Ритм

      Через чур обрадованный Антон весь день не замечал ничего вокруг. Он был так потрясен подобным поворотом событий, что даже не обижался на очередные косые взгляды со стороны своих одногруппников. «А вдруг это шутка?», — иногда закрадывалась плохая мысль в сознание, но Антон смело прогонял её. В таком темпе прошёл весь день. Вечером, по окончанию пар, а именно в 17:50, он решил остаться ненадолго и порепетировать, чтобы наверняка не выставить себя завтра дураком. Но эту ночь он хотел провести дома, выспаться в удобной кровати и с новыми силами отправиться завтра на такой важный урок. Поэтому репетировал он относительно недолго, всего три часа, и, по истечению данного времени, всё же отправился домой. Антон решил немного прогуляться, считая, что перед сном это действительно полезное занятие. Он не поехал на метро, как обычно, и выбрал маршрутку, чтобы выйти не совсем далеко и дойти до дома своим ходом. Вечер выдался тихим, спокойным. Редко встретишь такое настроение вечернего рабочего города. В особо тёмных переулках Антон поднимал голову к небу, ища знакомые созвездия. Он был удивлён, когда заметил, что звёзды сегодня по настоящему яркие, такие далёкие и одновременно близкие. Все людские смятения и проблемы казались такими мелкими при взгляде на ночное небо, правда у него слегка начинала кружиться голова, если он слишком долго не опускал её. Антон чувствовал давно забытую эйфорию, уносящую его далеко вглубь своего сознания, в те закрытые для плохих, да и вообще любых эмоций, закоулки. Был лишь он, звёзды и чистый поток сознания. На секунду он мог и вовсе отключиться, переставая думать, и в такие моменты ему казалось, тёплым комком собираясь в животе, что вот теперь то всё будет хорошо, а прошлое наконец-то останется в прошлом. Антон не любил вспоминать свой подростковый период, таящий в себе столько негативных эмоций и последствий, поэтому и в этот раз он решил попросту закрыться от проблем, оставляя их разбор для более удобного случая. Конечно, он понимал, что рано или поздно подобное его отношение аукнется, да ещё и с двойной силой, но сейчас ему было просто хорошо и ничего больше не было нужно. Поежившись Антон понял, отчего эта умиротворяющая прогулка казалось такой холодной — он оставил свой шарф в академии. «Чёрт», — подумал он, пытаясь укрыться воротником пальто. Но на улице стояла по-настоящему осенняя погода, хотя было только начало сентября. И это был существенный минус проживания в северном городе. Когда-то он жил в Воронеже, и тепло, накопленное там, иногда согревало, но иногда и заставляло подумать о возвращении назад. «Может, когда закончу академию», — грустно думал Шастун. Пройдя ещё несколько метров, он наткнулся на яркий придорожный магазинчик, больше похожий на овощной ларёк, и решил зайти внутрь. Это оказалось ещё и мини кафе по совместительству. Зал вмещал в себя три аккуратных столика, бережно накрытых цветочными скатертями. — Мне, пожалуйста, винстон синий и колу в стеклянной бутылке, — в упор не смотря на продавца, попросил Антон. — Антох, ты что ли? — услышал он в ответ обрадованный и очень знакомый тембр. — Димка? — недоверчиво Антон поднял голову, — Димка! — убедившись в том, что за прилавком именно его друг, молодой человек смело полез обниматься через разделявшую их тумбу. — Тише будь, чел! Снесешь сейчас всё, — радостно воскликнул Дима, но друга не оттолкнул, наоборот крепко обнял и похлопал по спине. — Стой, сейчас я выйду, посидим хоть! — воскликнул он, отходя от кассы и попутно скидывая с себя фартук. — Чёрт, сколько лет! — так же радостно продолжал удивляться Позов, уходя в подсобку. Антон остался один на короткий промежуток времени. Он успел удобно расположиться за одним из столиков, благо, здесь не было посетителей, и он не стесняясь снял пальто, так как здесь было порядка 30 градусов. По крайней мере, ему так казалось. Через пять минут Дима зашёл через главную входную дверь, и Антон непонимающие посмотрел на друга. — Да, у меня нет выхода из-за прилавка, приходится так бегать, — объясняя, Позов присел за тот же столик. — А, — представляя эту схему Антон задумался. — Поз, ты как тут оказался то? — он обвёл помещение руками. — Да я подрабатываю, — Дима потёр шею, — Вообще, я же учусь с этого года в медицинском, прикинь, как мы и хотели тогда! — он искренне улыбнулся. — Просто теперь не в общаге живу, а мы квартиру сниманием с Серёжей, — не успел договорить Дима, как был прерван. — В смысле, с нашим Серёгой? — Антон в удивлении раскинул руки. — Ну да, с нашим, — Дима едва заметно покраснел, но это осталось незамеченным. — Мужик, ты так меня удивляешь! — Антон состроил забавную гримасу, изображающую крайнее удивление, отчего оба молодых человека рассмеялись. — Я же это, взял, что ты просил, — Дима протянул через стол небольшой пакет. — О, пойдем, покурим тогда? — Антон уже поставил колу на стол и открывал сигареты. — Не, я ведь бросил, — гордо ответил Дима, — У нас строго с этим в институте. — Ну ты крут! Я тогда сбегаю быстро, а то жуть как хочется, сам понимаешь, — он жалобно посмотрел на друга, натягивая на ходу пальто. Дима хотел что-то ответить, но Антон снова перебил его, — Я быстро, туда и обратно! — выскакивая в дверь, протараторил Шастун. — Только кури за магазином! — громко крикнул Дима ему в след. Первую минуту Антон даже не чувствовал холода, отточенным движением прикрыл маленькое пламя, держа сигарету во рту. Антон сильно затянулся, несколько секунд держа дым в лёгких, и с облегчением выдохнул. «Да, надо бросать», — вспоминая слова Димы, подумал он. Но хорошее настроение от последних событий быстро улетучилось, как только он продрог. Его пальто было расстёгнуто, так как он думал, что успеет докурить раньше, чем замёрзнет. «Последняя», — пронеслось у него в голове, и он, затягиваясь и бросая сигарету куда-то под ноги, быстро вернулся обратно. Дима задумчиво рассматривал причудливые узоры скатерти, когда покрасневший от холода Антон влетел обратно. — Неужели, — шуточно негодуя, сказал Дима. — Вот так вот, — Антон опять развёл руки в своём любимом жесте, изображая непонимание. — Слушай, я ведь завтра иду на первое занятие к Арсению Сергеевичу, — молодой человек на всякий случай обернулся по сторонам и наклонился ближе к другу. — Да ну, серьёзно? — Дима так же недоверчиво подался вперёд. Как говорится, вспомнишь Арсения Сергеевича, вот и он. Наддверный колокольчик приветливо зазвенел, сообщая о вошедшем посетителе. Дима сидел лицом ко входу, а Антон наоборот, напротив друга, так что он не сразу понял, почему его товарищ так переменился в лице и привстал с места. — Тох, — тихо шикнул Дима, теребя его за рукав. Антон обернулся. И действительно увидел у двери Арсения Сергеевича. Он даже успел в шутку подумать, что уже не был бы удивлён, если бы тот вошёл к нему домой, или, например, в саму его комнату, или даже ванную.. Но его вернули из воображаемой картины. — Здравствуйте, — поздоровался Дима, который всё ещё испытывал молчаливый страх перед своим бывшим преподавателем. Тут же поздоровался и Антон, нервно поправляя рукава пальто. — Добрый вечер, — сказал мужчина с таким лицом, словно пытался вспомнить, кто же это перед ним, и, когда у него получилось, ещё раз поздоровался, более тщательно осматривая друзей. — А где продавец то? — Арсений Сергеевич осмотрел пространство за прилавком, словно ожидал, что тот будет прятаться где-нибудь за тумбой с кассовым аппаратом. Дима что-то пробубнил себе под нос и выскочил из магазина, Антон сразу понял, что он собирается зайти с другого входа, но Арсений Сергеевич непонимающе улыбнулся: — Что это с ним? — он добродушно, казалось бы, посмотрел на Антона. — Он тут продавец, — слегка замялся тот, удивляясь такому тону преподавателя. — Да не бойся, не кусаюсь, — подмигнул Арсений Сергеевич в ответ. Мужчина был одет по-странному легко, чуть ли не в кофту, и это явно говорило о том, что передвигается он на машине. По радио приглушённо играла знакомая мелодия, и, стоило Антону получше прислушаться, как он тут же захотел провалиться под землю от нелепого, по его мнению, текста. «В чёрной машине саркастический хохот Странные люди и на губах твоих шёпот. Что это за музыка? По-моему, это Битлз. Холод в душе и мы в поисках смысла. Магическая женщина, любовный прононс Хочешь войти со мной в резонанс?» Арсений Сергеевич забавно поморщился, тоже прислушиваясь к словам. После такого напора Антон не выдержал, сказал Диме, что зайдёт как-нибудь попозже, и всё-таки ушёл домой.

