ТФП: По обе стороны

             Pov Автор.       Тишина в медицинском отсеке, разрываемая лишь гулом систем, была растоптана тяжёлыми, методичными шагами. Получив доклад, Мегатрон прибыл лично. Новый бот, сумевший поставить Прайма на колени, заслуживал немедленной оценки.       Двери распахнулись. Владыка десептиконов замер на пороге, его алые оптические сенсоры мгновенно сканируя сцену. Нокаут и Брейкдаун, заслоняя собой койку, поспешно отступили, раскрыв вид.       На платформе лежала фигура в скромной, потрёпанной броне. Мегатрон медленно приблизился, его взгляд цеплялся за детали: изящные, почти аристократические изгибы корпуса, странно стёртое место на груди вместо эмблемы. Но не это привлекло его внимание. Поверхность доспехов была иссечена глубокими царапинами, а в сочленениях и щелях застыли потёки засохшего энергона.       — Состояние? — его бас, лишённый вопроса, прозвучал как приказ.       — Стабильное, Лорд Мегатрон! — Нокаут выступил вперёд, стараясь перекрыть собой недовольное ворчание Брейкдауна. — Поверхностные повреждения корпуса многочисленны, но все системы целы. Внутренние травмы отсутствуют. Однако…       Медик сделал паузу для драматизма, указывая на застывшие потёки.       — Анализ показывает, что это старая кровь. Не от сегодняшнего боя. Пациент, судя по всему, пережил жестокое, продолжительное сражение непосредственно перед тем, как попасть в стазисную капсулу. Он вышел победителем, но на пределе ресурсов. Истощение систем было критическим.       — Сильный боец, — заметил Мегатрон, не отрывая взгляда от неподвижной фигуры. В его голосе звучало не восхищение, а холодный расчёт. — И выносливый. Объясните свежие повреждения.       — От Балкхеда, в основном, — начал Нокаут, но, поймав тяжёлый взгляд владыки, поспешил добавить главное. — Однако непосредственно перед этим… Вы не поверите! Она одним ударом отправила Оптимуса Прайма на колени!       Сенсоры Мегатрона резко сузились.       — Оптимуса? — он произнёс имя медленно, словно пробуя на вкус. В его поле, обычно давящем и неумолимом, вспыхнула искра острого, хищного интереса. — Подробности, — в глазах вспыхнул жадный, живой интерес.       — Могу лишь с иронией заметить, что наша находка из гущи мясорубки попала в другую-       — Оптимуса Прайма это тоже впечатлило? — голос Мегатрона стал жестче, уклонение от ответа было не к месту.       — Если верить показаниям свидетелей, то да, — Нокаут кивнул с самодовольной ухмылкой, ведь он был одним из них. — Один точный удар по слабому месту. Прайм на коленях. Зрелище было… Забавным.       — «Забавным», — повторил Мегатрон без тени улыбки. Его взгляд вернулся к фигуре на койке. Десептикон? Возможно. Согласно докладу Дредвинга, этот бот без раздумий встал между ним и Праймом. Такая слепая храбрость или расчётливая преданность была ценным ресурсом. Полезным солдатом. И… Приятным приобретением.       В этот момент раздался резкий, механический щелчок.       Все взгляды устремились на койку. Пальцы пациента дёрнулись, вцепившись в край платформы. Корпус напрягся, турбины хрипло взвыли, пытаясь запуститься. Тёмный визор на лицевой панели всё ещё скрывал оптику, но нижняя часть лица — чётко очерченная линия сжатых губ — выдавала мучительное пробуждение.       — Кажется, наш гость приходит в себя, — произнёс Мегатрон, не сводя с него взгляда.       Опал боролась с паникой, что поднималась когтистой волной из самых глубин её памяти. Гул систем жизнеобеспечения сливался в один навязчивый гул — точь-в-точь как гул приборов в лаборатории. Мерцающий свет, запах озона и стабилизаторов… Её искра бешено колотилась о клетку грудных пластин.       Лаборатория. Медики. Инструменты, — она сжала челюсти до хруста, впиваясь пальцами в холодный металл платформы. — Маска. Надень маску. Сейчас.       С видимым усилием она оттолкнулась локтем и села. Движение было резким, лишённым грации. Её мани непроизвольно потянулась к пустоте, но вовремя застыла. Вокруг неё сгустилось плотное, колючее энергетическое поле — немое, но ясное предупреждение.       — Кхем… Ты как? — рискнул нарушить тишину Брейкдаун, сделав осторожный шаг вперёд.       