Алые слезы любви

В течение следующих трёх дней и ночей без крыши над головой, нормальной еды, Сехун и Лухан начали терять надежду найти остальных членов особняка. Очередной день подходил к концу, и Сехун говорил:  — Мы найдем их завтра, — подбадривая Лухана, ведь тот по-прежнему был потрясён мыслью о возможной смерти друзей и никогда не переставал винить себя. «Наверняка они просто прячутся, потому что пострадали» — мысленно повторял про себя Се, даже больше, чем Лу, сетовал на свою вину. Он также начал терять надежду, но не мог показать этого Лухану, ведь оставался для него единственной поддержкой в создавшейся ситуации. Четвёртый день заканчивался. На горизонте уже блестел восход пятого, и на этот раз Сехун всё же решил сказать Лу, что они должны перестать искать и начать жить заново. Он хотел мира, где они будут защищены от обоих видов, подальше от их вражды и мести. Вампир знал, что это было бы эгоистично, что придётся отказаться от своего долга. Они так усердно работали все эти годы на исследование сущности и бытия ангелов, готовясь, что, когда придет время, атакуют и отомстят за своего брата Тао. Это изначально был план братьев. Но сейчас рядом с Сехуном был Лухан, и вампир больше не хотел мстить. Не хотел больше видеть крови и быть прикованным к чувству мести и ненависти. — Лухан, — Сехун погладил старшего, который сидел у него на коленях, по щеке. — Как насчёт того, чтобы успокоиться и не торопиться? Лу переместился головой ближе к шее Сехуна. — Мы можем искать их и позже. Нам не нужно спешить, — Сехун ждал ответа, но ничего не было. — Лухан? Он проверил парня, что опирался на его плечо, словно на подушку, и нашёл его спящим. Мягкое равномерное дыхание известило о том, что Лу уже глубоко во сне и не проснётся в ближайшие часы. На утро они съедят вторую часть кролика, что накануне поймал Сехун, и напьются озёрной воды. Сехун улыбнулся, фиксируя положение своего любовника так, чтобы тот комфортнее улегся. Конечно, Се хотелось обсудить этот вопрос немедленно, но сейчас куда гораздо важнее отдых и сон. Он поговорит с Лу завтра, когда они проснутся. Достаточно скоро Сехун и сам расслабился, прислонившись спиной к дереву, и так же уснул. Проснулся вампир под щебет птиц и свежий ветерок. Лухан немного поёжился, и Се обнял его, чтобы тот согрелся. Спина болела от того положения, в котором пробыл всю ночь Сехун, но он старался не двигаться, чтобы не потревожить сон своего парня. Это было до тех пор, пока Се не почувствовал, как его нежно поцеловали в шею, и, чтобы ответить, он сделал то же самое, но только в макушку Лухана. — Доброе утро, — прошептал он. — Доброе, — проговорил Лу, и ему вдруг захотелось обнять Сехуна намного крепче и сильнее. — Эй, что случилось? — вампир улыбнулся. Его немного забеспокоил такой порыв Лу. Парень слегка отстранился и, немного насупившись, используя один палец, стал рисовать круги на груди у Сехуна. — Что? Неужели я не могу обнять своего бойфренда, если этого хочу? Покачав головой, Сехун прижал ближе Лухана к себе, нежно целуя того в лоб в качестве извинения. Они просидели так ещё полчаса, прежде чем Хань решил подготовиться к новому дню. Сехун не забыл своего намерения поговорить с парнем и просто пытался найти подходящий момент. Они направились к ближайшему ручью, чтобы умыться и немного попить. Они были наедине в тишине, а поскольку это был хороший шанс, Се решил поделиться своими мыслями. Он окликнул старшего и, когда Лу оглянулся, то заговорил первым, опередив Сехуна. — Любимый, давай сделаем всё возможное сегодня, чтобы найти их и не упасть замертво?! — Сехун увидел решительность и серьёзность в глазах возлюбленного. — Я не хочу сдаваться. Я хочу увидеть Бэкхёна и Кёнсу. Хочу знать, что они в порядке. Не смогу простить себя, пока не найду их. Лухан отвернулся, чтобы Сехун не увидел блестевших в глазах слёз, но это не ускользнуло от внимания вампира. Он взял руки Лухан в свои ладони, забыв о своей цели и разговоре. Хотелось лишь утешить его. — Я уверен, мы сможем найти их. Будем искать и искать, и никогда не сдаваться. Я тебе обещаю… — слова вышли незапланированными и отличались от того, что Се репетировал мысленно. Но он не хотел больше причинять боль Лухану. Чуть позже Сехун притащил оставшееся мясо кролика. Лухан посмотрел на это и подумал, что должен позволить Сехуну пить его кровь, как он делал раньше, ведь для вампира такая пища более приемлема, чем дохлый кролик. Он хотел лучшего для своего парня, но образ Бэкхёна, на теле которого сплошь и рядом были отметины от клыков, всё ещё преследовали Лу, и он понял, что пока не готов предложить Сехуну свою плоть. — Это нормально. Я не заставляю тебя, — проговорил Сехун, словно знал, о чём его возлюбленный подумал, а Се хотелось таким образом показать, насколько сильно он любит Ханя. Всё, что делал вампир, было для него в первую очередь. Парень хотел быть лучшим бойфрендом для Сехуна и не отказался до конца от этой мысли. Он сделает так же для Се всё самое лучшее. Он будет поддерживать и станет его силой.