***

Ночь была неспокойной. Антону было очень душно и иногда ему чудилось, что он вот-вот не сможет вдохнуть. Он не смог больше лежать и вылез из кровати в одних пижамных шортах. Антон закурил в открытую форточку и после первой же затяжки понял, что с ним происходит что-то очень нехорошее. «Только не это», — разочарованно и тяжело выдохнул он, прикасаясь к своему лбу. Даже без градусника было очевидно наличие высокой температуры. «Доходился без шарфа», — укоризненно подумал он, плюхаясь в мягкое кресло. Его начинало лихорадить. Когда трясти начало так, что он не смог удерживать телефон, Антон всё же решил найти градусник и что-нибудь из жаропонижающих средств. На кухне горел свет, и Антон подумал, что если бы там оказался Арсений Сергеевич, то было бы очень забавно. После он понял, что, кажется, начинает бредить. Но там всего лишь сидела его мама. Очень приятная на вид женщина. С такими особенными материнскими руками и бесконечной любовью к сыну в глазах. — Ма, что-то мне плохо, — Антон прижался к стене, ища прохладу и опору. Женщина оперативно принесла градусник и, узнав, что у сына почти 39, испуганно охнула: — Антош, может скорую? — она приложила ко лбу юноши мокрую и холодную тряпку. — Да всё нормально, мне бы таблеточку, — Антон хотел, чтобы его тон был как можно более весёлым и твёрдым, но на деле вышел жалобный скулёж. Делать было нечего, кроме как ждать, когда иммунитет сам начнёт бороться. Антон был уверен, что это именно грипп. А грипп, как ему было известно, вирусное заболевание, не требующее никаких антибиотиков, только лишь покой в течении семи дней. Но вот покоя себе он обещать точно не мог, уже планируя, как бы улизнуть утром из дома. Но у его организма были совсем другие планы. Под утро он всё же неспокойно уснул, упорно игнорируя будильник. Когда Антон очнулся, а по другому это нельзя было назвать, то обнаружил на телефоне несколько смс от Димы и одну от незнакомого номера: «Ты бессмертный, что ли? Ещё один прогул и можешь катиться на все четыре стороны» Гласил текст. Антону не потребовалось дочитывать дальше, он сразу понял, что автором был никто иной как Арсений Сергеевич. — Блять, — тихо протянул он, откидывая телефон куда-то в угол кровати.