Мы связаны судьбой/O clone

Жади подъехала к своей квартире? практически засыпая на ходу. Поднявшись на свой этаж и покрутив ключом в замке, женщина долго не могла понять? почему не открывается дверь. Но пытаясь собрать мысли, она все-таки поняла, что Лукас уже дома. Отворив дверь, она буквально сваливалась с ног. Но? услышав приглушённые стоны и характерные звуки, сразу же проснулась. — О, Аллах… пожалуйста, нет… пусть это будет сон…- шептала женщина, приближаясь к спальне мужа. Открыв дверь, перед ней предстала картина: Лукас вальяжно лежит на кровати перед телевизором и смотрит какой-то фильм, где мужчина с женщиной бурно предаются страсти. Выдохнув, она бросилась мужу на шею. — Я скучала, милый. Ты давно пришёл? Не голодный? Отстранив от себя женщину, он залепил ей звонкую пощёчину, что та свалилась с кровати и больно ударилась головой о край тумбочки. — Я-то дома, а вот где тебя носит второй день, не имею представления! Что, решила бросив мужа мусульманина, можешь шататься, где хочешь? А? — Лукас…я была у Латифы… она попала в больницу. Мужчина спрыгнул с кровати и пнул ее ногой по рёбрам, а после, схватив за волосы, поднял. — А ты что, врач? Что-то долго времени ты провела в больнице! — Отпусти меня! — завизжала марокканка, но получила новую порцию пощёчины. — Заткнись! Я отпущу тебя, только когда ты будешь наказана! Лукас, развернув жену к себе спиной, заломил ей руки и связал их сзади веревкой, которую предусмотрительно купил. Толкнув ее на кровать, он буквально разорвал на ней одежду. Подняв ее за волосы, он поставил ту на колени на пол, а грудью ткнул на кровать. — Ты думала будешь бегать и изменять мне, как своему Саиду? Не на того нарвалась, ХАБИБИ! Последнее слово он специально подчеркнул. Лукас не испытывал жалости к женщине, которую любил много лет. Обливаясь слезами и моля у Бога помощи, она выглядела для него жалко. Вся картина только заводила бразильца, и он, взяв ремень, ударил жену по спине со всей силы. Та громко закричала и попыталась встать, но он ногой толкнул ее обратно. — Дёрнешься ещё раз, я сломаю тебе руку. И в подтверждение своим словам, он ее неестественно изогнул, чем вызвал страшные крики жены. — Будешь меня слушать, грязная шлюха? Жади обессиленно кивнула и принялась рыдать, заглушая свои слёзы и стоны, уткнувшись в одеяло. Лукас начал со всей силы бить ее ремнём, по всему телу. В некоторых местах начали проступать кровавые подтёки. Решив, что этого мало, он отбросил ремень и взял розгу. — Как там говорил ваш родственник? «Плетка должна висеть на видном месте, чтоб жена знала своё место». Я пошёл дальше, моя дорогая, купил розгу. И теперь она будет висеть на самом видном месте. Замахнувшись, послышался звук рассекаемого воздуха, а после удар. Нежная кожа женщины не выдержала и разошлась, оставив кровавый след. Усмехнувшись, Лукас продолжил своё наказание и, когда жена была так измучена и вся покрыта ранами от ударов, поднял ее за волосы и ударил по щекам. — Не смей отключаться, любимая, мы ещё не закончили. Он положил ее на кровать, привязав руки и ноги к основанию и ножкам кровати. Женщина оказалась в очень интересном положении, руки были сверху, а ноги широко расставленными и привязаны к ножкам кровати. — Будь ты проклят, Лукас. Ненавижу тебя! — Ненавидишь? Разве не ко мне ты бегала от преданного тебе, как собачка, Саида? Тебе же нравилось, как мы развлекаемся, дорогая. — Я станцую на твоей могиле. Схватив женщину за щеки, он заставил открыть ее рот и засунул туда трусы его любовницы, обильно смазанные ее соком. — Это белье моей девушки, попробуй ее на вкус, пока я буду продолжать мучать тебя. И не по доброму улыбнувшись, мужчина взял розгу и начал бить жену по груди, животу, ногам. Один раз он даже ударил ее по лицу. Вся кровать была в ее крови, а та, прикрыв глаза, лишь обессиленно мычала. Вскоре Лукас возбудился до предела и, сняв свои брюки, вошел в жену. Она была абсолютно сухая, отчего той было невероятно больно и неприятно чувствовать Лукаса в себе. Он начал быстро двигаться внутри жены, сжимая ее бёдра, отчего раны под его ладонями неистово горели. Вскоре уставшая женщина просто отключилась, а Лукас, приближаясь к оргазму вытащил своего «друга» и кончил на лицо и волосы жены. Глянув на неё с презрением, он отвязал ее от кровати и, собравшись, покинул дом.