***

Когда они продолжили искать, Сехун предложил осмотреть в маленьких городах и селениях, а не только в лесу. Лухан тут же согласился, понимая, насколько логичны такие доводы. Но для Сехуна это ещё был шанс вывести Лу на более безопасное место, подальше от вампиров и их вражды. Наконец, они наткнулись на Брэндбридж — это оказался маленький город с малочисленным населением. Прежде чем они вошли, Сехун и Лухан должны были продумать о маскировке, ведь у Се были красные глаза и бледная кожа. Как только парни достигли ближайшего рынка, Лухан купил для них шляпы и маски, и они отправились на обед. Взявшись за руки, они шли через местность, где были в основном трава и деревья. Обмениваясь шутками и диалогами, парни чувствовали себя снова живыми. Это было так давно, когда они чувствовали себя беззаботно и спокойно. Словно ностальгия по былым временам, и им это нравилось. Как только они нашли затаённую полянку среди деревьев, угомонились и легли на траву, обнявшись друг с другом. Сехун подставил своё левое плечо как подушку для Лу, вместе наслаждались комфортной тишиной вокруг. Несмотря на то, что парни довольно давно и часто вступали в физический сексуальный контакт, они до сих пор трепетали в объятиях друг друга, а сердце билось чаще. Они могли бы поселиться тут… Деревушка изолирована. Здесь хватит еды, а люди не особо приветливы, и это дало бы меньше хлопот для скрытия. Они могли бы поселиться тут… только если Лухан согласился бы. Временно Сехуна отвлёк сладкий запах ванили, что словно пощипывал в носу у парня, захватывая врасплох. Сехун тотчас сел, чтобы определить возможную угрозу, и повёл носом, проверяя, с какой стороны запах сильнее и насыщеннее. — Лухан, иди сюда, — он встал и протянул руку парню, поднимая того на ноги, пряча у себя за спиной. Он должен был быть в курсе и оставаться настороже. — Кай. Это Кай! — заикаясь, проговорил Се, наконец признавая, кому принадлежит запах. Лухан был потрясён. Он был в восторге и встал уже рядом с Се, чтобы поприветствовать его брата. Шанс был редкий, и Сехун не думал встретить тут своего брата. Но чем больше он думал об этом, тем больше всё имело смысл. Он вспомнил, что Лэй рассказывал Каю о тайном местечке и что им нужно найти целителя в горах Хетофайн. Эта деревня была маленькой, изолированной и довольно близкой к нужной горе, о которой упоминал Лэй. Как он раньше не мог подумать об этом? Они могли бы сэкономить так много времени и сил, если бы Сехун только вспомнил изначально о разговоре Кая в особняке. Улыбки Лухана и Сехуна становились всё шире и шире. Эта встреча, несомненно, ослабит чувство вины в их сердцах и приподнимет тяжёлый камень, который давил на них. Если Кай и Кёнсу живы, то двое остальных наверняка должны быть с ними. Сехун не ощущал, что его старший брат тоже был тут, но это могло также означать, что он просто в другом месте сейчас. Не важно, где они находятся, пока они живы, это главное, и Сехуну с Луханом больше не придётся жить с чувством вины всю оставшуюся жизнь. Чёрный дым появился из ниоткуда, завертелся по спирали, указывая, что кто-то был там, а когда он исчез, появились две фигуры, — Кай и Кёнсу — держась за руки. Влюблённые шли к ним навстречу, будто это была самая обычная, нормальная вещь на свете. — Кёнсу! — взвизгнул от радости Лухан, позволяя себе крепко обнять парня. — Эй, попридержи своего… — Кай собрался уже протестовать, когда Сехун сам обнял его крепко. Фраза «ты жив» смутила как Кая так, и Кёнсу. Они хотели поинтересоваться, что Лу имел в виду, но тот разразился слезами, и только Сехун смог успокоить своего парня. — Почему ты плакал? Что случилось? — Кай выглядел скорее взволнованным, чем смущённым, когда задал вопрос. — Почему вы тут? — он взъерошил волосы младшему брату, который почему-то сильно нервничал. — Мы думали, что вы умерли, — стал объяснять Лу, руки по-прежнему крепко держали Кёнсу. — Помнишь тот случай в особняке? — он посмотрел в глаза Су и был рад увидеть, что тот абсолютно здоров. — Много чего случилось тогда. Я не вынес зрелища насилия над Бэкхёном. Сехун забрал меня из особняка, чтобы я был в безопасности от Чанёля, но вместо этого мы встретили ангела. При последней фразе Кай ахнул и посмотрел на брата. Се кивнул. — Он не сказал мне своего имени, но я знал, что это был посланник, — стал объяснять Се. — Он пришёл, желая убить нас. — Это была моя вина. Если бы не я, такого бы никогда не произошло, — Лухан снова стал всхлипывать, обвиняя себя за такой поворот событий. Кай быстро решил успокоить его. — Нет, это не твоя вина, Лухан. Просто ты увяз в войне между двумя видами. — Лу оказался в руках ангела, и он угрожал мне, что убьёт его. Я не собирался позволить этому случиться. Поэтому ангел поставил меня перед выбором, — Кай слушал своего брата, пытаясь понять, что же всё-таки произошло. — Он сказал, что я смогу спасти Лухана, только если соглашусь выдать наши координаты, и вы оба погибните. Была долгая пауза. Сехун ждал реакции брата. — Там были сотни Небесных стрел и острые когти возле шеи Лухана. Я должен был выбрать. Кай закончил за него:  — Ты выбрал Лухана. Голос был холодным, но спокойным. Сехун не знал, чего ожидать: гнева на него или даже наказания. Но даже так, он надеялся, что Кай поймёт его и простит за это решение. Он слишком многого просил? Возможно. Кай смотрел на Лу, не сказав ни слова. В этот момент Кёнсу схватил руку Кая со словами, что его брат не виноват. Старший подошёл ближе и взъерошил волосы Се, грубее и жёстче, чем обычно. — Ты обнаглел, парень. Я не могу поверить, что ты выбрал Лухана, а не своих братьев, — Кай изобразил своё разочарование. — Но всё-таки … — он посмотрел в глаза Сехуна, — я горжусь тобой. Ты можешь защитить того, кого любишь сейчас. Если бы я был на твоём месте, думаю, поступил бы так же. На последних словах вампир посмотрел на Кёнсу, легонько щёлкнув того по носу. Тем не менее, он переплёл свои пальцы с пальцами мальчишки. Момент счастья длился не так долго. Кай снова хмуро посмотрел на Сехуна. — Сехун, я знаю, что ты счастлив, что я и Кёнсу живы. Но мы и не должны были умереть, потому что вышли из дома прежде, чем особняк был атакован. — Что ты имеешь в виду? — Это означает, я не был с Чанёлем, когда произошло нападение, и я понятия не имею, где он находится. Я всегда полагал, что он сейчас в особняке, вместе с тобой. Неуверенность, сомнения, чувство вины и сожаления — всё в миг вернулось, словно стиральная машина засасывая в себя Лу и Се. Хотя Чанёль был точно жив, но мысль о том, что произошло убийство кого-то очень важного для Лухана, стала для Се невыносима. Сердце, словно в судорогах, сжималось от боли. А что же тогда сейчас должен испытывать Лухан? Лухан и Кёнсу одновременно переглянулись друг с другом, с глазами полными слёз, и оба одновременно прошептали:  — Бэкхён…