Опал резко повернула к нему голову. Через тёмное стекло визора она видела лишь размытый силуэт. Медик. Её внутренние системы подали сигнал тревоги. Она едва сдержала импульс оттолкнуть его. Но когти слегка дрогнули. Один раз, а затем медленно опустились.       — Х-хорошо, — её голос прозвучал хрипло, едва слышно. Она заставила себя расслабить плечи, смягчить поле. Не враг. Пока.       Мегатрон наблюдал. Всё в этом боте — от сжатых кулаков до напряжённой спины — кричало о внутренней буре. Но не о страхе перед ним. О чём-то другом.       — Добро пожаловать на борт «Немезиды», — произнёс он, и его голос, низкий и властный, прорезал гул. — Ты оказал мне… Неожиданную услугу. Теперь позволь оказать её тебе. К какой фракции ты принадлежишь?       Вопрос повис в воздухе. Мегатрон видел, как грудная пластина гостя резко вздымается в такт работающим турбинам.       Подчинись, — эхом прозвучал в памяти голос, лишенный эмоций. Холодный, безличный.       Искру Опал сковал леденящий спазм знакомой паники. Не сейчас. Не здесь. Она вцепилась взглядом в алые сенсоры Мегатрона. Его доминирующее, подавляющее присутствие не пугало — оно будоражило. Это был вызов, тяжёлый и опасный, и она жаждала его принять.       Опал глубоко, почти незаметно вдохнула. Паника сменилась ледяной концентрацией. Перед ней стоял не палач-учёный, а воин. И с воинами она умела говорить.       Медленно, демонстративно контролируя каждое движение, она сползла с платформы и встала на серво. Её колени чуть дрожали от слабости, но она выпрямилась во весь рост. Затем сложила крылья-стабилизаторы и антенны в чёткий, старомодный реверанс — жест с кибертронских дворцовых приёмов, полный показного уважения.       — Прошу прощения за неподобающий вид, — её голос теперь звучал ровно, низко, без тени хрипоты.       Она подняла мани к лицу. Тёмный визор с мягким шипением отъехал, сложившись у виска.       И Мегатрон увидел её оптические сенсоры. Ярко-голубые, с холодными фиолетовыми отсветами, обрамлённые тонкими дугами. Они смотрели на него без страха, без подобострастия, с абсолютной, выверенной нейтральностью.       — Позывной — Опал. В данный момент я не состою на службе ни у одной из фракций.       — Наёмник, — констатировал Мегатрон. Его собственное поле сомкнулось вокруг неё, пытаясь нащупать слабину, дрожь, ложь. Оно наткнулось на гладкую, отполированную стену. — Интересная профессия для того, кто так лихо ввязывается в чужие дуэли.       — Профессия предполагает оценку рисков и потенциальной выгоды, лорд Мегатрон, — парировала Опал. Её губы тронула едва заметная, деловая улыбка. — Ваш офицер казался… Ценным активом. А Оптимус Прайм — очевидной угрозой. Вмешательство было логичным.       — И чем мотивирована эта… Логика? — Мегатрон медленно обошёл её, оценивая каждый шрам, каждую царапину. — Альтруизмом? Наёмники обычно им не страдают.       — Альтруизм — плохая инвестиция, — её голос оставался спокойным, но в нём появился стальной оттенок. — Я мотивирована возможностью. Возможностью работать на сторону, которая демонстрирует силу и перспективы. После сегодняшнего… Представления, десептиконы выглядят предпочтительнее.       Она повернула голову, следя за ним взглядом. В её осанке не было вызова, только уверенность профессионала, предлагающего услуги.       — Ты предлагаешь свои услуги. Заплати́, — ухмыльнулся Мегатрон, останавливаясь прямо перед ней. Его тень накрыла её.       — Всё имеет свою цену, — не моргнув, ответила Опал. — Мои навыки — разведка, электронное подавление, точечные устранения. В обмен я хочу стандартный наёмный контракт: оплата ресурсами, доступ к неклассифицированным тактическим данным для планирования операций и… Автономию в вопросах, касающихся моего оборудования и его обслуживания.       Последняя фраза была произнесена чуть чётче. Её взгляд на долю секунды скользнул по Нокауту, стоявшему позади Мегатрона.       — Автономию? — Мегатрон приподнял бровь. — На моём корабле?       — Моё тело — мой инструмент, лорд. Оно калибровано под специфические задачи. Несанкционированное вмешательство снизит его эффективность. А вы, как я понимаю, цените эффективность выше слепого подчинения.       