The Naked Chef

Ватсон понимал, что его жизнь изменится, когда он пригласил Шерлока Холмса на ужин, но он точно не ожидал, что его существование буквально перевернется на сто восемьдесят градусов: бывший военный будет стоять на месте преступления, освещаемым мигалками полицейских машин, и потерянно подпирать трость. Пока они ехали в такси, Шерлок не сказал ни слова, все что-то печатая в своем телефоне, а если и отрывался, то смотрел в окно невидящим взглядом. Это дело явно его полностью захватило, и Джон бы соврал, если бы сказал, что все в полном порядке. Все время, проведенное в его квартире на пару с детективом, казалось бывшему военному сном. Настолько восхитительным, что расставание с ним болью отдавалось в груди. Стало немного легче дышать, когда Шерлок резко и с вызовом кинул девушке с необычайно кудрявой шевелюрой «Он со мной». Хотя подобные резкости, казалось, были совершенно обычны для общения со служащими Ярда. Даже тот седовласый мужчина, который приходил вместе с Холмсом на студию кулинарного канала, получил ядовитое замечание о некомпетентности всех людей, собравшихся здесь. Видимо, Ватсон переоценил отношения между этими двумя. Грегори Лестрейд, как вспомнил Джон фамилию и имя инспектора, встретил его с удивленной, но все же улыбкой на губах. По нему было видно, что он никак не ожидал увидеть здесь «того самого» повара и не преминул задать детективу соответствующий вопрос.  — Так значит, дела у тебя были, Шерлок? — как только к нему подошел Холмс, спросил Лестрейд, приподнимая бровь. — О боже, избавь меня от вопросов в стиле желтой прессы. У нас все же дело, — пробурчал детектив. Было видно, что ему не терпелось взглянуть на труп, его всего тянуло вперед. — Кхм, да, там, в переулке. Нашла Джессика Хилл, когда прогуливалась со своей собакой. То, что увидел Ватсон, вызвало у него вздох полный удивления, перемешанный с восхищением и ужасом. На земле лежала уже немолодая женщина. Ее голова с короткими светлыми взлохмаченными волосами, челка которых слегка прикрывала одну часть лица, была повернута влево. Одна рука полукругом лежала над головой, а вторая пересекала живот. Эта поза очень сильно напоминала Джону балерину. Ноги были собраны вместе. В целом, обычная — если к убийству можно применить такое прилагательное — женщина, но все дело было в другом: в крыльях, что решили вырасти у нее из спины. От плеч женщины тянулась голубая и черная стеклянная мозаика. Маленькими кусочками были выложены крылья бабочки, что отливали разными оттенками от света полицейских машин. — Вот именно, — заметил реакцию бывшего военного Грег. — Маньяк, просто чудесно. И с этими словами Шерлок вытащил из кармана небольшую лупу и принялся изучать труп. Хоть Ватсон, будучи военным, и повидал в свое время множество убийств, он все равно задержал дыхание, когда увидел распростертое женское тело. Слишком давно он не видел смертей. Как бы крылья не украшали эту картину, превращая это зрелище в некое искусство, она оставалась исполненной все в той же извращенной манере, вызывая у Ватсона лишь одно желание: найти виновного и сломать ему пару конечностей. — Шерлок, у тебя всего десять минут, я не могу позволить тебе колупаться здесь больше. Грегори был не дурак, и он знал, что без помощи консультирующего детектива ему не разобраться с этим делом. Но у мужчины было начальство, которое если прознает о частой помощи Шерлока Холмса, то явно не выдаст ему звание «Лучший работник года». — Джон, что скажешь? Услышав свое имя, Ватсон часто заморгал, явно вырванный из своих мыслей, но на просьбу детектива откликнулся. Он присел рядом с Холмсом на корточки и