***

«Спящая красавица» мирно лежала в середине двуспальной кровати, в то время как его бледное лицо почти сливалось с простынью. Неважно, сколько уже дней прошло с того момента, как он потерял сознание, Чанёль относился к парню, словно это было сокровище, драгоценный камень, к которому только он мог прикоснуться. Он успокаивал его, обмывал, менял на нём одежду, как если бы он был живым человеком, но, правда, следующие четыре дня Бэкхён считался умершим. Мужчина делал это так нежно и с любовью, гораздо большей, чем когда тот был ещё жив. Было верно, когда люди говорили, что мы не ценим то, что у нас есть, пока не потеряем. Бэкхён был его сокровищем, которое стоит любить и ценить. Он должен был быть благодарен за преданность и любовь Бэкхёна, но вместо этого был слишком груб и погружён в свой собственный мир, в котором отрицал и отвергал чувства, что были у него. А когда всё это случилось с Бэкхёном, понял, насколько сильно уже любил. Именно Бэк стал тем, кого Чанёль полюбил и без кого не мыслил жизни. Если бы он только понял эти чувства прежде, чем Бэк умер. — Прости меня, — шептал Чанёль, переплетая свои пальцы с пальцами мальчишки, а другой рукой гладил его лицо. Образ возлюбленного, который рискнул своей жизнью, чтобы спасти его, воскресал в памяти бесчисленное количество раз в голове Чана. Это и привело к тому, что вампир был вынужден впустить в него свой яд. — Прости меня за это, — он позволил одинокой слезе скатиться по щеке. — У меня не было выбора. Он не просил прощения именно за то, что сделал. Он просил прощения за то, что Бэк никогда уже не будет прежним. Каждый кровожадный вампир изменяется. И даже если Бэкхён возненавидит его после, Чанёль просто не мог позволить мальчишке умереть окончательно. Чувства Бэкхёна будут меняться, но любовь останется прежней. Пока он ещё жив, сердце будет биться. Будет биться за него. Чанёль вышел из комнаты. — Позаботься о нём и не оставляй его ни на минуту. Я снова буду искать Кая и Сехуна. Не забывай быть на страже от очередной атаки, — его приказ прозвучал устало и слабо. Он был слишком напряжён в эти несколько дней. Слуга поклонился ему на девяносто градусов, после чего Чанёль на полной скорости скрылся в лесу.