Она попала в точку. Мегатрон молчал, изучая её. Она не просила милости, не клялась в верности. Она вела переговоры. Как равная. Это было… Необычно. И потенциально полезно. Преданность можно купить или внушить страхом. А холодный, расчётливый ум — редкий товар.       — Ты утверждаешь, что нейтрал. Но ты знаешь моё имя. Ты знаешь Прайма в лицо. Ты владеешь манерами, которым не учат в окопах, — его голос стал тише, опаснее. — Кто ты на самом деле, Опал?       В её голубых оптических сенсорах не дрогнула ни одна пиксель.       — Я — тот, кто выжил, — ответила она просто. — А выживают те, кто умеет наблюдать и делать правильные выводы. Ваше имя известно каждому на этой планете. Что до манер… — её губы снова тронула та же деловая улыбка. — В моей профессии полезно уметь вписаться в любое общество. Даже в то, что его давно забыло.       Он продолжал смотреть на неё. Молчание затягивалось, давящее и неудобное. Нокаут нервно переминался с ноги на ногу.       — Допустим, я приму твои условия, — наконец сказал Мегатрон. — Чем ты можешь доказать свою ценность сейчас?       Опал медленно кивнула, как будто ожидала этого вопроса. Она подняла руку, и из её запястья выдвинулся тонкий порт для передачи данных.       — Координаты временного укрытия автоботов в секторе Дельта-Семь. Данные могли устареть, пока я была в стазисе. Но их паттерны рассеивания предсказуемы. Ваши люди смогут перехватить их логистику.       Она протянула руку, предлагая порт. Жест был одновременно и жестом доверия, и проверкой.       Мегатрон не спешил брать данные. Его взгляд буравил её. Он искал подвох, намёк на триумф, на хитрость. Видел лишь холодный, профессиональный расчёт.       — Хорошо, — наконец произнёс он, принимая информацию одним движением, не касаясь её порта. Данные мгновенно ушли на анализ к Саундвейву. — Мы проверим. Если информация окажется ценной… Твой контракт будет рассмотрен.       Он сделал шаг назад, разрывая напряжённую близость.       — Нокаут, Брейкдаун. Покажите нашей… Гостье необходимые помещения. Без излишеств.       С этими словами он развернулся и тяжёлой поступью направился к выходу. На пороге обернулся, бросив последний взгляд на Опал. Она всё так же стояла по стойке смирно, её голубые сенсоры провожали его с тем же ледяным, нечитаемым спокойствием.       — И Опал… — добавил он, и в его голосе вновь зазвучала сталь. — Добро пожаловать в команду. На время испытательного срока. Помни: я терплю таланты. Но не терплю тайн, которые становятся угрозой.       Двери закрылись за ним. Давящее поле владыки исчезло, сменившись гулом систем и напряжённым молчанием.       Опал позволила себе сделать один глубокий, невидимый вдох. Всё её существо дрожало от перенапряжения, от борьбы с кричащим внутри ужасом. Но снаружи она была лишь слегка уставшим наёмником.       — Ну что ж! — Нокаут хлопнул в ладоши, нарушая тишину. Он подошёл к ней с сияющей, слишком широкой улыбкой. — Поздравляю с успешным трудоустройством! А теперь, раз уж ты с нами… Как насчёт быстрого, полного сканирования? Для истории болезни. И чтобы убедиться, что никаких… Сюрпризов.       Его мани потянулась к сканеру на стене.       Инструменты. Сканеры. Они увидят- — у Опал похолодело за спиной от мысли, что они могут заметить несостыковки.       Она резко, почти отшатнулась, отходя от платформы. Её движение было настолько стремительным, что Нокаут замер с протянутой рукой.       — Это не входит в условия моего найма, — её голос прозвучал резко, как удар хлыста. Вся показная мягкость испарилась. — Мой функционал в норме. Этого достаточно.       — Но стандартный протокол… — начал Брейкдаун, смущённо потирая затылок.       — Мой протокол — это контракт, — парировала Опал, не сводя ледяного взгляда с Нокаута. В её голубых оптических сенсорах вспыхнуло предупреждение. — И первая его статья — неприкосновенность инструментария. Моего. Не настаивайте, доктор. Это будет воспринято как враждебный акт.       Она выдержала паузу, давая словам осесть. Потом, резким движением, снова нацепила тёмный визор, скрывая глаза.       — А теперь, если экскурсия всё ещё в силе… Покажите мне, где я буду работать. И, желательно, не через вашу лабораторию.