отложил трость. Опершись на руки, Джон приблизился к лицу мертвой женщины и втянул воздух у ее рта. — Шерлок, что именно ты хочешь услышать? Я же не дедуктивный гений, как ты, — тихо сказал Ватсон, также осматривая пальцы жертвы. Бывший военный говорил намеренно еле слышно, чтобы только детектив мог его услышать. — Я хочу узнать, что ты видишь, — в том же тоне ответил Холмс и, внимательно посмотрев в лицо Джона, добавил: — Мне это важно. Двое зацепились взглядами. Ватсон не мог не залюбоваться слегка повернутым в его сторону лицом детектива. Шарф темно-синего цвета доставал ему до самых скул, пряча полноватые губы, чему Джон порадовался, ведь он мог ненароком вернуться воспоминаниями к тому торопливому терпкому поцелую у него в квартире. Кудри волновались ветром и падали на глаза, заставляя детектива слегка жмуриться. Доктору очень хотелось убрать их с точеного лица. Покашливание Лестрейда разорвало тягучее молчание. — Ее отравили, — сказал Джон и поднялся во весь рост. — Подсыпали что-то в еду, и, видимо, кто-то из знакомых. — С чего ты решил, что кто-то знакомый? — спросил инспектор, подходя к мужчинам ближе. — Ногти и руки целы, — ответил за бывшего военного детектив, не сдержав короткой улыбки. Он внимательно посмотрел Ватсону в глаза. Грегори вновь непринужденно кашлянул, предотвращая, как он уже успел мысленно это назвать, «секс глазами». — Но мой коллега все-таки рассказал не все, что нам известно, — оторвавшись от Ватсона взглядом, Шерлок слегка повернулся корпусом к Лестрейду, будто пытался больше не отвлекаться на доктора. — Жертва Алисия Чейз, член королевского энтомологического общества Лондона. Убили ее совсем недавно, сутки назад. Не замужем, все ее семейство составляет попугай . Явно не ожидала своего убийцу, она хотела отправиться в магазин за продуктами, но неожиданно пришел он. Коллега по работе, ведь незнакомого человека Алисия бы ни за что не пустила к себе в дом, так как страдает излишней подозрительностью. Одна чашечка кофе — и мы видим то, что видим. Боюсь, стоит сообщить ее сестре о том, что назначенная встреча на сегодняшний вечер не состоится. Увидев слегка удивленные выражения лиц окружающих, Холмс самодовольно ухмыльнулся. Больше всего его самолюбие тешило выражение лица Джона. — И как ты до этого додумался, фрик? — с явным скепсисом спросила Салли Донован. — Лестрейд, зачем ты держишь вокруг себя таких идиотов? — спросил Холмс, возвращая выражение презрения темнокожей женщине. — Шерлок, не начинай. Здесь не все такие умные, как ты, — ответил Грег, вздыхая. Он уже предчувствовал ссору консультирующего детектива со своими подчиненными, благо, что Андерсон еще не сунул сюда свой нос. — Это Алисия Чейз, умерла сутки назад, — вклинился в разговор подошедший криминалист, и инспектор мысленно чертыхнулся. Вот надо Филиппу срочно лезть со своими «нужными» находками. — Ты бы мог сообщить это через месяц, — сразу же отреагировал Холмс. — Я занимаюсь своим делом, а ты тут выделываешься, словно дива. — Я распутываю дело и трачу на это все свои силы, в отличие от тебя. Как я вижу, жена твоя укатила в отпуск. — Откуда ты… — Коленки Донован требуют больше нежности. — Псих! — в голос воскликнули мужчина и женщина. — Так, Холмс, ты скажешь, что ты нашел, или нет?! — прервал всех Лестрейд. — Да неужели вы не понимаете, Боже, дай мне сил. — Я не понимаю, — вмешался Ватсон, и с его словами абсолютно все затихли. Джон очень долго не решался влезть в «светскую беседу». Происходящее его сильно забавляло, особенно лица Андерсона и Донован, когда Холмс раскрыл их маленькую шалость. Но больше всего его удивляла манера детектива