парочки. Лиам его прекрасно видит, а вот Нолан, стоящий к нему спиной – нет. - Может, найдешь достойного соперника? Нолан подпрыгивает от неожиданности, а Лиам лишь скользит по нему взглядом и снова становится в стойку. - Мы не деремся. Я учу Нолана. - Я знаю, - кивает Тео, и плавным движением оттирает удивленного мальчишку назад, - так давай покажем ему, как нужно защищаться на самом деле. Я готов взять на себя роль жертвы. - О, ты прекрасно ее играешь, - иронизирует Данбар, но по-прежнему стоит в стойке, - уйди, Рейкен, не мешай. Увидимся… позднее. «Позднее», серьезно? - Конечно мы увидимся дома, Лиам, - он ухмыляется, увидев, что глаза волчонка начинают желтеть, - но для начала покажем основные моменты Нолану. Давай же, Лиам, бей! Я буду защищаться. Данбар бьет. Тео защищается. Первые минут пять. Потом все плавно перетекает в безобразную драку. Тео чувствует, как ломается одно из его ребер от удара, но адреналин в крови даже не позволяет испытать боль. Он бросается на Лиама, сбивая с ног, упирается коленом волчонку в грудь, и поднимает голову. Нолан стоит метрах в четырех от них, и от него несет страхом. - Иди домой, - рычит Тео, чувствуя, как Лиам под ним активно вырывается. Нолану не нужно повторять. Теперь рычит Лиам. Тео переводит взгляд на него, и замахнувшись, отправляет кулак прямо в скулу волчонка. Конечно же, ему прилетает в ответ. Следующие минут двадцать они просто самозабвенно ломают друг другу кости. Тео рычит, оказавшись прижатым к земле, и смотрит Лиаму в глаза. Тот в полном неадеквате, не контролирует себя вообще. Тео вспоминает все дни, когда волчонок буквально приползал домой, чтобы свалиться без сил, а с утра начать все сначала. Вспоминает, каким спокойным тот бывает после драки. И буквально заставляет себя расслабиться, абстрагироваться. Ловит первый удар, второй, третий, пятый. Чувствует, как крошатся кости в грудной клетке. Чувствует кровь во рту. Чувствует, как волчья регенерация сходит с ума, не зная, на что бросать силы. Чувствует, как Лиам зовет его. Вроде бы. - Тео, Тео, ТЕО! Черт, Тео, очнись, перестань, Тео! Он открывает глаза и слабо улыбается. Лиам смотрит на него человеческими глазами, полными ужаса. - Я… - слова приходится буквально выплевывать из пересохшего горла, - в порядке, Лиам. - ТЫ НЕ В ПОРЯДКЕ! – кричит Данбар, и Тео с удовольствием заткнул бы уши, если бы мог, - Ты не в порядке, потому что я чуть не убил тебя, а я чуть не убил тебя, потому что ты вдруг решил позволить мне убить себя, ты вообще ебанулся, Тео??! Не смей, не смей пытаться сделать это моими руками, ты, ты… Крики волчонка переходят в невнятный вой, а Тео судорожно пытается собрать мысли в кучу, ровно как и свои упорно недвижимые конечности. Однако, регенерация не торопится ему на помощь, и Тео может лишь растерянно шептать, что Лиам не прав, что он вовсе не этого хотел, что это лишь для того, чтобы Данбар выпустил энергию, а не копил ее, занимаясь с бестолковым ребенком. Лиам не слышит. Лиам продолжает выть у него на груди. Тео сцепляет зубы, и невероятным усилием поднимает свои руки, устраивая их на лопатках волчонка. Они лежат на поле для лакросса, и над ними медленно зажигаются звезды.