•••

      На мостике Немезиды царила привычная, скучающая атмосфера. Появление Саундвейва у главного терминала даже не вызвало особого интереса — пока он не подключился и не вывел на главный экран тревожную, мигающую точку.       — Ещё одна капсула… — Мегатрон оторвался от данных, его бровь поползла вверх. На экране чётко виден был хвост от вхождения в атмосферу. Опять. Совсем недавно они извлекли из первой ту странную, до сих пор отходящую в лазарете фембот. И вот — вторая.       Саундвейв молча вычислял траекторию. По имеющимся данным капсула уже приземлилась на планету, осталось понять где. Старскрим, почуяв возможность проявить свою незаменимость, тут же вклинился:       — Вам не кажется это подозрительным, мой лорд? Сначала одна, теперь вторая. Слишком много «случайностей» для одной примитивной планеты.       Саундвейв, не отрываясь от работы, одним резким, негативным жестом велел ему замолчать. На мостике воцарилась тишина, которую нарушало лишь странное потрескивание из динамиков терминала. Звук был… Нестандартным. Не шифровкой, не помехами.       — Что это? — Мегатрон нахмурился, вслушиваясь. Звук был ритмичным, почти…       — Похоже на какую-то… — начал было Старскрим, но его вновь перебили.       — Мелодию.       Голос был новым, женским, спокойным и уверенным. Все разом обернулись к входу.       В проёме стояли трое. Нокаут с его вечной самодовольной ухмылкой, Брейкдаун, чешущий затылок, и… Она. Фембот, которую они недавно подобрали. Опал.       — Что вы здесь делаете? — прошипел Старскрим, возмущённый вторжением в святая святых.       — Исполняем приказ Лорда, — легко отмахнулся Нокаут, жестом приглашая Опал внутрь. — Провожу экскурсию для новичка. Знакомлю с рабочими местами.       — А сюда зачем пришли? — Старскрим выпрямился, пытаясь казаться внушительнее. Приводить в командный центр какого-то оборванца — это было слишком.       — Тебе знакомо слово «экскурсия»? — Нокаут слегка наклонил голову, и в его тоне сквозила чистейшая издевка.       — Для тебя я — Командующий, — выпалил Старскрим, обращаясь уже к Опал. — Вам стоит ознакомиться с уставом о субординации, новобранец.       Опал даже не взглянула на него. Её внимание было приковано к экрану и тому странному звуку. Лёгкой, но уверенной походкой она прошла по мостику к терминалу Саундвейва. Все присутствующие невольно проводили её взглядом. Она была… Непохожей. Не грубой сборкой солдата, а чем-то более изящным. Опасным в своей сдержанности.       Саундвейв, обычно неподвижный как скала, едва заметно отпрянул, когда она приблизилась. Его шипы на спине сомкнулись плотнее. Он чувствовал исходящее от неё поле — открытое, спокойное, но с лёгким, почти неуловимым фоновым «жужжанием», которое вызывало странное чувство лёгкой эйфории. Оно было приятным… И потому вдвойне подозрительным.       Мегатрон почувствовал то же самое. Лёгкость, внезапно наполнившая воздух, заставила его внутренние системы напрячься. Это был не запах, не звук — это было прямое воздействие. Контроль.       Где-то сзади кто-то из младших офицеров под влиянием этого поля негромко, восхищённо присвистнул.       — НЕМЕДЛЕННО ВЕРНУТЬСЯ К РАБОТЕ! — рёв Мегатрона, как удар хлыста, прорезал наваждение. Все вздрогнули, опустив головы. Он перевёл взгляд на Опал. — Ты сказала, мелодия?       — Да, лорд Мегатрон, — кивнула она, и на её лицевой панели мелькнула быстрая, почти игривая улыбка. — Я узнаю её где угодно.       — Можешь объяснить? — вклинился Старскрим, стараясь вернуть контроль над ситуацией. Он пристально изучал её — плавность движений, модуляции голоса. Это не была обычная солдатка.       — Конечно, — она сделала шаг навстречу, и её взгляд на миг встретился со взглядом Старскрима, заставив его на секунду потерять нить мысли. — Кажущийся шум — это зашифрованное сообщение. Внешнее вмешательство в систему капсулы, — она говорила спокойно, убедительно, её голос был как инструмент. — Пассажир изменил сигнал, превратив его в музыкальный такт. Если пропустить его через правильный алгоритм, можно извлечь координаты. Его настоящие координаты. Капсула — пустышка, ловушка для любопытных.       Её слова висели в воздухе, такие гладкие и правдоподобные. Даже опытные офицеры на секунду задумались. Почти купились.       — И откуда тебе это известно? — спросил Мегатрон, его голос был холоден, но в нём звучало любопытство.       — Этот шифр… Система связи… Он мой. Вернее, наш. Моя и моего напарника, — поправилась она, снова одарив Старскрима той же лёгкой, почти дружеской улыбкой. Он заметил, как её пальцы бессознательно повторили жест, который он только что сделал. Она копирует. Адаптируется.       — То есть, в этой капсуле — твой напарник? — уточнил Мегатрон, наблюдая за каждой её микрореакцией.       — Если быть точнее, мой наниматель, — подтвердила Опал. Её взгляд стал отстранённым, когда она перевела его на экран. — Перед падением на Землю мы попали в засаду наёмников, — голос её потемнел, в нём зазвучало настоящее презрение, заставившее даже Брейкдауна насторожиться. — Нам удалось вырваться, но нас разделили… — она сделала паузу, и Мегатрон увидел в её оптике не наигранную, а подлинную тревогу. — Только я смогу его найти. У нас свои правила. Если он заподозрит присутствие чужих — просто исчезнет. Но я выведу на него. Нужно только опередить автоботов.       Она произнесла последнее слово с такой ледяной неприязнью, что в её искренность стало легче поверить.       — Значит, большой отряд только спугнёт его, — заключил Мегатрон, размышляя. — Что помешает ему скрыться от тебя, Опал?       — Он не способен бросить в беде хрупкую фем вроде меня. Он педантичен. Не любит неожиданностей после долгого стазиса. Новые лица его раздражают.       — Какой он союзник? — в лоб спросил Мегатрон.       Вопрос, казалось, слегка смутил её. Но она ответила уверенно:       — Наши навыки дополняют друг друга. Его знания… Бесценны. В бою, возможно, растерял сноровку, — она усмехнулась, и в этой усмешке была тень нежности. — Он хороший союзник. И очень нежелательный враг.       — Интригующе, — негромко, почти для себя, пробормотал Старскрим, окончательно заинтригованный.       — Тихо! — рявкнул Мегатрон, заставляя его вздрогнуть. Его взгляд, тяжёлый и оценивающий, упёрся в Опал. Риск был. Но и потенциал… — Хорошо. Опал, веди операцию. Но не одна. С тобой пойдут Дредвинг и Брейкдаун. И отряд чистильщиков на подхвате.       Услышав имя «Дредвинг», Опал едва заметно изменилась в лице. Это было не испуг, а скорее… Всплеск интереса.       Дредвинг? — промелькнуло в её процессоре. Воин. Честь. Сила.       Саундвейв, почти с облегчением, вызвал лейтенанта. Тот явился быстро — его синий, мощный корпус заполнил проём. Он был воплощением воинской дисциплины и тихой, смертоносной силы.       Опал встретилась с ним взглядом. Её ярко-голубая оптика скользнула по его броне, по шрамам, по благородной осанке.       Не изменился… — пронеслось у неё в голове с оттенком странного признания.       — Жду указаний, мой Лорд, — Дредвинг склонил голову, его голос был низким и преданным.       — Вы с Брейкдауном сопроводите Опал, — указал Мегатрон. — По её данным, в капсуле — её напарник. Найдите его. Быстро.       — Как прикажете.       Он перевёл взгляд на Опал. Не спеша, с мерной, тяжёлой поступью он приблизился к ней. Не сгибаясь, не наклоняясь, он протянул руку — не для рукопожатия равного, а ладонью вверх, в старом, почти забытом жесте, означавшем одновременно и представление, и предложение союза.       — Лейтенант Дредвинг. Рад знакомству.       Опал оценила жест. Её голубые оптические сенсоры на мгновение вспыхнули холодным интересом. Она положила свою узкую, изящную руку ему на ладонь, не нажимая, лишь касаясь.       — Опал. Наёмник. Наслышана о вашей… эффективности, лейтенант.       — Я был свидетелем вашего вмешательства в дуэль с Праймом, — ответил он, не отпуская её руку. Его палец лежал на её запястье, там, где обычно прощупывался пульс энергосистемы. Не сканер, но тактильный контакт. Проверка. — Смелый поступок. Или безрассудный.       — В моей профессии это часто одно и то же, — парировала она. — Надеюсь, ваша репутация соответствует действительности.       В её тоне звучала не дерзость, а холодная, профессиональная оценка. Дредвинг кивнул, словно принимая условия.       — Моя задача — обеспечить успех миссии и безопасность команды, — произнёс он, и эти слова прозвучали как скрытая угроза, и как обещание. — В том числе — и вашу, мисс. Незнакомец с тёмным прошлым — это брешь в безопасности. Я закрою её лично.       Он сказал это громко, чётко, чтобы слышал и Мегатрон, и Старскрим. Объяснение было безупречным: контроль, ответственность, долг.       Опал слегка наклонила голову, прикрыв оптику на мгновение голубыми ресницами-полумесяцами. Жест мог сойти за покорность. Но уголки её губ были поджаты в тонкой, напряжённой линии.       — Тронута такой… заботой, лейтенант.       Он поднёс её пальцы к своим губам в старинном жесте, который давно перестал быть просто формальностью. Его алые сенсоры пристально сканировали каждую черту её лица, каждую микрореакцию. Он искал знакомые изгибы, тень того, что видел когда-то сквозь пелену боли. И он видел. Несовпадения во внешности были, она изменилась. Но глубина взгляда, напряжение в уголках губ, скрывающее боль… Это было то самое.       — Рассчитываю на вашу поддержку, — сказал он, задерживая её руку чуть дольше необходимого.       Её поле дрогнуло. Искреннее удивление, всплеск чего-то тёплого, быстро задавленное ледяным контролем. — Хорошая актриса, — подумал он без злобы. — Но не настолько.       — Для меня честь, — выдохнула она, и в этот миг это не было ложью.       Мегатрон наблюдал за этой немой сценой, и в его процессоре начали складываться новые, интересные планы.       — Опал будет возглавлять операцию.       Сама Опал едва не выдала себя, на мгновение нахмурившись. Возглавлять? Дредвинга?       — Ваша задача — следовать её указаниям и обеспечить прикрытие, — чётко отдал приказ Мегатрон. — Опал, это твоё первое задание. Не подведи.       Она собралась моментально.       — Так точно, лорд Мегатрон.       Дредвинг внутренне напрягся, но лицо его осталось непроницаемой маской. Это был интересный ход владыки — проверка её амбиций и его дисциплины одновременно.       — Опал, пройдёмте со мной, — его голос звучал ровно, но в нём не было места для возражений. — Обсудим детали перед высадкой.       — Конечно… Сэр.       Она последовала за ним по коридорам, держась на почтительной дистанции. Её походка была лёгкой, почти бесшумной, но не вкрадчивой — уверенной. Она не оглядывалась по сторонам, как шпион, но её антенны были слегка приподняты, улавливая каждый звук.       Он привёл её в небольшой тактический отсек рядом с трюмом. Дверь закрылась, оставив их наедине.       Дредвинг обернулся, скрестив руки на массивной груди. Его взгляд был тяжёлым, оценивающим.       — Мегатрон поставил вас во главе, — начал он без предисловий. — Но на поле боя приказы отдаю я. Вы ведёте к цели. Я обеспечиваю, чтобы мы все вернулись живыми. Это ясно?       Опал не отступила под его взглядом. Она слегка наклонила голову, её голубые сенсоры холодно мерцали.       — Совершенно. Моя задача — найти и извлечь цель. Ваша — нейтрализовать угрозы и обеспечить отход. Я не намерена оспаривать ваши тактические решения, лейтенант. Пока они не противоречат успеху основной миссии.       Её тон был безупречно вежливым, но в словах «пока они не противоречат» чувствовалась сталь. Она не собиралась слепо подчиняться. Она вела переговоры.       — Лорд Мегатрон поручил мне ввести вас в курс дела, — произнёс Дредвинг. Его голос был ровным, профессиональным, но в нём не было и тени того почтительного интереса, который он демонстрировал на мостике. Теперь это был голос командира, оценивающего нестабильный актив.       Опал стояла, слегка скрестив руки на груди. Её антенны были прижаты, взгляд из-под тёмного визора холодно-оценивающий.       — Я ценю эффективность, лейтенант. Но, кажется, курс дела я уже знаю: найти капсулу, извлечь напарника, избегая автоботов. Что именно требует вашего личного введения?       Её тон был вежлив, но в самой формулировке звучал скрытый шип: «Вы здесь лишний».       — Процедуры безопасности «Немезиды», — парировал он, не моргнув. — Протоколы передвижения в полевых условиях. Частоты для экстренной связи, которые не отслеживает Саундвейв в общем потоке. И, — он сделал короткую паузу, — оценка вашей текущей боеготовности. Ваше выступление против Прайма было эффектным, но последующий коллапс говорит о нестабильности систем. Я не могу вести в поле напарника, который может отключиться в ключевой момент.       Он ударил точно в брешь её легенды. В ту самую «слабость», которую она сама выставила напоказ — истощение.       Опал слегка приподняла подбородок.       — Мои системы автономны и самовосстанавливающиеся. Стазис и последующий бой были… Стресс-тестом. Сейчас я функционирую в пределах нормы для задач такого рода. Ваша забота трогательна, но излишня.       — «В пределах нормы» — это не точное значение, — отрезал Дредвинг. Он сделал шаг вперёд, сокращая дистанцию. Не угрожающе, но настойчиво. — Это субъективная оценка. А на поле боя мне нужны объективные данные. Вы либо можете выполнить задачу, либо нет. До тех пор, пока вы выполняете задачу, моя ответственность — обеспечить вам условия для работы. И оградить от… Излишнего внимания. Вам предельно ясна моя роль?       Это был мастерский ход. Одновременно угроза и предложение защиты. Постановка надзирателя и предоставление щита.       Опал замерла, её процессор лихорадочно анализировал. Он не просто подозревал. Он действовал. Создавал структуру, в которой она будет под постоянным, близким наблюдением, но и под его крылом. Это меняло всё.       Она медленно развела руки, ладонями вверх — жест капитуляции, но исполненный с такой грацией, что больше походил на театральный поклон.       — Что ж, когда вы так это формулируете… — её голос смягчился, потерял колючую остроту. — Принимаю ваши условия надзора, лейтенант. При условии, что они не будут мешать выполнению миссии. Мой напарник… Он не любит свидетелей.       — Он привыкнет, — сухо ответил Дредвинг. Он наконец отступил на шаг, разрывая напряжённую близость. — Брейкдаун! Готовность?       — Ещё минута, Дред! — донёсся голос из коридора.       Пока Брейкдаун заканчивал подготовку, Дредвинг повернулся к стойке с оружием. Его движения были точными, экономными. Он не смотрел на неё, когда заговорил снова, но каждое слово было отчеканено и брошено между ними:       — На поле боя я видел вашу работу. Эффективно. Без пафоса. Редкое качество.       Комплимент? Провокация? — Опал насторожилась.       — Спасибо, — ответила она нейтрально. — Я стремлюсь к эффективности.       — Заметил.       Им вот-вот предстояло приступить к главной миссии.