держаться с окружающими. Он им грубил, называл идиотами и вел себя так надменно, что, чего скрывать, самому Джону порой хотелось врезать этому наглецу. Но, вспоминая все время, проведенное вместе, бывший военный отметил, что Холмс никак не задел его. Либо Джон Хэмиш Ватсон был до одури влюблен в детектива, либо… Нет, второго варианта не было. Раньше Ватсон, не задумываясь, спросил бы у Шерлока о том, как он пришел к своим выводам, но, наблюдая картину, разыгравшуюся перед ним, бывший военный боялся, что и его Холмс с презрением отправит в разряд идиотов. И Джон все-таки решился и получил совершенно неожиданную для всех реакцию. Холмс где-то пару секунд смотрел на доктора, а потом принялся без лишних слов рассказывать окружающим о своем дедуктивном пути, при этом не хватало только лишь «Все для тебя, солнышко». Лестрейд на это удивленно заморгал, но все равно поднял вверх большой палец, адресуя этот жест Джону, на что тот лишь слегка смущенно кивнул. Бывший военный не переставал удивляться методу Холмса; он не переставал удивляться самому Холмсу, который, несмотря на все недостатки, нравился Ватсону все больше и больше. — Восхитительно, — не удержался доктор, когда Шерлок закончил свои объяснения. — Ты снова сказал это вслух. — Прости. — Да нет, продолжай. — Так, двое, хватит, — влез в диалог Грегори. — Что тебе нужно, Шерлок? — Мне нужно кое-что проверить. Жду отчет о вскрытии тела и всю информацию, имеющуюся на жертву и на членов энтомологического общества, как можно скорее. Джон, мы уходим, — продекламировал детектив и отправился туда, куда одному ему было известно. — Был рад с вами познакомиться, — кивнул вежливо Ватсон тем, кого он увидел в первый раз, и протянул руку Лестрейду. — С вами был рад вновь увидеться. — Я тоже. Можно просто Грег, — ответил на рукопожатие инспектор. — И я рад, что ты теперь есть у него. Намного облегчает общение с ним. — Он всегда такой? — Столько, сколько я его знаю. — Кхм, ну что ж, до встречи, и спасибо, — Джон улыбнулся и направился за детективом. Инспектор посмотрел обоим вслед и задумчиво провел рукой по макушке. Он не смог удержать на своих губах улыбки. Все-таки знакомство этих двоих было крайне необычным, хотя чего ещё можно было ожидать от Шерлока Холмса, вокруг этой личности всегда происходили разные странные и удивительные вещи. И теперь с ним произошел Джон Ватсон. Мобильный в кармане куртки Лестрейда зазвонил, и мужчина очень надеялся, что ему звонит не тот, о ком он подумал. Но, посмотрев на экран, не сдержал горестного вдоха. — Заканчивайте, — скомандовал Грегори своим людям и приложил аппарат к уху. — Что нужно? — Как он? — сразу же спросил голос на другом конце линии. — Ты отлично знаешь это, у тебя под контролем видеонаблюдение всего Лондона да и, наверное, всего мира. — Вы меня переоцениваете, Грегори, — инспектору показалось, или он услышал в голосе теплоту? — И я спрашивал о Джоне Ватсоне. — Джон держится молодцом. И я прошу, не нужно только проводить этот прием с черной машиной и каким-нибудь заброшенным местом. — Я и не собирался. — Да, конечно, не собирался он. Если хочешь узнать, что происходит между ними, то просто спроси у своего брата, Майкрофт, лично. — Вам и так известно о моих нелегких отношениях с братцем. — И поэтому ты за ним шпионишь. — Я волнуюсь. Сильно. Грегори замолчал, массируя виски. Как же ему уже надоели эти Холмсы. — Я считаю то, что такой, как Джон, смог влюбиться в твоего брата, большая удача для последнего, — честно сказал Лестрейд. — Хорошо… — на том конце пауза немного затянулась. — Поужинаем? — И снова мой ответ — нет. — Шерлок, куда мы едем? — спросил