***

Самира и Хадижа сидели в комнате последней и разговаривали. Хадижа помогала сестре обработать раны и пыталась замазать свой синяк. — Тебе очень больно? Может вызвать врача? Хадижа, осмотрев пару неглубоких ран сестры, все-таки очень перепугалась: выглядели они страшно. — Не надо, Хадижа. Я это заслужила. Аллах наказал меня из-за мамы. По щекам девушки покатились тяжёлые слёзы, и в разговорах они провели всю ночь.

***

Проснувшись утром, Жади почувствовала, как все тело болит и горят многочисленные раны. Помимо кровавых рубцов, на теле женщины были и синяки. Дома никого не было, она лежала одна и голая. Лицо неприятно стянуло от крови и какой-то ещё жидкости. Превозмогая боль, женщина встала с кровати и подошла к шкафу с зеркалом во весь рост. Увиденное заставило ее ахнуть: все тело было красно-фиолетовым. Засохшая кровь по всему телу и многочленные раны выглядели очень устрашающе. Женщина заплакала: на красивом лице было несколько кровавых полос. Приняв решение сходить в душ, она предположить не могла, каких страданий ей это будет стоить. Еле передвигая израненным телом, она включила прохладную воду. Тёплая или горячая усугубили бы ее положение. Набрав ванну и капнув туда несколько капель оливково масла, она опустила одну ногу. По всему телу пробежались мурашки от новой боли. Зажмурив глаза, она полностью встала в воду и села. Сзади отдалось такой болью, что женщина взвыла. Наконец, погрузив в воду все тело, она пару минут полежала, чтобы привыкнуть. Умывшись водой, она чувствовала, как рана пульсирует, но, сжав зубы, продолжала смывать ту грязь, что оставил ее муж. После чего она начала смывать кровь, стараясь не зацепить раны, которые как ей казалось заполняли каждую клеточку ее тела. Закончив через час, она надела абаю* и сверху чёрный никаб**. Она решила уйти от Лукаса, которого возненавидела за один день. Облачённая в одежду по глаза, она вызвала такси, но, попытавшись открыть дверь, у неё ничего не получилось. Ключ, муж, конечно, забрал с собой. Мобильный телефон тоже. Благо работал домашний, иначе она бы и такси не смогла вызвать. Конечно, она не помнила ни один номер наизусть и приняла решение: выйти через балкон. Открыв пластиковую дверь и выглянув, она посмотрела вниз. Повезло, что жили на втором этаже. Падать было бы не так больно, хотя судя по состоянию ее тела, даже приземлись она на пуховые подушки, почувствовала бы адскую боль. Перекинув обе ноги через перила, она вцепилась в них мертвой хваткой. Благо она в никабе, и никто ее не узнает. Аккуратно перебравшись на выступ около окна, она сосчитав до 3-х, прыгнула на балкон нижнего этажа. Лететь было всего-ничего, но так как она была босиком, то в ноги отдалось неприятное чувство, и она завалилась на бок. Соседи, хвала Аллаху, ушли на работу. Передохнув и поднявшись, она нашла в себе силы проделать то же самое. Оказавшись на траве у дома, она неправильно прыгнула и приземлилась на спину. Закрыв глаза от неописуемой боли, она поняла, что от этого побега зависит ее жизнь. Как много она бегала от Саида и только сейчас осознала, как же это было глупо, те проблемы показались ей пустяком. Заметив ожидавшее ее такси, она сказала адрес бывшего мужа. Водитель с подозрением посмотрел на пассажирку. — У вас деньги-то есть? Жади закатила глаза и, достав из внутреннего кармана пару купюр, протянула водителю. — Я дам ещё, если мы немедленно тронемся. Жади испуганно расширила глаза, увидев Лукаса, выходящего из машины с огромным пакетом. Водитель нажал на газ, и они поехали по улицам Рио.