Джон, когда сел в очередное такси. — 221B Baker street, — бросил Холмс водителю, и машина тронулась. — И мы едем ко мне. Ватсон слегка удивленно глянул на детектива, который опять принялся что-то искать в своем телефоне. Судя по всему, бывший военный был одним единственным, кто беспокоился о том, куда он едет, зачем и вообще, что его ожидает дальше. Мужчина спросил бы Холмса обо всем, но ему казалось, что он и так преодолел за сегодняшний день лимит вопросов к детективу. Пока тот на них спокойно отвечал, но ведь невозможно предугадать, когда сделаешь ложный шаг. — У тебя есть вопросы, — произнес Холмс и убрал сотовый в карман пальто. — Я слушаю. — Что ты собираешься делать? — все-таки спросил Джон, слегка хмурясь. — Хочу для начала проверить свою почту. Мне иногда пишут люди со своими глупыми просьбами из разряда «Почему мне изменяет мой муж?» или «Где мой второй носок?», — губы Холмса дрогнули в улыбке, когда он увидел, как бывший военный начал откровенно посмеиваться над его замечаниями. — Да, Джон, мне пишут и такие, но бывают совсем редкие случаи, которые я могу считать даже более интересными, чем те, что предоставляет мне Ярд. В любом случае, недавно я получил одно сообщение с просьбой найти эксклюзивный вид жука, которого потерял владелец. Он писал мне, что тот стоит миллионы, и все детали может рассказать лишь при встрече. — И ты? — Я отказал. Очень уж интересно с лупой бегать по Лондону в поисках какого-то жучка, — поджав губы, ответил Шерлок. Весь вид мужчины говорил о том, что какое-то насекомое не стоит его, великого консультирующего детектива, внимания. — Но теперь… — начал Ватсон. — Я вижу связь, — закончил Холмс. — Даже не сомневаюсь, что ты разгадаешь эту загадку, — с улыбкой произнес доктор и легко коснулся руки детектива, больше желая поддержать, чем нечто иное, но от этого легкого прикосновения Шерлок резко дернулся, будто обжегся. — Я… Прости, — чуть сбито пробормотал Джон, тут же отодвигаясь от своего соседа. — Я не буду к тебе прикасаться. Если подумать, то они почти не касались друг друга за все свое знакомство. За время, проведенное вместе, был лишь один поцелуй с бесконечными горячими взглядами и с такой же температуры словами. Ватсон начинал жалеть, что почти не касался детектива, — у него уже давно в голове бродило желание запустить пальцы в кудрявые волосы Холмса, слегка взлохматить их, скользнуть ладонью по скулам, пробежаться кончиками пальцев по родинкам на шее мужчины, притронуться к ключицам, прощупать ребра и спуститься ниже, ниже. — Подожди, Джон. Бывший военный увидел, как Шерлок поспешно принялся стягивать со своей руки перчатку, и его необычайно длинные пальцы замерли в воздухе по направлению к Джону. — Я не против, просто так намного удобнее, — сказал детектив, стараясь не смотреть доктору прямо в глаза. — Несомненно. Ватсон скользнул своими пальцами по раскрытой ладони детектива и сжал ее, ощущая тепло, которое спрятали от холода перчатки. У самого бывшего военного руки были, наоборот, прохладные, ничем не защищенные от осеннего ветра. Один из них наслаждался жаром чужого тела, а другой слабым холодом, что таили руки соседа. — И, нет, ты мне нужен, — произнес Шерлок, разглядывая свою ладонь, оплетенную знакомой до невозможных мелочей рукой. — Что? — вскинул взгляд Джон. — Ты ведь хотел спросить у меня совсем другое: зачем я взял тебя с собой, ведь ты абсолютно мне не нужен? — прояснил Шерлок и посмотрел бывшему военному в глаза. — Ну, так ты ошибаешься. Ватсон видел, как подобные слова даются детективу с трудом, ведь они затрагивают то, от чего мужчина сознательно убегал, — от чувств. — Шерлок, могу я…? — Да. Джон приблизился к лицу Холмса и прикоснулся губами в поцелуе к его лбу, задержавшись на пару трепетных мгновений. Он почувствовал на своей щеке, как резко выдохнул детектив. Губы Шерлока слегка приоткрылись, и к ним Ватсона потянуло как магнитом. — Мы доехали! — оповестил водитель, и мужчинам ничего не оставалось, как выйти из машины. Baker street 221В оказалась довольно-таки уютной квартиркой, в которой даже царивший бардак не выглядел чем-то вопиющим для любящего порядок Джона. Шерлок, правда, пытался навести какое-то подобие чистоты: переместил пару книг и с каким-то особенным удовольствием воткнул нож в листы бумаги на каминной полке, но это не особо помогло. Там даже был череп, который выглядел не очень дружелюбно, хоть детектив и назвал его своим другом. На подобное заявление Ватсон грустно улыбнулся. Такой «живой» приятель вызывал у доктора печальные мысли.  — Мне не нужны друзья, — резко сказал Холмс, заметив направление дум бывшего военного. На это Джон вопросительно изогнул бровь. — А чай? Такой простой вопрос выбил из Шерлока начинающее бурлить раздражение, и он как-то отстраненно кивнул. Пока Ватсон отправился на кухню — где был такой же беспорядок, как и в гостиной, только состоял из различных стеклянных сосудов, наполненный непонятной жидкостью, — детектив рассказывал о том, что домовладелица, Миссис Хадсон, очень милая старушка, просто от него без ума, любит иногда наведываться к нему в «свинарник», чтобы прибраться или принести что-нибудь из своей выпечки. Готовит она, кстати, очень даже неплохо, особенно хорош ее яблочный пирог. И да, он помог ей, получив признательность и любовь старушки к своей скромной персоне. Джон не мог убрать с лица легкую улыбку в течение всей речи Холмса, которую тот иногда прерывал, чтобы сказать доктору, где находятся у него на кухне кружки или чай. Детектив привалился к дверному косяку, желая видеть Ватсона, чей вид на собственной кухне определенно ему нравился. — Ты пьешь с молоком? — спросил Джон. Благо, объяснять ему не надо было, где находится холодильник, и он спокойно открыл его дверцу. — Джон, стой! Но было поздно. Доктор замер перед «вскрытым» нутром техники. — Глаза в контейнере рядом с банкой джема? Почему я не удивлен? — Джон спрашивал совершенно в шутку, но вот Холмс выглядел так, будто бывший военный обнаружил в холодильнике не глаза, а чей-то труп, хотя даже и это не смогло бы отпугнуть мужчину. — Джон, если ты захочешь уйти, то я тебя пойму, — неожиданно сказал детектив, сжав губы. — Шерлок, ты ведь понимаешь, что нужно что-то покруче глаз в холодильнике, чтобы я ушел от тебя? — подошел Ватсон к детективу. — Тогда не открывай морозилку, — проговорил Холмс, в глазах которого можно было разглядеть огромное облегчение: Джон не уйдет. — Не буду. Они вновь оказались слишком близко, и доктор посчитал, что он имеет полное право продолжить то, что прервал их преждевременный приезд на Baker street. Полноватые губы податливо раскрылись, встречая со сдерживаемым нетерпением. Джон с удовольствием запустил руку в волосы Холмса, прижимая того к кухонному косяку, о который детектив ранее опирался. Поцелуи Шерлок считал глупым «обменом слюной» и если целовался с кем-то, то использовал это как инструмент для того, чтобы достичь своих целей. Сейчас же поцелуи Холмсу не казались чем-то бессмысленным. Детектив подсел на них быстрее, чем на наркотики. Он довольно замычал, когда Ватсон опустил свои руки ему на задницу и слегка сжал. — Джон, — прошептал мужчина, когда представилась возможность говорить. — Ммм? — Джон поцеловал детектива в скулу. — Боюсь, что придется прекратить, пока не поздно. — Почему? — доктор прижался к Холмсу сильнее и просунул колено ему между ног, заставляя Шерлока закусить губу. — Потому, что я не буду соображать, а у нас дело. Джон старался смотреть своему визави в глаза, а не терзать взглядом губы. Он немного подумал, коротко поцеловал детектива и отошел. — И что мы будем делать? — Лестрейд должен отправить всю имеющуюся информацию через пару минут, ты просмотришь ее, а я пока свяжусь с владельцем жука, — ответил Холмс, поправляя на себе рубашку. — Но мы ведь говорили с инспектором совсем недавно. Неужели… Сотовый Холмса издал радостный писк, уведомляя о новых сообщениях. — Чем хорош Грэм, так это скоростью. Не очень сообразительный, зато быстро исполняет задания. — Грегори, его зовут Грегори. — Какая разница, когда есть такое замечательно убийство! — Давай сюда свои записи, только чай все-таки сделаю, — вздохнув, Джон вернулся к чайнику. Хоть Ватсон и понимал, почему детектив выбрался из его объятий и сбежал от поцелуев с последующими действиями, мужчина не мог полностью изгнать провокационные картинки из своей головы. Хватало одного взгляда на светлую шею или на длинные пальцы, чтобы вызвать в голове целую бурю и тянущее чувство в животе. «Дело, дело, дело, трупы, трупы, трупы», — говорил себе под нос доктор, пока просматривал в ноутбуке материалы, которые отправил Лестрейд. Он так пытался сосредоточиться, что даже не замечал, как Шерлок, сидя в кресле, тихо посмеивался, потому что отлично слышал бормотание бывшего военного. Детективу самому стоило титанических усилий, чтобы не отвлекаться. Само осознание того, что Джон Ватсон был у него в квартире, пил чай и расследовал с ним дело, волновало до мелкой дрожи. Особенно то, как он целовал Холмса и прижимался к нему… Теперь уже детектив встряхнул головой: Уильям Легран охотно ответил ему и требовал всего внимания. Через час мужчины принялись обсуждать все имеющие факты, и Холмс с удовольствием отметил, что Джон быстро, для среднего уровня интеллекта, ухватывает мысль и предоставляет различные варианты события в большинстве своем нелогичные, но все равно расширяющие мысль детектива, позволяя идти в нужном направлении. Истинный проводник света. — Я бы не отказался от чего-нибудь съедобного, — протянул Ватсон, потягиваясь. Холмс сидел на диване и разглядывал фотографии с места преступления на ноутбуке, и слова доктора заставили его отвлечься. — То есть? — хмурясь, спросил он. — То есть я хочу есть, Шерлок. Понимаешь, людям нужно питание, чтобы жить, — ответил Ватсон. Он закрыл блокнот, в котором делал пометки, и бросил его на стол. — Но мы же ели, — недоуменно сказал детектив. — Это было давно. Только не говори, что ты не хочешь. — Я могу не есть по несколько дней, еда отупляет. — А макароны мои ты только так уплетал, — заметил Джон. — Это совсем другое… — начал Шерлок, явно смущенный, но доктор его прервал. — Ладно. У тебя ничего, как я видел, из съедобного нет, так как на улице довольно-таки поздно и многие кафе уже закрыты, мне ничего не остается, как отправиться домой… — Я знаю один ресторанчик здесь поблизости. Он работает допоздна, да и если и закрывается, то хозяин мой знакомый и должник, он придержит его для нас. — Кухня… — Итальянская. — Тогда отправляемся, — радостно хлопнув в ладоши, Джон поднялся со стула и отправился за своей курткой. — Ты манипулятор, Джон Ватсон, — усмехнулся Шерлок, надевая на себя пальто. — Нет, Шерлок, — с улыбкой произнес Ватсон и повязал вокруг шеи Холмса синий шарф. — Я забочусь о тебе. Детектив на это хмыкнул и принялся спускаться по лестнице, доктор отправился за ним следом.